— Я, Антуан — сын Николая, добровольно отказываюсь от права на владение имуществом, рабыней Даной, — я коснулся ошейника.

Кожаная штуковина кольнула в палец, я в это время смотрел в глаза девушки, в них стояли слёзы, но не горя, радости. Ошейник ослаб, Дана сдёрнула рабский аксессуар с шеи и, сжав в руке, с ненавистью зашвырнула его куда-то в сугроб.

— Я свободна, господин!

— Я тебе больше не господин, — в следующую секунду, мне пришлось подхватывать падающее тело девушки.

Лёгкая словно пушинка, я положил её на настил из веток. Всё было готово заранее, она предупредила меня о последствиях. К бывшей рабыне вернулось благословение Терниса, она может находиться в беспамятстве какое-то время. Я надеялся, что недолго. Нет, Дана не замёрзнет, лежанка подогрета рунами, но, если затянется, придётся думать о более серьёзном убежище. Только я начал ругать себя за то, что не освободил девушку в селении, как послышался её голосок.

— Я свободна, Антуан!

— Тише ты, не в доме, — я усмехнулся, присаживаясь рядом с ней на корточки, не привычно слышать из её уст своё имя.

— Вы… ты, наверное, не знаешь, что это такое, когда возвращается магия. Волна, поток, прожигающий всё тело, я как будто не дышала до этого, а сейчас вдохнула полной грудью.

— Это ошейник так действовал? Я о том… ты вдруг стала болтливая.

— Я не болтливая, но ошейник заставляет подчиняться, — девушка уселась на лежанке и оголила левое предплечье, — два полных круга, третий начат.

Достав кошель, я принялся перебирать камни, света луны вполне хватало, чтобы различить цвет. Тем более, это был кошель для белых и зелёных.

— Сколько ты можешь принять? Сможешь третий круг завершить?

— Да, Антуан, но ты не должен…

— Должен, ты сама сказала, чтобы больше пользы принести, начинай уже, нам ещё всю ночь по лесу идти.

Скромно улыбнувшись, девушка приняла от меня горстку камней и начала прикладывать их к третьему кругу. И вот, наконец, он заполнился, Дана вздохнула так, что некстати напомнила мне проведённую с ней ночь, с тихим дрожащим стоном. Взяв себя в руки, я посмотрел на её предплечье, третий круг заполнился, появились очертания четвёртого.

— Точно в беспамятство не впадёшь, если закинуть камень в четвёртый круг?

— Конечно, нет, гос… Антуан, мой сосуд примет благословение с радостью, но камни четвёртого круга дорого стоят я…

— Ничего не дорого, всего-то пару сотен золотых, держи, — девушка смотрела на меня, округлив глаза.

Да, зажрался я, но тут уже ничего не поделаешь, как говорит мама, профессиональная деформация.

Девушка осторожно приняла оранжевый камень и медленно приложила к рунному кругу. Когда он растворился в её теле, девушка испытала очередной оргазм. Признаться, я посматривал на неё с долей зависти, мне-то четвёртый круг закончить нескоро светит.

— Всё хорошо, слабости нет? — улыбаясь, девушка покачала головой. — Держи тогда ещё один, — протянул ей камень.

В этот раз она не стала спорить, затем я выдал ей третий и четвёртый.

— Хватит, Антуан, — остановила Дана после пятого. — Благословению нужно усвоиться. — я кивнул.

Мне пока не понять, как местные определяют меру, я готов все оранжевые эфирки проглотить, о последствиях узнаю после того, как вынырну из беспамятства, если вынырну.

— Посиди ещё немного и отправимся в путь, — я вынул меч из ножен, вглядываюсь в темноту.

Показалось движение, я надеялся, что это не человек. Это было бы слишком круто, мы только селенье покинули. Приложил палец к губам, Дана хотела что-то сказать, сделал шаг в сторону, в этот момент мимо нас пробежал волк. Скорее всего, матёрый, раз почуял через руну отвода глаз, либо услышал, как мы разговариваем.

— Пойдём, Дана, нас ждёт Дувгород, — сказал я через несколько минут и подал девушке руку. Она сделала то, чего я не ожидал, нашла в сугробе злосчастный ошейник и спрятала его где-то под бронёй.

Следующие несколько часов, мы шли молча. Мне приходилось смотреть во все стороны сразу, как охотник, Дана полный ноль, другого я и не ожидал. И вот мы, наконец, добрались до окраины чёрного болота. Я это не по цвету деревьев определил, в темноте разглядеть довольно проблематично. Дух учуял, об этом мне говорил Дарко. Ты чувствуешь черноту не носом, а охотничьим нюхом.

