И о, чудо, прости меня, господи, «СРУН», включился!
И я был очень этому рад.
Машина эта в умелых руках может очень многое.
А у меня, смею надеяться, руки хоть и кривые, но умелые.
Я вообще парень чрезвычайно деятельный. Другой вопрос ‒ какой результат этой деятельности.
Даже учитывая, что 90% моих баз данных отсутствовали, я все же помнил, как управлять роботом.
Пусть я не смогу поставить ему сложные задачи, но заставить таскать хлам или банально следовать из точки А в точку Б – запросто.
Помимо самого робота нашлось и какое-никакое оборудование к нему.
В частности управляющий блок, позволяющий отдавать команды на роботу на дистанции, при этом вальяжно валяясь в шезлонге в тенечке. Имелся комплект для ремонта, расходники и все, что необходимо для подзарядки, обслуживания робота.
Даже приемник–передатчик, устанавливаемый на робота, чтобы отслеживать его местонахождение, и система антикражи.
Прямо делюкс-комплект…
Я сгреб вещички и потащил к выходу.
Нужно было отнести все это добро в пещеру.
Когда я добрел до пещеры, роняя, матерясь и пытаясь удержать в руках все добытое (а СРУН преспокойно полз следом за мной), то застал там идиллическую картину – пацаненок все еще дрых, а папаня его, усевшись на каменный пол, сосредоточенно доил козу.
– Э! Я думаль, ты ушель, – не поворачиваясь, сказал мне старик.
– Ходил к платформе. Думал что-то ценное найти…
– И как? Нашель?
– Нашель, – передразнил я его.
Старик повернулся и тут же поменялся в лице – на нем был написан испуг.
– Это что за желез?
– Этот желез называется робот, – ответил я и похлопал «СРУНа» по корпусу, – у вас же на платформе был. Неужели не видел?
– Это навэрна вэщь шейха Абу Дабиду, – ответил старик, – ни у кто другой быть не могло. И нэт. Я нэ видэл такой раньше…
– Понятно… Но нам повезло. Благодаря этой штуке попробуем обустроиться.
– Что он сдэлает? – нахмурился старик.
– Например, пробурит скалу, доберется до воды. Пить-то хочется…
– На… – старик протянул мне маленькую миску, в которую нацедил молока.
Я кивнул, принял миску из его рук и сделал несколько глотков.
– Надо идти к платформе, пока ее песком не замело, – заявил я, – может, еще чего ценного найдем.
– А эсли шайтан с нэба опять прылэтыт?
– Будем надеяться, что не прилетит. А даже если и заявятся – спрячемся. Давай! Поднимай пацана, пошли работать…
***
Пока старик и его сын собирались, я занялся роботом. Нашел простенькую программу, с помощью которой можно было заставить робота бурить породу. Даже нашел, как заставить его сделать колодец.
Вот и славно! Пусть трудится.
Робот унесся глубже в пещеру, откуда вскоре послышался треск и жужжание – «СРУН» вгрызался в камень.
Мы же втроем покинули пещеру и направились к платформе…
***
Рыться на мусорнике, в который превратилась платформа, было тем еще развлечением.
Проблема заключалась в том, что сначала взрыв, а затем и пожар уничтожил все ценное, что тут оставалось после атаки «РоботЭкс».
Кстати, об этом.
– Дерьмо… – я откинул очередной обгоревший кусок обшивки и крикнул старику, ковырявшемуся неподалеку от меня: – Эй, Кебаб! А чего вообще на вас напали?
– Злобные шайтаны… – ответил тот, – человека увидэль – убивать.
– Зачем?
– Шайтаны…
– Логично, – хмыкнул я, – откуда они вообще тут взялись?
– Мултуй прислал. Раньше было харащо – ми искаль черный камни, продавай их. А потом много люди прилетел, все тоже хотеть камни. Мултуй разозлился и прислал железный шайтан.
– Давно прислал?
– Нэт. Год илы два…
Что за хрень? Не могли «РоботЭкс» тут появиться год или два назад. Физически не могли.
– И что случилось, когда шайтаны прилетели? – спросил я, надеясь получить чуть больше информации.
– Война случился, – пожал плечами старик. Воители НОК стреляль в шайтан. Шайтан стрелял в НОК. Другие воины тоже стрелять в шайтан. Но шайтан победить…
– А чего помощь никто не позвал?
– Как нэ позваль? Позваль. Никто не прилететь.
Да ну. Совсем уж бред какой-то получается… Не могли местные аванпосты не сообщить своим правительствам о том, что на планету вторглась корпорация ренегатов. Еще и на такую важную планету, где добывают юджиний.
Хотя…я вспомнил, как мы попали на орбите. Неизвестные корабли появились, словно из ниоткуда, начали лупить по нам.
А где, к слову, были в этот момент патрульные звездолеты того же НОК? Да и других государств?
