Имя повисло в утреннем воздухе, душном и неподвижном.

Каэн сделал шаг из строя. Подошвы форменных сапог хрустнули по красноватому гравию плаца. Звук показался оглушительным в абсолютной тишине, повисшей над шеренгами кадетов. Он чувствовал спиной десятки взглядов — колючих, настороженных, презрительных. Но впервые за всё время пребывания в академии эти взгляды не обжигали его паникой.

[Пульс: 88 ударов в минуту. Стабильность дыхания: 72 %.]

Система в голове выдала сухую сводку, подтверждая то, что он и так знал. Страх никуда не делся, он всё ещё ворочался где-то в животе, но больше не управлял им. Каэн дышал. Вдох через нос, короткая пауза внизу живота, выдох сквозь зубы. Инерция «Дыхания углей», освоенного на пыльном складе, держала его внутренний жар в равновесии.

Инструктор Хан возвышался над ним, словно вырубленный из тёмного камня. Его узкие глаза лучились холодным торжеством.

— Каэн Рэн, — медленно повторил Хан, смакуя каждое слово. — Твои результаты позорны. Твоя сила ничтожна. Твои жалкие фокусы с контролем не имеют ничего общего с истинной мощью Народа Огня. Ты не достоин носить герб академии.

Хан протянул руку ладонью вверх. Жест не терпел отлагательств.

Каэн поднял руки к вороту своей форменной куртки. Пальцы слегка дрогнули, когда он отстёгивал жёсткий металлический значок с символом пламени — знак принадлежности к будущей элите. Оригинальный владелец этого тела сейчас задохнулся бы от слёз и стыда. Каэн-попаданец чувствовал лишь глухое раздражение и жгучее желание поскорее закончить этот фарс.

Он положил значок на широкую ладонь инструктора. Металл звякнул.

— По приказу коменданта, — громко, чтобы слышал весь плац, чеканил Хан, — ты лишаешься звания кадета и переводишься в портовый узел внешнего кольца. Возможно, таская уголь для флота, ты принесёшь Хозяину Огня больше пользы, чем пытаясь изображать мага. Свободен. Собрать вещи. Через час отправка.

Каэн коротко поклонился — ровно настолько, насколько требовал устав, чтобы не получить удар плетью за неповиновение, — развернулся и пошёл к казармам. Он не смотрел в землю. Он смотрел прямо перед собой.

В полутёмной казарме пахло оружейным маслом и застарелым потом. Каэн быстро складывал в грубый холщовый мешок свои скудные пожитки: две сменные туники, бинты, брусок мыла. Он не собирался задерживаться здесь ни на секунду дольше положенного.

Сзади скрипнула половица.

Каэн не обернулся, но краем глаза уловил в дверном проёме массивную фигуру. Воздух в комнате неуловимо потяжелел, запахло озоном и перегретой пылью — верный признак того, что маг огня теряет контроль над эмоциями.

— Думаешь, легко отделался? — голос Рокана вибрировал от сдерживаемой злобы.

Каэн аккуратно затянул горловину мешка.

— Я отправляюсь таскать уголь в порту, Рокан, — спокойно ответил он, поворачиваясь к бывшему сокурснику. — По меркам академии это дно. Разве не этого ты хотел?

Рокан шагнул вперёд. Его кулаки были сжаты, между костяшками пальцев змеились крохотные струйки дыма. Он ненавидел Каэна. Ненавидел не за то, что тот был слаб, а за тот короткий миг на малой арене, когда эта слабость обернулась обжигающей, идеальной искрой, разрушившей его атаку. Рокан чувствовал себя обманутым.

— Ты притворялся, — процедил Рокан, нависая над ним. — Всё это время. Строил из себя ничтожество, чтобы выставить меня идиотом перед Ханом. Трус. Дешёвый шпионский трюк.

Он резко выбросил руку вперёд, схватив Каэна за грудки. Ткань туники мгновенно начала тлеть под его горячими пальцами.

Оригинальный Каэн в этот момент сжался бы в комок, моля о пощаде.

Но Каэн-попаданец лишь глубоко вдохнул.

[Внимание: Физический контакт с источником нестабильной энергии. Рекомендация: перенаправление тепла.]

«Не сейчас», — мысленно отрезал Каэн. Он не собирался ввязываться в драку. Ему нужно было просто уйти.

Вместо того чтобы вырываться или бить в ответ, Каэн положил свою ладонь поверх руки Рокана. Он не выпустил пламя. Он вообще не использовал силу в понимании Хана или Рокана. Он просто сосредоточился на собственном ритме. Вдох — сбор тепла из точки контакта, выдох — рассеивание его по собственному телу. «Дыхание углей» поглотило чужую агрессивную температуру, не дав ей обжечь кожу.

