Волшебница прижималась ко мне всем телом. Но животный инстинкт, затуманивший мой разум несколько секунд назад, бесследно испарился.

Отчаянная мысль заметалась в голове. Астрид ударила меня ножом. Хотя это был не совсем нож, но мозг упрямо протестовал и отказывался принимать тот факт, что это ритуал, причём для меня безопасный.

Я попытался дёрнуться, и… не смог. Будто кто-то привязал меня к лавке намертво, и теперь не вырваться.

Удивительно, что я не чувствовал боли. Лишь пульсирующие покалывания в районе сердца, которые отдавались эхом в голову.

Единственное, что успокаивало — это моё недавнее наблюдение. Всё же я успел заметить кинжал, до того как Астрид воткнула его мне под рёбра. Он не имел ничего общего с привычным металлом. Он вообще был не материальным. Оружие соткано из ранее неведомой мне энергии.

— Ты нужна мне, — между тем шептала Астрид у моего уха. — Выходи. Выходи, и послужи во благо своего хозяина и всех нас.

Полупрозрачное лезвие провернулось во мне, я с трудом, но смог поднять голову. Взглянул на фигурную рукоять, которую продолжала сжимать волшебница, затем посмотрел на то место, куда вошёл магический клинок. Крови я не увидел.

Обнажённая Астрид ещё плотнее прижалась ко мне. Это был очень необычный ритуал, где я играл роль… донора? Скорее всего, так и есть.

Астрид между тем зашептала непонятные слова, вновь проворачивая рукоять странного кинжала.

В ту же секунду моё тело сковало холодом. Я почувствовал озноб. И с каждым мгновением знобило всё сильнее.

/ВНИМАНИЕ!

Зафиксировано принудительное изъятие энергии Титана!

Заблокировать? ДА/НЕТ? /

Я молчал, лишь открыв рот. И не то, чтобы я раздумывал над ответом. Просто мысли смешались в голове, мешая сосредоточиться.

«Нет», — отправил я Системе.

Холод вскоре перерос в нарастающий вакуум. Из каждой поры моего тела потянулись тысячи крохотных нитей. Они вышли из меня, чтобы войти в тело Астрид.

Мои мышцы свело судорогой. Воздух застрял в горле, мешая дышать.

Ровно в этот момент под бледной кожей обнажённой волшебницы вспыхнули и ярко засветились синие прожилки. Изъятая из моего тела энергия переполнила её. Волшебницу выгнуло дугой, а с её губ сорвался крик боли.

Астрид забилась в агонии, по-другому это сложно было назвать. А затем, когда её зрачки запылали словно два солнца, она вытянула руку, прикасаясь ладонью к потухшей реликвии, которая лежала в изголовье.

Серебристый металл отозвался мгновенно. Артефакт вспыхнул ослепительным светом. Невидимая сила, которая прижимала меня к скамье, исчезла, что позволило повернуть голову и увидеть потрескивающую реликвию. На гранях куба вновь пульсировали вены.

Астрид убрала руку от Нимиуса, всё ещё подрагивая. Ритуал был завершён. Волшебница отстранилась от меня, вскочила на ноги, пряча наготу под платьем.

/ВНИМАНИЕ!

Энергия Титана — 20%. Запущен механизм восстановления.

Восстановление до базового уровня — через 30 минут

Из-за расхода энергии время отката увеличено на 2 часа 15 минут/.

Серый барьер, который изолировал нас от окружающего мира, исчез. Мы вновь вернулись в трюм, слыша скрип «Мурены» и тихие голоса млечников.

Холод в груди медленно отступал, возвращая мне контроль над собственным телом. Я тяжело хватал ртом спёртый воздух, стараясь унять бешеный стук сердца, затем поднялся на лавке, размял затёкшие плечи.

Астрид прижимала пульсирующую реликвию к груди. Глаза волшебницы лихорадочно блестели, а на губах играла радостная улыбка.

— Нимиус ожил, — хрипло, с трудом ворочая языком, произнесла Астрид. — Ты хоть понимаешь, что сделал?

— Подпитал реликвию, — просипел я в ответ. В горле саднило и жутко хотелось пить.

— Ты нас спас, Ворон. Всех нас, — произнесла Астрид. — Теперь мы продолжим путь, и прибудем в Талассир до Праздника огня.

