— Нет. — Тайсон выглядит оскорбленным этим предложением. — Я не могу дать им то, чего они хотят. Я не дам им этого. Чтобы они не последовали за мной.

— Значит, мы просто уйдем?

— Да. Сейчас. Мы возьмем Мейси и, если повезет, исчезнем прежде, чем кто-нибудь поймет, что он мертв. В царящем хаосе могут пройти дни, прежде чем до кого-нибудь дойдет, что нас здесь нет. По крайней мере, у нас будет время придумать план. — Он хватает меня за руку и тянет к двери.

— Подожди. — Я вырываюсь из его хватки. — Может быть, есть другой способ.

— Когда ты говорила это в последний раз, это уже произошло. — Он многозначительно смотрит на труп Джейми.

Я многозначительно смотрю на стену, которая разделяет эту комнату и соседнюю.

— Она тот охранник, которого ты знал? Кто дал тебе плазменный резак?

Он кивает.

— Я понятия не имел, что она здесь.

— Я верю тебе. — Даже если бы я не заметила удивления на его лице, когда он увидел ее, я знаю, что если бы он знал, то сделал бы все возможное, чтобы освободить ее от Джейми. — Может быть, она сможет нам помочь. Может быть, мы сможем помочь друг другу. — Я пожимаю плечами. — В любом случае, мы не можем просто оставить ее здесь.

— Переспав с заключенной и вооружив ее, она становится еще большим преступником, чем ты, — отмечает Тайсон. И он прав. Но если она провела здесь с Джейми несколько месяцев, значит, она с лихвой отбыла свой срок за то, что сделала с Тайсоном. И если она может нам помочь…

Я прохожу через ванную и открываю дверь в соседнюю комнату.

Вивиан удивленно останавливается. Она все еще обнажена и придерживает левую ногу, которая, очевидно, плохо зажила после крушения шаттла.

— Где?.. — Она заглядывает мне через плечо, очевидно, ожидая увидеть Джейми, и ее глаза расширяются, когда вместо этого она видит Тайсона. Ее взгляд мечется между нами, затем останавливается на мне. — Джейми?

— Мертв, — говорю я ей. — Если мы вытащим тебя отсюда, ты поможешь нам?

— Как? Что?

— Мне нужно, чтобы ты быстрее с этим разобралась, — огрызаюсь я, осматривая гостиную Джейми в поисках одежды. Шкаф открыт и пуст. Я выдвигаю верхний правый ящик комода и хватаю первую попавшуюся рубашку, затем швыряю ее в Джейми. — Джейми мертва. Если остальные мужчины узнают, что он держал здесь охранника, как ты думаешь, что они с тобой сделают?

Она с трудом сглатывает, в ее глазах появляется паника.

— Мы уходим. Если мы выведем тебя из поселения А целой и невредимой, ты сможешь нам помочь?

Вивиан натягивает футболку через голову и, прихрамывая, направляется ко мне, пока я роюсь в ящике в поисках брюк. Она выдвигает левый ящик и достает пару сложенных брюк из небольшой стопки.

— Да. Может быть. Чего ты хочешь?

— Нам нужно выбраться из четвертой зоны, — говорю я ей. — Должен же быть какой-то выход. — Мне все еще не по себе от мысли, что тот, кто заполнит вакуум власти в поселении А, может совершить набег на поселение Б, но я ничего не могу с этим поделать. По крайней мере, с уходом Джейми появился шанс на перемены.

— В стене есть ворота. На западной границе, — говорит Вивиан. — Они ведут в третью зону. Не то чтобы там было лучше.

— Ты можешь их открыть?

— Если только контроль не отменил мое разрешение. Хотя я сомневаюсь, что они стали бы утруждать себя этим, если думают, что я мертва.

Черт возьми. Они, должно быть, думают, что она мертва. Иначе зачем бы тюремной администрации оставлять здесь одного из своих охранников? А это значит, что она провела здесь с Джейми несколько месяцев без всякой надежды на спасение.

На секунду меня захлестывает волна сочувствия. Пока я не осознаю, что нахожусь в той же лодке. Как и Мейси. Как и остальные женщины в четвертой зоне. И, возможно, по всей планете.

Тайсон наблюдает за Вивиан, пока она натягивает штаны, и меня переполняет ревность, пока я не понимаю, что знаю этот взгляд. Он не испытывает к ней вожделения. Он… думает.

— Пойдем, — бормочет он низким и твердым голосом.

Вивиан направляется к двери, но он хватает ее за руку и тянет назад.

— Я не знал, что ты здесь, — говорит он в качестве извинения. — Я бы не оставил тебя с Джейми, если бы знал.

— Ты бросил меня там, — обвиняет она, рыдания в ее голосе противоречат холодной ненависти в ее глазах. — В лесу. Ты забрал мое оружие и оставил меня беззащитной, чтобы он нашел меня.

— Это не входило в мои намерения.

— Эй. — Я щелкаю пальцами перед ее лицом, пока она не поднимает на меня взгляд. — Ты знала, что здесь происходит? Об аукционе? О принудительной проституции? Охранники в курсе?

