Сейчас Стрэндж была свидетелем невероятного зрелища — сражения между Древней и женщиной, которую Древняя назвала Сингэн. Эта женщина обладала удивительными и опасными способностями.

Когда она вступила в бой с Древней, её окутала таинственная чёрная пелена. Большинство заклинаний просто соскальзывали с неё, а путы не могли сковать её. Прямые атаки проходили мимо, а сами девушки двигались с такой скоростью, что никто не мог уследить за их движениями.

Это была не просто битва, это было сражение величайших титанов. Стрэндж заметила, что помимо магии в ход идут руки и ноги — обе девушки были искусны в боевых искусствах, и казалось, что их противостояние может длиться вечно.

Древняя и Сингэн кружили друг напротив друга в воздухе, окутанные пульсирующей магической энергией. Воздух потрескивал от напряжения.

— Ты слишком молода для такой силы, — прошипела Древняя, запуская поток алого пламени. — и эта сила сводит тебя с ума, остановись пока не поздно...

Сингэн отразила атаку щитом из книги Даркхолда, её глаза пылали тёмной энергией Дормамму, из за чего кожа на щеках под глазами казалась будто трескается:

— А ты слишком стара, чтобы меня остановить!

Они сошлись в ближнем бою — удары, усиленные магией, высекали искры. Древняя использовала тысячелетний опыт боевых искусств, но Сингэн компенсировала это яростью тёмной силы.

Стефани Стрэндж и другие ученики наблюдали с безопасного расстояния, как две волшебницы обменивались сокрушительными заклинаниями. Пространство вокруг них искажалось от мощи столкновений.

— Смотрите не вмешивайтесь, — предупредила Стефани увидев как пара учеников хотел обситься к Древней на помощь. — При такой скорости и силе заклинаний это будет самоубийством.

Воздух наполнился вспышками порталов, когда две волшебницы вступили в молниеносный рукопашный бой. Древняя нырнула в портал, возникая за спиной Сингэн с ударом в позвоночник, но та уже исчезла, появляясь сбоку с серией стремительных ударов. Пространство вокруг них превратилось в паутину мерцающих разрывов реальности. Сингэн проваливалась сквозь пол, чтобы атаковать снизу, Древняя отвечала, телепортируясь по диагонали и нанося удары в неожиданных траекториях.

— Невероятно, — прошептала Стефани, пытаясь уследить за схваткой. — Они движутся быстрее мысли.

Каждый удар сопровождался громовым раскатом — две мастера боевых искусств сражались на грани человеческих возможностей, усиленных магией. Сингэн появлялась то справа, то слева, то сверху, но Древняя читала каждое движение, отвечая с отточенной точностью тысячелетнего опыта.

Яркая вспышка ослепила всех присутствующих. Когда зрение вернулось, они увидели, как тело Сингэн, словно сломанная кукла, пробило каменную стену и рухнуло на пол. Тёмная энергия Дормамму всё ещё клубилась вокруг её безжизненного тела.

Древняя медленно опустилась на пол, её дыхание было тяжёлым:

— Даркхолд даёт силу, но не мудрость использовать её.

Стефани бросилась к поверженной противнице. Сингэн лежала в неестественной позе, из уголка рта стекала струйка крови. Её глаза, ещё секунду назад пылавшие тёмным пламенем, теперь были пусты.

— Она... — начала Стефани.

— Жива, — отрезала Древняя. — теперь нужно...

Неожиданно тёмное лезвие пронзило грудь Древней, поднимая её над землёй. За её спиной материализовалась громадная фигура Мефисто — его кроваво-красная кожа светилась адским пламенем, а глаза пылали жаждой мести.

Сингэн поднялась, её тело восстанавливалось благодаря тёмной магии — раны затягивались на глазах.

— Благодарю тебя, Повелитель Ада, — прошептала она, склонив голову. — только ты слишком долго копался.

— Хах, было интересно смотреть как вы бьёте друг другу лица, ты же понимаешь что наша сделка должна остаться в силе?

— Я помню, ты сможешь забрать с собой эту суку Хеллбрайд, и делать с ней все что пожелаешь.

Кровь стекала по клинку, пока Древняя висела в воздухе, пытаясь сфокусировать взгляд. Мефисто растянул губы в жестокой усмешке, обнажая ряды острых зубов.

Стефани и другие ученики застыли в оцепенении — никто не ожидал появления одного из сильнейших демонов.

— Думала, что сражаешься только со мной? — усмехнулась Сингэн. — У меня были могущественные союзники. И это только начало.