— Мы добрались до злачных мест, — тихо оповестил девушку, та начала озираться, хорошо хоть спрашивать ничего не стала. — Пойдём по краю, у тебя есть боевые руны? — спросил без особых надежд.

— Акута только, — виновато прошептала она.

— Так это же круто! — начал озираться, слишком громко сказал.

— Как? — Дана с интересом на меня посмотрела.

— Это хорошо, пользовалась уже?

— Нет, Антуан, откуда у меня столько сил, это же руна для четвёртого круга. А потом я в рабство попала. Сейчас могу, — Дана счастливо улыбнулась.

Я подобрал и протянул ей обломок толстой ветки.

— Покажи, — в то же мгновение деревяшка заострилась. — Класс… Сделаем так, увидишь любое подозрительное движение, кидаешь туда руну, поняла?

— Да, Антуан, хоть и говоришь иногда непонятные слова.

Мы ещё какое-то время двигались по сугробам, потом я заметил, что девушка начала выдыхаться. Это для меня привычно целыми днями по лесу шарахаться, а Дана привыкла работать дома.

Я немного сменил курс, мы начали углубляться в болото, не сильно далеко, я не забывал заметать за нами следы. Найдя подходящее место меж четырёх деревьев, кинул овод глаз и принялся устраивать временный лагерь.

— А я ещё могу тумана напустить, руна так и называется, Туман, — похвасталась бывшая рабыня, собирая нарубленные мной ветки в кучу.

— Посмотрю на это днём, — пообещал я.

Лежанка получилась приличная, кинул на неё руну тишины и уселся.

Мы перекусили варёным мясом и картошкой, я приготовил отвар на сухом горючем. Дана долго разглядывала тусклый химический огонёк, даже попыталась потрогать его пальцем. Убедившись, что он также обжигает, успокоилась. После еды устроились на настиле, я укрыл нас плащом, заботливо предоставленным старостой.

Что сказать, путешествовать с девушкой, тем более хорошенькой, намного приятнее, чем в компании охотников. Её можно обнять и уснуть сладким сном. Правда, совсем уж беззаботно спать не получилось. Постоянно кто-то проходил рядом, частенько слышались стычки между тварями и обычным зверьём. Естественно, я спал вполглаза, ещё Дана зачем-то крутила пятой точкой, что тоже отвлекало.

За ночь мы прошли не так много, я решил наверстать упущенное днём. После завтрака мы вышли на дорогу, что вела вокруг болота, она оказалась безлюдной, но по следам видно, недавно кто-то проезжал, копыта, следы саней.

— Давай немного пробежимся, — предложил я. — Использую руну Лёгкая нога.

— На дороге нужно быть осторожнее, Антуан, не забывай про ловцов рабов.

— Не забуду, побежали, — скорость выросла более чем вдвое, но Дану надолго не хватило.

Мне пришла другая идея, рюкзака я с собой не брал, только вместительные сумки, одна в другой. Девушка была легче моего тренировочного инвентаря с камнями, я подсадил её на спину и притопил по дороге. Теперь мне не нужно было ограничивать себя в скорости, она не сильно, но всё-таки возросла.

Не знаю, сколько я так бежал, думаю, не больше часа. Девушка пыталась развлекать меня историями из вольной жизни, но это проблематично на бегу. Потом усталость начала сказываться. К тому же произошло самое неприятное, вдалеке на дороге появилась группа пеших. Мой взгляд немного замылился, их заметила Дана.

— Антуан, прячемся!

Недолго думая, свернул на сторону болота, а уже в лесу скинул девушку на землю. Мы поспешили вглубь чащи.

— Они нас заметили, один из них прибавил скорость, — прокрутив увиденное в голове, я вынужден был согласиться.

Углубившись на пару сотен шагов, я приказал остановиться, окружил нас отводом глаз. Следы я заметал. Когда возможные преследователи приблизятся, они станут незаметными, если, конечно, не найдётся какой-нибудь умелец.

Шли минуты, никакого шума с топотом слышно не было. Ожидание начинало бесить, я уже мысленно материл себя за спешку, могли бы спокойно перемещаться по лесу.

Что-то пошло не так, я это чувствовал. На дороге никого, на душе тревожно.

— Как работает твой туман? — спросил я шёпотом.

— Я отправляю руну, там, где она сталкивается с препятствием, появляется туманное облако.

— Большое?

— На третьем круге было пять шагов, я отцу в доме показывала, сейчас, наверное, больше.

