Глава 28

Если бы я думала, что мы пойдём до полигона пешком, то была бы слишком наивна для этого мира.

Нет. В этом месте подобного счастья не дождаться. Мне вообще начинает казаться, что все боевики чокнутые и помешанные на преодолении физических пределов тела монстры.

Вот и Вентарис переходит на бодрый бег, едва сойдя с крыльца. Мне ничего не остаётся, кроме как последовать за ним. Тем более что я даже не представляю, куда нужно идти, ведь утром меня на полигон не взяли.

Пробежка после целого дня учёбы и тренировки — занятие тяжёлое. Ноги гудят, дыхание сбивается, в боку начинает колоть, когда я выбегаю за ворота. Тут же вспоминаю способ, о котором мне рассказал Лойт: нужно дышать носом и тогда будет легче.

Демоны знают почему это работает, но оно правда работает.

Пробежав немного по лесу, Вентарис сбавляет темп, позволяя мне нагнать себя.

— Как прошёл поход в лечебный корпус? — спрашивает он. Бодро, ровно, будто мы сидим в гостиной за чашкой чая, а не выполняем вечернюю пробежку.

— Нор... нормально, — выплёвываю я рублеными фразами. — Познакомилась... с персоналом. Посмотрела... отделения.

— С кем познакомилась?

— С Циарой. Она работает... на регистрации.

— А с кем ещё?

А то он не знает, кого я там встретила!

— С Эстель.

Он кивает, будто ждал этого ответа.

— Она не злится. Сказала, что это из-за тренировки с вами.

— Знаю.

Я спотыкаюсь, но удерживаю равновесие. Вот так просто. Он не отрицает, не оправдывается.

— Зачем?

— Потому что не нужно афишировать, на что ты способна. Пока во всяком случае.

— А декан? — спрашиваю я. — Он знает?

— У него свои интересы, — голос Вентариса становится жёстче. — Ты с ним часто общаешься?

— Он... корректировал моё расписание.

— Ещё что-то?

— Предложил стать боевым медиком.

— Это разумно, — кивает он. — Для тебя.

Мы бежим дальше. Я пытаюсь понять, что скрывается за его вопросами. Он не говорит прямо, но я чувствую — ему не нравится, что я сближаюсь с деканом. Почему? Ревность? Контроль? Или что-то ещё?

— Вы не доверяете декану? — спрашиваю я.

— Я никому не доверяю, Морн, — отвечает он. — И тебе советую делать так же. Дольше проживёшь.

Знать бы ещё, это какой-то намёк или он говорит из добрых побуждений.

Дальше мы бежим молча. Вентарис сворачивает с белой тропы, которая используется для зарядки, на дорожку, отсыпанную чёрным гравием. Я следую за ним и только сейчас понимаю, что это сеть. Чёрный гравий соединяет точки на горе — места, где открываются разломы.

— Узнаёшь? — спрашивает Вентарис.

— Да, — киваю. — Я была здесь.

— В день поступления, — он останавливается. — И уже использовала магию элементалей. Я был приято удивлён тогда.

Мда. В его исполнении это даже похоже на комплимент. Лучше не думать о том, что ещё до поступления мой чокнутый куратор притащил меня в логово элементалей. Стоит порадоваться, что это оказались водные духи, а не агрессивные огненные.

Хотя, выбирая из двух зол, я бы лучше вообще не выбирала.

— Вы можете объяснить нормально? Что я делаю? Как это работает? Почему я могу забирать чужую магию?

— Нет, — отвечает он коротко.

— Почему?!

— Потому что разговаривать с тобой бесполезно, Морн. Слова — ветер. Ты поймёшь, когда у тебя хватит на это мозгов.

Злость вспыхивает внутри, смешиваясь с усталостью. Я открываю рот, чтобы ответить, но он уже идёт вперёд, к деревянному помосту, разбитому вокруг чёрному провалу в земле, от которого веет холодом и сыростью. Мы будто оказались в парке, гуляем вокруг какого-то объекта. Повсюду много столбов с нанесёнными рунами, которые, должно быть, держат это место в относительном порядке.

Но всё же, подумать только! Выходит, на горе есть все четыре вида разломов? Это вообще нормально?