Я сел на лавке, осторожно ощупывая рёбра в том месте, куда вошёл призрачный кинжал. Ни малейшего намёка на ножевое ранение, даже царапины и той нет.

— Это… было весьма необычно, — честно признался я, выравнивая дыхание. — Но в следующий раз предупреждай о таких деталях заранее.

Волшебница заблестела радужкой глаз, прислоняясь спиной к деревянной переборке.

— Я призвала духов Древних. Они помогли вытащить из тебя энергию и передать её Нимиусу, — тихо призналась она. — Но даже если бы я сказала, ты бы не поверил.

— Ты была проводником этой энергии? — спросил я, не сводя с волшебницы пристального взгляда. — Тебе было больно?

Астрид подошла ко мне, коснулась моего плеча ладонью. Её пальцы всё ещё подрагивали.

— По-другому никак… Запомни, Ворон, никто не должен узнать об этом ритуале, — Астрид всмотрелась в моё лицо. В её взгляде читалась искренняя мольба. — И то, что ты видел сейчас под барьером. Видел меня… Это останется между нами. Согласен?

— Само собой, — коротко кивнул я.

Я не собирался трепать языком. Между нами уже возникли доверительные отношения, тем более я был заинтересован найти её мать, и она это знала.

Астрид рассмотрела в моём взгляде всё, что ей было нужно, улыбнулась.

— Вот и славно, — тихо произнесла она.

Чувствуя лёгкий запах озона, витающий над местом проведённого ритуала, я поднялся с лавки. Борта «Мурены» скрипели, в стороне болтала группа млечников.

Но атмосфера всё же была тревожной. Я тут же напрягся, как и Астрид.

Буквально в трёх метрах от нас, прислонившись плечом к деревянной стойке, замер Жерар. Его глаза, сузившиеся до щелей, были жадно прикованы к сияющему Нимиусу, который Астрид держала в руках.

Жерар сделал вальяжный шаг в нашу сторону. Моя рука тут же легла на рукоять меча. Большой палец привычным движением достал клинок из ножен на пару сантиметров. Раздался очень выразительный щелчок.

— Даже не думай, — глухо предупредил я, не сводя взгляда с мечника.

Жерар тут же вскинул руки в примирительном жесте. На его лице расплылась широкая, абсолютно фальшивая улыбка.

— Да ты чего, Ворон? Как ты мог подумать? — протянул он, ухмыляясь. — Мы бились рядом, плечом к плечу, с мерзкими тварями. Разве ты забыл?

— Что ты видел? — холодно спросила Астрид.

— Ничего, лишь пару вспышек. Как у вас получилось оживить его? — округлил глаза мечник, делая ещё один шаг и упираясь в выставленную мной ладонь.

— Тебя это волновать не должно, — сухо произнёс я, пытаясь поймать его взгляд. Но Жерар был полностью поглощён созерцанием Нимиуса. Он смотрел на него удивлённо, озадаченно, тщательно пытаясь под этим скрыть жажду обладать реликвией Древних.

— Впрочем, мне это совсем неинтересно, — скривился мечник.

— Но ты всё ещё здесь, — заметил я.

— Просто это так… завораживает, — пробормотал Жерар, убирая мою руку и делая ещё полшага в сторону реликвии. — Можно мне его подержать? Всего на секунду.

— Нет! — резко оборвала его Астрид, прижимая куб к груди. — Ты видел своими глазами, что реликвия сделала с ярлом Сигурдом. Тебе мало этого⁈

— Это было показательно, — не унимался Жерар. — Но всё же…

— Тогда какие ещё нужны доказательства, чтобы ты понял одну простую вещь: эта реликвия опасна для тех, кто не может с ней совладать, — прошипела Астрид.

Жерар странно ухмыльнулся, размещая руки на поясе. Вроде бы и обычный жест, но я заметил, как он расположил их поближе к рукоятям мечей.

— Да просто как-то странно это всё, — задумчиво протянул он. — Я ведь держал Нимиус, со мной абсолютно ничего не случилось. Никаких щупалец и костяных наростов. Более того… — он сделал паузу, облизнув пересохшие губы, — … мне это помогло восстановить силы.

— Тебе показалось, — ледяным тоном отрезала волшебница. — Ты сам восстановился, без участия Нимиуса. Ещё раз повторяю: только обученный маг, знающий плетения, способен управлять реликвией Древних. Для таких, как ты, это просто кусок блестящего металла. Отойди!

