Мы только и успели, что найти место установки для первого корабельного сердца, когда сверху что-то грохнуло настолько сильно, что я даже невольно пригнулся, хотя между нами и поверхностью находилась весьма приличная толща камня.

По полу прокатилась дрожь, я почувствовал, как палуба корабля, на котором мы находились, закачалась, и в следующую секунду обнаружил, что мои ноги больше ни на что не опираются. Меня даже не подбросило, просто пол вдруг оказался чуть ниже, чем должен был находиться, а рядом со мной кувыркался Алекс с совершенно ошарашенным лицом.

Продолжалось всё это безобразие меньше, чем мне потребовалось сообразить, что происходит, после чего нас той же силой приложило обратно, да так, что у меня зубы лязгнули.

Чуть позже на нас бухнулось само корабельное сердце, подминая под себя корабельную направляющую. Мы с Алексом дружно вцепились в неё, не позволяя кубу уйти дальше, и передвинули его на нужное место.

— Это я сейчас чуть летать не научился, да? — спросил меня Алекс.

— Боюсь, что не только ты. Надеюсь, с народом ничего плохого не произошло.

— Я проверю, — сказал Алекс и убежал с корабля.

— Стой!

Я протянул Алексу пространственный артефакт, где стояли другие сердца.

— Возьми Тарна или Сина, пусть помогут установить их в таком же положении на другие корабли, я отметил какие мы будем подключать. Только не запускайте их самостоятельно, поставьте и всё. Хорошо?

— Сделаем. Тут тебе помощь точно не нужна?

— Справлюсь.

После установки он всё равно уже ничем не мог помочь. Мы передвинули куб на его законное место, и теперь мне нужно было починить проводящие слои, так как за время, прошедшее с момента создания корабля, несмотря на то, что всё выглядело достаточно целым, внутри всё же появлялись весьма серьёзные проблемы. Несколько контактов, которые должны подходить к кубу, сейчас представляли из себя какое-то рунное месиво, хотя я даже не думал о том, что руны могут так плавить поверхность дерева. Сразу же хотелось спросить создателя, зачем он вообще придумал такую ненадёжную вещь, а не использовал металл.

Ладно, ещё проблемы были не слишком серьёзные, просто перевести контакты. Иначе тут пришлось бы повозиться гораздо дольше, чем два дня. За сорок минут я справился с основным подключением, и осталось главное — проверить весь корабль на неисправности и починить все возможные проблемы для того, чтобы подготовить его к полёту.

Первым делом я ограничил до минимума подачу этера и направил слабый поток по главной магистрали корабля, проверяя, как он проходит через весь корпус и возвращается обратно к сердцу.

У меня были надежды, что мне не придётся ползать по всему кораблю, перенастраивая ключевые энергетические потоки, тем более, что Резонансный Ключ позволял чувствовать даже небольшие потери. Сам корабль сохранился на удивление хорошо, и большинство связок принимали питание сразу. И чем дальше я двигался, тем больше у меня появлялось уверенности, что мы выбрали правильный корабль.

На корабле Стейни часть этих конструкций отсутствовала в принципе, причём раньше я даже не понимал, чего именно здесь не хватает. А здесь же можно было проследить каждое соединение и наконец-то разобраться, как всё должно работать без чужих переделок и попыток заменить одну руну тремя не сильно подходящими.

Ну, там понятна была ситуация: людям нужно было чинить корабль веками, не имея полных знаний о его структуре, и они использовали все доступные подручные средства. Передо мной же находился, пусть и не новый, но фактически только созданный и ни разу не летавший корабль, в котором всё было оригинальным.

Затем я понемногу запускал распределение по корпусу, выравнивал подачу на обе стороны и начал подключать остальное. Первая настоящая серьёзная неисправность обнаружилась ближе к корме, где одна из опорных связок забирала энергию, но почти не отвечала на управление. Несколько тонких линий под внешним слоем разошлись, разрывая общую структуру, хотя сама поверхность выглядела целой. Пришлось отсечь этот участок от питания, снять повреждённый рунный слой и вплавить восстановленный рисунок, сверяясь с сохранённой моделью, которую я снял с другого корабля. Так оказалось гораздо проще, и я потратил меньше времени на то, чтобы понять, куда здесь вообще нужно смотреть и что делать.

И вот так понемногу, шаг за шагом, я наладил подачу освещения, движение воздуха, в коридорах загорелся свет, и наконец-то корабль превратился из мёртвого существа в нечто огромное и почти живое.

