Я почувствовала, как лицо заливается краской. Жар вспыхнул на коже, охватил шею, уши. Хотелось закрыться руками, свернуться, исчезнуть. Уйти. Просто развернуться и уйти, собрав осколки собственного достоинства.

Я стиснула зубы, развернулась на каблуках и медленно направилась к выходу.

— Стой. Эй, почему ты думаешь сразу о какой-то пошлятине? Вернись! Влад, верни её на место!

Влад, поджидавший за дверью, не дал мне сделать и двух шагов. Стальная хватка на локте, рывок, и вот я уже снова оказалась перед столом.

— Мне нужно сопровождение на одну ночь, — процедил Ник, лениво разглядывая меня с головы до ног. В его голосе не было ни намёка на предложение, только приказ. — В присутствии красивой девушки любые переговоры идут проще, а у меня сегодня действительно важные переговоры. А ты, к счастью или к сожалению, действительно красива.

— Ничего личного. Это работа. Она хорошо оплачивается, — добавил Ник, видя, что я не спорю, не сопротивляюсь и не пытаюсь больше уйти.

Я молчала — и в этом молчании была обреченность. Всё, что хотелось — сбежать из клуба. Подальше от оглушающей музыки, липких рук и голодных взглядов. Я была готова на многое, лишь бы не возвращаться к пьяной толпе.

Поэтому я только молча кивнула, опустив глаза.

— Как скажешь.

Ник усмехнулся, и впервые за весь разговор в его глазах мелькнуло удовлетворение.

— Мне нравится твоя покорность, — произнёс он.

Мне стало не по себе.

— Только придётся тебе снять эти блядские тряпки и надеть нормальное платье. Я куплю, — добавил он, погружаясь в телефон. — Его привезут к отелю.

Я снова кивнула, чувствуя себя безмолвной рабыней и приходя в бешенство от этого чувства.

Тогда я думала, что упала на дно. Но на самом деле я только начинала падать.

Решив какие-то вопросы по телефону, Ник вернулся к своему занятию — снова застучала машинка, отсчитывая деньги, и какое-то время он делал вид, что не замечает меня. Я застыла, не двигаясь, слушая мерный щёлкающий ритм.

— Так и будешь стоять? — буркнул он спустя несколько тягостных минут обоюдного молчания.

— Да. Пока ты не прикажешь мне что-то делать, — отозвалась я с кривой улыбкой.

Ник бросил на меня взгляд — внешне спокойный, а в расширенных зрачках пылает огонь.

— Тогда иди сюда. У меня есть подходящая работа для твоих изящных ручек.

Он показал, как это делается, и оставшееся время я молча перетягивала стопки денег резинкой и складывала их в пластиковые пакеты. Работа механическая, пустая. И я погрузилась в неё, сжимая купюры с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

Ник переписывался с кем-то по телефону, мерил шагами кабинет и курил, продолжая делать вид, что меня не существует. Даже не смотрел в мою сторону.

— Отлично! Пойдём, — когда я закончила, Ник подхватил получившийся пакет с деньгами и кивнул в сторону двери. — Нам пора.

Он закрыл кабинет на ключ, и мы, вместе с Владом и другими парнями, ждавшими Ника снаружи, направились через служебный выход. На улице в ряд стояли машины, и когда я замерла, не зная, в какую из них садиться, Ник коснулся моей талии и указал на мотоцикл.

— А мы не можем…? — я снова с надеждой посмотрела в сторону машин. Возле клуба было припарковано несколько тачек, и невозможно было поверить, что хотя бы в одной из них не нашлось бы для нас места.

— Боишься ехать со мной? — усмехнулся Ник.

Это прозвучало как вызов. И я его приняла.

Едва он сел на мотоцикл, как я забралась следом, крепко прижалась к нему, обхватила руками. Теперь, прильнув к его спине, я чувствовала его всем телом — жар его кожи, напряжённые мышцы, даже биение сердца. Ник изображал равнодушие, но внутри его обуревали самые сильные эмоции. Какие? Он мог волноваться перед встречей, мог быть чем-то взбудоражен… но что-то подсказывало, что моё присутствие здесь замешано не в последнюю очередь.

Я закрыла глаза, склонила голову ему на плечо.

Ник был точно каменный — мышцы спины напряжены, руки намертво вцепились в руль. Мы неслись по дороге, набирая скорость, обгоняя не только другие машины на трассе, но и своих.

Было страшно. У нас не было шлемов, не было защиты. Только скорость и дыхание друг друга.

Я зажмурилась, крепче прижалась к нему, инстинктивно сильнее сжала бёдра. Мне казалось, что Ник хочет напугать меня, заставить кричать, но… Я чувствовала как из страха рождается желание.

Едва мотоцикл притормозил у отеля, Ник соскочил с него и тут же отошел в сторону — казалось, он хотел физически разъединиться со мной, оказаться как можно дальше, чтобы оборвать этот ток, это электричество, что молнией шарахало между ними.

— В номере для тебя все готово. Переоденься и приведи себя в порядок, — его голос прозвучал резко, почти грубо. — Тебе нужно выглядеть прилично, это не стрипуха и забегаловка, а ужин с серьезными людьми. Ты поняла?

Я кивнула, хотя внутри всё сжалось от обиды. Он не смотрел на меня. Не давал даже секунды, чтобы отдышаться, чтобы прийти в себя после этой бешеной гонки. Бросил приказ и ушел.

Позднее, в номере, я взглянула в зеркало перед тем как выйти к Нику и на мгновение застыла. Кто эта девушка? Я не узнавала себя. Длинное шелковое платье на тонких бретельках, гладкие волосы, спокойный макияж. Ни следа от той, что танцевала гоу-гоу в дешевом клубе в вызывающих шмотках.

На секунду я позволила себе мечту. Какой прекрасной была бы моя жизнь, если бы я имела возможность одеваться так всегда, а не выставлять на показ все свои прелести за гроши! Родилась бы в другой семье, в другом городе, смогла бы поступить туда, куда хотела, и учиться, вместо того, чтобы приторговать наркотой в клубе...

Другая семья, другой город, другое будущее. Но, если бы всё было иначе, я бы никогда не встретила Ника.

И от этой мысли сердце пропустило удар. Я представила, что он скажет, когда увидит меня такой, и, волнуясь, поспешила на встречу.

Ник ждал меня в коридоре у лифта. Он переоделся в строгий костюм и теперь тоже выглядел иначе — серьезный, взрослый, презентабельный. Холодный и бесконечно далекий от меня. Едва удостоил меня взглядом — быстро окинул, одобрительно кивнул, оценивая образ, и отвел глаза.