Ткань перестала тлеть.

Рокан вздрогнул, почувствовав, как его собственный жар бесследно растворяется в теле этого хлипкого парня, словно капля воды на раскалённом камне. В глазах крупного кадета мелькнула растерянность.

— Огонь любит стабильность, — тихо, почти шепотом произнес Каэн, глядя прямо в расширенные зрачки Рокана. — А ты горишь слишком неровно. Убери руку.

В голосе Каэна не было угрозы. Там была абсолютная, звенящая пустота, от которой по спине Рокана пробежал неприятный холодок. Крупный кадет инстинктивно разжал пальцы и отступил на шаг.

Этого мгновения было достаточно. Каэн забросил мешок на плечо, обогнул замершего Рокана и вышел из казармы. Он впервые уходил из этих стен не как жертва. Внутри, там, где раньше зияла чёрная дыра страха перед отцом, инструкторами и сильными кадетами, теперь появилось крохотное, но твёрдое основание. Искра, которая принадлежала только ему.

Путь до портового узла на тяжёлой бронированной повозке занял несколько часов. Когда деревянные створки ворот академии остались позади, Каэн почувствовал, как с его плеч спала невидимая тяжесть. Но расслабляться было рано.

Порт встретил его какофонией звуков и удушливым запахом войны.

Здесь не было чистых плацев и выверенной геометрии академии. Это было царство сажи, солёного ветра и раскалённого металла. Огромные чёрные корабли Народа Огня, похожие на железных чудовищ, стояли у причалов, изрыгая в серое небо густой дым. Вокруг них суетились сотни людей — матросы, солдаты, грузчики. Лязгали погрузочные краны, скрипели толстые канаты, надрывно кричали чайки.

Здесь не было времени на красивые стойки и философию превосходства. Здесь ковалась логистика великой войны.

Каэна и ещё троих таких же отчисленных неудачников выстроили перед дощатой конторкой снабжения. За столом сидел тучный офицер с потным лицом, быстро сверяя списки.

— Пополнение из академии? — офицер сплюнул на землю и смерил подростков тяжёлым взглядом. — Капитан Джи предупреждал о вас. Сказал, что вы ни на что не годны, кроме как таскать ящики. Значит так. Мы — кровеносная система флота. Без нас ни один корабль не дойдёт до Царства Земли. Работать будете от рассвета до заката. Норма — тридцать тележек угля на бригаду за смену. Если ваш хилый огонь не способен согреть даже чайник, ваши спины послужат Империи.

Он ткнул пальцем в Каэна:

— Ты. Разгружаешь секцию снабжения. Возьми накладные на той доске. Будешь проверять маркировку, пока не ослепнешь. Бегом!

Каэн молча кивнул и направился к огромной деревянной доске, сплошь увешанной свитками и пергаментами.

Шум порта оглушал, но система помогала фильтровать этот хаос.

[Анализ окружающей среды: высокий уровень промышленного загрязнения. Дыхательный ритм скорректирован.]

Каэн подошёл к доске и начал просматривать столбцы накладных. Это была настоящая карта войны. Здесь значились тонны сушёного мяса, бочки с пресной водой, детали для паровых машин, уголь, порох. Взгляд скользил по названиям кораблей. Тяжёлые крейсеры южного флота, патрульные суда, броненосцы береговой охраны.

Порт был не просто свалкой для неудачников. Он был нервным узлом, через который проходили пути огромной военной машины. Каэн понимал: кто контролирует логистику, тот знает, куда движется армия. Это была бесценная информация.

Он перебирал плотные листы бумаги, сверяя номера партий на ящиках с записями.

«Крейсер "Стальной тайфун". Пункт назначения: колонии Царства Земли. Запрос: пятьдесят бочек пороха…»

«Патрульный корвет "Клык Агни". Пункт назначения: Южные воды…»

Каэн перевернул очередной лист и замер.

Документ отличался от остальных. Бумага была более дорогой, но изрядно помятой. В правом верхнем углу стояла печать — традиционное пламя правящей династии. Но поверх неё была грубо, наискось проставлена чёрная чернильная черта. Метка изгнания.

Каэн впился взглядом в текст. Запрос на провизию, уголь премиального качества для старых двигателей и детали для ремонта носовой брони. Корабль нестандартного класса, требующий особого обслуживания, давно не заходивший в крупные доки. Имя капитана не указывалось, но стояла подпись интенданта, и эта печать…

У Каэна перехватило дыхание. Он знал, что означает этот символ. Он помнил это из канона.

В списках флота, требующих немедленного обслуживания в этом порту, значился корабль опального принца Зуко.