Она не отвечает, но я вижу правду в ее глазах.

— Если ты знала и ничего не сделала, ты такая же преступница, как и любой другой человек на этой планете. Учитывая это, — я развела руками, чтобы представить обстановку ее заключения. — Я готова считать, что мы квиты. Если ты проведешь нас через эти врата.

Она кивает и, прихрамывая, делает еще шаг к двери, но Тайсон снова хватает ее за руку.

— Вивиан, если ты нас подведешь, я тебя убью.

Глава 19

ТАЙСОН

Я жду в холле с Вивиан, пока Одра и Мейси упаковывают все, что может поместиться в их рюкзаках. На несколько секунд молчание между нами кажется не хрупким, а тяжелым. Полным того, о чем мы не договариваем.

Затем она произносит это.

— Ты убил его? Джейми?

— Говори тише, — рычу я.

Но она только смотрит на меня.

— Ты убил его… ради нее. — Это не вопрос, и я действительно не понимаю той смеси грусти и зависти, которую вижу в ее глазах. — Не из-за меня.

— Вивиан… — Я изучаю ее лицо, пытаясь найти что-то знакомое в чертах, которые никогда не забуду. Сейчас она старше, но и я тоже. Она выглядит меньше, но, возможно, правда в том, что я вырос.

Я помню дни, проведенные в ее шаттле, до того, как они поставили ее в пару с партнером. Я помню руки, губы и языки, которые шептали инструкции. Я помню, как она стонала мое имя, когда я делал что-то, что ей нравилось. Как она дергала меня за волосы, когда я этого не хотел. То, как она отгораживалась от меня, если я что-то напортачил, отказывалась позволять мне прикасаться к ней, пока я не попрошу.

И я умолял. В то время она была всем, что у меня было. Для меня это был целый мир.

Я помню, каким особенным я себя с ней чувствовал. Каким желанным. Каким… нетерпеливым. Я помню бутерброды и пиво. Презервативы. Музыка. Я до сих пор помню ее вкус, когда она оказалась у меня на языке. Она была единственным, что у меня было, в течение нескольких месяцев после того, как они высадили меня на Красной скале.

После того, как я убил человека и ушел сам по себе. Ее лицо было единственным, которое я видел в течение почти шести месяцев.

Но сейчас, когда я смотрю на нее, я ничего не чувствую.

Вивиан научила меня. Она использовала меня. Затем она бросила меня, оставив в мире боли и изоляции без предупреждения.

И когда у меня появился шанс, я оставил ее на месте крушения ее шаттла. Но я понятия не имел, что она все еще здесь. Я думал, что администрация заберет ее. Ее напарник вышел из леса, чтобы поймать сигнал. Чтобы позвать на помощь. Когда я вернулся, а ее уже не было, я предположил, что произошло именно это.

Но я не хочу об этом говорить. В этом нет смысла.

— У тебя есть способ позвать на помощь? — спрашиваю я ее. — Связаться с постом охраны?

— Мне не придется этого делать, если ты сможешь припереть меня к стенке, — шепчет она, и я вздрагиваю от того, насколько разбитым звучит ее голос. Когда я знал ее, она была сильной. Уверенной. Ее рука кормила меня, а губы целовали. Это был ее голос, который отдавал приказы и шептал мне на ухо непристойности. Она была главной и контролировала ситуацию.

Джейми отнял у нее все это, и, хотя в этом не было моей вины, я чувствую себя виноватым. Но я уже убил человека, который причинил ей боль. Больше я ей ничего не должен.

— Если я числюсь пропавшей без вести или погибшей, и система распознает мои отпечатки пальцев, когда я попытаюсь открыть ворота, она отправит предупреждение. За мной придут. — Но она, похоже, не верит, что это произойдет. Что я позволю этому случиться. Она считает, что за то время, что прошло с тех пор, как она меня знала, я стал частью насилия, которым является этот мир. Но правда в том, что она помогла мне стать тем, кем я являюсь сейчас.

— Когда они придут, возьми с собой Одру, — говорю я слишком тихо, чтобы меня услышали даже в футе от них.

— Что?

— Уведи ее отсюда. Ей не место в Око дьявола.

— Тайсон, я не могу этого сделать. Они ее не отпустят. Она заключенная. Лучшее, что я могу сделать, — это вывести вас обоих из четвертой зоны. — И внезапно она верит, что ее спасение реально. Я не могу планировать ее убийство, если она нужна мне, чтобы вывезти Одру с планеты.

— Она невиновна. Она — однояйцевый близнец. ДНК, которая есть в их файле, не ее. Система дала сбой, и ты у нее в долгу. Ты у меня в долгу.

Она выглядит так, будто хочет поспорить. Как будто время, проведенное с Джейми, искупило все ее обиды. И, возможно, она права. Но тут позади меня открывается дверь, и Одра выводит Мейси в коридор. Пока она запирает за собой дверь с помощью магнита, висящего у нее на шее на плетеном шнурке, я бросаю на Вивиан взгляд, которого она никогда не видела от меня, когда она была единственной, у кого была вся власть.

