Сколько раз я выступала перед разнообразной аудиторией? И всё равно всякий раз волнуюсь, как в первый. Перекладываю бумаги с места на место. Делаю глоток воды, считая, что моё волнение написано у меня на лбу, и каждый в зале видит и понимает, что чувствую. Но сейчас, поймав ободряющую улыбку Дениса, я вдруг расслабилась. К чему волноваться? Я знаю то, о чём буду говорить. Я писала свой доклад сама, не доверяя помощникам или Рите. Я могу с закрытыми глазами повторить любой отрывок, пояснить любой слайд, презентовать свой товар так, что желающие приобрести его выстроятся в очередь прямо за дверями конференц-зала. Я не мелкая сошка, я – глава одного из крупнейших холдингов страны. Так какого чёрта я переживаю?!

Откуда взялась вся эта смелость, я так и не поняла. Была ли это заслуга одной улыбки, или же просто пришло время перерасти свои страхи публичных выступлений – не знаю. Но доклад пролетел незаметно, с лёгкостью, и под одобрительные кивки и внимание слушателей. Отзвучали ответы на последние вопросы, затихли аплодисменты. Поблагодарив собравшихся, я вернулась на место, садясь между Ромой и Денисом. Хотелось пожать ему руку, поблагодарить за молчаливую поддержку, но я сдержалась. А вот Рома удивил. Склонился к уху, вполголоса проговорив:

– Хороший доклад. Ты сегодня превзошла саму себя.

Я собралась было удивиться, когда заметила пару направленных в нашу сторону камер. Улыбнулась и накрыла его ладонь своей, слегка пожимая.

– Спасибо.

Подняла глаза, встречаясь с ним взглядом, и тут же пожалела об этом. Прозрачно-голубые, невероятные, его глаза завораживали. И были близко. Так близко, что я видела в его зрачках своё отражение. Заставив себя отвернуться, посмотрела прямо перед собой, пытаясь успокоить бешено заколотившееся сердце. Краем глаза посмотрела на Дениса – от него исходили волны спокойной, ровной уверенности. Казалось, что он – само олицетворение покоя, тогда как Рома, хоть и сидел, расслабленно закинув ногу на ногу и откинувшись в кресле, был напряжён и натянут, как струна. Я это чувствовала, но объяснения этому поведению найти не могла.

– Наш стол третий. – Первый день конференции подходил к концу, и нас ждал торжественный ужин в ресторане отеля. Остановившись в холле со своими сотрудниками, я напомнила, куда идти и где садиться. За каждым столом будет сидеть десять человек, значит, к нам подсадят кого-то из конкурентов. Остаётся надеяться, что не из Бичем, с их директором я успела сегодня схлестнуться в коротком, но очень язвительном разговоре.

Рома уже поднялся в номер, и на короткое время мы с Денисом остались вдвоём в толпе людей.

– С экскурсией что-то сегодня не выходит, – расстроено протянул он. – Кто знал, что день будет таким насыщенным?

– Завтра я пойду на твой доклад, перед тобой выступает Рома. А потом совершенно свободна до вечера. – Я вздохнула про себя. Нет, всё-таки это тяжело – не иметь возможности просто коснуться, обнять, утонуть в его надёжных объятиях. Судя по всему, Денис думал так же, глядя на меня слишком красноречиво для рядового сотрудника.

– Увидимся за ужином. – Я с сожалением оставила его, направляясь к лифту. Он пошёл следом.

– У меня номер на восьмом этаже, – пояснил, заходя в кабинку.

– У меня тоже, – хмыкнула я. – Соседи?

Следом вошли ещё несколько человек, и к себе мы добрались в молчании, попрощавшись у дверей моего номера. Платье уже висело в шкафу, выглаженное и готовое. Я ещё ни разу не надевала его, и сейчас меня охватил детский восторг – не терпелось выгулять обновку.

Рома возился с пуговицами перед зеркалом в спальне, когда я зашла. Запонки оказались рядом, на прикроватной тумбочке, пиджак, небрежно брошенный, лежал на кровати.

– Не рано ли ты собираешься? – Я скинула туфли и распустила волосы, взъерошив их рукой.

– Договорились с Маркиным из «Фармаком» пропустить по стаканчику в баре до ужина. Он хотел обсудить со мной пару предложений.

– Ты будешь ждать меня там?

– Если хочешь. – Рома пожал плечами и потянулся к запонкам. – Или встретимся в ресторане.