Стефани и ученики бросились в атаку единым фронтом, но Сингэн лишь небрежно взмахнула рукой. Волна тёмной энергии отбросила их, словно щенят, в разные стороны комнаты. Тела учеников с глухими ударами врезались в стены.

— Жалкие дети, — усмехнулась она, наблюдая как Стефани пытается подняться на дрожащих ногах.

Мефисто скинул тело с клинка и схватил одного из учеников, швырнул его через всю комнату. Остальные даже не успели среагировать — демон двигался со сверхъестественной скоростью.

Сингэн медленно подошла к поверженной Древней, склонилась над ней. Её пальцы нащупали тонкую цепочку медальона с камнем душ.

— Какая прелесть, — прошептала она, сжимая медальон в кулаке. — Знаешь, я ведь знаю, что это такое. Без него ты не сможешь возродиться.

Древняя попыталась что-то сказать, но кровь помешала словам.

Сингэн резко сжала кулак. Звук крошащегося металла и хрустального камня эхом разнёсся по залу. Осколки медальона посыпались на пол, мерцая угасающим светом.

Глаз Агамотто на груди Древней даже не привлёк её внимания — она просто отвернулась и направилась к алтарю, где её ждал Мефисто.

— Прощай навсегда, старая ведьма. Сингэн, направляясь куда то в глубь здания. — Пора открыть путь в этот мир истинному повелителю.

Мефисто последовал за ней, его шаги оставляли выжженные следы на мраморном полу. Стефани, превозмогая боль, попыталась создать защитный барьер, но Сингэн небрежным жестом разрушила его.

— Смотрите внимательно, дети, — произнесла она, идя к алтарю. — не обязательно сжигать все храмы, достаточно уничтожить этот неприметный алтарь что хранит в себе всю силу.

Древний алтарь возвышался в центре зала — массивная конструкция из белого мрамора с золотыми рунами защиты, пульсирующими мягким светом. Четыре колонны по углам поддерживали купол из прозрачного кристалла, через который струилась мистическая энергия.

Сингэн медленно подошла к алтарю, её пальцы, окутанные тёмной энергией, коснулись священных рун. Камень начал чернеть под её прикосновением, руны гасли одна за другой.

— Смотрите, как рушится ваша защита, — прошептала она, вонзая руки в мрамор.

Треск разрушения эхом отозвался по всему миру — в Лондоне, Гонконге, Нью-Йорке начали крошиться древние алтари. Защитный купол над Землёй истончался, готовясь пропустить тёмные силы.

Мефисто довольно улыбнулся, наблюдая за разрушением тысячелетних барьеров.

Алтари рассыпались в пыль, древняя магия угасла. Сингэн удовлетворённо осмотрела разрушения:

— Защиты больше нет. Осталось дождаться прихода повелителя.

Она переглянулась с Мефисто, и они растворились во тьме портала, оставив после себя лишь эхо зловещего смеха.

Стефани, прихрамывая, подошла к лежащей Древней. Та едва дышала, но её глаза всё ещё светились внутренней силой. Дрожащими пальцами она потянулась к Глазу Агамотто на своей груди.

— Возьми... — прошептала она, кровь пузырилась на её губах. — Теперь ты... должна защищать...

Стефани осторожно приняла древний артефакт. Глаз Агамотто тускло мерцал в её руках, словно признавая нового хранителя.

— Я не знаю... Смогу ли я... — произнесла она, сжимая священную реликвию, пока жизнь медленно покидала тело её наставницы.

Стефани сжала Глаз Агамотто в руках, вспоминая как тайно использовала его в своих экспериментах, пытаясь восстановить свои искалеченные руки. Артефакт пульсировал древней силой, напоминая о своей истинной мощи — способности управлять самим временем.

"В тёмном измерении время не существует," — эта мысль пронзила её сознание. Она вспомнила все уроки о природе измерения Дормамму — место без времени, без начала и конца, где законы реальности искажены до неузнаваемости.

Стефани поднялась на ноги, крепче сжимая древний артефакт. Её взгляд стал жёстким и решительным — она знала, что должна делать. Развернувшись, она направилась к выходу из разрушенного святилища.

"Если время там не существует," — думала она, — "значит, это может стать нашим преимуществом. Возможно, единственным шансом остановить то, что грядёт."

Стефани вышла из разрушенного храма, активировала левитацию и взмыла в небеса, где пространство уже разрывалось, являя огромный лик Дормамму. Его космическое присутствие искажало саму реальность — здания внизу изгибались, гравитация сходила с ума.

