— Внук… — кажется, до меня начало доходить, что имел в виду лич.

— Хе-хе-хе… — его смех был подобен скрежету железа по стеклу, но в тот момент мне было не до того, чтобы морщиться. — Да, я твой дедушка, хе-хе…

Ещё пару минут я разглядывал мёртвого мага, который, как оказалось, был моим дедушкой. Меня переполняли самые разные эмоции, но главная из них была: «Да он, наверное, просто издевается!» Я ждал, что он скажет: «Я пошутил!» — и оторвёт мне голову, но ничего такого не происходило, и я был даже рад этому.

— Ладно, поднимайся и пошли со мной, — сказало это чудо(вище), парящее над землёй.

Затем он развернулся и полетел в проход. У меня сразу возникла мысль бежать отсюда, но я понимал, что если я рвану к выходу, велика вероятность, что он меня прикончит. Я бы на его месте так бы и поступил, чтобы не оставлять лишних свидетелей. Поэтому мне ничего другого не оставалось, как подчиниться и поплестись за ним, наступая на чужие кости.

И тут я осознал разницу между игрой и этим миром. При хорошем исходе это подземелье можно было пройти за двадцать минут, а сейчас мы уже шли по нему около получаса, и казалось, что мы всё ниже и ниже уходим под землю. Пейзаж вокруг не менялся: тёмные стены, каменные гробы, а где-то в стене были выемки, где тоже хранились чьи-то кости. Так же по дороге пока мы шли нам попадались ещё скелеты , которые на мое появление отреагировали как табуретки... то есть не как. Мне сложно представить, сколько здесь похоронили народу, и главный вопрос: нахуя?

— Здесь похоронены все наши предки, великие были люди, — неожиданно заговорил лич, даже не повернувшись ко мне. — Они творили историю, из тени управляя королевством, решали, кого сажать на трон, а кого низвергать.

— М-да, только сейчас отец готов отдать свою дочь за жирного торговца, кх, тьфу, — я смачно сплюнул на пол. — Чтобы не лишиться особняка. И кое-кто приложил к этому свою костлявую руку.

Возможно, было глупо провоцировать это существо, но мне нужно знать, куда он дел столько денег. Если мне удастся выжить, я смогу продать то, что осталось. Но, к моему удивлению, он не разозлился или что-то подобное. С его уст вырвался смех, насколько это возможно для нежити. Из-за этой какофонии у меня начинали болеть уши, но я решил не показывать своего недовольства.

— Сколько тебе лет? — неожиданно задал вопрос лич.

— Двенадцать, — коротко ответил я.

— И почему ты пришёл сюда? Ты же знал, что увидишь здесь, и даже подготовился. Так чего ты искал?

Я пожал плечами.

— Деньги.

—Деньги, — повторил лич. — Чтобы не лишиться дома?

— Частично, просто я не хочу, чтобы мой... — тут я замялся, подбирая нужное слово, всё же мой отец — это его сын, и я едва ли не назвал его разными неприятными эпитетами. — Отец просрал всё окончательно, и он не может ничего сделать, чтобы вытащить семью из той ямы, в которую ты их вогнал.

Из его уст вырвался сип, это было похоже на тяжёлый вздох, но это не точно. — Как же низко пал мой сын, хотя я и так был невысокого мнения о нём, но сейчас он пал в моих глазах окончательно. Мы пришли.

Здесь был тупик, где всё закончилось парой каменных гробов. Вряд ли он положит меня в один из них, скорее всего, здесь будет тайный проход, потому что в игре этих тайных помещений было хоть жопой ешь. Боюсь, что даже пойдя посрать, можно наткнуться на какой-нибудь секрет. Я принялся стоять и ждать, а лич пялился на меня как... Да хрен его знает как, по его костлявой морде хрен определишь.

– Ты не боишься...

