За отступлением отряда коменданта я с наблюдал глазами Вуди. С высоты птичьего полета всё это действо выглядело даже красиво — поднимающееся облако серой пыли, паника и суета. По разбитой дороге в сторону города быстро удалялась нестройная колонна всадников и пеших стражников, отчаянно работающих локтями.

Пятачок стоял у самой обочины и радостно махал им хвостом на прощание, отчего тяжелый костяной набалдашник со свистом рассекал воздух. Он постоял так немного, провожая незваных гостей, а затем задумчиво захрустел вырванным с корнем молодым деревом, перемалывая древесину мощными челюстями.

— Ушли гости, — сообщил я Кире, возвращая сознание в собственное тело.

Кира оторвалась от длинного списка строительных материалов, который скрупулезно рассматривала

— Да? — она грустно вздохнула. — Что ж. Хорошо хоть, что я пироги не поставила в печь. Продукты бы только перевели на этих вояк.

Я снова прикрыл глаза, ловя картинку от Вуди. Костяной дятел сделал широкий круг над трактом. Впереди мелькали спины последних отставших всадников, а позади, в клубах оседающей пыли, осталась брошенная на произвол судьбы телега, два деревянных щита и один стоптанный сапог.

— Один сапог оставили, — констатировал я.

— Значит, вернутся? — с робкой надеждой спросила Кира.

— За сапогом — вряд ли.

Кира понимающе кивнула и спокойно вернулась к своему списку. А что такого, собственно? К нам пришли вооруженные солдаты, увидели Пятачка и в ужасе убежали. Обычное, ничем не примечательное утро на ферме Гордов.

Я окончательно отключился от зрения Вуди и посмотрел на главные ворота. Там неподвижно стоял на страже Защитник — оживлённый комплект доспехов. Тагор, наш юный чумазый кузнец, несколько раз его переделывал и подгонял детали. Я, в свою очередь, основательно подшаманил с некро-кристаллами, которые мы в него вживили. В итоге доспех приобрел полезный навык — научился самостоятельно поглощать металл и наращивать себе броневые пластины.

Сейчас он стоял возле ворот, широко и устойчиво расставив ноги, и держал в стальных руках длинную железную кочергу. Двуручный меч смотрелся бы куда солиднее, но пока такой Тагор не выковал — времени и материалов не хватало.

Я неспешно направился к сараю. Мимо прошел Фрол — он как раз убирал курятник. Я одобрительно поглядел на козу Сирень, которая сильно раздобрела на сочной траве, щедро подкормленной магией Нордов.

По пути я машинально подобрал с земли старую, погнутую подкову и, не глядя, бросил в Защитника. Он поймал её одной рукой, даже не шелохнувшись. Металл подковы начал медленно, словно разогретый воск, погружаться в доспех. Через несколько секунд подкова бесследно исчезла, а пластина на его левом предплечье стала заметно толще.

— Полезная способность, — заметила подошедшая со спины Кира. — Только в обслуживании дорогая.

— Пока кормим ломом, — пожал я плечами.

— Лом уже заканчивается.

— Значит, нужно найти ещё.

— Артур, теперь у нас кроме регулярных расходов на камень, древесину, известь, зерно и оплату живых рабочих появится отдельная статья в бюджете: питание доспеха.

Я, как истинный прагматик, нашел и плюсы в этой ситуации:

— Зато сено ему покупать не нужно.

— Пятачку вроде бы тоже не нужно, — парировала Кира. — Но он вчера от скуки съел четверть телеги.

В этот момент Педро, до этого важно расхаживавший по двору и контролировавший территорию, подошёл ближе. Он внимательно посмотрел на Защитника как на нового конкурента, агрессивно клюнул его в стальную голень и с победным клекотом отскочил.

Я же отправился к Госту — проведать, как идут дела. Мертвяку-архитектору привезли материалы для ремонта дома аккурат перед тем, как стражники окончательно убедились, что я некромант. Очень удачно вышло.

Тут на глаза снова попался Пятачок. Он опять тащил в зубах вырванное дерево — играться животинка хочет. Увидев это безобразие, Кира задумчиво прищурилась:

— Слушай, пусть обратно идёт по соседней полосе.

— Зачем?

— Поле вспашет. Борозда хорошая получается.

Именно поэтому хозяйством занималась она. А я просто владел фермой.