Она вздрагивает. Затем она кивает мне через плечо Одры. Она возьмет Одру с собой, когда уйдет.

Я тихо провожу всех трех женщин через здание, затем спускаюсь по лестнице на первый этаж. Мейси пристально смотрит на Вивиан, и мне интересно, что Одра ей сказала.

Зайдя за здание, я веду нас к линии деревьев, но Вивиан останавливает меня, положив руку мне на плечо.

— Ворота в той стороне. — Она указывает на фасад здания. На разрушающуюся улицу в центре поселения. Подальше от ее разбившегося шаттла.

Мейси бросает испуганный взгляд в мою сторону. В поселке нет настоящей общины, но она знает, что любое собрание, которое все-таки происходит, проходит через улицу.

Я уже слышу, как они собираются в парке вокруг веток и листьев, поджаривающихся на гриле, и хвастаются, что у них есть шансы на то, что их завтра соберут.

Они никогда не знают, когда придет Венди, поэтому никогда нельзя предвидеть, что будет свежий сбор. Но все они считают дни с тех пор, как Одра выбрала меня. Они знают, что будет завтра. И если они увидят, как я веду в лес трех женщин с нагруженными рюкзаками и сложенным брезентом, они точно поймут, что мы делаем.

Но нам не поможет, если мы пойдем в неверном направлении. Нам нужно пройти через врата до того, как они поймут, что Джейми мертв, а Одра и Мейси пропали.

Нам придется рискнуть.

Солнце опускается за горизонт, когда мы, осторожно ступая, огибаем длинное узкое здание общежития. Двигаясь как можно тише. Еще не совсем стемнело, но мир кажется каким-то запутанным, мутным, как будто мы никак не можем сфокусироваться на чем-то одном.

Это мое самое нелюбимое время суток.

Из парка доносится смех, но в нем слышится хвастовство. Вульгарность. Я знаю, о чем они говорят. Я много раз слышал, как вчерашние хвастуны хвастались, и тот факт, что большинство гипотетических побед этой ночью связаны с Одри, вызывает у меня желание ворваться в их гущу с ножом и начать наносить удары.

Но разумнее всего было бы сделать так, чтобы Одри была вне их досягаемости.

В парке не будет ни одной женщины. Букер, Томас и остальные, без сомнения, заперлись в своих комнатах, забирая последнее, что у них есть, прежде чем завтра им придется отдать своих женщин.

Я содрогаюсь при мысли о том, что сейчас происходит в комнате напротив нашей.

Мы переходим улицу почти в полном молчании. Мейси и Одра идут со спокойной уверенностью, но Вивиан смотрит в землю перед собой, внимательно следя за каждым шагом. Я сомневаюсь, что она выходила из комнаты Джейми с тех пор, как он забрал ее, и она не знакома с окружающим пейзажем. И из-за плохого каблука она замедляет шаг.

Я слышу кашель раньше, чем вижу дым. Дерьмо. Какой-то идиот подложил в один из грилей дров, и дым выгоняет людей из парка. К нам.

Мы почти перешли улицу. Я перевожу взгляд с общежития, где до сих пор лежит не обнаруженное тело Джейми, на здание, из которого я вытащил нашу новую дверь. Лес слишком далеко, но если мы сможем незамеченными добраться до переулка между зданиями…

Я указываю на наш новый промежуточный пункт назначения, и Одри кивает, затем молча передает сообщение Мейси и Вивиан. Мы снова начинаем идти, удаляясь от толпы, направляясь к зданиям общежитий, на время забыв о парке.

И тут Мейси чихает.

Потрясенная звуком, который она издала, она застывает в нескольких шагах от края дороги. В нескольких ярдах от переулка между зданиями перед нами.

Я хватаю ее за руку и тащу вперед, но уже слишком поздно. Мужчины услышали ее.

— Кто это? — спрашивает один из них, и я подавляю стон. Они не ожидали, что здесь будут женщины. Сегодня ночь фантазий для мужчин, у которых нет женщин, и для тех, у кого они есть.

— Эй! Тайсон! — Кто-то еще узнал меня, и впервые за много лет я застыл в нерешительности. — Что происходит?

Если мы побежим, они погонятся за нами. Хищники любят охоту. Но если мы не побежим, они захотят узнать, зачем я веду трех женщин, одну из которых они не узнают, в лес на закате, в последнюю ночь перед аукционом.

Нет такой правдоподобной лжи, которая помогла бы нам выпутаться из этого. Но мы не можем убежать от них всех.

Вивиан, со своей хромотой, не может убежать ни от кого из них.

— Тайсон. Куда ты идешь? — спрашивает мужчина впереди. Я не знаю его имени. — Кто это?.. — Он щурится на нас в сумерках, затем резко поворачивается и кричит толпе. — У него есть третья. Он взял третью женщину!

— Он уводит их в лес! — кричит другой мужчина.

— Тай… — голос Одры почти беззвучен, но в нем слышен страх.