Да и саму полосу препятствий на первом этапе пришлось сходу перекроить. Изначально Лисицын хотел забабахать там Испытание Внутреннего Демона, но потом прикинул хрен к носу и понял: обыватели на таком тестировании сразу мозгами поплывут, никто не пройдет. Так что он сбацал старую добрую десятитысячную лестницу. Тут ни уровень силы не важен, ни врожденные таланты — тупо проверка на упрямство. Зайти может любой дурак, у каждого есть шанс приобщиться к прекрасному.

А вот со вторым этапом Лисицын умыл руки и тихо ухмыльнулся. Там претендента ждал бой с фантомом того же уровня, что и он сам. То есть заходит, допустим, суровый борец этапа Кристалла — и получает в соперники клон самого Лисицына на этапе Кристалла. Пробился кто до Духа — держи клона Лисицына на этапе Духа. А на одном уровне силы с Лисицыным тягаться — это сразу в гроб заказывай прогулку. Не то чтобы он нарциссизмом страдал, просто сухой факт: за всю жизнь он ни одного равного соперника так и не встретил.

Впрочем, палки в колеса он никому специально не вставлял. Народную культивацию надо насаждать без фанатизма, поэтапно. Награды за лестницу массовке и так хватит на долгие месяцы переваривания. Вот когда хотя бы процентов десять жителей страны освоят базовую раскачку, тогда он, так и быть, ослабит хватку на следующих испытаниях. Куда спешить-то?

Лисицын вздохнул, взъерошил челку и взял в руки телефон. Экран трещал от сообщений в групповом чате, где все обмусоливали триумф Лады Вех.

"Слышь, Ли, ты че сегодня на общий сбор не пришел?"

"Тут весь ТАП-31 в сборе, один ты прохлопал!"

"Тебе за прогулы от руководства прилетит, в курсе? Совсем от коллектива оторвался!"

"Ли, ты тут?"

"Опять ушел в несознанку?"

"Эй, Ли!"

Лисицын бегло пробежал глазами этот поток сознания и обыденно смахнул уведомления. Он поднялся, подошел к окну и мельком глянул вниз: там на площади сотни людей давились в очереди, орды стримеров пихали в камеры голубые кристаллы, а в воздухе стоял непрерывный гвалт. Потом парень просто сделал шаг вперед — и растаял в воздухе, будто его и не было в комнате.

* * *

В это же время над крышами столицы, рассекая облака на мече, рассекала Светлана Власова. Настроение у нее было — лучше не придумаешь. Она только что вернулась от ворот Тыловой базы, где от души посмеялась над разыгранным спектаклем. До чего же смешно смотреть на этих двуногих муравьев, которые давятся в очереди и ссут кипятком от какого-то десятка малых Кристаллов. Для нее эта мелочевка — тьфу, пыль под ногами. Впрочем, пусть тешатся. Чем слабее эта мелкота, тем ей спокойнее.

Сейчас эту тушку во внешнем мире зовут Светлана Власова. Но настоящая ее суть — старейшина ордена Духовной Гнили из запредельных глубин. Еще три дня назад она сидела в древнем, вонючем заточении на севере, куда ее замуровали тысячи лет назад. Печать от времени совсем истратилась, так что выковырять себя наружу не составило труда. И надо же было такому случиться — прямо на выходе из руин ей подвернулась эта пигалица. Скромная девчонка на этапе Кристалла, которая в одиночку поперлась искать приключения на свою задницу. Захватить ее тело и выпить душонку было делом двух секунд.

А потом тушку Власовой вместе со старейшиной затянуло в этот странный временной водоворот и выбросило в мегаполисе. Тварь до сих пор пребывала в легком шоке. Перемещение во времени? Сдвиг пространств? Что за дикая магия — хрен проссышь, но главное тут другое. Она вытащила лотерейный билет!

Эта планетка оказалась непаханым полем! Энергии вокруг — кот наплакал, а самый сильный местный "воин" только-только наскреб себе на этап Духа. Остальные — мелкие караси на этапе Кристалла да пушечное мясо без сил. Миллиарды беззащитных тушек. Миллиарды жертв!