Я направился к усадьбе. Восстановление бывшего графского гнезда продвигалось медленно, но уверенно. Один флигель мои ребята уже накрыли новенькой крышей. В главном здании укрепили несущие стены, разобрали остатки сгнивших перекрытий и начали ставить свежие балки. Мёртвые строители трудились круглые сутки, не зная усталости. Нежить в очередной раз доказала своё абсолютное экономическое преимущество: она не просила выходных, не устраивала перекуров и не требовала прибавки к жалованью. Гост подошел ко мне и с профессиональным недовольством пожаловался на пару гнилых досок в последней партии.

Вдруг от ворот донёсся частый топот копыт. Я обернулся. По дороге к нам во весь опор скакал человек. Сначала я решил, что один из солдат всё-таки набрался смелости и вернулся в поисках брошенного сапога. Но потом, когда всадник приблизился, я узнал Роджера на лошади.

У самых ворот он едва не столкнулся с Защитником. Доспех как раз плавно взялся за кочергу, готовясь отразить угрозу. Роджер резко, до скрежета подков, остановил коня. Широкими глазами посмотрел на неживого стража. Затем очень осторожно, бочком, обошёл его.

— Артур! — крикнул он, спрыгивая на землю. — Артур, у тебя проблемы!

— У нас строители привезли гнилые доски, — кивнул я, изучая бравого капитана. — Но мы уже разбираемся.

— Доски? Какие доски? Я не об этом!

Роджер добежал до крыльца, тяжело упёрся руками в колени и несколько секунд просто пытался отдышаться. Вид у него был загнанный.

Кира молча подошла и протянула ему глиняную кружку свежей воды.

— Пейте.

— Спасибо.

Он осушил кружку одним жадным глотком. Выдохнул так, будто нырял на глубину. Кира, не говоря ни слова, налила ему ещё воды. Я уселся на обломок мраморной колонны, ожидая новостей.

— Итак, комендант решил…

— Объявить за тебя награду.

— Хорошо.

— Что здесь хорошего⁈ — взвился Роджер, едва не поперхнувшись.

— Я боялся, он решит снова прийти с солдатами. Из солдат выходят плохие батракаи.

— Артур, он объявит тебя опасным тёмным магом! За твою голову назначат деньги! Сюда полезут авантюристы, всякие беспринципные охотники за головами, все идиоты округи, умеющие держать меч!

— Последних будет больше всего, — философски согласился я. Идиотов в любом мире всегда хватало с избытком.

Роджер в отчаянии перевёл взгляд на Киру, будто надеялся найти в ней хоть каплю здравого смысла и поддержку. Она тем временем спокойно стояла возле телег и деловито посматривала на бочки с известью.

— Госпожа Кира, ну хоть вы объясните ему!

Но Кира даже бровью не повела. Привыкла.

Роджер медленно, с болью провел ладонью по лицу.

— Я зря сюда скакал.

— Не зря. Теперь мы точно знаем про награду и можем подготовиться.

— И что ты собираешься делать, стратег?

— Сначала закончим разбор стройматериалов.

Роджер только поднял глаза к небу, а в этот момент Вуди передал мне по ментальному каналу острый тревожный сигнал. Я закрыл глаза и подключился к его зрению.

По дороге к ферме неспешно шёл одинокий человек. Он ехал верхом на мертвой лошади. На нём был накинут длинный серый плащ, под полами которого угадывалась дорогая, качественная одежда. Мужчина двигался неторопливо, совершенно не оглядывался по сторонам и ни капли не боялся глубоких следов Пятачка на тракте. Но главное — вокруг него ощущался плотный, тяжелый фон концентрированной некротики.

— Уже пришли, — открыв глаза, сказал я.

Роджер побледнел.

— Кто? Охотники?

— Пока один человек.

Я присмотрелся к ауре незнакомца, сканируя её структуру. Опытный некромант. Мастер, не меньше. Плетения четкие, контроль идеальный.

— Орден Нежизни, — продолжил я.

Роджер непонимающе захлопал глазами. Кира посмотрела на подъезжающего к воротам гостя.

— Драться будете? — деловито уточнила она.

— Вряд ли. Но пойдем лучше в дом. Здесь люди работают, не стоит им мешать.

Так Орден Нежизни впервые вошёл в мою усадьбу прямо через парадную дверь.

Гость остановился перед воротами, профессиональным взглядом оценил Защитника, мазнул глазами по Барсику, который лениво зевал на ветке яблони, посмотрел на Пятачка и работников, латающих крышу. Лицо у него при этом совершенно не изменилось. Ни единого мускула не дрогнуло. Хорошая выдержка.

