Когда все сходили по нужде, мы снова выходим в дорогу.

У меня нет возможности измерить время на этой планете, которая вращается быстрее, чем моя родная луна, но солнце занимает большую часть горизонта к тому времени, когда мы видим следующую группу зданий, поднимающуюся из-под земли перед нами. А в другую сторону видна только одна из двух других планет этой системы.

— Добро пожаловать в поселение А, — объявляет Венди, когда мы приближаемся к зданиям вдалеке. Их здесь больше, чем в поселении Б, хотя они, похоже, не в лучшей форме.

Тихий вой вырывается из горла Мейси, когда она смотрит на поселение впереди.

— Ты что-то слышишь? — я шепчу.

Она качает головой. Она просто напугана. Как и все мы.

Кто-то в поселении А, должно быть, заметил, что мы приближаемся, потому что к тому времени, когда мы подошли по разрушающейся дороге к группе зданий, люди уже высыпают из дверных проёмов, злобно глядя на нас.

Мой пульс учащается, я пытаюсь их сосчитать, но теряю счет после первых пары дюжин. Должно быть, пара сотен. Гораздо больше, чем могло вместить поселение Б. Это говорит мне о том, что мужчин в четвертой зоне больше, чем женщин, как минимум в четыре раза. Может больше.

Мейси приближается ко мне, когда мы идём к тому месту, где выстроился строй из грязных, развратных мужских тел, которые выглядят жаждущими чего-то особенного, вовсе не еды.

Мой желудок сводит от боли. Венди собирается отдать нас этим мужчинам.

Это не тюрьма. Это ад.

Перед самым высоким зданием кластера образовалась поляна, а ещё общежитие или небольшой жилой дом. Через дорогу есть два подобных здания. Люди смотрят на нас из грязных окон. Большинство из них мужчины, но есть и несколько женщин. Они выглядят худыми и усталыми. Загнанные. Убитые.

Венди выводит нас на поляну, затем жестом предлагает нам собраться вокруг неё. Трое сопровождающих, которых она привела, стоят возле нашей кучки и настороженно наблюдают за мужчинами.

— Что? — спрашивает Лорен слева от меня. — Вы же не оставите нас здесь. Вы не можете просто оставить нас здесь! — кричит она высоким и паническим голосом.

— Я могу и сделаю это, — мягко говорит Венди. — Потому что у меня нет выбора. Это зона свободного заселения. И это… — она указывает на толпу, собравшуюся вокруг нас. — Это только временно. Вы отсидите здесь свой срок, и когда я смогу, я обменяю вас на новеньких. После этого вы сможете вернуться в поселение Б, получить задание и отсидеть свой срок в относительном спокойствии.

Сукасукасука. Я стараюсь не оглядываться по сторонам. Не смотреть в глаза мужчинам, которые смотрят на нас так, будто мы ужин, который вот-вот подадут.

— Почему? — Лорен скулит. — Как вы можете просто отдать нас им?

— Чтобы сохранить мир, — объясняет Венди, но я вижу, что её терпение на исходе. Она не собиралась углубляться в разъяснения. — Мировая сделка была заключена много лет назад. Мы передаём самых свежих и молодых из каждой новой поставки заключённых, а взамен, они держатся подальше от нашего поселения. Если мы разорвём сделку, они совершат набег на поселение Б и возьмут всё, что захотят. Кого они хотят. Так долго, как они захотят. Мы жертвуем немногими ради блага многих. Но опять же, это лишь временно.

— Пока вы не вернётесь со свежим мясом, — повторяет одна из женщин, её помертвевший голос звучит глухо и мне снова приходится бороться с желанием посмотреть на окружающий нас ужас. Потому что если я повернусь, они увидят мой страх, и единственное, что я по-настоящему понимаю здесь, я не могу этого допустить.

— Да, — говорит Венди. — Не буду врать. Вас ждёт кошмар. Но вы выживете. Джейми заправляет здесь, и у него есть правила. Они отличаются от правил в поселении Б, но это всё равно правила, и большинство мужчин следуют им, чтобы избежать беспорядков, потому что беспорядки вызывают патруль. Но если ты нарушишь правила, мужчины тоже нарушат правила. И тебе это не понравится. Так что подумай и выбирай с умом. Затем не высовывайся и делай то, что тебе скажут. Пройдёт время, и мы вернёмся за тобой.

Выбирай. Она сказала выбирай. Без сомнения, какой бы выбор нам ни предложили сделать, он будет ужасен, но, по крайней мере, выбор будет.

— Я должна была сказать вам, что мне нравятся женщины, — говорит одна из женщин, и я понимаю, что она права. К чёрту мою зубную щетку и протеиновые батончики. Я должна была предвидеть это. Я должна была быть готова к такому.

В толпе мужчин пробегает суматоха, и Венди выпрямляется, выходя из нашей кучки. Её женщины прижимаются ближе, сгоняя нас в плотную группу, когда в толпе, собравшейся вокруг нас, начинает открываться путь.