У старейшины аж слюни текли от восторга. Их орден Духовной Гнили как раз и жил за счет чужого страха, отчаяния и слабости. Они обожали такие тепличные планетники, где некому дать в морду. Сиди себе, жри за обе щеки да наматывай кишки на кулак.

Ее главной задачей было закрепиться, пустить гниль по местным жилам и подготовить почву для подхода главных сил. В прежнем мире их со всех сторон жгли, считали тварями и мочили всем миром. Там она на своем начальном этапе Сократа даже пикнуть боялась — в итоге вообще под замок попала, позорище.

А тут? Да этот мир — просто шведский стол для правильного охотника! Передовой отряд уже на подходе. Более того, до старейшины дошли слухи, что в составе авангарда идет сам кронпринц их правящей династии — монстр на пике этапа Сократа. Причем он сумел отжать себе тушку у воина из первой десятки сильнейших рас вселенной! Стоит им закрепиться — и их орден займет законное место среди владык мира.

Говорили, у кронпринца на этой планетке есть какое-то свое личное дело, но старейшине было плевать. Главное — дождаться хозяев. За такую разведку кронпринц щедро отсыплет ей силы и протолкнет на самый пик Сократа. О таком уровне она раньше и мечтать не смела! От предвкушения тварь чуть с меча не свалилась.

Правда, первые три дня пришлось сидеть тише воды, ниже травы. После вселения тело Власовой было слабым, а силы старейшины просели до паршивого уровня Кристалла. Вот и приходилось держаться в тени, чтобы случайно не схлопотать от других одногрупников. Но три дня прошли. Организм освоился. Сила этапа Сократа вернулась в жилы! Теперь она могла размазать этот город тонким слоем. Пора начинать настоящую охоту.

Свою первую метку Духа она уже повесила на Ладу Вех. Это фирменный фокус их ордена — мелкая, незаметная примочка для отслеживания добычи. Как только брюхо заурчит, она придет за девчонкой. Душонка уровня Сократа — это же пальчики оближешь!

Ладно, спешить некуда. Еды кругом валом. Начнет с мелких карасей на этапе Основания, потом перекусит ребятами уровня Кристалла, заглотит пару Духов, а на десерт сожрет Ладу Вех. По очереди. Не торопясь. От таких приятных мыслей старейшина не удержалась и тихонько захихикала себе под нос:

— Хи-хи-хи…

Она как раз пролетала над жилым кварталом, снижаясь к обычной девятиэтажке. Там Власова снимала однушку на деньги "родителей". Пора было заходить на посадку.

— Слышь, Власова. Ты че там хрюкаешь?

Голос раздался прямо за спиной.

Старейшина аж на месте подпрыгнула и резко затормозила. За спиной, буквально в метре от нее, висел в воздухе Лисицын. Руки в карманах штанов, рожа спокойная, глаза скучающие. У твари внутри все сжалось. Какого черта?! Откуда он взялся?! Как он подкрался вплотную, если она даже колебания воздуха не почувствовала?! Натянув на лицо Власовой привычную дурацкую улыбку, старейшина обернулась:

— Ли? Ты че подкрадываешься как кот? Голос бы подал, я чуть с меча не свалилась!

— Да ладно тебе, — лениво ухмыльнулся Лисицын. — Просто ты ворон ловила.

А сам вальяжно оценивал будущего голема. Пусть у Власовой тот ещё характер, но ножки были зачётные. Да и в целом всё на уровне, путь и не топ модели, не этой, нынешнего разлива, очень даже. Короче, голем выйдет преотличный. Старейшина же продолжала улыбаться, но мозги у нее закипели.

Лисицын. Начальный уровень Кристалла. Бродяга без роду и племени, самый забитый парень в их аудитории. Опасности — ноль. Но почему она не услышала его приближения?! Полноценный мастер этапа Сократа не может прозевать мелкого карася!

— Слышь, Ли, — она кокетливо наклонила голову, соображая на ходу. — А я тебя на общем сборе не видела. Когда Вех всех собирала, ты где шкерился?