Защитник послушно поднял свою кочергу, перекрывая проход.

— Пропусти, — ментально приказал я.

Доспех с лязгом отступил в сторону. Гость уверенно вошёл во двор.

На вид ему было около пятидесяти. Худой, седой, с узким аристократическим лицом и глубоко посаженными, колючими глазами. На длинных пальцах — три перстня с чёрными накопителями. На шее, надежно скрытый под воротником плаща, висел сложный защитный амулет.

— Святой паладин Артур Горд? — сухо спросил он.

— Да.

— Можете называть меня мастером Рейном. Я официально представляю второй круг Ордена Нежизни.

Роджер за моей спиной тихо втянул воздух. Он, как сканер, ощутил густую некротику визитера и тайком заозирался в поисках надежного укрытия. Кира вот стояла абсолютно спокойная — я постоянно насыщаю её антимагическую метку своей аурой, поэтому к чужому давлению она невосприимчива.

Похоже, Орден наконец-то прислал человека, имеющего право принимать решения, а не очередной расходный материал.

— Чем могу помочь, господин мастер?

Рейн многозначительно посмотрел на Роджера и Киру.

— Я рассчитывал на разговор без посторонних. Дело конфиденциальное.

Капитан торопливо покосился на меня. Он был только рад слинять подальше от двух некромантов.

— Да, вполне возможно, — кивнул я.

Мы с Рейном вошли в усадьбу. Для разговора я выбрал бывший кабинет хозяина поместья. Потолок здесь уже восстановили, но стены пока оставались потрескавшимися, оконные рамы стояли без стёкол, пуская сквозняк, а вся мебель состояла из двух скрипучих стульев и древнего стола, который Гост на днях собирался выбросить на растопку. На столешнице лежал толстый слой строительной пыли.

Рейн брезгливо провёл по нему пальцем.

— Скромно.

— Ремонт, — развел я руками.

— Ваше положение могло бы быть гораздо лучше, раз вы умудрились стать святым паладином.

— Мне хватает.

Мы сели друг напротив друга. Рейн несколько долгих секунд молча меня изучал, пытаясь пробить мою защиту взглядом. Я занимался ровно тем же, только использовал некросканер.

Его защита была неплохой. Даже отличной по меркам этого мира. Три амулета, два кольца-накопителя, сложное, многослойное плетение вокруг самой души и несколько заранее подготовленных, висящих в триггерах заклинаний. При нападении одно плетение должно было мгновенно создать щит, другое — разорвать мою связь с чужой нежитью, третье — выдать мощный выброс некротики по площади. Предусмотрительный человек.

Но было и ещё кое-что. В правом рукаве его плаща пряталось маленькое искусственное существо. В невидимой шкуре. Ранг — Мутант. Обычным взглядом или слабым сканером его ни за что не заметить, но мой некросканер впрочем справлялся с такими фокусами на раз. Тонкие, ювелирно подогнанные косточки, шесть лапок, плоское тело и длинная полая игла вместо хвоста. Связь с хозяином была искусно спрятана в общем фонящем шуме защитных артефактов.

Я сделал вид, что абсолютно ничего не заметил, и расслабленно откинулся на спинку стула.

— Начну с главного, — ровным тоном произнёс Рейн. — На кого вы работаете?

— На себя.

— Как-то не верится.

Рейн демонстративно положил руки на стол. В этот момент из его рукава невидимое существо медленно, перебирая лапками, спустилось на столешницу.

— Вы не могли получить свои знания самостоятельно, — уверенно продолжил мастер. — У вас нет наставника, известного Ордену. Вы не принадлежите ни к одному из признанных кругов. Не связаны с древними северными домами. Не служите князьям Пустоши. И уж тем более не проходили обучение в закрытых школах Святого Престола.

— У Святого Престола есть закрытые школы некромантии? — изогнул я бровь.

Рейн на секунду сбился, поняв, что сказал лишнее.

— У всех крупных организаций есть свои методы изучать противника.

— Конечно-конечно.

Невидимое существо добралось до края стола и замерло, ожидая команды. Я очень осторожно, чтобы не вызвать рябь в эфире, коснулся его нити управления своим некросканером и принялся изучать структуру. Рейн ничего не почувствовал — разница в классе контроля была колоссальной.

— Значит, остаются две возможности, — продолжил он гнуть свою линию. — Либо вы представитель неизвестной нам силы, либо случайно нашли наследие кого-то из древних мастеров и смогли его усвоить.