Ну, в чем-то он прав, страха особого нет, скорее опасения, не каждый день я гуляю по могильникам. Но когда за твоей душой есть небольшое кладбище собственного производства, то смерть не так уж и страшна, особенно когда ты видел её во многих проявлениях, а сейчас... Лич наблюдает за мной даже когда летит спиной ко мне, я прекрасно это чувствую, и, скорее всего он заметил меня почти сразу как я вошёл в этот склеп. Лич ещё побуравил меня своими пустыми глазницами, а после сделал взмах костлявой рукой, и стена с правого бока отъехала в сторону, открыв нам проход. Лич без раздумий влетел в него, я же последовал за ним. Пройдя небольшой лестничный пролёт, мы очутились в роскошном кабинете, совмещённом с алхимической лабораторией, ну или что-то похожее. Тут стояло куча склянок, горелки и перегонный куб, похожий на Лёхин самогонный аппарат, который тот собрал, чисто по приколу...

После того как мы провели испытания самогонного аппарата, я проснулся в другом городе, в общежитии, в компании со студенткой, которая мне не очень понравилась, а если говорить откровенно она была страшнее ипотеки и налогов. Витя оказался в лесу и двое суток добирался до дома. Антон же проснулся в своей квартире, и его пробуждение остаётся для нас загадкой, потому что после этого он целый месяц не разговаривал с нами и странно на нас смотрел. Я не знаю, что происходило, по крайней мере, не помню. А Лёха, представьте себе, оказался в Японии, попасть для нас в другую страну никогда не составляло труда у нас были паспорта на все случаи жизни, да и с финансами никогда проблем не было...

Мы решили избавиться от самогонного аппарата. Вывезли его в лес, обложили взрывчаткой и взорвали его нахуй.

Что то меня сильно утащила в мои воспоминания... Я ещё раз осмотрел кабинет, отмечая его роскошь. У моего отца был похожий кабинет, но там царила лишь пыль. Этот же кабинет был богато украшен деревянной резной мебелью, что в этом мире считалось роскошью. Стул, обитый красной кожей, выглядел массивным. В шкафах, также украшенных резьбой, хранилось множество литературы, но с моего места я не мог разглядеть, что именно.

Стены, пол и потолок были выложены из светлого серого мрамора, что создавало атмосферу богатой роскоши. Картина и несколько крупных скульптур в виде гаргулий дополняли обстановку. Похоже, это был кабинет моего дедушки.

Нежить, пролетев над столом, приземлилась в огромное кресло. Я молча сел напротив него и стал смотреть в его пустые глазницы.

— Итак, внук, расскажи мне всё, что происходит сейчас в нашей семье.

И что же ему такого интересного рассказать... В принципе, какой смысл что-то скрывать от него? Наша семья оказалась в трудном положении именно благодаря ему. Пожалуй, как истинный масон, я начну отвечать вопросом на вопрос.

— Может быть, ты расскажешь мне, как стал нежитью и зачем тебе это было нужно? И зачем было загонять семью в такую... Кхм, долговую яму?

— Не слишком ли много ты хочешь, сопляк, тем более разговаривать так со мной? — кажется, синие пламя в его глазницах стало ярче.

Я не ответил, лишь продолжал сверлить его холодным взглядом. Он делал то же самое, и мы несколько минут играли в гляделки. Правда, он не моргал, в отличие от меня. Нечем.

— Забавно видеть в двенадцатилетнем пареньке больше храбрости, чем в некоторых искателях, которые спускались в эти крипты. Наконец-то я узнаю настоящего Вермонда, а не ту жалкую пародию, что из себя представляет мой сын. Ты спрашивал, как я стал нежитью? Всё просто: я очень долго манипулировал с тёмной магией. В итоге моё тело сильно пропиталось ею, и через некоторое время я воскрес и стал тем, кем сейчас являюсь. А на счёт денег — тут он о чём-то задумался, хотя по его мимике лица это вряд ли поймёшь. Тем не менее, он молчал, явно что-то обдумывая. — А на счёт денег мы с тобой поговорим позже. Теперь твоя очередь, парень, расскажи мне всё.