Да, перед заселением нужно ещё кое-что будет доработать, но это было уже не так уж и сложно. На всю корабельную настройку у меня ушло чуть больше десяти часов, так что, можно было сказать, я перевыполнил свой изначальный план заниматься одним кораблём двое суток.

До оружия пока решил не добираться, ограничившись только проверкой того, что его питание можно надёжно перекрыть. Мне прежде всего требовалось убедиться, что корабль способен поднять себя, выдержать защиту и слушаться управления, а разбираться с тем, как стреляет древнее оружие, можно будет уже после того, как мы покинем верфь, благо времени будет полно.

Я настолько увлёкся работой с кораблём, что неожиданно появившийся за моей спиной Алекс меня даже немного напугал. Хотя, казалось бы, такое не должно быть в принципе возможно.

— Ты чего тут ходишь-бродишь, пугаешь меня? — спросил я друга.

— Корвин, так мы остальные сердца уже установили, — доложил он мне, с интересом исследуя освещённый коридор и тыкая в рунный светильник пальцем. — Тарн проверяет, хорошо ли их закрепили, а я бы хотел опробовать корону. Ты уже закончил или пока ещё ничего не трогать?

— А почему бы и нет? Я как раз собирался тебя позвать, — согласился я с ним. — Нужно проверить, как корабль будет выполнять твои приказы. Только с причала его пока не снимай, сначала убедимся, что он вообще способен себя удержать.

До управляющего мостика мы добрались вместе. Алекс по дороге несколько раз останавливался, заглядывая в открытые помещения, но я его не подгонял, сам продолжая проверять проходящие потоки под палубой. Под нагрузкой они могли вести себя совершенно иначе, чем во время настройки, и хотелось бы заранее знать, где придётся вмешаться.

— И что, прямо на голову? — задал он вопрос, вертя корону в руках, и примеряя её, но так и не решаясь надеть.

— Я не думаю, что от этого что-то зависит. Хочешь — держи в руках, хочешь — таскай как король.

Корону он решил всё-таки надеть, освобождая руки, подошёл к пульту, положил ладонь на управляющую пластину и некоторое время простоял неподвижно. Я уже собрался спросить, отчего не получается, когда почувствовал, как от сердца к верхним палубам прошёл ответный импульс. Алекс тут же повернул голову в сторону кормы, словно там находилось что-то особенно интересное.

— Он меня принял! — сказал друг восторженно. — Теперь я чувствую, что где находится, хотя ещё не во всём разобрался. Я могу закрыть дверь, через которую мы прошли, даже не подходя к ней.

— Не-не, даже не думай, — тут же сказал я. — Этот функционал я ещё не проверял, поэтому держись от него подальше. Лучше найди то, что отвечает за подъём корабля, и понемногу добавляй силу. Я хочу посмотреть, как корабль распределяет итоговую нагрузку.

Алекс снова сосредоточился, а я развернул своё восприятие, следя за недавно восстановленным участком. Корабль даже заскрипел от того, как потоки энергии постепенно проходили по его магистралям, но не останавливались. И чем большим количеством энергии заполнялся сам корабль, тем больше я понимал, что он вполне исправен и готов к полёту. Этера, конечно, расходовалось прилично, но для корабельного сердца это оказалось вполне посильной задачей. Никаких признаков проблем или срочного ремонта я в нём не чувствовал.

— Я могу его поднять и даже полетать, — сообщил мне Алекс, гораздо увереннее водя ладонью по пластине. — Если его отпустить, мы сможем отсюда вылететь?

— Да, — согласился я с ним, — сможем, но пока ещё рано.

Я дождался, когда Алекс уберёт подачу на подъёмные связки, после чего мы вместе покинули управляющий мостик и спустились с корабля. На причале обнаружились Син, Наира и Лиана, которые устроились за небольшим столиком, играли в карточную игру и о чём-то негромко разговаривали.

— Первый готов, — сообщил я, подходя к ним. — Если с остальными будет всё примерно так же, то мы справимся гораздо быстрее, чем я думал. Вас тут сильно приложило, когда тряхнуло?

— Я успела схватиться за ограждение, но какое-то время вообще не понимала, где у меня ноги, — ответила Наира. — Остальных тоже побросало, но обошлось без серьёзных повреждений. Мы потом проверили проход к подъёмнику, там тоже ничего не обвалилось, так что, можно сказать, всё нормально.

— А где остальные?

— Тарн отправился на поверхность, а Ашши и Лисс завалились спать, — сказала Лиана, убирая карты в сторону, судя по всему, проигрывала она сильно, так как была очень недовольна. Зато ехидная улыбка Сина говорила о том, кто побеждает в этой игре.

