Хорошо, конечно, видеть будущее и предугадывать действия противника…

Внезапно я задумался. А как местный Чермак смог сбежать от меня? Почему предвидение не сработало? Там ведь не было никаких ограничений на магию и всё же…

Додумать мне не дал вскрик и возникшая легкость в руках.

Усилием воли я сделал плащ прозрачным и тогда причина легкости стала очевидна.

— Я, конечно, чувствовал, что меня не обманули, но… Серьёзно? — я вскинул в удивлении брови.

* * *

Чермак несколько секунд ждал пока странный человек уйдет, после чего вышел из своего убежища, которое создал под землей с помощью своей силы и осмотрелся.

Беловолосого человека с золотыми глазами нигде видно не было. Он пах схожим образом с его добычей, но всё же был человеком. А людей есть нельзя. Поэтому Чермак хотел было уже взять след и продолжить путь, как неожиданно заметил мельчайшую, размером с кедровый орешек, что, бывало, он ел от скуки, темную искорку.

Она уже почти исчезла, но не до конца. Чермак подскочил к ней и аккуратно, вкладывая волшебную силу, подул.

Действовал он на голой интуиции, поэтому в глубине души была крохотная тень сомнения.

Но спустя какое-то время, искра превратилась в пламя, из которого проявился мерцающий пугающей темнотой проход.

Несколько секунд Чермак нерешительно медлил. Внутри него, был странный голос, который был в ужасе от неизвестности перед ним.

— Как говорил отец, — неожиданно для себя, произнёс Чермак: — Не прыгай вводу, не ведая броду.

Он замотал головой, словно изгоняя что-то из неё. Нечто важное, что не даёт ему… Чермак не понимал, что с ним происходит, но чувствовал: там, в этой тьме, он сможет утолить свой голод, который только усилился после встречи с тем странным человеком.

Чермак сделал шаг и реальность резко изменилась. Зимний лес, который окружал его, теперь обратился чистым небом и под ногами…

Он вскрикнул и камнем стал падать вниз. В ушах гудел ветер, а земля неотвратимо приближалась. Внезапно падение остановилось, и он ощутил словно покачивается на волнах.

Бросив взгляд за спину, обнаружил чёрные крылья, с которые были свиты из тугих мышц его щупалец.

— Ты… жалкий… смертный… — услышал он громоподобный, сбивчивый голос сверху. — Я… хотел… переделать империю… Но теперь… Сотру даже память о ней!

Чермак поднял голову и увидел чернеющую в небесах фигуру, от которой разносился невероятный запах.

— Ты… — жадно сглатывая слюну, выдохнул Чермак, — не человек.

И только он хотел было направиться к своей добыче, что обещала утолить его Голод, как в неё вонзился клинок. Нечеловек рукой поймал стремящееся проткнуть его на сквозь золотое железо, выскочившее из шара, в который ежесекундно били тысячи разрядов молний и кроваво-красных жутких копий.

А затем, рядом с его добычей возникло зелёное облако, оно тоже пахло вкусно, но явно недостаточно для утоления его Голода.

Облако обрело черты красивой черноволосой женщины, у которой двигались волосы будто живые. В её руках что-то блеснуло, и она ударила добычу, при этом острый слух хищника уловил слова, смысл которых был очевиден: «За Сашу, мерзкий ублюдок!».

Тот удивлённо вскрикнул, а золотой клинок без труда прошил его насквозь.

Золотой шар, в котором прятался от страшных атак тот странный человек из леса, раскрылся и Чермак понял: либо сейчас, либо никогда.

Он влил все свои силы в крылья и одним невероятным рывком очутился возле добычи. Женщина с бледной кожей успела лишь удивлённо вскинуть брови, когда тысячи щупалец вонзились в тело, которое явно было обугленным.

— Наконец я утолю Голод, — прохрипел от накатившей эйфории Чермак.

* * *

— Не дай ему сожрать его! — заорал я, непонимающе пялящейся на творимое непотребство Маре, или как выяснилось, бывшей императрицы Российской, но это не важно.

Я же не стал терять времени и, влив энергии в меч, что до сих находился в теле Морфея попытался им двинуть в бок, чтобы разрубить их обоих, но тщетно. Чермак что-то такое сделал, что даже божественная сила песков не помогала.

Мара же опомнилась и тоже попыталась ударить, но щупальце толщиной с быка, ударило по богине с такой мощью, что легко пробило выставленный щит в виде болотной дымки.

— Я утолю голод! — искажённым голосом прокричал Чермак и в меня тоже полетело несколько щупалец. Но не иссиня-чёрных, как раньше, а словно светящиеся изнутри.