Мейси дрожит рядом со мной, её плечо снова и снова толкает моё, и меня захлестывает чувство вины. Я должна была оставить её в поселении Б. Худшее, что они там могут предложить, не может сравниться с этим. Она слишком молода. Она слишком хрупка.

Она этого не переживёт.

И я втянула её в это.

— Венди! — раздаётся глубокий голос. Из открывшегося пути в толпе выходит огромный мужчина, широко раскинув руки. — Мы не ждали тебя сегодня. — К моему удивлению, Венди обнимает его. Как будто они старые друзья.

— Ага. Эта партия была неожиданной. Но сделка есть сделка.

— Несомненно. — Джейми облизывает её от шеи к уху. — Но ты знаешь, что ты всегда была моей любимицей. — Он хватает её за задницу.

— Отвали. Я отсидела свой срок. — Венди отталкивает его, и Джейми отпускает её с громким смехом, а затем машет рукой в сторону здания позади него. Теперь, когда толпа рассеялась, мы можем увидеть его фасад. Мужчина, стоящий рядом со входом, стучит в дверь кулаком.

Дверь открывается, и выходит женщина. Она без верха и бюстгальтер испачкан. Её штаны были обрезаны на короткие потёртые шорты, и они достаточно свободно висят на её бедрах, и я могу сказать, что она похудела, пока была здесь.

В центре её туловища, прямо под грудиной, синяк, а ещё один — на левой щеке. Она босиком. И грязная.

— Чёрт возьми, — бормочет Венди. — Иди сюда, Кетрин.

Женщина направляется прямо к Венди, в её глазах светится облегчение. Позади неё на дневной свет выходят ещё пять женщин. Все, кроме двух, одеты в рубашки, и ни у кого из них нет таких явных синяков, как у бедняжки Кетрин. Но я понимаю, что вижу.

Кетрин выбрала неудачно.

К сожалению, я понятия не имею, кого она выбрала, и как мне избежать тех же… последствий.

Венди снимает рюкзак с плеча. Тот, который она украла у женщины, которую избила в поселении Б. Она расстёгивает молнию на сумке, вытаскивает свежую майку и пихает её Кетрин.

Пока Кетрин натягивает майку через голову, Венди роется в сумке в поисках пары носков и ботинок. С одного взгляда на ботинки я могу сказать, что они слишком велики для маленькой женщины, на которую нас меняет Венди, но Кетрин всё равно их надела.

— Мы всё? — спрашивает Венди.

— Секунду. — Джейми поворачивается к нам шестерым, и у меня проскакали мурашки по коже от его оценки. Я ожидала, что он посмотрит нам в глаза или, возможно, полапает нас. Может быть, даже заставил нас раздеться. Вместо этого он хватает правую руку ближайшей к нему женщины и смотрит на номер на мясистой части её ладони.

Очевидно, удовлетворённый, он хватает руку следующей женщины. Потом мою. Потом Мейси. Но когда он смотрит на ладонь пятой женщины, его лицо становится устрашающим.

— Нет, далеко не всё, — объявляет он, жестоко дёргая бедную женщину за запястье, чтобы показать её руку Венди. — Она не чистая.

Я прослеживаю взгляд Венди на ладони девушки и вижу чёрный кружок вокруг её номера заключенного. И вдруг я понимаю. У неё есть какая-то зараза. Что-то, что Джейми не хочет распространять в поселении А.

— Проклятье, — снова говорит Венди. — Прости. Забыла проверить. Я приведу другую.

— Ладно. — Джейме кивает, хватает последнюю женщину за руку и одобряет её. — А пока одна из них останется. — Он указывает на группу женщин, готовых вернуть себе относительную свободу в поселении Б.

— Не Кетрин, — настаивает Венди.

Джейми пожимает плечами и хватает одну из женщин за талию.

Её глаза закрываются, когда он разворачивает её, а затем толкает к зданию. Она выглядит опустошённой, когда тащится к открытой двери. К тому аду, из которого её все-таки не собираются условно-досрочно освободить.

— Увидимся в следующий раз, — говорит Венди. Затем она ведёт своих спасённых женщин к дороге.

Кэтрин не оглядывается назад. Она смотрит прямо перед собой, пока она и остальные четверо условно-досрочно освобождённых направляются в сторону поселения Б в окружении своей свиты.

— Погоди! — я зову. Это первое, что я сказала с тех пор, как прокляла Мейси на ужасную судьбу. — Это всё?

— Всё. — Венди поворачивается ко мне, обнимая одной рукой узкие плечи Кетрин. — Удачи.

Затем толпа смыкается за ними, отрезая меня от женщины, которая, как я могла бы поклясться, была моим врагом десять минут назад, но теперь кажется мне единственным настоящим спасательным кругом, который у меня когда-либо был.

Остальные три женщины сгрудились вокруг меня и Мейси, и я чувствую их ужас. Я разделяю его. Я чувствую на нас каждый взгляд, как будто мы сервированный стол перед голодающими людьми.

