На столе между ними стояло фарфоровое блюдо с остатками тайского карри, который заказала она. Два супа том-ям, один красный и один жёлтый карри, а к нему рис и салат из зелёных манго.

Стоял необычно тёплый октябрьский вечер, и они сидели на террасе. Оба курили. Камилла вдыхала, Карл только пыхал, как это делают некурящие, взяв сигарету. Он был некурящий.

Горная цепь прорисовывалась на тёмном небе, город мигал и сверкал, и в озере отражался нежданно-летний вечер.

Была среда, у Карла по средам проходила планёрка. У Камиллы было запланировано потом его накормить и отправиться с ним в постель. Это было ни хорошо, ни плохо. Это было всего лишь последовательно.

А оставаться последовательной всегда было для неё высшим приоритетом. Отсюда и расставание с Ноем, хотя оно далось ей очень тяжело. Если ты любишь его, но не любишь жизнь с ним, ты должна выбрать что-то одно.

Эта максима имела силу и теперь, в отношениях с Карлом: если ты хочешь вести жизнь, какую он тебе обеспечивает, ты должна нести на себе и её последствия.

Он встал, поцеловал её в лоб и с улыбкой сказал:

– Я уже пойду. Ты ведь тоже скоро придёшь?

– Я ещё немного выпью, – с улыбкой ответила она.

Так он делал всегда. Уходил первым в ванную и потом ждал её в постели. Ей это подходило. По крайней мере, это не притворялось любовью.

Она смотрела ему вслед. Он шёл по гостиной, уже снимая при этом рубашку. У него на спине она увидела тёмные параллельные полоски. Насчитала их восемь.

Царапины от ногтей.

Камилла спокойно закурила ещё одну сигарету и сделала глоток из своего бокала.

Город празднично сверкал, а с нижней террасы донёсся короткий многоголосый смех.

Стало немного свежо. Камилла загасила сигарету, прошла через гостиную к гардеробу, сняла с крючка тёмно-синий шёлковый шарф, укутала им плечи и снова вернулась к столу на террасе.

Вылила себе остатки вина из бутылки и закурила ещё одну сигарету. Она чувствовала себя так расслабленно, как с ней не было уже давно, и в согласии с самой собой. Ей было знакомо это состояние. Оно наступало, когда решение было принято. Великий покой снизошёл на неё и на всё, что её окружало.

Карл вышел на террасу. Одетый в японское кимоно, волосы ещё влажные после душа.

– Ты ещё не идёшь?

Она отрицательно помотала головой:

– Нет.

– Что-то случилось?

– Я видела твою спину.

Он молча ушёл в спальню, ненадолго исчез и потом снова вышел.

– Это с ней иногда бывает.

– И давно она вернулась?

Он посчитал в уме:

– Двенадцать дней тому назад.

Он присел к столу.

– Это непросто, понимаешь. Я не очень силён в расставаниях. Но я работаю над этим. Я не из тех, у кого есть жена и любовница. И не хочу таким быть. Это продлится какое-то время, но не очень долго, обещаю.

Камилла ничего не сказала, только смотрела на него, а потом перевела взгляд на сверкающий город у него за спиной.

– Если хочешь, я не буду с ней больше спать. Это не проблема. Для меня это ничего не значит. Окей?

Он смотрел на неё выжидательно.

Она ответила ему тихим взглядом.

– Что тебе в этом не подходит? – спросил он.

– То, что меня это не задевает. Нисколько. Это и не подходит.

Камилла допила вино, загасила сигарету в пепельнице и оставила Карла за столом.

Она собрала несколько вещей, он без слов смотрел на это.

Она упаковала свой чемоданчик на колёсиках и чмокнула Карла в щёку.

– Остальное я заберу потом.