Жерар на секунду задержал на Астрид тяжёлый взгляд. Затем легко пожал плечами, вновь натягивая маску безразличия.

— Да ладно, что вы все так напряглись? Нет так нет, — мечник натянуто улыбнулся. — Слишком много чести из-за старой железяки.

Он неспешно направился в дальний конец трюма, где расположились остатки «золотой дюжины», четверо дружинников.

Астрид проводила его напряжённым взглядом.

— Я видела этот взгляд у Трея, перед тем как он сошёл с ума, — тихо произнесла волшебница. — Жерар попытается забрать артефакт.

— Что предлагаешь? — взглянул я в её зелёные глаза.

— Я не хочу крови, Ворон. Их следует связать, и стереть им память, — ответила Астрид.

— Это равносильно убийству, — заметил я.

— Они забудут всё, что было на острове, вплоть до последних мгновений, — заметила Астрид. — Наши маги сделают так, чтобы это прошло безболезненно. Они просто уснут. Иначе до Южных земель мы не доплывем. Как только на горизонте покажется Южный порт, жди беды.

— Если всё случится так, как ты говоришь, это наилучший вариант, — согласился я. — Но это сделаем чуть позже. Пусть расслабятся.

— Почему не сейчас? — удивилась Астрид.

— Есть риски, что кто-то пострадает, — подчеркнул я.

Я мысленно оценил расстановку сил. Нападать на Жерара и его союзников сейчас — значит спровоцировать новую бойню на корабле. Дружинники будут защищаться отчаянно, просто руководствуясь инстинктом самосохранения. А маги в закрытом пространстве очень уязвимы для мечей и топоров. Поэтому и нужно дать врагам время, чтобы они успокоились. Тем самым усыпить их бдительность.

Мы немного обсудили мой план, который волшебница в целом одобрила.

— Кстати, сразу предупреждаю. Мы высадимся на окраинах Талассира, у наших связных, — добавила Астрид.

— Верное решение, — оценил я, кивая. — Пойду, предупрежу Дерека и Ульфи. Начнём готовить лодки заранее.

Астрид коротко кивнула, пряча Нимиус в сумку и провожая меня тревожным взглядом. Я направился к Дереку и Ульфи, которые жевали сушёную рыбу, вроде воблы и тихо переговаривались.

Я проводил взглядом Жерара, который покинул трюм. Мы отошли в сторону подальше от чужих ушей. Всё же два воина из «золотой дюжины» отдыхали неподалёку.

Астрид не сидела сложа руки, передала своим план действий. Млечники начали не спеша собирать свои скудные пожитки, готовясь к высадке на берег.

— План такой, — вполголоса начал я. — Готовим лодки, спускаем их на воду. Неспешно, якобы готовим заранее. Астрид и её маги свяжут магией Жерара и остальных. Тихо и без лишнего шума.

— Хреновый план, — покачал головой Дерек. — Это воины, не шпана с улицы. Они могут напасть до того, как первый млечник сделает шаг в их сторону и вызовет заклинание.

— Тогда мы будем рядом, — многообещающе произнёс я.

— Жерар опытный, он может напасть первым, — подчеркнул Ульфи. — Я видел его взгляд. Он насторожен и готов к бою. Притом учтите, как только мы сойдём в Талассире, этот говнюк первым делом побежит к конунгу Хрольфу.

— Мы высадимся не в главном порту города, — сообщил я то, что услышал от Астрид.

— Они все отправятся на поклон к Хрольфу. Это верно, — печально произнёс Дерек. — Расскажут о реликвии, о том, что мы убили ярла, и как спелись с млечниками. Сдадут нас с потрохами, чтобы избежать виселицы. А затем нас будут искать тысячи воинов конунга. И найдут.

— Опасно это, — охнул Ульфи, таращась то на меня, то на Дерека. — Не знаю как вы, а у меня в планах не было гореть живьём на столбе. Я ещё пожить хочу.

— Все мы хотим пожить, дружище, — усмехнулся Дерек.

Ульфи нервно сглотнул, затем опасливо оглянулся.

— Они ничего не расскажут, когда их найдут, — произнёс я.

— Рты им зашьёшь? — ухмыльнулся Дерек.

Я вкратце поведал им о том, что с ними планировала сделать Астрид.