— Да рассказывать нечего, отец с матерью распродали всё, что можно продать, включая большую часть земель, и как либо шевелиться и выбираться из всей этой ситуации, они не собираются. Мой старший брат из себя представляет жалкое подобие аристократа, и этому тупому идиоту придётся возглавить нашу семью. Его мысли сосредоточены лишь на светских раутах, и если он не начнёт думать о будущем, нашей семье грозит разорение. Сами родители были готовы пойти на всё, чтобы сохранить особняк, даже продать свою дочь, единственную в этой доме чья улыбка хоть как то скрашивает эти серые дни. Слуг у нас почти нет, а я же полез в этот могильник, чтобы хоть как-то вытянуть нашу семью из того положения, в котором она сейчас оказалась, и в данный момент я не знаю, чем это всё обернётся, ну, по мне так лучше сдохнуть, чем прозябать, как они.

Фух, вот это Остапа понесло! Вот что значит накопилось. У меня уже давно всё кипело говно под кожей от всего происходящего, поэтому мне нужно было выговориться. Ведь двенадцать лет наблюдения за всем этим блядством не могли не сказаться на моей психике, а лич вряд ли кому об этом расскажет.

Мой собеседник пристально смотрел на меня своими пустыми глазницами. Он перегнулся через стол, и его оскал оказался всего в нескольких сантиметрах от моего лица. Лич внимательно изучал меня, и казалось, что он заглядывает мне в самую душу. Я напрягся всем телом, готовясь к возможной схватке, из которой, как я понимал, мне вряд ли удастся выйти победителем.

После нескольких минут напряжённого молчания лич решил заговорить со мной:

— Скажи мне, юный Тогрин Вермонд, как ты планируешь поступить со своим братом?

Это был неожиданный вопрос, но я боялся, что врать в такой ситуации было бы неразумно.

— Если он продолжит разрушать нашу семью и не возьмётся за ум, мне придётся его убить, — произнес я холодным тоном.

Лич отстранился от меня, и с его черепа вырвался лёгкий смешок.

— Вот именно таким должен быть истинный Вермонт, и ведь даже не лжёшь, потому что если бы ты солгал я бы убил тебя. – он на секунду задумался собираясь с мыслями – Раньше мы сами решали судьбы других, так как мой дед и отец были действительно великими людьми. Но после того как мой сын увлёкся проповедями церкви... Надо было сразу сжечь этих фанатиков, чтобы они никому не пудрили мозги, понимаешь ли, мой внук. К сожалению, я поздно заметил, что воспитание моего сына пошло не по тому пути. Церковники сильно запудрили ему мозги своими проповедями о том, что тёмная магия — это зло, о том, что плохо причинять вред другим, даже если они устраивают массовые убийства, и о том, что у каждого должно быть право выбора, даже у крестьян... Гррр... А он их слушал! Не своего родного отца, а этих сучьих церковников! И даже начал давать им деньги, деньги что копили я и мои предки!!!

Похоже, не только у меня накипело. После того как лич высказал свою тираду, он ударил костяными кулаками по столу, оставив на нём небольшие вмятины. Ну ни хрена ж себе силушки у него, как он вообще смог это сделать? А я ещё хотел сразиться с ним, но теперь понимаю, что без помощи гарема главной героини мне с ним не справиться. К тому же, я видел, с какой лёгкостью он гасит пламя.