«Как до такого вообще дошло?» — прикрываясь плащом, задавался я риторическим вопросом я, попутно матеря Хроноса.

Конечно, я знаю как до такого дошло. Этот старый божественный интриган что-то сделал, поэтому я не смог убить в лесу Чермака. И конечно же, я не мог остаться там для его тщательного поиска, поскольку здесь остались мои люди. Вот почему он так страстно хотел, а вместе с ним и первый император, чтобы я стал властителем. Всё ради этого момента.

Вот только… что теперь мне делать?

А материться было отчего. Чермак окружил себя чёрным с бронзовыми прожилками коконом и даже мой клинок, что никогда меня не подводил, не мог оставить на его поверхности ни царапины.

Если эта тварь станет старшим богом, то это будет фиаско, самое натуральное. Стоит вспомнить чего достиг Чермак будучи обычным чудовищем, просто пожирая всё вокруг, а здесь… Мать его…

«Ваше императорское величество», — возник голос в голове Даниила.

«Как обстановка?»

«Благодаря тому, что вы вернули в строй Игнатьева и спасли Вениамина, мы побеждаем на поле боя».

«Мара поможет», — кинул я взгляд на императрицу и выразительно опустил вниз.

Та уже оправилась от удара и поняла всё без лишних слов.

«Вы уверены?»

«Да», — устало потёр я виски.

«Простите, ваше величество, у меня уже мозг кипит».

«Заканчивайте с ними. Теперь у вас есть все возможности. Объяви на поле боя. Что их предводитель уничтожен. Его поглотил демон Чермак. Многие из тех, кто сражаются сейчас на стороне Морфея должны знать это имя и что за ним стоит. Все, кто сдастся, получат помилование и возможность начать всё заново в Святом Лесу».

Несколько секунд Даниил молчал, а после произнёс:

«Всё исполню».

«Хорошо и не отвлекай меня пока»

Я внутренне скривился. Говорю так, словно знаю, как выбраться из этой… ситуации. Чёртов Хронос, чёртов первый император, этот мир и вообще… Чтобы победить старшего бога, мало быть наследником, надо быть…

Озарение. Именно так можно назвать то, что пришло мне на ум.

Хронос хочет, чтобы я стал Старшим богом времени, поскольку сам умер, а мироздание не может обходиться без него. Значит, с окончательной гибелью Хроноса, я больше не наследник Времени, а тот, кто должен стать его Властителем.

Вот же…

Я посмотрел на кокон и сплюнул. Как только я стану столпом мироздания, на меня тут же навешают ограничений, и я превращусь в того, кто может лишь точечно вмешиваться в дела смертных и, вообще, жизнь радикально изменится. Я, конечно, подозревал что этот день настанет, но не думал, что так быстро.

— Старик, — воскликнул я в пустоту неба, — ты ведь не думаешь, что я смогу склонить голову перед небесами и превратиться в жалкого божка, что только и может, что интриговать? Если так, то вы с Хроносом два дурака.

— Я и не сомневался, — рядом возник дед.

Выглядел он в точности так, как и в моём детстве: клочковатая жидкая бородка, лицо, состоящее из морщин, и мудрые, с икорками смеха в глубине, глазами. При его виде, в горле встал комок. Дедушка. Человек, которого я безмерно любил и буду любить, висел передо мной полупрозрачной тенью себя прежнего.

— Поэтому мы выбрали тебя. Ты, тот кто может изменить не только мир, но и всё сущее. Мы верим в тебя, и я так тобой горжусь, внучок. Лучшего внука и пожелать было нельзя.

Он подплыл ко мне и обнял. Я ощутил его прикосновения, тепло и любовь, что он пронёс даже сквозь смерть.

Он отстранился от меня и посмотрев в глаза сказал:

— Прости старого дурака за то, что обрёк тебя на все эти испытания. За то, что отобрал дом и семью. За всё, — его глаза намокли.

Я широко улыбнулся:

— Спасибо, что был со мной и поделился своей мудростью. Я не оплошаю.

Дед утёр слёзы и тоже улыбнулся.

— Я не знаю, как тебе стать старшим богом, но Хронос просил передать, этот невыносимый бог, всегда всё знает, и то, что твоя душа позовёт мою в этот самый момент, — он прочистил горло, и пародируя бесстрастность бога времени продолжил: — Стать старшим богом не сложно, отринь всё или же прими.

Я моргнул и несколько секунд глядел на виноватое лицо своего деда, который разводил сейчас руками, а потом засмеялся. Где-то с минуту я не мог остановиться, а когда утёр слёзы и отдышался, произнёс:

— Спасибо за то, что передал совет. А теперь мне пора.