Как-то не сходится…
– Нас бросить, – меж тем заявил старик, – никто не прилетать помогать. Никто не мочь улететь… Мы и шайтаны заперты тут.
– Это как? – удивился я. – В смысле никто не может улететь?
«РоботЭкс» уничтожил корабли? Да быть этого не может. Тут полно старателей. Уж кто-то бы да смылся, рассказал, что тут случилось. И тогда к планете нагрянул бы флот, который так насовал бы «РоботЭкс», что они живо бы убрались в ту дырень, откуда приползли.
– Корабль подниматься, – старик показал рукой взлет корабля, – заходить высоко. А потом пж-ж-ж…
Он показал руками взрыв, разведя пальцы в разные стороны.
– Шайтаны сбивают?
– Нэт. Просто пж-ж-ж…
– Ну что значит просто «пж-ж-ж»? От чего-то он же случается?
– Корабл высоко лететь. От этого пж-ж…
Я недоуменно поглядел на собеседника. Ну что за чушь он городит?
Блин! Ну почему я столкнулся с ним? Почему не выжил кто-то более адекватный? Ведь наверняка этот придурок думает, что корабль взлетает, так как его поднимают духи, запертые в двигателях….
– Э-э-э…нэт тут никто. Все сломато и сгорель, – в сердцах швырнув очередной кусок обгоревшего пластика, заявил старик.
– Ищи! Что-то ценное да найдется.
– Нэ найдется. И вабщэ! Надо домой идти. Солнце высоко. Жара сильный. Может еще пожар быть.
Вот тут он прав. Солнце действительно в зените. Тут и там на обломках еще бушует пламя. Покореженные останки гравиплатформы кое-где продолжают гореть. А учитывая, какая стоит жара, они вряд ли потухнут, тем более остынут. И действительно, могут появиться новые очаги…
Наверное, на сегодня все. Надо возвращаться…
***
В пещеру мы пришли с пустыми руками. Никто не нашел ничего полезного.
Очень обидно. Проковырялись на жаре несколько часов совершенно безрезультатно, еще и устали…
Пить и есть хочется неимоверно, да только нечего.
Я устало опустился под стену пещеры, прислушался – где-то в глубине продолжает рыть породу наш робот. Интересно, не добрался ли он воды?
Сил вставать и идти, проверять не было…
Кажется, я задремал, но занудная, несмолкающая трель заставила меня прийти в себя.
Я встрепенулся, огляделся по сторонам.
Что вообще происходит?
Как оказалось, сигналил пульт дистанционного управления «СРУНа».
Схватив устройство, я открыл уведомления.
Хм…робот остановил работу. Ждет дальнейших указаний.
Очень интересно, с чего вдруг он остановился?
Придется идти и узнавать…
Я, скрипя суставами, с кряхтеньем поднялся на ноги и поплелся вглубь пещеры…
Я шел, шаркая ногами по каменному полу. Силы словно бы оставили меня.
Еще и в животе будто бы завывает кто-то.
Ну еще бы – со вчерашнего дня не ел.
Пол пещеры пошел вниз. Спуск был не особо крутой, но все же приходилось идти аккуратно, тщательно проверяя, куда ступаешь, чтобы не съехать вниз.
Вдруг под ногами что-то начало плескаться.
Я остановился, наклонился, подсвечивая себе полусдохшим фонариком старика.
Вода!
Уровень ее был совсем низким – даже в ладони не наберешь, но вода!
Я вдруг резко ощутил, как у меня пересохло во рту, как меня терзает жажда…
Все же я удержался от того, чтобы не рухнуть не колени, не начать хлебать прямо с пола.
Вместо этого я упрямо пошел дальше, туда, где стоял и отчаянно сигнализировал «СРУН».
Метров двадцать по прокопанному им туннелю, и…
Я оказался в огромном каменном зале, весь пол которого был залит водой.
Черт подери!
Тут же, у выхода из тоннеля, торчал робот.
Вот, значит, чего он разорался! Не знает, что ему делать дальше.
Вырыл вход в пещеру, представляющую собой настоящее водохранилище, и остановился.
А сколько тут вообще воды?
Как мне кажется, много, очень много…
Фонарик даже не добивал до противоположных стен пещеры.
А стоило мне сделать шаг вперед, и я чуть было не утопился – бухнулся в воду. Причем ногами дна не достать.
Весь промокший, я выбрался назад.
Но я был счастлив. Мы нашли воду!
Я принялся грести воду, жадно ее пить, а затем сообразил, что мои двое невольных товарищей тоже изнемогают от жажды.
Я снял со «СРУНа» защитный щиток, чуть помучавшись, выгнул его и тут же набрал в него воды.
От силы литр, но уже что-то!
Стараясь ничего не расплескать, таща емкость на вытянутых руках, я двинулся в обратную сторону…
Бегать к водохранилищу пришлось несколько раз, причем то мне, то старику. Пацаненку стало плохо – он буквально не мог подняться, силы его покинули.