— Хорошо, запусти руну в ту сторону, как можно ниже к земле, но, чтобы не задевало её, — я указал вглубь болота. — Как можно дальше старайся.

Девушка целилась не больше трёх секунд, быстрое пятнышко руны скользнуло меж деревьев и пролетело метров пятнадцать. Я не заметил, куда именно она попала, кусты или дерево, быстро начал распространяться туман и длина облака получилась больше пяти метров, раза в полтора выше человеческого роста.

В задумке полной уверенности не было, если не сработает, придётся выходить и принимать удар на себя, не сию минуту, конечно, подожду с часик, может, дольше.

Действия начались намного раньше, мне приходилось следить за всеми направлениями. И вот, недалеко от туманного участка началось движение, за деревьями мелькнул призрачный силуэт. Я прижал девушку к снегу, достал оба пистолета, кинув на них руны тишины, привёл в боевое положение.

Навёл оружие на облако и принялся ждать.

Готов ли я стрелять? Да! Их намерения очевидны, свернули в лес заранее, подобрались по-тихому, по крайней мере, один из них. Сколько их было, я, к сожалению, посчитать не смог. Пуля быстрее руны, её не видно, может обойти защиту люмия, так что я предпочёл огнестрел.

Девушка тихо сопела, я наблюдал, снова появился призрачный силуэт, навёл ствол, целясь в голову.

Пф… пф…

Силуэт завалился в сугроб за кустами, гильзы упали в снег рядом с лицом Даны, заметил боковым зрением, не сводя взгляда с тумана. Движение слева, я развернулся и снова выстрелил дважды, в этот раз не так удачно. Человек упал и принялся вопить на всю округу.

— А-А-а Тернисово дерьмо… Удо, я ранен… Они где-то рядом, в двух шагах… А-а-а спина!

Ну, это ты приврал, не в двух шагах, минимум в пятнадцати. Где ты, Удо? Покажись! Будь паинькой…

Хруст веток раздался где-то за спиной, я развернулся с пистолетом наготове, раненый всё продолжал орать, сосредотачиваться это не мешало. Но и цели я не видел, понятно, что Удо, или кто-то другой затаился, и это могло перерасти в проблему. Кто кого пересидит, или не обнаружит первым.

Вопрос решил раненый, ему, похоже, было очень плохо.

— Удо, делай уже что-нибудь или мне конец, — голос был слабым, уставшим.

— Выходи, странник, — голос прозвучал немного не оттуда, откуда я ожидал. — Мы тебя не тронем, можешь уходить!

Удо, или неизвестно кто прятался за деревьями, я не мог его достать. Теоретически плётка достанет, вспугнёт хотя бы. Не стал спешить, время работает на нас. К тому же, люди не хозяева на чёрном болоте.

Раненый затих, зато послышался хорошо знакомый клёкот, сам того не желая, я улыбнулся.

— Выходи, говорю! Слово даю, не трону!

Он меня за идиота принимает?

Клёкот между тем приближался. Все местные знают, там, где появился крикун, обязательно найдётся плетун. Послышался тихий хруст, я не отводил ствола от предполагаемого места нахождения лихого. Вот появилась рука, за ней плечо и часть головы, смотрелось это интересно, хотя бы потому, что сквозь тело я видел лес. Я прицелился, ожидая, что человек высунется больше, и тот не подвёл.

Я дважды нажал на спусковой крючок, голова чуть дёрнулась и пропала, меня такой результат не удовлетворил. Не уверен, что цель ликвидирована, тут, на моё счастье, подоспел крикун. Тварь налетела на труп рядом с туманом, шумно всех об этом оповестив, ветки соседних деревьев зашевелились. Пришли хищники посерьёзнее, множество остроконечных лап, мощные жвала, уродливая утка, недовольно крича бросила труп.

Плетуны начали разбегаться по округе, нашёлся и раненый, криков я не услышал, значит, в беспамятстве, либо умер. Странно, что не отгородился отводом глаз.

Меня интересовал последний лихой, пока что никаких движений с его стороны не наблюдалось, я следил. Вполне могло случиться так, что он уже ушёл, отгородившись стеной отвода глаз. Но мне нужна была полная гарантия.

Дана коснулась меня рукой, она так и лежала в снегу, я приложил палец к губам и помог ей подняться на корточки. Девушка дрожала, не знаю, замёрзла или от страха.

— Всё будет хорошо, — прошептал я.