— Да в катку рубился, — честно признался Лисицын. — Пока вы там перед камерами перья распускали, я рейтинг сливал. Пришел — а вы уже разлетелись. Думал, хоть перед кем-то понты наковырять.

Ненашева облегченно хмыкнула:

— Тоже мне проблема! Еще успеешь понты поколотить. Ты же на этапе Кристалла, перед обычными смертными ты теперь вроде полубога. Показывай силу — не хочу.

— Это точно, — согласился Лисицын и посмотрел ей прямо в глаза. — Разница между мной и обычными людьми действительно немаленькая.

Она сделать паузу. Улыбка на лице Власовой на секунду застыла.

— А между мной и тобой, Свет? — тихо спросил парень.

И, не давая ей ответить, добавил:

— Хотя какая ты к черту Светлана Власова. Как вас там правильно кличут? Орден Духовной Гнили?

Ненашева не стала раздумывать ни секунды. Она просто дала деру. Собственно, не она сама, а сидевшая в ней тварь. Все решение уложилось в доли мгновения — ровно в тот миг, когда Лисицын раскрыл рот. Правило тут простое: чувствуешь, что с противником не сладить, — сваливай. Не можешь сбежать — забейся в щель. Не вышло забиться — плачь и проси пощады. На этом нехитром законе их братия выживала на самых разных планетах не одну тысячу лет. Старейшина рванула с такой дурью, что вокруг буквально затрещала ткань пространства. А в голове у нее бушевал сущий ад:

"Сука! Раз он просек мою суть, значит, просек и ту метку Духа, которую я навесила на Ладу Вех! А разглядеть след Духовной Гнили способна только тварь уровня Сократа, не меньше! Мать твою, какой он к черту Кристалл?! Хитрый ублюдок на этапе Сократа сидит и изображает из себя зелень незрелую!"

Чем больше тварь обдумывала ситуацию, тем сильнее ее раздувало от злости. Три дня она сидела тихо как мышь под веником! Искренне верила, что ее маскировка идеальна, а самый сильный из этих недотеп в аудитории только-только вполз на этап Духа. Мечтала, как устроит себе здесь лёгкую охоту. И что в итоге? Какой-то мелкий бродяжка с этапа Кристалла на поверку оказался монстром уровня Сократа!

Она-то еще радовалась, когда три дня назад отжала тушку у Власоваой. Думала: о, отличный уровень Кристалла, середнячок, самое то, чтобы не привлекать внимания. Ага, повезло так повезло! Заселилась аккурат в группу к местному Сократу! Тварь вжала педаль в пол. В умении давать драпака их ордену не было равных — тут им сам черт не брат. В процессе эволюции эти паразиты давно пожертвовали боевыми навыками ради единственной способности: вовремя уносить ноги. Вот только на этот раз фокус не проходил. Парень за спиной двигался ощутимо быстрее.

Лисицын даже не думал напрягаться. Он висел в воздухе и спокойненько наблюдал, как светящаяся сопля уносится к горизонту. Затем сделал один неторопливый шаг — и пространство вокруг него просто свернулось. В следующую секунду он уже стоял в небесах за добрую сотню километров. Еще шаг — и снова пара сотен километров позади. Лисицын шел следом абсолютно не спеша, с ленивой грацией сытого кота, который присматривает за прижатой к углу мышью. Власова летела из последних сил, с ужасом чувствуя, как затылок буквально жжет от приближающегося присутствия.

"Мать твоя волчица! Ему же от силы лет пятьсот, а он уже на этапе Сократа?! Это что за дичь?!"

Тварь за свою долгую жизнь видела немало гениев. Она встречала пятисотлетних крепышей на этапе Кристалла, видела даже пятисотлетних виртуозов на этапе Духа. Но Сократ в пятьсот лет?! О таком даже в самых диких сказках их ордена никто никогда не слыхивал. Это был просто какой-то аномальный кусок мяса.