— Тихо, — предупредил я, переводя разговор в другое русло. — И в Талассире, говорят, очень приличное вино.

На лестнице, ведущей к палубе, показался Жерар. Мечник не спеша подошёл к нам. На его лице сияла дружелюбная улыбка.

— О да, но не только вино в Талассире лучшее, — весело произнёс воин. — Вы забыли про южных красоток. Они ждут нас в тавернах, уже раздвинув свои стройные ножки.

— Кто-кто, а Жерар о бабах, — Дерек выдавил из себя кривую усмешку, а Ульфи нервно кашлянул. Я изучающе посмотрел на Жерара.

В октагоне ты учишься читать язык тела противника ещё до того, как прозвучит гонг. Это навык, выработанный сотнями спаррингов. Сейчас он буквально вопил об опасности.

Жерар слишком старался казаться расслабленным. Вот в чём было дело. Его слова звучали легко, но интонации были осторожными. Взгляд воина не задерживался на ком-то одном дольше секунды. Да, его радость от скорого прибытия в Талассир была искусственной. Но мечник предвкушал не отдых в тавернах. Он мечтал о триумфе.

Мысленно он уже продал нас конунгу в обмен на свое благополучие, получил кучу золотых, а также место в отряде Хрольфа, и стал счастливым обладателем Нимиуса. Он уже пил вино в объятьях нескольких шлюх в одном из столичных борделей и рассказывал о своих подвигах на Туманном архипелаге.

— Да, Жерар, — ровно ответил я, растягивая губы в такой же фальшивой улыбке. — Мечтаем о вине и горячей ванне. Ещё пара часов пути, как сказала Астрид. А затем мы встанем на якорь. Но не в порту.

— А вот это верно, — одобрительно произнёс Жерар. — Нам нельзя показываться на пристани. Стражи там как собак нерезаных. Если помощь нужна — зовите. Я пока покемарю часок, если вы не против.

Он отправился к одной из лавок, а мы вышли на палубу.

Астрид уже направила Нимиус на парус, шепча под нос только ей понятные слова. Энергия собиралась вокруг реликвия, а затем с неё сорвался луч, оплетая магией грубое полотно паруса и заскрипевшую мачту.

«Мурена» сорвалась с места, и я кое-как удержался на ногах. Драккар летел сквозь волны, разрезая морскую воду с такой силой, что брызги долетали до самой мачты.

Теперь я понял, почему нас в прошлый раз не сдуло ветром за борт. Вокруг «Мурены» поблёскивала еле заметная пелена. Только сейчас, когда солнце ушло с зенита, я заметил её. Основные воздушные потоки огибали её, оставляя нам лёгкий морской бриз, будто мы плыли совсем на небольшой скорости.

Путешествие прошло стремительно. За полчаса мы подготовили лодки, перенесли на них все припасы, что у нас были. А примерно через час вдалеке показался Талассир. Ещё через пять минут я взглянул в подзорную трубу ярла. Ему она больше не понадобится.

Южная столица поражала своим величием даже с такого расстояния. Дома представляли собой настоящий каменный мегаполис. Гигантская дугообразная пристань могла вместить сотни судов. Вдоль набережной теснились плотные торговые кварталы с крышами из красной черепицы. А над всем этим великолепием, на высоком холме, окруженный тремя кольцами высоких стен, раскинулся дворец правителя Южных земель, Родрика Третьего. Это я взял из памяти Ворона. Как и то, что правитель этот был довольно жёсткий, хотя многие называли его справедливым. Разумеется те, кто его боится.

— Мощные стены, — услышал я рядом с собой задумчивый голос одного из воинов «золотой дюжины». Вроде его зовут Пирит. Он потёр небритый подбородок, показал в сторону берега. — Палачи южного конунга вздёрнут нас на этих зубцах, ещё до заката. А скорее всего даже сожгут. Мы для них — вражеские лазутчики.

«Мурена» вдруг замедлила ход. Пелена, укрывающая корабль от ветра, исчезла. Позади возмущённо вскрикнула Астрид.

— Вздёрнут или сожгут, ага, — надменно произнёс Жерар. — Только если мы придём с пустыми руками.

Он подошёл с Астрид, держа охотничий нож у её горла. На плече у воина висела сумка, из которой выглядывал Нимиус, пульсирующий по инерции.

— Сдадим вас всех страже, прямо на пирсе, — оскалился Жерар. — Что скажешь, Ворон?