Так ведь не должно быть…

— Это разлом воды, — говорит принц, останавливаясь на краю. — Слабый, почти безопасный. Внутри — несколько элементалей. За день местную популяцию изрядно потрепали, но в чём прелесть таких мест — всегда появляются новые твари.

Я смотрю в провал. В темноте поблёскивает что-то влажное, переливающееся. Живое.

— Я не хочу, — говорю я.

— Что именно?

— Забирать. В прошлый раз элементаль кричал. Эстель сегодня в больнице. Я не хочу причинять боль. Даже им.

— Эстель в больнице, потому что она облажалась, — говорит Вентарис жёстко. — А не потому, что ты сильная. Если бы она умела защищаться, ты бы не смогла забрать её силу. Это её проблема, не твоя.

— Но я...

— Морн, — он поворачивается ко мне. — Я могу отвести тебя к огненному разлому, и у тебя не будет выбора. Хочешь?

Я молчу. Уже поняла, что на любое моё сопротивление он реагирует усилением давления и всё равно заставляет делать то, что ему нужно.

Грёбаный психопат…

— Тогда делай, что говорю. Не хочешь отнимать, изучи. Ты понятия не имеешь, на что способна, и я заставлю тебя найти свои границы. Тебе решать, добровольно, уговорами или силой это произойдёт.

— Зачем?

— Чтобы сдвинуть, — закатывает глаза Вентарис. — Пустышка, тебе придётся смириться с тем, как работает эволюция. Чувствуй. Познакомься.

— С элементалем?

— Если хочешь, и с ним. Но я имел в виду твою силу. Ты уже делала это. Теперь давай осознанно.

Я подхожу к краю. Сажусь на корточки, смотрю в темноту. Внутри пустота шевелится, тянется к чёрному провалу, к этой влажной, холодной силе. Закрываю глаза, вообще не представляя, что именно должна делать.

Вентарис, к счастью, замолкает.

Когда мне хватит мозгов понять… Вот же гад!

И всё же кое-какие выводы без его указки я могу сделать. Он прикрыл меня сегодня. Шакс не дал мне воспользоваться магией и выглядел обеспокоенно, а я точно не тот человек, за кого он бы переживал. Вентарис заставил меня агрессировать на него и заткнул рот Эстель. Вспоминая моё состояние, пока я пользовалась силой, можно сделать вывод, что я была в большой опасности, но из-за принца отделалась непониманием и лёгкой тревогой.

Знать бы ещё, чего именно он от меня добивается. Гад такой, сказал бы, уже давно бы разобрались!

Пытаюсь не думать о том, что будет, если я ошибусь. Обращаюсь ко внутренней пустоте, стараясь не бояться и просто чувствовать, и впитываю окружение, как если бы пыталась услышать запах этого места.

Сначала ничего особенного не ощущаю, но зато потом — холод. Не такой, как от пустоты. Живой, текучий. Он обволакивает, проникает внутрь, касается моего нутра.

Я открываю глаза и смотрю в провал. Оттуда на меня смотрят не глазами, а свечением. Холодным, голубоватым.

Там есть элементаль. Понятия не имею, какого уровня, его ещё не видно.

Он не кажется агрессивным, скорее таким же изучающим, будто тоже пытается понять. Кто я и что я?

— Он... чувствует меня, — шепчу я.

— Да, — голос Вентариса звучит где-то рядом. — Они умнее, чем мы думаем. Особенно те, кто живёт в разломах долго, понимают больше, чем кажется.

— Что он хочет?

— Это я и хочу выяснить, — на губах Вентариса появляется неуместная улыбка. — И мне кажется, ты ключ к этому знанию. Сосредоточься и попытайся узнать об этой твари больше.

Я смотрю на него краем глаза и тут же отворачиваюсь. Потому что в полумраке, со странной улыбкой, с отблесками голубого света на лице, он выглядит...

Нет. Не сейчас. Я запрещаю себе думать об этом. Он принц, куратор, гадёныш, который вечно лезет не туда и заставляет меня делать то, что я не хочу. Не красивый. Не эффектный. И взгляд у него не притягивает. А если и так — я просто устала. У меня галлюцинации от недосыпа и усталости.

Я сосредотачиваюсь на провале. На холодном свечении. На том, кто смотрит оттуда.

Внутри пустота шевелится, потягивается, будто просыпается. Она не боится. Ей интересно. Как и мне.