Это, признаться честно, меня очень напрягло – плохой симптом.
Но зато мы напились всласть. В животах булькало, их надуло, как воздушные шары.
– Вай, харащо… – проворчал старик, – еще бы паэсть – и вабщэ отлычно.
– Вон, давай козу твою зарежем и сожрем, – предложил я.
– Чито? – возмутился старик. – Она минэ как члэн сэмьи! Я сыбэ руку атрэжю, но коза трогать не дам.
– Мэ! – тут же подала голос стоящая неподалеку рогатая скотина, которую тоже напоили.
– Успакойса, Аль-Бодуна, – похлопал ее по боку старик. – Я нэ пазволю этот дикар тэбэ наврэдыт!
– Да тьфу ты! – в сердцах бросился я и направился к выходу.
Чуть отдохнув, утолив жажду, я почувствовал прилив сил.
Хотя жрать хотелось неимоверно…
Выйдя из пещеры, а затем выбравшись из скал, я с грустью поглядел на останки платформы – там опять полыхал огонь. Похоже, гореть платформа будет долго и нудно, а значит, шансов найти там хоть что-то полезное нет.
Тем не менее, в носовой части особо пламени я не заметил.
Правда, и полезного там ничего не было, ведь именно в той части мы утром ковыряли обломки.
Зато мне показалось, что я заметил какое-то движение.
Сузив глаза, я пристально глядел туда, надеясь вновь увидеть это.
И увидел. Какое-то неясное движение за кучей обгоревшего мусора.
Я направился к платформе.
Когда был уже совсем близко, заприметил железяку, которую решил использовать как оружие.
Не бог весь что, но все же…
Осторожно крадучись, обойдя обломки, я увидел следующее: у обгорелых трупов вертелось странное существо. Отчасти оно напоминало то ли собаку, то ли свинью.
Тупорылая морда, маленькие уши, габаритами с ту же козу, даже чуть меньше…
Я, стараясь не шуметь, плавно пошел на сближение.
Черт его знает, ну как эта тварь хищная и агрессивная – вон, походу трупы жрет…
Шаг за шагом я сокращал дистанцию.
Животина меня не замечала, сосредоточенно роясь в обгоревших останках.
Когда я был практически вплотную, бросился вперед.
Животное среагировало на движение, попыталось отпрыгнуть в сторону, но все же не успело.
Я с размаха вонзил железяку ей в бок.
Тварь заверещала.
Я выдернул железяку и вновь воткнул. Еще и еще.
При этом второй рукой пытался удержать.
Животное поначалу билось, пытаясь вырваться, и у него почти получилось.
Но все же с каждым новым ударом оно слабело все больше.
В конце концов, предприняв последнюю отчаянную попытку, чертов местный свин вырвался из моих объятий, бросился бежать.
– Ах ты ж сраная колбаса! – в сердцах бросил я, провожая жертву взглядом.
Но животинка, пробежав метров сорок, запыхалась, сбавила скорость, а затем и вовсе пошла, тяжело переваливаясь из стороны в сторону.
Я бросился вслед за ней.
Животное поняло, что я его преследую, попыталось убежать. Но спустя десяток метров животина покачнулась, пошла боком и завалилась на песок.
К этому моменту я уже ее настиг и в очередной раз вонзил в нее свой импровизированный нож.
Есть! Добыча!
Весила местная хрюха килограмм тридцать, не больше, но я еле дотащил ее до скал – совсем от голодухи обессилел.
Услышав меня, из пещеры появился старик и уставился на добычу.
– Гляди, что добыл! – гордо заявил я.
– Это куйлу! Песчаный кабан! – заявил старик.
– И что? Он ядовитый? – поинтересовался я.
– Нэт…
– Ну так отлично!
Я уже организовывал костер, по пути схватил пару арматурин, на которых планировал жарить добычу.
До старика наконец дошло, что я задумал, и он бросился мне помогать.
Мы организовали костер, для чего пришлось мотнуться к обломкам пару раз и найти то, что могло сойти за топливо, а затем я приступил непосредственно к приготовлению ужина.
Пара часов, и еда была готова.
Я ожидал всякого, но мясо пустынного свина оказалось вполне ничего. Действительно напоминает обычную земную свинятину. Причем настоящую, а не то синтетическое дерьмо, которым пичкают на станциях.
Я и старик наелись досыта, накормили парнишку, который выглядел совсем уж плохо…
А затем я засел разбираться с трофеями – с тем, что было в комплекте с роботом.
Маячки, расходники… О! Даже инструкция имеется.
Надо же…еще и в виде книжечки. Давно я такого не видел. Обычно инструкции идут вместе с базами данных, позволяющими управлять роботом. А тут – книжка…какая ж это седая древность…
Тем не менее книжечку я полистал.
И не зря.