— Отличный план, — оценил я и взглянул на улыбнувшуюся Астрид, которая подмигнула мне в ответ.

— Конунг Хрольф обожает редкие артефакты, — продолжал Жерар, не скрывая злорадства. — Хотя я ещё подумаю. Он и мне пригодится. Хорошая штуковина.

— Ты даже не представляешь, что это такое, — злобно ухмыльнулась Астрид. — Штуковина! Тоже мне, знаток!

— Заткнись, подлая ведьма, — Жерар дёрнул её за волосы, ещё сильнее обнажая шею. — Ты даже не представляешь, сколько я терпел. Скажи спасибо, что раньше не перерезал тебе глотку… Неро, где Роберт и Леган с Войсом?

— Они должны быть где-то рядом, — растерянно прогудел бородатый воин, ища глазами своих соратников.

Но… их он не найдёт. Они уже в трюме, усыплённые млечниками. Что же касается Астрид, Жерар не мог ей причинить вреда. Она удерживала его клинок при помощи заклинания. Я заметил мерцающую полоску на лезвии его кинжала. В этот момент оно находилось в паре миллиметров от горла волшебницы.

Оставалось сделать последний штрих.

— Ворон, ну что, может напоследок пустить твою подружку по кругу? — оскалился Жерар. — Она довольно сочная штучка.

— Думаю, что этого не будет, — произнёс я, глубоко вздохнув, затем выдохнув и концентрируясь исключительно на навыках Ворона.

— И что же ты сделаешь? — голос Жерара был похож на отдалённое эхо, когда я положил руку на рукоять меча.

Одно неуловимое движение, замысловатый финт, и Неро охнул, когда меч плашмя ударил его по виску. Ещё один готов. Упал как подкошенный.

— Эй!.. — только и успел выкрикнуть ошалевший Жерар, пытаясь сильнее надавить на кинжал.

Но его рука с оружием наоборот странно изогнулась вверх, замирая в неестественном положении. Воин зарычал от боли, роняя кинжал и падая лицом на палубу.

— Тварии-и-и-и! — Жерар дёрнулся, освобождаясь от захвата Астрид, затем вскочил.

Но пара млечников, находящихся рядом, сработали ювелирно. Один из них сделал резкий, скручивающий жест ладонями. Доски прямо под ногами Жерара моментально разорвались, намертво зажимая кованые сапоги воина.

— Ну что, весельчак, вот ты и доигрался, — ухмыльнулся я, упирая остриё меча в его грудь, защищённую кожаными пластинами.

— Давай, руби! Мне не страшна смерть! — закричал Жерар, вздувая вены на шее.

— Боюсь, что умрёшь ты по-другому. И не от моей руки, — печально подытожил я, возвращая меч в ножны.

В этот же момент на Жерара будто накинули сверху здоровенную штангу. Ноги его подкосились, он рухнул на колени.

— Вы предатели! — выплёвывал Жерар, густо краснея и уже не пытаясь преодолеть сопротивление. — Вы подчинились шлюхе! Она управляет вами, как и всем этим сбродом!..

Он не успел завершить мысль. Один из млечников положил руку на его макушку, и воин замер, затем закатил глаза и упал на палубу.

Пирита они также усыпили, затем ещё несколько магов собрались вокруг них.

Дерек с Ульфи стояли неподалёку. И если щуплый парень довольно улыбался, то брат Бейлы был напряжён до предела.

— Нам надо уходить. Лодки готовы, — сообщил он.

— Мы успеем, — кивнула ему Астрид.

— Но после этого куда мы пойдём? — он всмотрелся в лицо волшебницы, подойдя к ней чуть ли не вплотную. — Что нам делать в Талассире? Смотреть, как сгорают на кострах ваши соратники?

— Освобождать их, — холодно сообщила Астрид.

— Нам с вами не по пути, — Дерек оглядел нас. — И нам надо возвращаться в Северные земли.

— Я остаюсь с ними, — сообщил я ему.

— Ты хорошо подумал, Ворон? — уставился на меня Дерек.

— Кажется у нас ещё есть немного времени, — пристально посмотрела на него Астрид. — Я расскажу вам, с чего всё началось.

— Ты говоришь загадками, ведьма, — процедил Дерек.

— Ты поймёшь, о чём я. Если, конечно, готов выслушать, — сообщила волшебница. — Да и остальные не знают, откуда появилась ненависть к нам.