– Нет, зайдём вместе. – Я потянулась было помочь, но он быстро защёлкнул их, поправив крупные золотые пластинки. – На входе будут фотографировать.

– Ну да, – слегка скривился Рома. – Тогда до встречи в баре. – Подхватив пиджак, он ушёл.

Спустя час я критическим взглядом рассматривала себя в зеркале, пытаясь понять, что именно привлекло меня в этом платье, и почему я не взяла ничего другого. Жемчужно-белый шёлк с белой же вышивкой на груди, тонкие бретельки и наполовину открытая спина – всё в нем было очаровательно и стильно. Кроме одного весомого «но» – бельё под него надевать нельзя. Промучившись десять минут, сменив все имеющиеся у меня трусики, я поняла одно – или идти без них, или надевать что-то другое. Резинка выделялась на тонком шёлке так отчётливо, что проще было только надеть бельё поверх платья – вид был бы тот же. Конечно, у меня было ещё два вечерних платья, но одно помятое, а второе выбрано специально для воскресного ужина-закрытия и сегодня выглядело бы слишком пафосно и неуместно. Глубоко вздохнув, я решительно стянула лишнюю деталь гардероба и критически осмотрела себя в отражении. Если не задумываться о том, что кроме платья на мне ничего нет, выгляжу неплохо.

В коридоре было тихо, но, пока я возилась с дверью, из соседнего номера появился Денис, чем изрядно меня напугал.

– Ты одна? – Он осмотрелся.

– Муж уже внизу. – Я повернулась, позволив себе открыто залюбоваться высокой фигурой в тёмно-синем, почти чёрном, костюме. Денис, не скрываясь, скользил по мне глазами, задержавшись на груди. Под его горячим взглядом я смутилась, подавив желание прикрыться руками.

– Ты раздеваешь меня глазами, – укоризненно качнула головой. – С таким взглядом внизу делать нечего.

– Может, не пойдём? – прошептал он хрипловатым голосом, от которого по спине мазнули мурашки.

– Ты знаешь, что здесь камеры в коридорах? – я перевела тему на более твёрдую почву. – Пойдём вниз, нас давно уже ждут.

Денис не стал спорить. Кивнул и посторонился, пропуская, хотя поначалу явно собирался предложить мне руку. Да, это действительно сложно – быть рядом, на виду у всех, под пристальным вниманием. Но самое страшное – нельзя предугадать, где именно и когда это внимание проявится.

Рому я нашла сразу, стоило спуститься с бар – он сидел за низким столиком на широком кожаном диване, неспешно потягивая виски. Напротив расположился один из топ-менеджеров «Фармаком». При моём появлении оба мужчины поднялись, а Рома даже улыбнулся, словно только и делал, что ждал меня всё это время. Поставив стакан на стол, он протянул мне руку, сплетая наши пальцы, и, кивнув Маркину, повёл к ресторану.

– Как считаешь, мы выглядим достаточно счастливой парой? – иронично прошептал Рома, продолжая улыбаться и сканировать холл оценивающим взглядом.

– Не меньше, чем обычно, – в тон ему ответила я, заметив впереди спину Дениса.

У входа в зал ресторана стояли несколько стендов, у которых фотографировались участники конференции. Переглянувшись, мы пошли к ним, с готовностью останавливаясь по просьбе журналистов. Рома приобнял меня, засунув вторую руку в карман брюк, мы мило улыбнулись. Щёлкнула камера. Ещё один фотограф, и снова вспышка. Мы поменяли позу, встав чуть ближе. Ладонь Ромы невзначай скользнула по талии, ложась на бедро, небрежно мазнула вверх-вниз, и я замерла. Покосилась на него, досадливо отмечая, как дрогнули его губы, а улыбка на глазах стала шире. Наконец фотографы переключились на следующую пару, а мы отошли в полумрак зала, привыкая к мягкому свету после вспышек.

– Интересный выбор платья, Алин, – промурлыкал Рома, продолжая держать меня за талию. Мы неспешно шли между столиков и со стороны наверняка казались воркующими голубками. От интонации его голоса, такой интимной и возбуждающей, сердце ухнуло и пропустило удар, а потом забилось быстрее. Наш столик показался впереди, избавляя от необходимости что-то отвечать. К моему разочарованию здесь уже сидел глава «Бичем Груп» – Эдуард Саванян, три его помощника и спутница – вероятнее всего, не из числа сотрудников. Денис и наши коллеги тоже успели занять свои места, и моё снова оказалось между мужем и любовником. Чувствую, ужин будет интересным и насыщенным.