— Может, всё уже и прекратилось? Я чувствовал, что нас иногда трясёт, но больше похожего не было, — сказал я. — На корабль можете заселяться, там безопаснее, выбирайте офицерские каюты.

— Ну наконец-то, — сказал Син, поднимаясь. — Пойду разбужу наших сонь, и переберёмся в новый дом. И я выиграл, Лиана, с тебя десять пилюль!

— Ты нечестно играешь!

— Главное — выиграть!

Через некоторое время, когда я занимался подготовкой следующего корабля, почувствовал тревогу Тарна. Судя по всему, к нам пришли гости, вызвав у меня невольный вздох облегчения. Это значило, что местные тоже понимают, что ситуация достаточно критическая, и ищут помощи. А я не зря занимаюсь подготовкой других кораблей.

Пользоваться лифтом я не стал, вытащил крылья и аккуратно, делая круг за кругом, начал подниматься, думая о том, что стоит крылья, наверное, убрать из доспеха и создать полноценный летающий артефакт. Тем более что этера у меня теперь хватает для поддержки такой вещи.

Тарн встретил меня сразу в проходе и показал на выход, откуда чувствовался запах гари.

— Мастер Корвин, кажется, нам надо убираться отсюда как можно скорее, — сказал он, пропуская меня к выходу. — Посмотри в сторону дороги, по которой мы сюда пришли.

Там было на что посмотреть, потому что знакомого склона перед развалинами больше не было. Земля съехала вниз вместе с деревьями, и теперь поперёк дороги лежали вывороченные каменные плиты, перемешанные с корнями и обломками стволов. Часть оставшейся стены верфи тоже обвалилась наружу, а дальше, где раньше виднелся лес, поднимался дым, закрывавший почти весь обзор.

Внизу за десять часов даже появилось ощущение, что мы переждали самое неприятное, но сейчас я увидел, насколько сильно ошибся. Потемневшее небо тут и там ярко вспыхивало, показывая падающие капли Звёздного Дождя, и регулярно слышались глухие удары. Щит окончательно пропал, и остров был обречён.

— Это после того удара? — спросил я, разглядывая местность.

— Да, тут всё так перемешалось. Было страшновато.

Гости ждали нас неподалёку от кучи обломков. Там был Арден вместе с Хранителем имён и ещё пятеро человек. Двое сидели прямо на земле и были ранены. Сам вождь выглядел немного лучше своих воинов, но по засохшей крови на его одежде я даже не мог понять: ранен он или просто помогал кому-то другому. Увидев меня, он шагнул навстречу, а я показал на проход, куда предлагаю всем перебраться под каменный свод, где будет, наверное, безопаснее.

— Давайте хоть от стены отойдём, пока она на нас не свалилась. Что у вас произошло после нашего отлёта?

— Когда земля низвергнулась, рухнули почти все дома, — ответил Арден, помогая хранителю подняться. — Часть людей успели вытащить, но потом загорелись крыши. Всё очень плохо, оператор.

Я поморщился, так как это обращение мне не нравилось, хотя уже несколько раз просил называть меня просто по имени.

— Тогда давай сразу к делу. Нет смысла ходить вокруг да около, — сказал я.

— Ты сказал, что можешь покинуть остров, — продолжил Арден. — Спаси моих людей, Корвин, хотя бы тех, кого мы успеем сюда привести. Я не прошу вернуть нас обратно и остановить дождь. Ты уже объяснил, что не сможешь этого сделать, и твой золотой тоже не способен восстановить защиту острова и вернуть Владыку. Остаётся только одно.

— Ты должен исполнить клятву возвращения, — вмешался хранитель. — Мне передали твои слова. Ты сказал, что пришёл за нами, чтобы забрать, хотя и не помнишь Наставлений. Мы привели вас к Внешней Вахте, потом ко дворцу, как и положено при третьем возвращении. Теперь ты должен вывести тех, кто остался ждать.

Я даже не сразу нашёлся, что ему ответить, потому что слова-то действительно были мои. Ляпнул тогда, когда братья наконец перестали орать и отвели нас к более разумному. Они всё запомнили и передали дальше. Что ж, раз сам дал людям обещание, то чему уж тут удивляться, что они считают, будто я им что-то должен. Как говорится, дал слово — держи.

— Я мог бы поступить так, как поступил бы любой сильный практик на моём месте, — сказал я. — Для моей команды хватит одного корабля, чтобы он улетел. И доступы, и разрешения для этого уже получены. Но я готовлю другие корабли, прежде чем уйти самому. Я хочу дать возможность и другим спастись, но не просто так. За всё придётся платить.

