Глава 57

Воронка вращающегося над головой неба упала на уже застывшую в сетях ритуала перехода ведьмочку. Захлестнула с головой, словно внезапно превратившись в море.

Рогнеда пыталась бороться со странными волнами, что оседали на губах и коже странным жгущим песком.

- Зола, - подумала Рогнеда. - Зола и пепел.

Она стремительно теряла силы. И лишь изредка выныривая среди серого марева, видела тянувшуюся вдаль и тонущую в тумане двойную цепочку статуй неимоверной высоты, как ей казалось. Странным было то, что на всех статуях, сколько хватало глаз, развивались плащи. И стояли они всё, развернувшись лицом в одну сторону.

Вдруг одна из статуй, словно почувствовав беззвучный крик Рогнеды, медленно повернула голову.

И развернувшись, уверенно пошла в сторону тонущей в пепле ведьмочке. Гигант склонился и резко выдернул Рогнеду из хватки жадных волн. Не проронив и звука, он усадил ведьмочку себе на плечо, и начал возвращаться.

Только сидя на плече статуи и пытаясь отдышаться, ведьмочка заметила, что её спасителю пришлось войти во владения волн чуть выше пояса.

Боясь отвлекать этого воина, а судя по доспехам, это был именно воин, Рогнеда внимательно его разглядывала. Понять, сколько её спасителю лет, было невозможно. Его руки были скрыты латными перчатками, а лицо целиком закрывала литая маска, где единственные отверстия предназначались для глаз. А поверх маски вместо шлема была странная корона. Словно кто спицы в один ряд выставил.

Рогнеда зябко поëжилась, наблюдая как по плечам, рукам, доспехам струится серый туман. Посмотрела вдаль... Только доспех на статуях менялся, становясь всё мощнее. И чем дальше, тем меньше он походил на латы бояр.

Выйдя на твёрдую землю, гигант поставил ведьмочку на землю. Рогнеда машинально отметила, что по росту она чуть выше колена своего спасителя.

- Благодарствую, - низко, черканув рукой по камням под ногами, поклонилась Рогнеда. - За милость да за доброту вашу. Может и я смогу на что сгодиться?

- Тяжек долг, но клятва не исполнена, и вечен дозор, пока не придёт зов, - непонятно прогрохотал гигант.

- Тяжек долг, но клятва не исполнена, и вечен дозор, пока не придёт зов... - повторила за гигантом-витязем Рогнеда. - Вы воины и все, словно ждёте чего-то, как в дозоре. Битвы? Но вы должны услышать зов? Чей?

Гигант поднял Рогнеду на руки, словно дитя-младенца. Маска склонилась над ведьмочкой, ярко-зелёное пламя полыхнуло в глазницах.

- Ищи свои корни, Огонёк, - пророкотал древний богатырь и передал её другому.

Рогнеда не испытывала страха. Богатыри передавали её друг другу осторожно, бережно поддерживая головку, словно она и впрямь была младенцем. Иногда что-то рокоча, словно колыбельную и покачивали.

И только последний, опустив её на небольшом пяточке перед уходящей в какой-то пещерный лаз лестницей, опустился перед ней на корточки. Древний богатырь мягко пропустил огненные локоны ведьмочки сквозь пальцы, спрятанные перчаткой.

Рогнеда почему-то подумала, что при жизни вот именно у этого богатыря была дочь. Уж слишком повеяло тоской от его жестов.

Прежде, чем подняться и вернуться на своё место, он слегка подтолкнул Рогнеду к лестнице.

Ведьмочка повернулась к снова застывшими цепью богатырям и низко поклонилась.

Лестница казалось поднималась куда-то бесконечно, то показывая каменистые стены, то снова утопая в тумане. И упёрлась в решётку. Толстые прутья так сильно проржавели, что казалось вот-вот рассыпятся. Но Рогнеда знала, что это совсем не так. Живым дальше хода не было. Оттого и пила она зелье мнимой смерти. И судя по тому, какой она застала преграду, действовало оно как и положено.

И если бы не помощь богатырей, сокративших ей путь до этого места, то может и вообще ничего не увидела бы.

Ждать, когда действие принятого в Яви зелья войдёт в силу, Рогнеда не стала. Вместо этого взяла камень побольше и начала им стучать по крайнему из прутьев. Бить нужно было с силой, но так, чтобы не пораниться. Ни капли крови нельзя было обронить на полях посмертия.

Когда он чуть прогнулся в сторону, ведьмочка не теряя времени действия зелья, проскользнула на ту сторону.

Грань встретила её жаром, сразу захотелось пить. Сама земля здесь была словно уголь пережжëный. Небо здесь было серо-чëрным от клубов дыма, что выплëскивались вместе с потоком жидкого пламени из недр высокой горы.

Рогнеда вспомнила, что именно такую описывали легенды. Мол, стояла в древности, то засыпала и вовсе лесом порастала. То просыпалась, сжигая в гневе всё на пути лавы. А потом, содрогнулась земля, затмило солнце чёрными тучами, раскалился сам воздух так, что заживо горели и люди, и скот, и деревья. С грохотом провалилась Огненная гора под землю. А на её месте появился тысячу раз проклятый Разлом.