Дед удивлённо посмотрел на меня, а я, улыбнувшись ему, переместился к кокону, в котором зарождался старший бог Чермак. Я уже точно знал, что буду делать. И нет, я не буду исполнять чужие мечты и чужие желания. У меня есть моя цель — стать самым сильным во вселенной, и я теперь точно знаю, что должен сделать, чтобы достичь её!

Коснувшись рукой шершавой поверхности, я произнёс:

— То, что ты оказался в этом мире — неизбежность. Как и наша встреча. Если я стану богом времени, то мироздание не позволит мне достичь поставленных целей, как бы я не старался. Но есть один вариант, — на этом я с силой вогнал золотой меч в поверхность кокона и надавил со всей силы. Для этого пришлось сконцентрировать всю дарованную Хроносом силу в одной точке на острие.

Существо внутри сопротивлялось, но я вливал всё больше и больше сил пока не достиг центра, где был Чермак и его жертва.

— Даже если ты поглотишь его, то это лишь временно избавит тебя от голода, — прошептал я.

— Ты не можешь этого знать, — прошептали мне в ответ.

— Я уже убивал тебя, — и с этими словами, направил ментальные образы, своих воспоминаний из клетки демонических душ. А так как менталист из меня специфический, то Чермак ощутил всю ту боль, что я причинил его телу в том измерении.

— Это действительно я… — с ужасом в голосе произнёс он.

— Сколько бы ты ни ел, всегда будет мало. Ты демон обжорства и на этом всё сказано.

— Но в этом… в нём так много силы, она кажется безграничной.

— Его источник, — сейчас я чувствовал, — временный. Он где-то занял эти силы чтобы убить меня и уничтожить империю. Ты это уже должен был понять.

Около минуты мой странный собеседник молчал, после чего всё же спросил:

— И что же делать?

— Первое — ты покинешь тело этого парня, — заявил я.

— И тогда ты убьёшь меня, — тут же сделал свои выводы Чермак. — Да и я не понимаю, что ты говоришь, — тут же добавил он, явно находясь в смятении от своей первой фразы. Видимо, он убедил себя, что является одним целым с носителем и не разделяет его и себя, но при этом всё же понимает, где-то на подсознании, что всего лишь паразит.

— Я не убью тебя. Я принесу клятву.

— Тогда что ты предлагаешь? Как утолить этот голод?

— Я приму тебя, и мы станем единым целым.

Повисла тишина, и даже пульсирующие бронзовые прожилки, перестали светится.

— И это поможет? — осторожно произнес Чермак.

— Пока не попробуем, не узнаем, — хмыкнул я и, вытащив клинок, засунул в образовавшуюся брешь руку, по самое плечо. — Клянусь, что не уничтожу тебя, когда ты освободишь тело этого человека.

— Я принимаю, — донёсся голос, а я ощутил, как в руку, потекла энергия. И было её столько, что, когда она добралась до сердца, я потерял концентрацию и свернувшись в позу эмбриона, понёсся вниз. В ушах завывал ветер, но я не обращал на это внимание. Всё моё естество сосредоточилось на одной единственной задаче — не потерять себя. Приняв Чермака, я чувствовал, как он пытается подавить мою волю и разум, а ещё всю ту мощь, что он поглотил у Морфея. Я ощущал, как сердце и источник претерпевают изменения, как мышцы становятся крепче, а волшебная энергия — плотнее.

А ещё, мне было БОЛЬНО. Настолько, что я не мог дышать, но я не терял присутствия духа и сражался. А потом, мир поглотила тьма.

Приняв Чермака, я чувствовал, как он пытается подавить мою волю и разум, а ещё, всю ту мощь, что он поглотил у Морфея. Ощущал, как сердце и источник претерпевают изменения, как мышцы становятся крепче, а волшебная энергия — плотнее.

А ещё, мне было чудовищно БОЛЬНО. Настолько, что я не мог дышать, но при этом упрямо продолжал бороться.

В некотором роде, сделка была весьма простой: я впускаю в себя Чермака, а дальше, кто победит в сражении за тело, тот и останется жить.

Для меня же победа в этом поединке не только жизнь, но и свобода, а одно без другого быть не может. Мне совсем не улыбалось стать вторым Хроносом, жить бесконечную жизнь бесправной опорой мироздания, вроде как могущественной, но с такими ограничениями, что даже смерть представляется как роскошь. Если же я поглощу Чермака, то его сила станет пожирать бесконечную энергию старшего божества и я смогу стать опорой для вселенной, но при этом не ограниченным по всем фронтам. Я не был уверен, что это сработает, но… Хронос в это верил или знал. Поэтому я не смог выследить и убить Чермака там, в кемеровской тайге. Хронос не желал мне своей судьбы и дал мне шанс.