Глава 4

Одра

— Отлично. Слушайте сюда, как здесь всё устроено, — говорит Джейми, и толпа вокруг него гудит от предвкушения. — Я не собираюсь приукрашивать. Вы здесь ради траха.

Мейси так дрожит, что у меня стучат зубы. Женщина слева от меня стонет. Все остальные воспринимают это объявление спокойно. Не удивительно.

— Но хорошая новость, — продолжает Джейми, — в том, что у вас есть несколько вариантов. Теперь четвертая зона работает так же, как и большинство остальных. Мы получаем еженедельный запас еды и несколько менее распространённых пайков, по одному дропу (прим: посылка) на каждое поселение. Одежда. Медицина. Таблетки для очистки воды. Но, вы сможете получить такой супердроп, только если вы скрыто обученные стервы-камикадзе, — а никто из вас не похож на стерв, — говорит он, и толпа вокруг него смеется. — Вам никогда не достанутся такие плюшки. Итак. Вы можете решить действовать в одиночку. Обменять себя на всё, что вам необходимо, в индивидуальном порядке. А-ля тележка продуктов, если хотите пример. Но я должен быть честным. Для многих женщин это не очень хороший вариант, потому что большинство моих мужчин вполне способно заполучить всё, что хотят. Это означает, бартер им не интересен. Поэтому таких женщин затрахивают до мяса, а потом оставляют под дождём без одежды. Или и вовсе без припасов.

— Проклятье, — шепчет женщина слева от меня.

Я хочу сказать ей, что Джейми просто приукрашивает. Пытается напугать нас и заставить сотрудничать. Но большинство мужчин, наблюдающих за нами, выглядят вполне способными получить всё что угодно.

Вероятно, именно поэтому они сюда и попали.

— Единственный способ удостовериться, что вам достанется еда, — это заключить договор с одним из наших ублюдков. Мы в поселении А все цивилизованы, поэтому у нас есть правила. Если вы выберете себе хранителя, он должен будет приютить вас, кормить, одевать и защищать. Взамен вы делаете всё, что он захочет. Когда бы он этого ни захотел.

«Выбирай с умом», — сказала Венди, и это был очень хороший совет. К сожалению, на первый взгляд ни один из наших вариантов не выглядел многообещающим.

— Однако вам лучше изучить свои возможные варианты, потому что, если кто-то из этих ублюдков сможет отобрать вашу аппетитную булочку у вашего самца, они это сделают. — Джейми пожимает плечами. — Здесь больше нечего делать, кроме как драться и трахаться. Или бороться за право потрахаться. В поселении А есть два правила для боя. Правило номер один: все бои проходят один на один. Никто не помогает; никто не мешает. Потому что на беспорядки вызывают местный патруль. И правило номер два: победитель получает всё.

Дерьмо, дерьмо.

Вполне возможно, что скоро мне удастся сбежать отсюда. Надеюсь, с Мейси. Возможно, мы сможем жить самостоятельно. Кому нужны перебои с поставками, когда это место кишит земной флорой и фауной, пришедшими с терраформированием столетие назад? Я имею в виду, насколько тяжело жить за счёт земледелия?

К черту Джейми и Венди. Может быть, мы с Мейси сможем жить на природе.

Но сразу ускользнуть я не смогу. А это значит, что мне придётся выбрать хранителя и постараться изо всех сил, пока у меня не появится шанс убежать.

— И если вы подумываете о бегстве, не стоит. — Джейми смотрит прямо на меня. Как будто он видит, о чём я думаю. — Венди не будет вас прятать у себя. Мы поймаем вас и вернём обратно. И бегуны становятся общественной собственностью. Справедливо поделенная между всеми.

Еб*нуться.

«Выбирай с умом», — совет Венди преследует меня. Проблема с выбором мужика, способного тебя защитить, заключается в том, что он будет способен причинить вред и тебе.

— И последнее, — говорит Джейми, отвлекая моё внимание от моих собственных страхов. — Каждые четыре недели вам придётся выбирать снова, если вы здесь задержитесь, чтобы первые шесть счастливчиков не остались единственными счастливчиками. Потому что, как и в детском саду, мы все лучше ладим, когда делимся друг с другом. Так что, если вы будете недовольны своим первым избранником — или тем, кто вас у него отнял — не волнуйтесь. Через месяц вам, возможно, повезёт больше.

До сих пор я пристально смотрела на Джейми, потому что боялась, что встреча взглядов с другими мужчинами заставит их подумать, что я ими заинтересовалась. Но теперь пришло время выбрать своего хранителя.

Я оглядываю море лиц, смотрящих на нас, и сначала не могу осознать то, что вижу. Их слишком много. У них у всех одно и то же выражение — нетерпимый голод, не имеющий ничего общего с едой.

Затем я заставляю себя разглядеть всех. Поближе.

Мне нужен кто-то сильный. Тот, у кого никто из остальных не сможет меня отнять. Но почти половина этих мужчин обладают огромной и ужасающей мускулистостью. То есть буквально в два раза больше моего веса. Сила здесь является товаром, но её более чем в достатке.