Мой дедушка, произнеся свою речь, вернулся за стол и как-то устало опустился на стул. Затем он повернул свой череп вбок и заговорил и его «голос» стол более спокойным:

— Видишь ли, внук, мы, Вермонды, всегда были настоящими правителями этого королевства. Наша длань направляла его по пути развития, и пусть мы всегда действовали из тени и не гнушались ничем, наша фамилия всегда ассоциировалась с властью. Однако после нескольких неприятных инцидентов мы утратили свои позиции, хотя и не полностью. Когда у меня родился наследник, я был невероятно рад, что он продолжит моё дело. Но каким он вырос... — тут мой собеседник задумался, или, возможно, просто ловил флэшбэки. — В общем, это не тот наследник, которого я хотел бы видеть во главе рода. Кроме того, я поступил следующим образом: почти всё фамильное золото и некоторые финансовые средства, о которых короне не следует знать, были перепрятаны. Я сделал вид, что потратил все деньги, и подговорил многих своих знакомых стребовать деньги с моего сына с помощью расписок которых я написал. Видишь ли, Тогрин, я собирался оставить его ни с чем, чтобы он сам начал думать и развиваться, старался заработать сам, а не чахнуть над богатствами своих предков и упаси тьма, что бы он отдал все деньги этим церковникам. Я надеялся, что после этого он возьмётся за голову и начнёт думать о будущем семьи. Я оставил ему некоторые подсказки, в каком направлении нужно думать и двигаться чтобы выйти из долговой ямы, но... Какое сука разочарование, а не сын. Гррр.

А после он уткнулся черепом прямо в стол, и сказать по честному, мне даже стало его как то жаль. Если бы у меня в прошлой жизни был сын, который бы начал отдавать свои деньги в какую-то церковь, которую в народе называют сектой, я бы не знаю, что бы сделал. Как минимум, я бы постарался ограничить его финансовые возможности.

У меня было несколько знакомых, которые активно занимались религией. Интересно, что все они закончили по-разному. Одного из них обобрали до нитки, а потом просто выкинули на улицу. Другой, если не ошибаюсь, так и остался в церкви. Видимо, не все секты одинаковы.

Как любил говорить Антон, религия в основном предназначена для тех, кто ищет утешение. Но утешение можно искать разными способами. Впрочем, сейчас не об этом речь.

— Ты поступил правильно! — произнёс я с лёгкой грустью. — Единственное, что меня не радует, это то, что мы с сестрёнкой попали под раздачу.

— Внучка... А какая она?

— Она? Крайне наивная, но это даже хорошо, по крайней мере пока она рядом. Она очень добрая, видит во всех только хорошее и она та, кого хочется защищать. Она, по сути, мой личный хвостик, который ходит за мной по пятам и слушает всё, что я говорю. А когда её собирались отдать жирному уроду, я едва не убил своего брата, лишь в последний момент сумев скорректировать полёт ножа.

— Ха-ха-ха! — он разразился громким смехом. — Боги, неужели у меня появился достойный наследник? Только мой сын даже в половину не такой смелый, как ты. Это же надо, прийти в крипту, наполненную нежитью, ради того чтобы не дать своей семье отдать свою сестру в лапы всего лишь жалкого торгаша... Я думал, Кармон преувеличивает... Ха-ха-ха...

— Кармон? Дворецкий? — спросил я с удивлением. — Он приходит сюда?

— Да, раз в пару месяцев заходит иногда. Приятно с ним поболтать, ведь здесь с собеседниками немного туговато.

Вот так новости! Значит, Кармон здесь частый гость...

— Конечно, он не рассказывает мне о многих вещах, особенно о делах внутри семьи. Я лично натаскивал его на это всю его сознательную жизнь, поэтому я не знаю, что у вас там творится. Ну Кармон, это Кармон... Пожалуй, он рассказывал мне только о наследниках. Он хвалил тебя, говорил, что ты очень похож на меня в бытность, когда я был ещё жив. Честно говоря, сначала я думал, что он всё это преувеличивает, уж такая у него натура. Но пообщавшись с тобой, я понял, что, кажется, он многое даже не договаривал. Просто после своего сына я сильно расстроился в своих наследниках.