- Дивно как, словно сам мир замер в посмертии. И лишь малого не достаёт, чтобы уйти ему за грань. Или чудится, - думала Рогнеда. - Отчего тогда тайна эта мне открыта, сироте без роду и имени? Ведьме бесправной? Что мне делать с этими-то знаниями? Эх, вот и впрямь были бы Трояна со Светозарою из семьи княжеской. Тогда б я и не думала. Было бы на чью голову эту боль переложить.

А мимо шли люди. Ратичи в основном. Шли из неоткуда и исчезали вдали, глядя вперёд незрячими белыми глазами. А кто-то вдруг замирал и останавливался.

Рогнеда видела этот поток погибших, которых словно кто-то неведомый через мелкое-мелкое сито пропускал.

Вот один ратич из остановившихся рябью пошел и исчез. Другой, третий...

Рогнеда такую радость ощутила, что едва не засмеялась в голос. Она знала, что страшный наплеск аспидов из Разлома остановили витязи на заставах. Сама его чувствовала. Знала и о цене, которую платит княжество каждый раз, чтобы отвести беду.

А ещё знала, что те ратники, что останавливались, хоть и были совсем плохи, но надежда у них была. А раз уходили их души с полей посмертия, значит сбылась та надежда. Значит жизни в их теле становилось больше. А это могло означать только одно.

К Разлому пришли ведьмы. Много. Сильных. Они лечили, они выводили к жизни, щедро тратя силы своего дара. А значит Жизнь снова победила Смерть. И как истинная носительница этого живительного дара, Рогнеда была наполнена ощущением счастья и радости. Даже словно сил прибавилось и ноющее жжение на плече совсем ослабло.

Но времени и так прошло уже предостаточно, а ей ещё витязя надо было найти. Так ещё и не исключено, что он упрямиться начнёт. И придётся его уговаривать. Он похоже из тех боярских детей, что ещё в заветах предков воспитаны. Что в бою ярые, да честь воинскую отцову, да дедову посрамить больше смерти боятся. А тут так геройски все вышло, что хоть былину складывай, и какая-то ведьма-недоучка мешать вздумает?

Рогнеда всё бегала, всматриваясь в каждого застывшего витязя. Смешавшаяся из порезов в Яви кровь тянула её вперёд. Всё дальше и дальше от заветной лестницы.

Вдруг чуть в стороне взметнул ветер серебряную гриву, словно привлекая внимание ведьмочки. Чуть кольнуло в груди у Рогнеды.

- Он, - подумала она, увидев ещё и приметную трайболу.

Рогнеда подошла и взяла его за руку, ровно так, как это было сейчас в Яви. А когда подняла взгляд, замерла. Витязь повернул голову и смотрел прямо на неё невероятно синими глазами.

- Не место тебе здесь. - Громко произнесла она, не отводя глаз. - Неужто сердце молчит, о том, кто ждёт тебя не напоминает?

- Свободно моё сердце. Никому не нужно. Никто не ждёт. - Устало произнёс витязь бесцветным голосом.

- Неужто? - прищурилась Рогнеда. - А отец с матерью?

- Они знают, что это мой долг. - Так же бесцветно прозвучало в ответ.

- Долг, - покачала головой Рогнеда. - А до конца ли ты его исполнил? Всё что мог сделал? Друзья твои, да побратимы по оружию где? Да и матери... Даже самую славную смерть не обнимешь, как родного сына.

- Матушку помню, сестриц, отца, побратимов своих, то верно. А тебя нет. Ты откуда здесь? - вдруг нахмурился витязь.

- За тобой пришла. Пораненного да словно омертвевшего тебя нашла. Раны обиходила, а ты всё в себя не приходишь, - мягко объясняла Рогнеда. - Вот и пришлось.

- Нельзя тебе здесь, - хмурился витязь.

- Вот и пойдём. - Тянула витязя за руку Рогнеда, чувствуя, что время её на исходе.

Только витязь стоял даже не шелохнувшись. Вдруг впереди с утробным воем появилось чёрное облако, становившееся всё плотнее и меняя очертания. Вот уже и Рогнеда узнала Чернослава. Только огромен он был, с гору размером. И зол.

- Ведьма! - взвыл кот.

- А ты ведьма? - спросил витязь, и Рогнеде показалось, что голос его чуть теплее стал.

- Ведьма. И кот настоящий есть, - улыбнулась Рогнеда, вспомнив Вьюшу.

- Ведьма! - хлыстал по бокам хвостом кот. - Рассвет ужо занялся, а ты всё не вернулась. А ну, брысь домой!

Кот одним ударом лапы располосовал землю под ногами у Рогнеды и витязя, а потом схватил их в громадную пасть, словно двух полёвок и помчался к небольшому камню, где в едва заметной щели пряталась лестница, ведущая обратно в Явь.

Чистый прохладный воздух хлынул в грудь Рогнеды, заставив закашляться и перевернуться, размыкая с витязем руки. Рядом застонал витязь, шаря рукой по земле и явно ища ведьму.

- Я ему сейчас по этой самой загребущей ... - злился Чернослав.

- Тише родной мой, тише хороший, - сгребла котика в охапку и наглаживала Рогнеда. - Нам его ещё в ступу усадить надо и домой доставить. А это место надо в тайне сохранить.

- Только не говори, что от чужака таиться надо, - уже успокаиваясь мурчал кот. - Знаю я тебя, выхаживать будешь.