— А третьей возможности нет?

— Какой же?

— Я просто талантливый.

Рейн снисходительно улыбнулся.

— Молодые выскочки любят это объяснение.

Невидимое насекомое тем временем спустилось по обшарпанной ножке стола и целенаправленно направилось ко мне. Примитивный разум маленького мертвяка содержал всего один базовый приказ: приблизиться, укусить, вернуться. В полой костяной игле наверняка находился сильный, парализующий или смертельный яд. На переговоры мастер пришёл подготовленным по высшему разряду.

— Допустим, вы правы, — сказал я, наблюдая за букашкой. — Что дальше?

— Я предлагаю вам решение всех ваших проблем.

— Даже с ремонтом крыши?

— Гораздо более серьёзных проблем, Горд.

— Ремонт сейчас — довольно серьёзная проблема. Сезон дождей скоро.

Рейн немного подался вперёд, теряя терпение.

— Святой Престол знает, кто вы. В ближайшие дни за вами придут. И это будут не те идиоты, что топтались сегодня на тракте. Не смогут схватить местные стражники — прибудет полноценная Инквизиция.

— Я Престолоносец, — напомнил я.

— Красивое, но бесполезное звание. Император откажется от вас и предаст анафеме, как только узнает, что вы некромант.

— Возможно.

— Мы можем вас защитить.

Насекомое добралось до носка моего сапога и начало подниматься.

— Каким образом?

— Вы добровольно вступите в Орден Нежизни. Получите официальный ранг, доступ к тайным знаниям, надежным убежищам, ресурсам и людям. Мы спрячем вас, если понадобится. Или поможем уничтожить тех, кто за вами придёт.

— Щедро.

— В обмен Орден потребует полной, безоговорочной верности.

— Вот с этого и надо было начинать.

— Любая защита имеет свою цену.

— Я уже заметил.

Я мог просто раздавить эту невидимую нежить каблуком. Но тогда мастер попытался бы уйти или активировал бы свои артефакты. Гораздо интереснее было узнать, насколько хорошо он предусмотрел защиту от прямого перехвата управления.

Я незримо влил в насекомое концентрированные морты. Он был Мутантом? Отлично, пусть станет Сверхмутантом. Матрица послушно приняла энергию и перестроилась под мою волю.

Рейн на мгновение замолчал, слегка нахмурившись.

— Что-то не так? — невинно спросил я.

— Нет.

Он ничего не понял. У него просто исчез контроль над конструктом. Ему наверняка показалось, что ментальная связь дёрнулась из-за расстояния или магического фона Серой зоны. Я мысленно развернул насекомое и направил его в обратную сторону.

— Какие конкретно обязанности будут у меня перед Орденом?

— Сначала незначительные. Передача сведений о передвижениях войск. Помощь местным братьям в операциях. И, конечно, предоставление части созданной вами уникальной нежити для глубокого изучения.

— Какой части?

— Это будет решено позже, на Совете.

— Пятачка отдать?

— Кого? — не понял Рейн.

— Кабана моего.

— Вы получите гораздо больше, чем потеряете. У нас есть талантливейшие мастера. Прекрасно оборудованные лаборатории. Огромные хранилища свежих тел. Могущественные артефакты прошлых эпох. Вы сможете учиться у лучших из лучших.

— Я уже учился у лучших.

— У кого же?

— У своей мамы Киры. А еще у дяди Дани… Да и много у кого, — я позволил себе легкую ностальгическую улыбку.

Рейн раздраженно откинулся на спинку стула.

— Эти имена мне абсолютно ничего не говорят. Вы явно не понимаете своего шаткого положения, Горд.

— Прекрасно понимаю.

— Тогда каков ваш окончательный ответ?

Я посмотрел на него. Вступление в какой-то там местный Орден мне вообще не сдалось никаким хреном. В прошлой жизни у меня уже были и отец-король, и Совет острова, и сам император Мироздания. Я устал от интриг, политики и подчинения. В этой новой жизни я просто хотел спокойную ферму.

— Нет, спасибо. Обойдусь.

Рейн гневно нахмурился.

— Подумайте хорошенько.

— Уже подумал.

— Вы отказываетесь от непробиваемой защиты Ордена? От древних знаний? От положения, о котором абсолютное большинство некромантов не смеют даже мечтать?

— Я достаточно послужил в своей жизни. Ещё одно командование мне точно не нужно.

Несколько секунд мастер смотрел на меня, словно на умалишенного. Затем медленно покачал головой.