— А ты всё знаешь, — язвительно произнёс Дерек.

— Всё знать невозможно. Но это знание передалось мне от матери, — Астрид блеснула радужкой глаз, вглядываясь в Дерека.

— Хорошо, — кивнул он.

Мы устроились на корме, на одной из лавок, на которой сидели гребцы.

— Ещё десять столетий назад мы были такие же как и вы, — начала Астрид, обведя нас печальным взглядом. — Когда всем континентом правил один император, Орри Великолепный. Так называла его свита, за то, что вместе с ним пришло в этот мир и образование, и наука, стали строиться школы. Грамотных людей с каждым годом становилось всё больше и больше. Пока не пришёл он, Брук Завоеватель. Он сверг короля, сел на трон и начал свою политику.

— Я слышал эту историю. Из-за него королевство раскололось на северное и южное, — вставил своё слово Ульфи. — И Севером начали править три конунга, три вассала короля, которые потом отделились. А после началась Война между Севером и Югом, которая унесла тысячи жизней.

— Не только это произошло, — заметила Астрид.

— Мы это знаем. Зачем ты нам рассказываешь это? — хмуро сказал Дерек. — Заговорить нас хочешь?

— Но вы не знаете, что ровно тогда и появились мы, млечники, — нахмурилась Астрид. — Брук издал указ уничтожать неверных, тех, кто ему не подчинился. А особенно магов из числа простолюдинов, которых он боялся до смерти.

— Это ты сама придумала? — усмехнулся Дерек.

— Это история нашего мира! — воскликнула Астрид. — Это правда, которую пытались скрыть. Но есть у нас хранитель, у которого собраны все летописи былых времён. Мистраль, которого, как и мою мать, заточили в темницу. Он, как и все, дожидается казни.

Дерек молчал, лишь округлил глаза и смотрел на волшебницу. Он не знал, что сказать. Вся его картина мира рушилась и собиралась заново. Как и для Ульфи, как и для меня.

— Если всё, что ты говоришь — правда… — Дерек прокашлялся, затем взял паузу. — Если всё правда, то это похоже на травлю.

— Так и есть, — хмыкнула Астрид. — Все десять веков, из поколения в поколение, ненависть к нам, млечникам становилась всё сильнее. А пару веков назад ещё один правитель — как раз прадед ныне властвующего Родрика Третьего — решил, что млечников проще сжигать и развеивать пепел по ветру, чем рыть для них могилы. А чтобы было зрелищней и показательней, придумал Праздник огня.

После слов Астрид воцарилась долгая пауза.

— Но ты ведь уже ничего не исправишь, — произнёс Дерек.

— Есть один способ. Но нужно найти Древо жизни. Чтобы оно распространило всю историю нашего мира каждому живущему в нём, — сообщила она. — Что мы, млечники, и делаем. Ищем это дерево. Точнее уже почти нашли. Но появились твари. Только они стоят между нами и тем, что положит конец войнам и бесконечным казням ни в чём не повинных людей. Но к этому мы придём чуть позже.

— Сейчас ты хочешь освободить свою мать, и хранителя, — произнёс Ульфи.

— Именно, — кивнула Астрид.

— Но как ты это сделаешь? Это нереально! — воскликнул он.

— Всё реально, — улыбнулась волшебница. — Надо лишь знать, как это сделать. Я знаю… Вы мне поможете?

Она обращалась больше к моим двум приятелям. Я-то уже на её стороне. Но они не спешили с ответом

Наконец-то Дерек вздохнул, отчаянно взглянул на волшебницу.

— Я хорошо разбираюсь в людях. И не увидел в твоих глазах ни капли лжи, — тихо произнёс он. — Я помогу тебе. Но хранитель должен мне показать летописи.

— Он покажет, и ты убедишься в моих словах, — кивнула Астрид.

— Тогда я тоже с вами, — кивнул Ульфи.

После этого «Мурена», ведомая магией Астрид, стремительно полетела по волнам к каменным причалам Талассира и в последний момент повернула налево, огибая побережье.

Мы обогнули мыс, скрываясь от глаз дозорных на крепостных стенах, и бросили якорь в небольшой, зажатой между скалами бухте, в стороне от южной столицы.

Спуск на воду прошёл в напряженном молчании. Жерара и его людей мы оставили в трюме драккара. И наш отряд перешёл на несколько лодок.