От страха у нее окончательно сорвало башню. Сгусток света заложил крутой вираж, оставляя за собой дымный след. Тварь пронеслась над Северной равниной, перемахнула через Желтую реку, махнула через реку, перевалила через южные хребты и через пару мгновений вылетела прямо к Индийскому океану. Снизу расстилалась глухая синяя бездна. Сверху сыпала искрами звездная ночь. А за спиной висел этот проклятый тихушник.

Тварь оглянулась. Лисицын стоял на воздухе метрах в восьмидесяти. Руки всё так же в карманах, на лице — полнейшее умиротворение. Власову аж перекосило. Она же выжала из этой тушки абсолютный максимум! Развила такую скорость, какую за всю жизнь не набирала. И всё без толку. Вообще без толку! Нахальный тип сзади просто держал дистанцию: ни ближе, ни дальше. Летел легко, вразвалочку, будто вышел за хлебом. Просто издевался.

Тварь стиснула зубы и попыталась дать еще газу. Пролетела еще пару минут, заложила петлю над океаном и взяла курс на юго-запад. Ей зарез нужно было спрятаться, нырнуть в какую-нибудь густонаселенную клоаку и сбросить этого хвостатого беса. Но Лисицын висел сзади как приклеенный. Ровно в восьмидесяти метрах.

В конце концов у твари сдали нервы. Она резко затормозила в воздухе, развернулась и встала к нему лицом. Лисицын тоже замер. Слегка наклонил голову и уставился на нее с легким любопытством.

— О, Власова. А вид отсюда ничего так. Ты куда это на ночь глядя мылишься?

Лицо девушки судорожно дернулось. Тварь глубоко вдохнула, пытаясь придать голосу максимум солидности:

— Слушай, Ли. Мы же с тобой горшки не били, делить нам нечего. К чему этот цирк? Мы оба на этапе Сократа. Если я начну огрызаться во всю дурь, ты сам целым не уйдешь.

Парень молчал. Только уголок рта у него чуть дернулся.

Тварь решила, что тот колебается, и затараторила дальше:

— На этой планетке сейчас как раз возобновилась энергия, места всем хватит. На кой черт нам сцепляться насмерть? Я на твои ресурсы не претендую. Как только мои подтянутся, я сразу сваливаю, слово даю!

Она говорила с предельным елеем, чуть ли не кланялась в воздухе. В ее логике всё сходилось: сходиться в смертельной схватке двум Сократам — чистейшее безумие, себе дороже. Проще разойтись миром.

Лисицын прищурился:

— Твои, говоришь, подтянутся?

Тварь внутри ажно подпрыгнула от радости. Клюнул!

— Ну да! — закивала она тушкой Власовой. — Наш Повелитель Духовной Гнили уже ведет сюда флот. Он вообще-то Владыка, перешагнувший первый уровень Перерождения! А тело себе отжал у воина из народа Огненных Племен — это одна из сильнейших рас во вселенной! По боевой мощи он с ходу тянет на второй уровень Перерождения!

Она специально сделала жирный упор на слова "первый уровень Перерождения" и "Огненные Племена", после чего впилась взглядом в лицо Лисицына, ожидая увидеть там хотя бы тень испуга. И дождалась. Лицо парня действительно изменилось. Тварь мысленно восторжествовала: "Обосрался, голубчик? Огненные Племена на уровне Перерождения — это тебе не с малолетками в аудитории бодаться! Если ума хватит, сейчас отпустишь. А я, так и быть, потом за тебя словцо замолю". Она уже приготовлялась услышать рассудительное "Ну ладно, проваливай", как вдруг…

Лисицын расплылся в улыбке. Это была не улыбка человека, который решил сдаться. Это была рожа кота, перед которым только что поставили миску со сметаной.

— Первый уровень Перерождения? — переспросил он. — Огненные Племена? Не из мира культивации, что ли?

Тварь осеклась. Реакция была какой-то совсем не правильной.

А Лисицын улыбнулся еще широчайшим образом:

— Да какая, к черту, разница.