Поднявшись почти к самому разлому между измерениями, где энергия тёмного измерения была настолько плотной, что казалась осязаемой, Стефани зависла прямо перед пылающими глазами древнего существа. Глаз Агамотто на её груди ярко засветился, когда она произнесла, глядя прямо в бездонные глаза повелителя тёмного измерения, а руки сами с собой сделали нужное заклинание:

— Дормамму! Я пришла договориться!

***

В это время в храм, где лежало тело Древней, вошёл воин, чьи доспехи были полностью покрыты кровью, а за спиной висел огромный двуручный меч ужасающей формы. Он подошёл к телу и наклонился, вглядываясь в мёртвые глаза женщины.

— Знаешь, я искренне надеюсь, что не ошибся, доверившись тебе, — произнёс он.

Воин посмотрел на цепочку, где когда-то висел камень душ, и на осколок, который лежал возле тела. Затем он аккуратно отодвинул её тело в сторону и нанёс мощный удар рукой в пол, пробив его. Рука вошла почти по самый локоть. Несколько секунд он копошился в этой дыре, а затем извлёк оттуда камень душ, который положил в поясную сумку, которая чудом уцелела.

После этого он взял тело в руки, открыл портал и исчез в нём.

***

А дальше, где-то в тёмной вселенной звучали одни и те же слова.

— Дормамму! Я пришла договориться!

Эти слова были произнесены десятки, сотни, тысячи раз, и каждый раз их обладательница умирала. Она использовала самое мощное оружие против того, над кем не властно время, — само время. Девушка была готова смириться с судьбой и умирать до конца времён, повторяя одни и те же слова. Однако, как оказалось, даже у того, кто кажется бесконечным, далеко не бесконечное терпение.

— Хватит, чего ты хочешь? — прогремел рёв в тёмном измерении.

— Как я уже говорил, я пришла договориться. Ты забираешь всех своих последователей, а затем больше никогда не появляешься в этой вселенной.

— И ты готова вечность страдать?

— Пока ты будешь заперт здесь со мной, мир будет продолжать жить.

Повисла пауза... которую решил нарушить сам Дармамму.

— Хорошо, да будет так...

И тогда произошло то, что должно было произойти: Стрэндж покинула тёмное измерение...

***

— Здравствуй, Сингэн, — произнес я, выходя из портала возле храма в Гонконге.

Девушка и рогатый дремора, которые до этого смотрели на небо, где разворачивались увлекательные события, обернулись на мой голос.

— Вот и ты, любимый, не переживай, Джон, скоро ты все поймешь. Я все делаю только ради нас... — произнесла она, с нежностью глядя на меня.

Я не стал доставать меч из-за спины, в этом не было нужды.

— Ты всегда все делала только ради себя, не было никаких «нас», и не будет, — ответил я ей.

В этот момент заговорил рогатый дремора:

— Да кто ты такой...

Я не стал отвечать на его слова, а просто применил заклинание изгнания дреморы. Однако, к моему удивлению, он не исчез, а начал биться в конвульсиях и ругаться.

— Грааа, жалкая тварь, я сдеру с тебя кожу, я... — кричал он.

— Фус-Ро-Да! — воскликнул я, и от моего крика его унесло в витрину соседнего магазина. Если не могу изгнать, то хотя бы не будет мешать разговору.

— Я всегда поражалась твоим талантом, Джон, — произнесла она, словно не замечая, что её союзник исчез. — Скажи, почему ты мне отказала? Неужели я чем-то хуже тех, кто тебя окружает?

— Дело не в этом. Просто я всегда держу от тебя подальше тех, кто мне дорог. Быть рядом со мной очень опасно.

— Так ты получается... — ее глаза расширились от удивления.

— Да, ты мне когда-то нравилась, но после того, что ты сотворила... Прощения тебе не будет, так же как и милости к тебе.

Девушка собиралась что-то сказать, но её кожа начала покрываться серой пеленой, а частички кожи словно отрывались и улетали в небеса.

— Что происходит? — спросила она.

— Тебе стоит бояться своих желаний, Сингэн, ведь иногда они имеют привычку исполняться, — ответил я.

Её тело стало абсолютно чёрным, а затем взмыло в воздух, притягиваясь туда, где находился Дармамму со своим тёмным измерением. Кроме девушки, в небо начали подниматься и другие фигуры, находившиеся в разных частях мира. Кажется, владыка тёмного измерения решил забрать с собой своих прихвостней. Видимо, лысая предсказательница оказалась права...