Я налёг на весла, направляя нашу посудину вслед за лодкой, в которой замерла Астрид. Внутреннее чутьё, отточенное в сотнях поединков, уже начало подавать тревожные сигналы. Воздух здесь казался слишком тяжёлым.

Дерек, сидевший в соседней лодке, внезапно перестал грести. Ветеран нахмурился, втягивая воздух словно гончая, взявшая след. Его рука рефлекторно скользнула к рукояти двуручника.

— Что-то не так, — глухо произнёс Дерек, вглядываясь в сторону небольшого причала, у которого на воде покачивались две рыбацкие шхуны. — Астрид говорила, что мы плывём к связным. Но никто не встречает.

— Вот! И я про то же! — тут же подал голос Ульфи, сидевший впереди. Парень нервно сглотнул, озираясь по сторонам. — А вдруг это ловушка? Вдруг эти проклятые Гнусы как-то перебрались через пролив и уже ждут нас на берегу?

— Не пори чушь, Ульфи, — хмыкнул я, продолжая грести. — Откуда им здесь взяться? Мутанты не строят корабли. А вплавь они бы здесь не оказались при всём желании. Мы и то вырвались лишь благодаря реликвии.

— Кто их знает, этих тварей, — пробормотал Ульфи. — Я лишь предположил. Они же эволюционируют. Сами видели тех, с ящерицами.

— Вот как предположил, так и забудь, — жёстко оборвал его Дерек. — Если ты начнешь трястись от каждого шороха, нас убьют быстрее, чем успеем достать оружие. Дело не в мутантах.

Лодка Астрид замедлила ход, волшебница обернулась к нам. Лицо её бледное, но взгляд решительный.

— Прекратите панику, — негромко произнесла она. — Это наше пристанище. Здесь живут связные. Возможно, они специально соблюдают тишину, чтобы не привлекать внимание дозорных Талассира.

— Значит, у твоих связных очень странное понятие о безопасности, — хмыкнул Дерек, не убирая руку с меча. — Пахнет кровью. И что-то горит. Вон, впереди дым.

Теперь я различил за причалом небольшое поселение. Оно пряталось в небольшой бухте, невидимой с моря.

Вдоль узкой каменистой полосы теснились приземистые дома, сколоченные из почерневших корабельных досок. На покосившихся деревянных сваях висели гроздьями рыбацкие сети.

И Дерек был прав. Дальние хижины занимались огнём, их соломенные крыши вспыхивали словно спички.

Когда мы подплыли поближе, я услышал истошные женские крики, мужские вопли и рычание, звон железа, треск ломающегося дерева.

Деревянный нос лодки мягко ткнулся в каменистый берег. Я выпрыгнул первым, помогая подтянуть лодку к берегу.

По серым камням тянулась багровая полоса. Кого-то волокли от самой воды к хижинам. Возле перевернутой бочки лежал неподвижный мужчина в простой холщовой рубахе. В его спине торчали два арбалетных болта.

Все, кто высаживался, прятался за крайний большой дом недалеко от воды.

— Этого не может быть, — бормотала Астрид. — Кто напал на связных?

— Сейчас мы узнаем, — произнёс я.

Мы с Дереком и Ульфи перешли к следующему дому. Я заметил двух высоких воинов. На них тёмная кольчуга, на широких плечах тяжёлые бордовые плащи. Золотыми нитями на ткани был вышит герб — два скрещенных меча. Затем к ним присоединились ещё десять воинов, вытаскивая из хижин за волосы женщин, стариков и пару рыдающих детей.

— Кто это? — спросил я остальных. — Видите гербы на плаще?

— Похоже бой будет тяжёлым. Если мы вообще справимся, — Дерек нахмурился, всматриваясь в группу военных.

— Но мы должны отбить этих несчастных, — произнёс я, встречаясь взглядом с братом Бейлы.

— Это будет не так просто, как ты думаешь, — произнёс Ульфи, бледнея на глазах.

— Именно так. Это элита Юга, личная гвардия конунга Хрольфа, — добавил Дерек.

Я заметил, как один из гвардейцев достал длинный, узкий меч и занёс его над мальчиком пяти лет, что-то спрашивая у рыдающей матери.

Внутри у меня всё перевернулось. Я выскочил из укрытия, на ходу доставая меч, и бросился вперёд.