И просто протянул руку. Зрачки Власовой сжались в игольные ушки. Она дернулась было в сторону, но ладонь Лисицына двигалась с какой-то нечеловеческой скоростью. В то же мгновение тварь ощутила, как ее намертво прижало к месту невидимой плитой — будто сверху обрушилось само небо. Собрать все силы в кулак, жилы чуть не лопнули! На последнем дыхании она сумела выдать дикий рывок.

Пальцы Лисицына лишь мазнули по куртке на плече. Пользуясь этой осечкой, Власова рванула прочь, вереща в душе от ужаса: "Псих! Конченый псих! Он даже этапа Перерождения не боится! У него вообще мозги есть?!" На этот раз она летела не просто на пределе сил. Она жгла собственную жизненную суть. Тварь шкурой чуяла, что если этот тихушник ее сцапает — костей не соберет. Этот хитрый гад явно сидел в засаде и ждал именно её! Попасться ему нельзя. Ни за что на свете.

Лисицын посмотрел на улетающий в ночную темноту огонёк и со вздохом покачал головой:

— А шустрая, гадина.

После чего сделал шаг и снова не спеша двинулся следом. На этот раз Светлана Власова не стала уходить в открытый океан. Она заложила вираж и взяла курс на юго-запад. Тварь прекрасно понимала: на открытом пространстве от Лисицына не уйти, рано или поздно он ее сцапает. Ей срочно нужен был рычаг. Что-то такое, что заставит этого типа поджать хвост и опустить руки. Живой щит. Ей нужны были заложники. Чем больше, тем лучше. Эти местные ведь помешаны на своей взаимовыручке, уважении к старикам и заботе о мелких? Отлично. Вот в эту болячку она его и ткнет.

Ненашева пролетела над плато, сделал петлю над горной котловиной и развернулся обратно к сычуаньским землям. В его голове судорожно крутилась одна и та же мысль: захватить заложников проще простого, город прямо под ногами, бери не хочу. Вот только остановиться не получалось. Ни на секунду. Потому что Лисицын висел прямо на хвосте. Рвануть дальше не вышло — пришлось замереть в небе прямо над этим регионом. Тварь развернулась и уставилась на преследователя. Лисицын висел напротив, все так же держа руки в карманах. На лице — полнейший штиль.

— Что, драпать силы кончились? — невинно поинтересовался он.

Ненашева не ответила. Из его глаз брызнул дикий, отчаянный свет — так шкурой наружу от безысходности огрызались только твари из ордена Жуховной Гнили.

— Слушай, Лисицын, — сипло каркнул Власов. — Сделаешь еще шаг — я весь этот город с говном смешаю и на тот свет с собой утащу.

Он хищно растопырил руки, и от его тушки во все стороны поползло мутное зеленоватое свечение. Лисицын смерил его молчаливым взглядом. А потом просто лениво повел ладонью. С неба тут же обрушился блекло-золотой купол. Он накрыл весь регион на сотни километров вокруг, будто огромная перевернутая пиала. Защитная пленка казалась тонкой, как паутинка, но Власова мгновенно переменилась в лице. От этого света веяло чем-то таким, от чего у паразита внутри все сжалось от первобытного ужаса. Ни тебе привычной духовной энергии, ни софистских чар — какая-то невиданная, жуткая хрень.

"И это все?" — попытался подбодрить себя паразит и выдавил сухой, желчный смешок:

— Наш орден сквозь любые барьеры проходит как нож сквозь масло. Твоя сетка нас не удержит.

Ненашева круто развернулась и с размаху впечатался в золотистый купол. Хлопок — и его отбросило назад, как теннисный мячик. Тварь опешила. Собрала все силы, разбежалась и трахнулась в барьер с удвоенной дурью. Опять гулкий "бум" — и он снова отлетел обратно. Она зависла перед барьером с абсолютно глупым и растерянным видом.

— Это я специально для тебя подгадал, — донесся сзади спокойный голос Лисицына. — Ну как, сюрприз удался?

Лицо Власоваой окончательно перекосило. Он начал метаться, как сумасшедший, и таранить купол раз за разом, но каждый раз отлетал обратно. Золотистая пленка даже не дрогнула — ни единой ряби. Наконец тварь выдохлась. Развернулась к Лисицыну, и в ее глазах застыл животный страх.

