Последним сыном Эриды был «Орк, наказующий тех, кто солжет добровольно при клятве»[1140] («Орк», собственно, и означает «Клятва»[1141]). Орк наказывал клятвопреступников и вообще присматривал за соблюдением законности. Гесиод писал: «…Тотчас за неправым решением Орк поспешает»[1142]. Он находился в самых тесных отношениях с эриниями, которые «пестовали» его по пятым дням каждого месяца[1143].
У Орка был сын, который исполнял те же самые функции, – о нем поведала дельфийская пифия (хотя, возможно, она имела в виду самого Орка). Эту историю донес до нас Геродот.
В Спарте за три поколения до Геродота жил некий Главк, сын Эпикида, который обманом пытался присвоить деньги, оставленные ему на сохранение. Но, видимо, его терзали сомнения в том, правильно ли он поступает, потому что он отправился в Дельфы и вопросил оракул, «должен ли он присвоить деньги ложной клятвой». Возмущенная пифия ответила:
…У клятвы есть сын, хотя безымянный, безрукий
Он и безногий, но быстро настигнет тебя, покуда не вырвет
С корнем весь дом твой и род не погубит,
А доброклятвенный муж и потомство оставит благое.
Главк испугался безрукого и безногого блюстителя законности и вернул похищенные деньги. Но разгневанное божество не простило святотатца. «Не осталось теперь ни Главкова потомства, ни дома, который носил его имя в Спарте: с корнем вырван его род». Так Орк (или же его сын) карал клятвопреступников[1144].