Как ни странно, но к его голосу я уже более или менее привык, и он уже не так сильно резал мой слух. Удивительно, что он сохранил самого себя в обличии нежити, хотя честно говоря, я думал, что это должно как-то сильно давить на психику. По крайней мере, я так предполагал. Мой дед оказался весьма здравомыслящим человеком, или точнее личом. А то, что он периодически убивает тех, кто решит ограбить могилы... Так это ерунда. Главное, он дал мне пищу для размышления, а именно то, что богатства просто перепрятаны, а не просажены где-то хрен пойми где.

— Знаешь, Тогрин, я скажу тебе, где находятся деньги. Но поклянись, если твой брат не возьмётся за ум, ты его убьёшь, или иначе я убью тебя. — На его слова я лишь кивнул, прекрасно понимая их резон.

— Я так и собирался поступить, я не для того появился в этом мире, чтобы жить в грязи, я собираюсь взять всё лучшее от этого мира...

— Слова истинного Вермонда! И по поводу твоей сестры, если всё так, как ты говоришь, и она слушает только тебя, — его глазницы резко вспыхнули, — ты держи её всегда рядом с собой и если надо, то женись на ней.

Я как-то назвал его адекватным, что же, беру свои слова назад. Всё-таки бытность нежити сильно сдавила его черепную коробку... жениться на сестре тоже хляпнет какую-то хуйню.

— Хорошо, юный Вермонд, возвращайся домой. Один из моих скелетов проводит тебя до выхода. Когда вернешься, подойди к Кармону и скажи: «В тридцатый день грянул мороз». Он всё поймёт и покажет, где находятся деньги. Иногда заходи ко мне, я постараюсь научить тебя некоторым основам магии. Как ты относишься к магии тьмы? Не считаешь ли ты это чем-то богопротивным?

— Магия — это всего лишь инструмент. Важно, в чьих руках она находится.

— Я часто говорил эти слова своему сыну, но, к сожалению, он не понимал. Я рад, что мой внук хотя бы умнее его. Ладно, ступай.

Попрощавшись с ним, я покинул кабинет. Мой путь лежал через крипту, заполненную скелетами. Только сейчас я осознал, что их было действительно много. Если бы я решил пойти дальше, неизвестно, чем это могло бы закончиться. В лучшем случае я бы просто убежал.

Я заметил, что многие скелеты отличаются друг от друга. Одни двигались словно механические куклы, другие были более живыми, напоминая того, с кем мне пришлось столкнуться в бою один на один. Интересно, если бы несколько подобных тварей напали на меня одновременно, как долго я бы умирал? Могу сказать спасибо своему дедушке, который вытащил меня из этой жопы.

Когда я покинул склеп, мне пришлось идти около сорока минут, чтобы добраться до дома. Подойдя к воротам поместья, я сразу заметил стоящего там Дворецкого, который, судя по всему, ждал меня. Время было уже очень позднее, и я не ожидал, что меня будут искать. Я думал, что они подождут до утра.

— Молодой господин, вы в порядке? У вас кровь на лице! — тут же начал говорить Кармон. — Вас все обыскались, где вы пропадали...

— В тридцатый день грянул мороз... — произнес я фразу.

Его лицо резко изменилось. Сначала на нём появилось удивление, потом неверие, а затем, судя по всему, наступило принятие.

— И кровь противников застыла на снегу, когда род Вермонд шёл по их души... — как ни странно, но сейчас у него был какой-то странный, но в то же время целеустремлённый взгляд. — Чем я могу помочь вам, господин?

Вот уже не молодой господин, а просто господин, прогресс налицо.

— Пора вытаскивать семью из той в задницы, в которой мы оказались.

На мои слова он кивнул.

— Следуйте за мной, господин, я вас проведу...

Я всегда поражался, почему он такой спокойный, учитывая, что наша семья на грани разорения. А оно вон как Михалыч.