Это не навыки начального этапа Сократа. Этот гад сидит на позднем Сократе, а может, и того выше! Тварь панически огляделась по сторонам, и тут её взгляд зацепился за то, что пролетало под куполом. В небе над Сычуанью снижался гражданский самолет. Обычный пассажирский борт с ярким логотипом авиакомпании на фюзеляже, заходивший на посадку. В её глазах вспыхнул огонёк. Один миг — и она очутилась прямо возле летящей туши лайнера. Тварь выбросила руку вперед, и ее энергия соткалась в исполинскую серую лапу, которая намертво сжала корпус самолета. Внутри салона начался ад.

Рейс, больше сотни пассажиров на борту. Большинство летело сюда именно после новостей про Тыловую базу № 6587: кто-то мечтал пройти испытания, кто-то хотел поглазеть на золотые палаты, а кто-то надеялся подзаработать на наплыве народу. Еще минуту назад люди возбужденно переговаривались, обсуждая испытания Лады Вех, десять камней низкой пробы и шансы пройти первый отбор. И вдруг корпус затрясло с такой силой, будто лайнер попал в бешеную турбулентность. За иллюминаторами образовалась жуткая серая лапа из дыма и копоти, мертвой хваткой сжавшая крылья и фюзеляж. В салоне поднялся визг.

— Что происходит?!

— Это еще что за хрень?!

— Там кто-то летит! В окне мужик висит!

— Это же культиваторы! Два культиватора сцепились!

— Спасите! Помогите!

Люди в панике сжимались на полу между креслами, кто-то судорожно впивался ногтями в подлокотники, а кто-то пытался набрать родных, но пальцы так дрожали, что попасть по экрану было невозможно. Совсем молоденькая девчонка забилась в угол кресла и, умываясь слезами, шептала:

— Зачем я только полетела… Сидела бы дома, дура, сидела бы дома…

Рядом с ней сидел мужик лет сорока, побелевшими пальцами сжимавший подлокотник. Возле него вжался сынишка — мальчишка лет девяти. Малец смотрел в иллюминатор во все глаза, и в его испуганном взгляде мешался страх с детским восторгом.

— Пап… — дрожащим шепотом спросил мальчик. — Это что… там снаружи настоящие культиваторы?

— Да какая разница, кто они такие! — рявкнул отец. — Мы же сейчас все накроемся!

Бортпроводники пытались успокоить салон, но у них у самих подкашивались ноги. Из динамиков донесся заикающийся голос командира:

— Уважаемые пассажиры… пожалуйста… пристегните ремни… мы попали в… в…

Капитан и сам не понимал, что говорить. За тридцать лет в авиации он с такой чертовщиной не сталкивался. Власова держала лайнер в ледяной тисках и с вызовом уставился на Лисицына.

— Ну давай, дергайся дальше! Сделаешь хоть шаг — и я раздавлю эту консервную банку в труху! Тут больше сотни душ, тебе что, совсем плевать?!

Тварь ждала реакции. Ждала, что у Лисицына дрогнет лицо, что появится ярость, испуг, замешательство. Ждала, что он начнет торговаться, отступит и даст ей уйти. Лисицын посмотрел на неё. И вдруг усмехнулся. Это была легкая, ленивая улыбка — так смотрят на муравья, который тащит куда-то пшеничное зернышко.

— Ты держишь их жизни в своих руках. Мне-то что до этого?

Ненашева опешила.

— Ты же из традиционалистов! — заверещал он. — Вы же, культиваторы, долбаные праведники! Вы за мир и добро топите! Неужели ты дашь им сдохнуть у тебя на глазах?!

Лисицын чуть наклонил голову, будто всерьез задумываясь над его словами, и ровным тоном чеканил:

— А кто тебе сказал, что я традиционалист?

