Ста­лин­град. При­чал у Цен­траль­ной на­бе­реж­ной. Ок­тябрь 1942 го­да. 05:00.

Насту­пи­ло утро. Ва­ря сто­я­ла у при­ча­ла. Са­ни­тар­ный ка­тер дол­жен был от­вез­ти её че­рез Вол­гу в Ро­стов.

Лё­ша сто­ял ря­дом. Он дер­жал её за ру­ки, не от­пус­кая.

— Варь, — ска­зал он. — Я не хо­чу, что­бы ты уез­жа­ла.

— Я то­же не хо­чу, — от­ве­ти­ла она, и слё­зы по­бе­жа­ли по ще­кам. — Но я нуж­на там. В Ро­сто­ве. Там ра­не­ные, Лё­ша.

— Я знаю, — он вздох­нул. — Про­сто… я бо­юсь, что не уви­жу те­бя боль­ше.

— Уви­дишь, — твёр­до ска­за­ла она. — Ты обе­щал. Пом­нишь? Ты при­дёшь в Ро­стов. На Пуш­кин­скую.

— Пом­ню, — он улыб­нул­ся сквозь слё­зы. — Я при­ду.

Они сто­я­ли на при­ча­ле, сре­ди сол­дат, про­во­жа­ю­щих, пла­чу­щих жен­щин. Вой­на раз­де­ля­ла лю­дей, но не их.

— Лё­ша, — ска­за­ла Ва­ря. — Я бу­ду ждать те­бя. В мо­ём окне бу­дут го­реть два зе­лё­ных ог­ня. Я бу­ду за­жи­гать ке­ро­си­но­вые лам­пы с зе­лё­ны­ми стёк­ла­ми. Так мы до­го­ва­ри­ва­лись.

— Я за­пом­ню, — кив­нул он. — Два зе­лё­ных ог­ня.

Раз­дал­ся гу­док ка­те­ра. Ва­ря по­це­ло­ва­ла Лё­шу в по­след­ний раз — креп­ко, дол­го, как буд­то хо­те­ла за­пом­нить его на­все­гда.

По­том она се­ла в ка­тер. Он от­ча­лил.

Она смот­ре­ла на его фи­гу­ру, ко­то­рая ста­но­ви­лась всё мень­ше и мень­ше на фоне ды­мя­ще­го­ся Ста­лин­гра­да. Он сто­ял на бе­ре­гу и ма­хал ей ру­кой. Не ухо­дил.

Ва­ря пла­ка­ла. Но внут­ри неё го­ре­ла на­деж­да — та са­мая зе­лё­ная, ко­то­рую они за­жгли вме­сте.

Ка­тер пе­ре­сёк Вол­гу. Го­род остал­ся по­за­ди.

А впе­ре­ди был Ро­стов. И вой­на. И на­деж­да на встре­чу.