— Ну и дурак.

К этому времени невидимое и невесомое насекомое уже поднялось по ноге Рейна. Мастер, увлеченный беседой и собственной значимостью, этого совершенно не заметил.

— Тебе хана, сосунок, — процедил он.

Существо добралось до шеи мастера. Раздался еле слышный тонкий свист — сработал пневматический механизм костяной иглы.

Рейн вздрогнул и инстинктивно хлопнул ладонью прямо под ухом. Его пальцы нащупали маленькое костяное тело. Он медленно, неверяще вытащил его из-под воротника. Посмотрел на невидимое существо, зажатое в руке. Потом перевёл полный ужаса взгляд на меня.

Лицо мастера стремительно побледнело.

— Ты…

— Да?

Он попытался встать. Ноги его не удержали. Рейн опрокинул стул и тяжелым мешком рухнул на пыльный пол. Его защитные амулеты вспыхнули один за другим, реагируя на угрозу жизни, но нападения извне не было — яд уже беспрепятственно гулял по его кровеносной системе.

Мастер судорожно, с хрипом втянул воздух. Кожа на его лице сначала стала мертвенно-белой, а затем начала приобретать характерный зеленоватый оттенок.

— Противоядие с собой? — участливо спросил я.

Он попытался что-то сказать. Не получилось — голосовые связки уже парализовало. В выцветающих глазах появился животный страх.

Я мог его спасти. Наверное. Для этого пришлось бы немедленно остановить сердце, ювелирно извлечь яд из крови, восстановить повреждённые некрозом ткани, а затем силой вернуть душу в тело. Чертовски сложная операция.

И совершенно мне не нужная.

Рейн пришёл на мою землю, чтобы предложить мне выбор между рабским подчинением и смертью. Я просто немного изменил порядок в его уравнении.

Через несколько мучительных секунд его сердце остановилось. Душа начала неохотно отделяться от остывающего тела.

Я немедленно поднял руку. Концентрированные морты мощным потоком хлынули в мёртвую плоть.

Главное при создании качественной разумной нежити — не дать сложной структуре личности рассыпаться на куски. Чем дольше лежит тело, тем больше нейронных и энергетических связей теряется навсегда. Воспоминания блекнут, эмоции исчезают, профессиональные навыки превращаются в бессвязные обрывки.

Здесь смерть произошла только что. Душа ещё даже не успела понять, что её тело больше не работает.

Я ловко поймал её в энергетический силок, жестко закрепил в матрице, восстановил повреждённые ядом магические каналы и начал стремительно поднимать ранг. Обычного, тупого Ходока мне было недостаточно. Старый, потрепанный временем мозг тоже почти ничего не сохранил бы.

Я вливал морты до тех пор, пока стабилизированное сознание не достигло уровня Понимающего.

Тело Рейна резко выгнулось дугой. Пальцы с противным скрежетом заскребли по деревянному полу. Погасшие было глаза вновь широко открылись. Теперь в их невероятной глубине ровно горел знакомый мне зеленоватый некротический свет.

Связь установилась. Мой новый слуга получил ранг Понимающий.

А я получил его вместе со всеми его воспоминаниями. Их оказалось поразительно много. Настоящий кладезь.

Имена. Лица высокопоставленных чиновников. Пароли. Места тайных встреч. Подземные, хорошо защищенные убежища. Огромные склады подготовленных тел. Тайные алхимические лаборатории. Люди Ордена, внедренные при дворах столичных дворян. Завербованные послушники среди служителей Святого Престола. Длинный список продажных офицеров стражи, регулярно получавших золото за исчезновение арестованных. Расположение ближайших спящих ячеек.

И, конечно, тот самый приказ, с которым мастер Рейн пришёл ко мне на ферму.

Предложить вступление. Если соглашусь — связать нерушимой клятвой на крови и немедленно вывезти с фермы в их цитадель. Если откажусь — устранить на месте. Высшие иерархи в Ордене сочли меня слишком непредсказуемым и опасным, чтобы оставлять без жесткого контроля. Разумно. Не поспоришь.

Нежить неуклюже села на полу, ожидая команд.

— Встать, — приказал я.

Рейн послушно поднялся на ноги. Движения его пока оставались немного скованными и дергаными из-за остатков яда в мышцах, но это скоро пройдёт.

— А теперь, господин мастер, — усмехнулся я. — Поведай пожалуйста где находится главная цитадель Ордена Нежизни.