— Корабли должны вернуть людей на те земли, откуда пришли наши предки, — ответил хранитель. — Там нас ждёт Владыка, к которому мы должны вернуться на службу.

— Слишком много тебе должны, — сказал я недовольно. — Когда-то ваши предки сбежали с острова, чтобы спастись, а мы оказались здесь лишь благодаря случайной цепочке обстоятельств, и не более того. От ваших предков даже пыли не осталось.

— Нет смысла ругаться и обсуждать такие вопросы, — сказал Арден. — Ты готовишь корабли для людей и хочешь, чтобы заплатили за это цену. Какая цена тебя устроит?

— Вашего Владыки давно нет в мире живых, — ответил я. — Я же возвращаюсь домой, где есть моя секта и люди, за которых я отвечаю. Если вы отправитесь со мной, то жить будете на моей земле и подчиняться мне. Другого Владыку над собой можете больше не искать.

— Ты требуешь признать тебя вместо него? — взвизгнул хранитель.

— Если тебе так будет понятнее, то да, я буду вашим Владыкой, — ответил я. — И твои наставления не будут стоять выше моего слова. Мне хватило спора с Арденом о крепости, которую мы освободили от зверя. У себя дома я не собираюсь выяснять, кому принадлежит моя земля, каждый раз, когда кому-то понадобится вспомнить старые правила, которые не нужны на моих землях. Золотой, который может управлять флотом и спустить его вниз правильно, есть только у меня. У вас есть право согласиться и выжить.

Я говорил вроде с хранителем, но смотрел при этом на Ардена, потому что именно ему предстояло объяснять всё остальным. Если на поверхность Сферы придут тысячи практиков со своими командирами, родами и старыми обидами, то селить их у себя, а потом выяснять, почему они отказались выполнять приказ или решили, что соседняя деревня или городок принадлежат им, мне совершенно не хотелось. Право сильного нужно закреплять с самого начала.

Да, может быть, это было не слишком гуманистично, и творить добро я не умею, но я прекрасно понимал то, во что может вылиться мне подобная доброта дальше.

— Я могу дать слово за своих воинов, — сказал Арден, — и своих людей. Пока мы живём на твоей земле, мы будем соблюдать твои законы.

— Нет никакого пока, — покачал я головой. — Те, кто пойдёт со мной, присоединятся к секте Белого Духа и получат моё клеймо. Сначала ты и командиры, которым я доверю людей и вести корабли, а потом все остальные.

— Но…

— Никаких но! Там вас никто не ждёт, все земли давно заняты. И то, куда вы придёте со своей силой, просто уничтожит вас, и на этом ваш народ закончится окончательно. Я же предлагаю мирную жизнь. Я ни с кем не воюю, и мои земли годны для того, чтобы там жили поколения людей тихо и мирно, не участвуя ни в каких войнах. Что победит: гордость или желание выжить?

— То есть моего слова тебе мало, а своего ты хочешь, чтобы мне хватило? — спросил Арден. — Что помешает тебе отдать такой приказ, после которого я пожалею, что вообще вывел людей с острова?

Отвечать, что я хороший человек и ничего плохого с ними не сделаю, было бы откровенно глупо, да я и сам бы такому объяснению не поверил. Тем более клеймо действительно давало мне слишком много возможностей, о чём я недавно говорил Наире, обещая отпустить её, закончив свои дела.

Вот только приводить домой несколько тысяч людей, которые продолжают слушаться своих хранителей, я точно не собираюсь. Дать им землю, кормить, помогать строиться — хотелось бы понимать, ради чего я всё это делаю и на что могу рассчитывать в ответ. И да, практики мне были нужны, чего уж тут притворяться перед самим собой. Люди, которых не нужно было обучать, вооружать, обладающие боевыми техниками.

Поставить их защищать нашу общую землю стоило гораздо больше большинства трофеев, что мы собрали на острове. Но именно сейчас это говорить Ардену не стоило, тем более что он смотрел на меня и так достаточно тяжело. Да и Лиана, скорее всего, на меня очень сильно обидится за то, что я сделаю, если, конечно, они согласятся. А другие варианты были попросту невозможны.

— Я дам вам землю и безопасность, — сказал я. — Взамен мне нужны люди, на которых я могу положиться. Свою часть я выполню, Арден, и слово об этом дам перед всеми, кого ты приведёшь.

— Ты просишь нас принять то, против чего мы воевали всю жизнь, — сказал Арден. — Я должен вернуться к своим людям и объяснить, почему ошейник на шее мерника был позором, а твоё клеймо станет благом?