«СРУН» был с расширенным функционалом. Помимо широких возможностей по строительству у него имелся еще и утилизаторский модуль, перерабатывающий.
Мощность, конечно, никакая, но все же робот мог из горы металлолома создать некое изделие. Времени на это требовалась уйма, во всяком случае по сравнению со специализированными модулями, но все же. В нынешнем моем положении такое – подарок судьбы.
Правда, я пока слабо представлял, как я могу этим подарком воспользоваться. Оружие робот точно не сделает – в базах подобного нет. Да и вообще, ассортимент вещей, которые он мог произвести, очень ограничен. Гвозди, шурупы, заклепки и тому подобное…
За изучением инструкции я не заметил, как отключился.
А проснувшись уже утром, первым делом отправился проверять, что там происходит с платформой.
Уже не горела, что радовало, но зато дымила как печь. Причем столбов дыма было множество.
Похоже, нечего туда даже соваться – ничего полезного найти не удастся. Сгорело все.
Тем не менее, я вернулся в пещеру, разбудил старика.
– Вставай, – приказал я, едва он открыл глаза,– работа не ждет. И сына буди.
Старик кивнул и, зевая, направился к сыну и принялся его трясти за плечо.
– Али! Вставай, Али… Он не просыпается!
В голосе старика был испуг, взгляд был обращен ко мне, в нем читалась мольба.
Я тяжело вздохнул, поднялся на ноги и подошел к лежащему пареньку.
Тряхнув того за плечо, убедившись, что просыпаться он не желает, я присел рядом.
Так…дышит. Уже хорошо. Но чего это он…
Ох ты ж….
У парнишки был жар, причем сильный.
И что это? Из-за раны? Или какая-то местная болезнь не вовремя навалилась?
Черт подери…
По моему приказу «СРУН» вырыл небольшое каменное ложе, которое мы со стариком заполнили водой.
Туда, в эту импровизированную ванну, мы перетащили пацана.
Спустя несколько минут парнишка пришел в себя, и я тут же принялся отпаивать его водой, надеясь, что это позволит снизить температуру.
Температура действительно немного снизилась, но я понимал – это временно и особо оно ничего не решит.
Тогда я решил вновь отправиться к платформе, найти там хоть что-то, что сможет помочь в нашей ситуации.
***
Обломки были горячими, я не раз и не два обжег руки, откидывая хлам в стороны.
И, наверное, есть кто-то там, наверху, ведь мне наконец-то улыбнулась удача.
Я нашел несгораемый ящик.
Наверное, в нем, в одной из халуп на палубе гравиплатформы, кто-то из бедуинов хранил свои пожитки, причем самые ценные.
К сожалению, большинство найденных вещей были сейчас ненужным и никуда не пригодным хламом, но нашлась аптечка то ли от боевого, то ли инженерного скафа.
Старая, как говно мамонта, практически пустая, но…в ней оставались препараты.
Я бегом вернулся в пещеру, подключил аптечку к аккумуляторам «СРУНа» и экран медустройства засветился.
«Готово к работе. Имеющийся запас препаратов: мнемолокс – 17%, Пирефин – 7%, Аглорофин – 4%».
Отлично! Обезболивающее, жаропонижающее, антибиотик… То, что надо! К сожалению, запасы очень скудные, но…сейчас поглядим.
Я приложил аптечку к руке парнишки, приказал провести диагностику.
Устройство зажужжало, вводя иглы.
«Неизвестная форма инфекционного заболевания, обнаружены множественные воспалительные процессы. ВНИМАНИЕ! Имеющихся препаратов недостаточно для излечения пациента. Шанс летального исхода составляет…93%.
Вот ведь черт! Лимит удачи исчерпался.
Я принялся тыкать по экрану аптечки, пытаясь найти вариант лечения, который дал бы большие шансы. Но…все упиралось в скудные запасы лекарств. Что бы я ни делал, какой бы курс ни пытался настроить – лекарств не хватало.
И ведь самое обидное ‒ будь Аглорофина хотя бы 10%, то уже можно было бы говорить о шансах 50 на 50. А так…
Все, что я мог, – это вводить лекарства небольшими дозами, что позволило бы держать пацана в стабильном состоянии какое-то время.
Дней пять-семь, не больше.
Но чем это поможет?
Проковырявшись с аптечкой часа два, я не нашел ничего лучше, чем начать курс лечения, используя минимальные дозы препаратов. Это позволит хоть немного выиграть времени.
Чтобы как-то отвлечься от проблемы, переключиться, я вновь засел с железяками от «СРУНа».
Сейчас, к примеру, вертел в руках приемник, с помощью которого можно было отслеживать местоположение робота…
Так как мысли мои были совсем не о том, я зачем-то ввел ключ-код от для дешифровки канала, который обычно использовала моя команда.
Набор букв и цифр давным-давно был высечен в моей памяти. Даже вспоминать не пришлось – пальцы все делали сами.