У Светлана Власовой мысли в голове встали колом. Не традиционалист? А кто тогда? Софист? Извращенец? И тут тварь внезапно вспомнила тот самый дух, который исходил от Лисицына. Тот жуткий флер, от которого поджимались хвосты. Философская аура. Густая, чистая и тяжелая, как свинец. Их орден Духовной Гнили сам питался страхом и давил слабых. Тварь видела сотни софистов и извращенцев на своем веку, но с такой первозданной дурью не сталкивалась никогда. Это было не просто… — это была абсолютная, неразбавленная сила.

Власова побледнела как полотно. До неё дошло, какую роковую ошибку она совершила. Она пыталась давить на мораль и брать заложников перед тем, для кого человеческая жизнь не стоит и ломаного гроша. Какие, к черту, заложники, если перед тобой монстр?

— Ты блефуешь! — истерично визгнула она, и его голос дал петуха. — Ты меня просто на понты берешь! Тебе не все равно на этих людей! Ты просто вид делаешь, что тебе плевать!

Лисицын ничего не ответил. Он просто поднял ладонь. Из его руки вырвался сгусток энергии и рванул прямо к Власова. Тварь взвизгнула и от страха швырнула захваченный самолет наперерез черному лучу, а сама задала такого драпака, только пятки засверкали. Лайнер завалился на крыло и камнем пошел вниз. Рев моторов перешел в оглушительный свист. В салоне начался сущий ад: люди летали от стенки к стенке, молитвы перемешались с дикими криками.

— Падаем!

— Мама!

— Жить хочу!

Молоденькая девчонка уже не плакала — просто зажмурилась и застыла от ужаса. Мужик мертвой хваткой вцепился в сына и повторял как заведенный: "Все хорошо, сынок, папа рядом, папа с тобой…" Бортпроводников швырнуло прочь по проходу, кто-то разбился до крови. Командир из последних сил тянул штурвал на себя, но отключившиеся системы не отзывались — тяжелая машина мчалась прямиком к земле.

Ненашева не успела отлететь и на пару километров, как за спиной образовалась дикая тяга. Тварь оглянулась. Лисицын стоял на том же месте, вытянув одну руку ладонью вперед. От его пальцев шел такой мощный засасывающий поток, что вырваться из него не было ни единого шанса.

— Нет! — завопила тварь, когда ее со свистом потащило назад.

Пальцы Лисицына мертвой хваткой сомкнулись на горле Светланы Власовой.

— Попалась? — спокойно спросил он.

Он посмотрел на тушку, которая брыкалась в его руке. Власову колотило в судорогах, глаза закатились, а из горла вырывалось только жалкое хрипение. Но Лисицын прекрасно понимал: перед ним не она, а дрянь, которая сидит внутри неё.

— Ну и что мне с тобой делать? A, Власова?

Тварь раскрыла рот, пытаясь выплюнуть хоть слово, но пережатое горло не пропускало воздух. И тут с запада выскочил яркий белый огонёк. На длинном мече прямо к ним подлетела Лада Вех. В ее руках сгустился ком прозрачной духовной энергии — она подхватила падающий самолет аккуратной подушкой и плавно опустила его на поле. Сотня пассажиров даже не поняла, как осталась в живых. Лисицын еще с самого начала почувствовал её приближение, потому и не стал тратить силы на лайнер.

Лада приземлилась, мельком глянула на Лисицына, потом перевела взгляд на хрипящую Власовау в его руке и нахмурилась:

— Лисицын, ты чего делаешь? Это же Ленка!

Тварь ухватилась за этот шанс как за последнюю соломинку. Превозмогая боль, она выдавила из сдавленной глотки жалкий, плаксивый хрип:

— Лада… спаси… Лисицын с катушек съехал… он урыть меня хочет…

Голос звучал так жалко и убедительно, что Лада Вех хмуро уставилась на Лисицына, ожидая объяснений. Лисицын посмотрел на задыхающегося паразита, а потом просто расхохотался.

— Ты же на этапе Сократа сидишь, — с ухмылкой проговорил он. — И зовешь на помощь соплюшку с начального этапа? Я не ослышался?

Конец книги. Следующая книга: https://author.today/work/650375