— Прощай, Сингэн, вряд ли я буду скучать, — произнес я, уже поворачиваясь, чтобы уйти. Но тут рядом со мной послышался шелест плаща, и кто-то приземлился рядом. Обернувшись, я увидел ученицу в Древней.

— Я так понимаю, ты справилась? — спросил я, поднимая взгляд в небо и наблюдая, как растворяется там тёмный силуэт, а небо вновь становится ясным.

— Да, мистер Дова...

— Молодец, этот плащ тебе идёт, — похвалил я её.

Сейчас за её спиной развевался алый плащ, который, казалось, жил своей жизнью. Хотя почему казалось... Этот артефакт действительно был разумен, а с такими вещами я предпочитаю не иметь общих дел, они меня слишком напрягают. Но если она хочет его носить, пусть носит.

— Он прицепился ко мне, когда я выходила, — ответила она.

Послышался шлепок по попе.

— Ты что творишь? — повернулась она к своему плащу, но тот сделал вид, что он самый обычный, и никак не отреагировал на её слова.

— Я вижу, ты уже освоила силу этого глаза, — продолжил я. — Тогда восстанови алтарь в храме, пока сюда не нагрянул кто-то другой. И поздравляю тебя с назначением верховной чародейкой. Конечно, твой уровень боевых сил пока что не очень высок... Поэтому через три дня жду тебя в храме, — на моём лице появился оскал. — Я лично займусь твоей тренировкой.

— А... А может не надо...

— Надо, Стрэндж, надо...

***

Открыв портал, я вошел в свой рабочий кабинет и с грустью заметил, что мое любимое кресло занято. На нем сидела лысая девушка, потягивая чай. Мне оставалось только тяжело вздохнуть и присесть на соседний диван.

— Она согласилась стать верховной чародейкой? — спросил я.

— Как будто я буду спрашивать ее мнение... Кстати, я так тоже стал архимагом в коллегии, и меня тоже никто не спрашивал, просто поставили перед фактом.

— Ясно, спасибо тебе, Джон, за все, что ты сделала, — произнесла она, сделав глоток чая и поставив кружку на подлокотник кресла.

— Не за что.

Я сделал пас рукой, открыл небольшой портал и достал оттуда бутылку меда. Откупорив крышку зубами, я с наслаждением прилип к ней и выпил половину. После того как я насладился напитком, я продолжил:

— И что ты планируешь делать?

Женщина улыбнулась.

— Я больше не связана с темным измерением Дармамму, для всех я мертва, и пусть так и остается. Я больше не верховная чародейка, и теперь я могу просто прожить обычную жизнь. Где-нибудь найду свой уголок и мужчину, заведу детей и буду жить как все. Ведь сейчас есть кому меня сменить, пусть она еще не опытна и местами даже откровенно слаба, но все приходит со временем. К тому же у нее будет такой наставник, как ты, так что опыт у нее скоро будет, пусть и местами весьма горький, но полезный.

— Да уж, такого опыта ей точно хватит, — усмехнулся я, делая очередной глоток из бутылки. — Ей будет несладко.

— Не стоит быть с ней слишком строгим, она хорошая девушка.

— Угу, — буркнул я, — просто образец добродетели.

— Если ты беспокоишься о своей дочери, то поверь, жизнь может сложиться весьма неожиданно.

Я удивленно поднял бровь.

— Что ты имеешь в виду? Опять твои туманные предсказания?

— Ты всё узнаешь в своё время, а сейчас мне уже пора. — Она встала, надевая на руку двойное кольцо, и открыла портал.

— Стой, постой! — попытался я остановить её.

Но она не стала меня слушать. Шагнув в портал, она обернулась.

— Прощай, Довакин.

— Стой, мы не договорили...

Но портал уже закрылся, оставив меня в полном недоумении.

— Тьфу ты... Чтоб тебя Шеогорат всю жизнь сыром кормил.

***

Где-то.

— Директор, скоро она придёт в сознание.

Чернокожий мужчина в длинном плаще и с повязкой на глазу кивнул в ответ.

— Хорошо, декорации уже готовы?

— Всё сделано, как вы и говорили, но я боюсь, что это может быть лишним.

— Возможно. Прошло слишком много времени, ей нужно привыкнуть к новой обстановке, и лучше давать ей информацию постепенно, а не всё сразу.

Молодая девушка кивнула, повернулась и ушла. Директор тяжело вздохнул.

— Интересно, как она отреагирует на вести о Чёрном ангеле... Пожалуй, оставлю эту работу на Коулсона, он ведь её фанат.

Конец второго тома.