Чертов бог времени оказался куда человечнее, чем хотел казаться. Вот же…

Я выдохнул и сначала починил боль, благо с ней у меня близкое знакомство, благодаря ментальному аспекту. После чего обратил взор внутрь себя и ясно увидел щупальце. Оно было склизким и черным, а ещё совсем небольшим, размером с мелкую рыбешку.

«Вот значит, что привязалось ко мне, что я даже не заметил. Но тогда, ты не смогло вселится в меня и нашло обычного, неодаренного носителя», — подумал я и мысленно представил как хватаю то, что осталось от Чермака.

Тварь начала извиваться, и я отчётливо осознал, что могу уничтожить её прямо здесь и сейчас.

А затем я мысленно ухмыльнулся и чуть расслабил руку. Щупальце мгновенно среагировало и впилось в ладонь, словно хищный червь из фильмов ужасов, вгрызаясь в плоть. Но боли не было, как и страха.

Через несколько секунд я ощутил, как Чермак достиг моего сердца и проник внутрь.

«Ты знаешь, — обратился я к чудовищу, что пыталось сожрать меня изнутри, — Меня назвали убийцей богов, потому что у меня оказался дар поглощать чужую магию и наносить тем самым вред даже высшим сущностям. Я как-то об этом и позабыл за всей этой суетой. Но вот сейчас…»

Я мысленно улыбнулся и представил как моя коса, что сейчас была черно-золотой, протыкает насквозь сердце вместе с щупальцем. И там, в средоточии мой силы, тварь отчаянно дернулась и впиталась в моё духовное оружие.

И в тот же миг, мой желудок кольнул голод, который мгновенно исчез под безграничным потоком божественной силы.

— Спасибо, Хронос, — произнёс я, поняв, что всё это время, на моей душе была его печать, что не давала мне стать полноценным старшим божеством мироздания со всеми вытекающими. — Всё-таки, я победил.

* * *

Анастасия видела очередной кошмар. В нём, её возлюбленный падал камнем с небес и вот-вот должен был разбиться о землю. И так оно и случилось! Вот только на месте падения, образовался кратер, словно упал не человек, а метеорит.

Анастасия подбежал к нему и села на колени. По её щекам текли слёзы. Он не дышал.

— Лёша, прошу, живи.

Внезапно, её возлюбленный, словно услышав её мольбы открыл глаза и посмотрел на неё. Только глаза были не его. В них плавала, казалось, живая, наполненная кишащими чудовищами тьма.

— Лёша, — отстранилась она, в ужасе глядя на своего мужа.

— Я… — начал он чужим, демоническим голосом.

— Что с тобой случилось? — со слезами вырвалось из неё, и она, вопреки здравому смыслу бросилась к нему на шею. Даже если, её возлюбленный стал чудовищем, она всегда будет любить его.

— Я пришёл за тобой, — раздался всё тот же жуткий голос над её ухом. — Ты готова уйти со мной?

— Всегда, — упрямо произнесла девушка, вжимаясь в его плечо.

— Но перед этим, — он прокашлялся и продолжил уже своим обычным голосом, и что-то рядом застонало. — Нужно кое-кого убить.

Девушка с удивлением отстранилась от Алексея и посмотрела в направлении звука. Там, в руке её супруга, пойманный за горло, корчился тонкий как спичка бледный мужчина в высоком цилиндре и фраке, будто какой-то модник из прошлого или дирижёр.

— Ты, мучил мою любимую, всё это время. Так что отправляйся вслед за своим хозяином! — и из ладони мужа вырвалось несколько чёрно-золотых щупалец, которые, словно пылесос втянули в себя человечка.

А затем, её муж посмотрел на неё, и его глаза стали прежними, как и выражение лица — всегда тёплое и любящее.

— Теперь всё будет хорошо.

Он поднял девушку на руки и перед ними возникли золотые высокие ворота, прямо посреди поля.

— Я верю, — она обняла его за шею и тихо заплакала.

А он гладил её по голове и что-то говорил. Что-то про то, что стал богом времени и демоном одновременно, что-то про равновесен внутри него. Что-то о бесчисленных мирах, в которые он её отведёт и всё покажет…

Она слушала и её сердце, измученное за последние месяцы стало успокаиваться. Теперь действительно, всё будет хорошо.