Тарн неожиданно громко засмеялся, и все посмотрели на него, включая меня.

— Да вы чего, люди? — спросил он, расстёгивая крепление доспеха. — Я вас слушаю, слушаю и никак не пойму, почему вы решили, что знаете об этом больше тех, кто уже носит клеймо. Вот оно, можете рассмотреть, если так интересно. Согласиться принять его было лучшим решением в моей жизни.

Он отодвинул мешавшую одежду, показывая рунный рисунок. Хранитель даже подался вперёд, разглядывая переплетение линий.

— Ты сильный практик, — сказал Арден. — Возможно, у тебя были причины довериться другому сильному практику. А у меня за спиной семьи, которые вообще не должны участвовать в наших договорах о службе.

— А я, по-твоему, всегда таким был? — спросил Тарн, перестав улыбаться. — Моих родителей казнили, меня вышвырнули в Яму, и оставшимся родным я оказался совершенно не нужен. Если не знаешь, что такое Яма, то это место, куда сбрасывают умирать. Иногда это занимает несколько дней, иногда — десятки лет, но оттуда никто никогда не возвращался. Пока не появился мастер Корвин.

Я не стал перебивать друга, хотя меньше всего ожидал, что он заговорит об этом сам. О своих родных парень не сильно любил вспоминать, а тут рассказывал людям, которым совершенно не обязан ничего объяснять.

— На ступень каналов я всё-таки поднялся, — продолжил он, — чуть не сдох при этом, а потом несколько лет пытался понять, что с этой силой делать. А то выходило так, что после собственной техники мог свалиться раньше противника. Мастер Корвин через это клеймо увидел, что творится с моими каналами, исправил их и научил пользоваться тем, что у меня есть. Поэтому я сейчас такой сильный, Арден, раз уж ты об этом заговорил.

— Поэтому ты ему служишь? — спросил Вождь, рассматривая татуировку.

— Он вытащил десятки тысяч людей из Ямы, — жёстко сказал Тарн. — И спас нас всех от неминуемой смерти, дал возможность развиваться и жизнь. И не было ни одного приказа мастера Корвина, которого я ослушался и с которым был бы не согласен. Уж что-что, а добрее этого парня я не знаю никого на всём белом свете.

— Ты палку-то не перегибай, — сказал я.

— Разве это не правда? — возмутился Тарн. — Ты помог каждому из нас. Ты сделал мои каналы идеальными, перевёл Наиру на ступень каналов. Скольким людям ты спас жизнь! Скольких людей восстановил и усилил их как практиков! Ты дал возможность жить племенам Корневиков и Глубинщиков. Не выживать, а жить. Разве это мало? Разве это не то, что должен делать достойный правитель? А достойнее тебя я не знаю пока никого. Может быть, в чём-то я и не прав, но только не в этом.

— Мне выгодно, чтобы моя секта была сильна, — сказал я. — Тогда к нам никто не полезет и не будет спрашивать, хотим ли мы воевать или нет. Нас будут бояться. Поэтому нужны и практики, и техники, и будет всегда помощь в развитии. А работы там хватит всем. Там ведь можно просто жить, а не заниматься бесконечной войной и убийством других практиков. На этом я всё сказал, а дальше решайте сами.

— Сколько людей ты можешь забрать? — спросил Арден.

— Постараемся взять всех, кто успеет дойти, — сказал я. — Кроме кораблей, у меня есть пространственное поместье. Там можно разместить как минимум несколько десятков тысяч человек. Пусть несут еду, воду, помогают раненым, а тяжёлое имущество оставляют. Ждать, пока кто-нибудь вернётся за сундуком, мы не сможем.

Поместье открою уже на корабле, чтобы не таскать с собой артефакт, не пойми как действующий. Лучше будет его поставить в отдельную комнату, чтобы запихивать туда народ, и они не возвращались оттуда, пока мы не доберёмся обратно.

— Клеймо ты получишь сейчас, как и те, кого ты назначишь командирами других кораблей, — продолжил я. — Остальным нанесём уже по дороге, для этого есть рунные штампы, и всю работу мне не придётся делать самому. Сейчас самое главное, чтобы люди пришли сюда, зная условия, и что мы можем их разместить и спасти.

Он шумно выдохнул, а затем всё же кивнул головой:

— Мы принимаем твои условия, мастер Корвин, — сказал Арден.

Тарн довольно протянул ему руку и улыбнулся.

— Тогда добро пожаловать домой! В семью.