J3QQ4-H7H2V…
Когда я ввел всю комбинацию и нажал кнопку активации, то чуть не подпрыгнул от неожиданности – приемник поймал сигнал.
Мне потребовалось несколько секунд для того, чтобы понять – это аварийный маяк моего рапидуса.
Будто молния, разум пронзила мысль.
Даже если рапидус рухнул на планету, с большей долей вероятности грузовой отсек уцелел, а там должен быть аварийный комбез, какие-никакие припасы, оружие, в конце концов, и медикаменты, которые не дадут умереть парню, спасшему мне жизнь.
А еще, добравшись до рапидуса, с большей долей вероятности я смогу связаться со своими товарищами.
Собравшись в группу, мы сможем выяснить, что случилось на Лима-Каприз, и если уж не дать отпор «РоботЭкс», то как минимум найти способ сообщить о происходящем здесь той же НОК.
Мне, правда, покоя не дает сказанное стариком.
Два года… Да не может этого быть! Пока мы летели к Лима-Каприз, на планете был полный порядок. Я лично читал отчеты коменданта аванпоста, и он ничего не сообщал о появлении корпорации.
Я тряхнул головой.
Не о том думаю…
Сосредоточившись на приемнике, я принялся его настраивать. Нужно было по мощности сигнала попытаться понять, как далеко отсюда находится его источник.
Но…будь у меня мои базы данных, я бы на коленке собрал устройство для триангуляции, смог бы определить расстояние с точностью до метра.
Однако сейчас, имея лишь отголоски, эдакое эхо от прежних знаний, мне было доступно лишь приблизительно по памяти прикидывать, как долго добираться до рапидуса.
Кажется, пару дней, не больше…
Что ж… Даже если я ошибся – какой был выбор?
Сидеть в пещере, надеясь, что придет очередной свин, которого можно будет сожрать и протянуть пару-тройку дней, или же рискнуть и попытаться добраться до рапидуса?
Как по мне, выбор очевиден.
Я принялся собираться в путь…
***
Солнце клонилось к горизонту. Его последние прощальные лучи осветили пустыню вокруг. Оранжевые лучи растянули тени, а красное небо окрашивало песок в причудливый, яркий цвет, делая пустыню похожей на какое-то зачарованное, мистическое место из другой реальности.
Я сидел на скале и глядел вдаль. Только песчаные дюны и редкие скалы. Где-то там, впереди, ждет мой рапидус, до которого я должен добраться и затем вернуться назад.
Дойду ли? Судя по уровню сигнала, корабль не так уж и близко. Я перепроверял свои расчеты уже несколько раз, при этом каждый раз получал разный результат. Сколько же мне идти? Два дня? Три? Может и больше.
Но есть ли у меня выбор? Не-а. Выбора нет.
Я развернул руку и поглядел на приемник, который я худо-бедно смог привязать к руке. Маяк работал и исправно подавал сигнал. Засечь его кто-либо посторонний без уникального кода дешифрования не сможет. Все же разработки «Арматех», которые перешли в наследство моей корпорации, опередили свое время. Уверен, если бы в свое время чужие не уничтожили штаб-квартиру «Арматех», корпорация смогла бы разработать такое оружие, что люди держали бы в узде чужих, да и с «РоботЭкс» быстро разобрались бы. Не было бы развала Ассамблеи и всего того хаоса, что творился последние годы…
Но все пошло по другому пути.
Я встрепенулся. Что это я разворчался, как старик – сижу тут, мечтаю непонятно о чем. Только время зря теряю вместо того, чтобы действовать.
Нужно идти. Корабль для меня все – еда, медицина для пацана, связь, оружие… Нужно только дойти…
Я начал медленно спускаться со скалы.
Несмотря на то, что я делал вылазки, чтобы помародерствовать на останках гравиплатформы, не в таком уж я и порядке.
Кое-как залеченные раны давали о себе знать, но могло быть хуже.
Я чуть было не погиб. Если бы не пацан, притащивший меня к платформе лима-капризовских бедуинов и уговоривший своего папашу меня подлатать…
Старик, к слову, тот еще говнюк. Если бы подыхал он – вряд ли я бы рвал задницу, пытаясь ему помочь. Но пацаненок – другое дело. Пацаненку я должен. И вернуть долг обязан.
В пещере все было по-прежнему – пацан лежал под самой стеной на каком-то тряпье, старик сидел у костра.
– Ну, я пошел, – заявил я.
– Ты дурак, – выдал мне старик, – пайдёшь пустыня день, ну два, и всё. Падохнэшь.
– Тогда молись своим богам, чтобы не подох, – ответил я.
– Ха! Вот еще! Они минэ даже слушать нэ станут, – отмахнулся он. ‒ Скажут: «Слюшай, зачем за этот беломордый абизян молитва говорить? Э…за сибэ бы просил…».