Парочка плетунов прошла мимо нашего убежища, направляясь в сторону возможной лёжки лихого. Первый, что сунулся за деревья, вдруг дёрнулся и пропал за кустами, второго эти движения заинтересовали, активно заработал лапами, да вдруг осел и замер, скорее всего, умер. Мне надоело ждать, отправил туда сразу три руны плётки, раздались хлёсткие щелчки, отбило кору с деревьев, поломало кусты. Это привлекло внимание тварей.

Туда потянулись сразу с двух сторон, и третий лихой не выдержал, подскочив, рванул в сторону дороги, фигура всё ещё была полупрозрачной. Я только этого и ждал, в спину полетела руна плётка, следом ещё одна, бегущий человек рухнул в снег.

— Не выходи из убежища, — шепнул я Дане, а сам выскочил наружу.

Плетуны для меня не проблема, убиваются ударом плётки, её не нужно перезаряжать. Энергии на четвёртом круге много, пали и пали себе, главное — не промахиваться. Что я и делал, изничтожая тварей одну за другой. По опыту я знал, что это семейка и довольно большая, надо сказать, для окраины болота, больше двух десятков особей.

Я уничтожил больше половины, когда ощутил удар в спину, болт отлетел в снег, я развернулся и побежал в направлении стрелка. Мне всё-таки пришлось вызывать огонь на себя, не сидеть же в укрытие сутками, ожидая, когда свалит гипотетический четвёртый. По прикидкам их не должно быть больше. Следующий болт прилетел в грудь, это было последнее попадание, я увидел растерянную физиономию стрелка и пока он не собрался, кинул в лицо руну плётку.

Хлёсткий удар почти заглушил предсмертный крик. Далее я пробежался по всем лихим, заодно уничтожая плетунов, четыре трупа, как и ожидалось. Первые два уже были порядком изъедены. Один четвёртого круга, второй вообще третьего, это вызвало у меня недоумение.

Самый болтливый из них, тоже имел третий круг, вот почему они не могли толком спрятаться. Кому-то из них повезло с руной прозрачности или мимикрии, я не знал названия и уже не спросишь. Они решили, что я лёгкая добыча, вот и напоролись. И вообще, это непонятно кто, броня дешёвая, оружие так себе, хуже, чем меч у Даны. Я собрал все кошели, прихватил нож и арбалет с болтами для Даны.

Затем занялся плетунами, пришлось побегать по полю боя, оно оказалось большим, когда добрался до последнего, послышался клёкот крикуна. Я поспешил к Дане.

— Не замёрзла?

— Нет, я подогрела ветки руной, — девушка улыбнулась. — Ты такой быстрый!

— Побежали, — я вернул ей улыбку. — Нам обоим нужно быть быстрыми, сейчас тут тварей прибавится.

Подгонять её не пришлось, я видел, как девушка реагирует на плетунов — боится их. Я её не осуждал, выглядят пауки как выходцы из ада, здесь привычка нужна.

— Что за люди это были? — спросила на бегу.

— Не знаю, может, просто решили поохотиться на болоте, самый сильный из них четвёртого круга, остальные третьего. Ошиблись они, решив, что мы лёгкая добыча и вообще не надо было на болото соваться.

Меня особо не парило убийство четверых человек, они сами полезли, могли просто мимо пройти, здесь нет моей вины — Этернис сам диктует правила.

Мы добрались до дороги, я осторожно высунулся наружу, было чисто в обе стороны. Желание идти по ней пропало, слишком это опасно, проще по лесу, пусть будет дольше. А на дорогу можно выйти ночью.

— Давай перейдём на ту сторону, углубимся немного и устроим привал…

— Да, Антуан, тебе нужно отдохнуть, — согласилась Дана.

Я не стал заходить слишком далеко, предпочёл удалиться в сторону, на случай погони. Такое вряд ли могло быть, потому что все члены банды неудачников кормят плетунов, но вероятность исключать нельзя.

Найдя подходящее место, принялись собирать хворост и подстилку; отгородившись отводом глаз, я развёл костёр. Пламя никто не увидит, могут только дым учуять и запах готовящейся еды. Но со зверьём я как-нибудь справлюсь.

На ужин был кролик, добытый мной за несколько дней до этого, я приготовил половинку на огне. Дана достала мочёные овощи и лепёшку, я чертовски проголодался, потому всё казалось неимоверно вкусным.

Я не забывал следить за округой, всё было спокойно, если лесные гости и появятся, то это произойдёт позднее.

— Ночью пойдём, а сейчас отдыхай, — я сыто развалился на лапнике, в ногах тлели угли, спину грела руна тепла, ко мне прильнула красивая девушка, стало совсем хорошо.