Мы вошли в поместье и спустились в винный погреб. Сейчас его полки были пусты, и здесь стояли только пустые бочки. Мы прошли в самый конец помещения и остановились возле стены. Дворецкий залез к себе под рубашку и достал кольцо, которое висело у него на цепочке. Он приложил кольцо к небольшой выемке в углу, которая почти не выделялась на фоне всей стены.

Как я и предполагал, стена чуть задрожала и начала отъезжать в сторону. Был ли я удивлён потайной комнатой? Конечно, нет, именно этого я и ждал... Хотя нет, я не ожидал увидеть её содержимое.

— Охуеть! — произнёс я на русском языке.

И было с чего: всё помещение почти до самого верха было набито золотом, драгоценными камнями и каким-то оружием, от которого исходило едва заметное свечение.

— Кармон... — начал я.

— Да, господин? — ответил дворецкий.

— Мы всё это время сидели на огромной горе золота?

— Да, господин.

— И ты всё это время знал?

— Да, господин.

— Тебя ударить?

— Нет, господин.

— Ну и хорошо, а то я думал, что тебя уже заело.

Тут была огромная гора золота — что-то было в сундуках, что-то просто лежало на каменном полу.

— Скажи, где сейчас вся моя семья?

— Они сидят в обеденном зале и ждут вестей от слуг.

— Отлично, — сказал я, беря маленький сундучок. Я высыпал на пол всё содержимое и собрал туда золотые монеты, а также накидал пару драгоценных камней. После этого я закинул его на плечо и, честно говоря, чуть не обосрался, так как он был действительно очень тяжёлым для моих лет.

Твою же мать, все нормальные дети в этом возрасте бегают и палкой крапиву лупят, а я лажу по криптам, воюю с нежитью и веду беседы с мёртвым дедушкой.

С такими мыслями я едва не надрывался, таща на своём плече небольшой сундучок, наполненный богатствами. Сказать по честному, я никогда не видел столько золота, сколько сейчас лежало прямо под нашими ногами. Надеюсь, оно так и будет продолжаться, потому что мои родичи хрен получат чего, а не это золото. Правильно сказал дед, не заслужили они этого, ну сейчас, как говорится, кинем кость.

Поднявшись наверх, с горем пополам я дотопал до обеденного зала. Своего Дворецкого я, естественно, не просил тащить этот сундук, так как мужчина уже довольно в возрасте и, скорее всего, его не утащит.

— Сынок! — воскликнула мать, поднявшись с места. — Ты где был, мы все волновались! Что у тебя на лице — это что, кровь?

— Братик, ты ранен? — тут же подбежала ко мне сестра и начала бегать вокруг, осматривая со всех сторон. Выглядел я довольно не лучшим образом: одежда в некоторых местах порвана и видны подпалены, то, что творится сейчас на моём лице, я даже сказать не могу, так как не смотрел в зеркало да и страшно грубо говоря.

— Сын, что такое... — начал было отец, но был прерван звуком того, как я с большим грохотом кинул сундук на стол. Его крышка сразу открылась, а через секунду открылась челюсть у всех присутствующих.

— Отец, надеюсь этих денег хватит, чтобы поместье осталось у нас? — спросил я абсолютно холодным тоном.

Мой же нерадивый брат, увидев содержимое сундука, уже начал тянуть свои крабки к нему, из-за чего я резко хлопнул крышкой сундука.

— Это... — а сейчас на моего отца было интересно смотреть: особенно то, как его рот открывается и закрывается, а выражение глаз как у окуня. — Откуда это?

— Отец, я спрошу ещё раз: этих денег хватит?

— Д-Да, этого точно хватит...

— Ну и замечательно, Элинор, твоя свадьба отменяется, как придёт время я лично найду тебе мужа достойного, а не какого-то жалкого торгаша.

Я тут же моментально был стиснут в объятия.

Операция по спасению принцессы прошла успешно. Раньше я занимался ликвидацией, а теперь вот спасаю... Как же быстро я сменил свою профессию! Ну вот такая она новая жизнь...