– За сына попроси тогда, – буркнул я.
Я хоть немного привык к странностям старика, однако иногда он умудрялся снова меня удивить. За себя… У него ребенок умирает, а он сидит и хоть бы хны. Еще и меня отговаривает идти. А я ведь хочу его сыну помочь…
Я подхватил флягу, которую мне пожертвовал старик и которую наполнил заранее, сунул ее за пазуху, так как в карманы она не влезала. Эх…жаль, что мой бронескаф остался там, среди платформы. Ну да хрен с ним – гораздо хуже, что у меня нет никакого оружия. Если не считать куска железяки, который я заточил, сделав эдаким подобием ножика. «Подобием», так как ничего я им не сделаю ни против местной живности, ни тем более против людей. Ну да лучше эта железяка, чем вообще ничего.
Проверив, все ли взял, я двинулся в путь.
Когда отходил от скал, где мы прятались, которые стали нашим временным убежищем, уже совсем стемнело. Обломки гравиплатформы высились на соседней дюне, выглядели они зловеще, что я счел дурным знаком.
Ну да выбора у меня нет. Без всего того, что осталось на рапидусе, я долго не протяну. А раз так, то чего сидеть и ждать смерти? Лучше уж рискнуть и попытаться добраться до корабля…
К слову, мне даже в чем-то повезло. Добывающая платформа ползла как раз в ту сторону, откуда шел сигнал с рапидуса, так что я даже ближе к своему кораблю, чем раньше.
А это уже, наверное, добрый знак…
***
Всю ночь я шел, месил ногами песок.
Дюны, дюны, дюны…
Казалось, что это пустыня никогда не закончится – однотипный, однообразный пейзаж тянулся до самого горизонта. Разве что кое-какое разнообразие вносили изредка попадающиеся россыпи скал, которые, как казалось, будто бы росли из песка, как диковинные растения.
Признаться честно – я устал, очень сильно устал. Слишком уж длинным было мое путешествие, и я как-то отвык столько ходить на своих двоих. Еще и без снаряжения, оборудования, оружия, в конце концов.
И это еще хорошо, что по пути мне не попалось никаких местных тварей, а ведь они здесь есть, и от некоторых не то что ножичком моим, из импульсной винтовки не отобьешься.
Но хотя бы с этим пока везло – я был один-одинешенек, и никто не пытался напасть на меня, сожрать.
Когда на востоке небо начало алеть, я понял, что нужно искать место для отдыха. Во-первых, путешествовать по пустыне днем – смерти подобно. Во-вторых, я уже совершенно выбился из сил. То ли с непривычки, то ли не зажившие до конца ранения дают так о себе знать…
Как бы то ни было, а впереди показалась очередная россыпь скал, среди которых я и намеревался сделать привал.
***
Когда я добрался, солнце уже начало подниматься. Первые его лучи осветили пустыню, а когда появилось само солнце, ночная прохлада мгновенно отступила. Пока еще не было жарко, но я был уверен, пара часов ‒ и зной наберет силу, станет так жарко, что жить не захочешь.
Благо к этому моменту я уже карабкался по скалам, нашел небольшую выемку, в которую и забился. Солнце сюда не проникнет, и я смогу нормально отдохнуть.
Достав флягу, я осторожно отпил. Меня уже мучала жажда, но я не мог позволить себе выпить много – еще как минимум сутки пути и вряд ли я смогу пополнить запасы воды, поэтому нужно экономить.
Хоть немного утолив жажду, я начал укладываться. Благо места хватало, и я смог разместиться более-менее удобно.
Сон накрыл меня практически сразу, едва я лег. И проспал я до самого вечера – когда открыл глаза, солнце почти зашло.
Я вновь достал флягу, отпил немного и принялся ждать.
Прощальные лучи пробежались по дюнам, и солнце скрылось за горизонтом. Небо наполнилось яркими красками, но я не стал больше любоваться пейзажами – пора было выдвигаться.
***
Эта ночь далась мне тяжело – было холодно, очень холодно. Настолько, что я шел, стуча зубами, сжавшись, пытаясь хоть как-то согреться. Черт подери, как же хреново без боевого скафа!
Но скафа не было. Уничтожен вместе с платформой.
Если прошлую ночь я шагал довольно бодро, то теперь уже плелся, будто из последних сил. Ну, еще бы – два дня ничего толком не ел, спал на голых камнях, не мог утолить жажду…
Далеко впереди я увидел нечто, что заставило напрячь глаза и поглядеть внимательнее. Что за чертовщина?
Наверняка ведь просто скалы, по прихоти природы причудливо выстроившиеся, создающие иллюзию, что я вижу…
Начало светать, а я как мог напрягал зрение, рассматривая странные скалы.
Какие-то они слишком уж…
Здание?
Нет, пускай пока еще было далеко, однако я был уверен – мне не чудится и это не скалы. Это дом. Самый обычный «быстрострой», который так любят колонисты. Подобные модульные строения можно встретить на любой планете, которую только начали колонизировать. Впрочем, на некоторых, давно освоенных и даже густонаселенных эти здания все еще сохранились. Наверняка и на Лиме-Каприз они должны быть. Здесь ведь полно всяких поселков и шахтерских городов – планета большая и селений хватает. Некоторые старые, еще со времен начала колонизации, некоторые новые, появившиеся после того, как на планете нашли ценные ресурсы и руины предтеч.
Эти небольшие городишки росли как на дрожжах и так же быстро могли прийти в запустение – виной тому и суровые погодные условия, и рейдеры, и банальная выработка всех ресурсов, ради которых городок и появился. Ну, например, была тут прибыльная шахта, людей работало множество, городок для них построили, а затем шахта истощилась. Людей перебросили на другие объекты, а дома…да кому они нужны? Стоят, из последних сил сопротивляясь песку и ветру. Эдакие города-призраки.
Может быть, на один такой я и попал?
Чем ближе я подходил к строению, тем больше убеждался, что был прав – типовое здание, четырехскатная крыша. В этом доме должно быть 16 квартирок, в которых ютились работяги и их семьи…
Если час назад я буквально плелся, с трудом переставляя ноги, то теперь чуть ли не летел. Пусть город заброшен, однако найти в нем что-то полезное наверняка получится. Обычно, когда такие города, точнее их жителей, куда-то перемещают, горожанам дают минимум времени на сборы, да и количество пожитков, которые можно с собой взять, очень ограничено. А если город не эвакуировали, если на него напали, а затем ограбили, то тем более можно найти массу полезного. Налетчикам без надобности, например, старый защитный костюм или автономный бак с дистиллированной водой. А для меня это все будет настоящим кладом или даром небес, если угодно.
Я наконец-то добрался до здания, вынужден был его обойти, чтобы найти вход.
К моему удивлению, дверей я не увидел.
Как это вообще? А как внутрь зайти?
В поисках входа я обнаружил, что одно из окон находится довольно низко – я могу допрыгнуть до него и влезть внутрь.
Я подпрыгнул, попытался зацепиться за остатки рамы, от которой практически ничего не осталось, однако хрупкий пластик не выдержал, сломался, и я как мешок с дерьмом ухнулся на песок, чуть не отбив себе задницу, еще и остатками окна по лбу дало…
Неудача раззадорила меня, и я предпринял еще одну попытку. В этот раз уцепился крепко, подтянулся, затем нащупал батарею под подоконником, схватился за нее и…
Есть! Я внутри.
Поднявшись на ноги, я огляделся. Очень странно. Мебель на месте, какое-то тряпье даже сохранилось на спинке стула, хотя сам стул опрокинут на пол, лежит, полуприсыпанный песком. Вообще в комнате песка хватало – под ним даже пол было не разглядеть. И когда же это здание стало заброшенным?
А черт его знает – так не определишь. Слыхал я, что пустыня, ее ветер и песок оказывают разрушительное действие на все, что создано руками человека. Вещь, новенькая и блестящая, уже через неделю выглядит так, будто лежала в песках месяцами.
Вот и тут та же беда – если на первый взгляд кажется, что все тут заброшено давным-давно, то на второй, более внимательный, замечаешь некоторые мелочи, указывающие, что еще недавно в этом здании жили люди.
Ну, например, помимо поистрепавшихся тряпок на стуле в шкафу я обнаружил одежду во вполне приличном состоянии. Поношенная, видавшая виды, но не рванье, как на стуле. На кухоньке в шкафах нашлась еда. Консервы, что-то вроде сухпайков для работяг, всякие питательные концентраты…
Часть, конечно же, испортилась, а вот часть сохранилась и была вполне пригодна к употреблению, чем я и воспользовался.
Специальный защитный бак для фильтрации и хранения воды (а как иначе в пустыне, пусть и в городе, но стоящем посреди пустыни) оказался полон наполовину, благодаря чему я наконец-то унял свою жажду, даже пополнил свою флягу. При более тщательном обыске жилья я обнаружил заначку с обезличенными чипами. Что же такого случилось, что те, кто тут жил, бросил свои пожитки, а главное ‒ чипы с деньгами? Ведь там наверняка были их кровные, которые они собирали не один месяц…
Уйти без своей «заначки» люди не могли, но и на налет не похоже – в квартире полный порядок (если не учитывать, что на пол прилично песка нанесло). Так что же тут случилось?
Больше ничего интересного (или точнее полезного) для меня в данный момент в квартирке не нашлось.
Но покидать этот гостеприимный дом я пока не спешил – были тут и другие квартиры. В частности на этом этаже их было две, и обыскал я только одну…
К моему величайшему огорчению, во второй квартире с полезностями было туго – еда вся испорчена, воды нет. Но здесь, как и в прошлом жилье, я нашел множество вещей, который хозяева должны были, просто обязаны забрать с собой.
Что за хренотень? Напади на город мародеры, они бы наверняка обыскали квартиры, устроили бы настоящий кавардак. Забрали бы все, что представляло хоть какую-то ценность. Уж чипы с деньгами точно.
А тут полно всякого хлама, который можно легко продать и он является лакомой добычей для налетчиков, грабителей и прочего отребья.
Но никто ничего не взял.
Почему? Что тут случилось?
Деньги, драгоценности (не бог весть что, но все же), предметы первой необходимости, личные вещи владельцев квартиры – все это было на месте.
Значит, жители вряд ли покинули город по своему желанию. И следов поспешных сборов нет…
Я так и не смог придумать ни одной теории, что тут произошло. Чертовщина какая-то. Будто люди раз ‒ и испарились, оставив все свои пожитки…
Уж не знаю, на кой черт я полез в шкаф – уж там-то вряд ли можно было найти ответы на появившиеся у меня вопросы, но, как оказалось, это было не зря – за несколькими поношенными комбезами у самой стенки я обнаружил оружие.
НУ как оружие…«ОСЗ-2».
Это «нечто» являлось чем-то средним между пистолетом и дробовиком. Выглядело и вовсе как обрез охотничьего ружья. Точность, надежность, удобство, мобильность – это все не про «ОСЗ-2». Такое дерьмо выдают колонистам, причем тем, которых наняли в качестве расходного мяса. Оружие это (да простят меня боги, что посмел назвать таким словом этот хлам) является самым дешевым и самым отвратительным. Про него говорят: «Из ОСЗ стреляйся», подразумевая, что даже приставив дуло к виску ‒ не факт, что сможешь вышибить себе мозги – или осечка, или патрон перекосит, или еще чего. Короче, даже застрелиться из него не всегда получается.
Но мне ОСЗ было очень даже знакомо – в свое время, когда я начинал свой путь колониста, именно такой «инструмент выживания» мне и выдали. И мне с ним пришлось пройти через многое.
А положа руку на сердце, стоит признать, что ОСЗ мне не раз жизнь спасало…
А раз так – может и в этот раз поможет?
Я отщелкнул фиксатор, переломил оружие. М-да…
Вместо двух патронов был заряжен только один, и выглядел он…скажем так, не вселял доверия – может и не выстрелит вовсе. Помят, побит ржавчиной, ему явно лет и лет.
Но спасибо, что хоть один патрон имеется.
Тем более, что обшарив весь шкаф в поисках коробки с патронами или хотя бы нескольких патронов россыпью, я не нашел вообще ничего.
Да как так? Пушку купили и всего один патрон к ней? Да быть не может! Наверняка ведь где-то есть еще патроны, но где?
Я приступил к поискам.
Вот только обшарив всю квартирку, так ничего и не нашел. Ни патронов, ни хоть чего-то более-менее полезного.
Очень жаль.
Хотя… Могло вообще ничего не найтись. Теперь помимо ножика у меня имелся «одноразовый» огнестрел. Уже хорошо.
Покинув квартиру, я вновь вышел в коридор, бросил взгляд на лестничный пролет, и тут паззл в голове моей сложился.
Ну надо же, а я еще ломал голову – вроде домик типичный, и вдруг одноэтажный. Такие обычно в два, а то и в три этажа строили.
И этот не был исключением. Я сейчас находился на верхнем, а нижний этаж был засыпан песком. Настолько, что второго лестничного пролета и не видно. Вот почему я не мог найти входные двери – они под слоем песка!
Ну ни фига себе! Я, конечно, читал и помню про суровую природу Лимы-Каприз, но что тут такие песчаные бури ‒ как-то не ожидал…
Или же город очень давно покинули? Судя по вещичкам в квартире, нет… Черт его знает…
Что ж, выберусь из здания так же, как и зашел. Хотя…
В первой квартире я видел мансардное окно – открою его, осмотрюсь. Или даже на крышу вылезу. Все же с высоты обзор лучше.
Сказано – сделано.
Окно не сразу, но все же поддалось. А помучиться мне с ним пришлось, так как на него немало песка намело и весило оно прилично.
Зато теперь я мог выбраться на крышу, но спешить не стал – сначала осмотрелся.
Как я и предполагал, тут был небольшой городок. Улиц не видно – все засыпало песком. Некоторые дома, как и тот, в котором я сейчас находился, возвышаются над дюнами, от других видны только крыши. Но, как понимаю, те, которые пониже, одноэтажные, вовсе под дюнами.
Город немаленький, метров на четыреста вперед виднеются постройки.
Что-то ударило в оконную раму, разбило стекло. Донесся звук выстрела. Я почувствовал, как в лицо что-то впилось, и, не удержав равновесия, рухнул вниз, в квартиру.