Ренн поднял сигнальный флажок. Пятёрка Альдена уже разошлась на полшага, освобождая друг другу место для рывка, а возле восточных ворот стояли мои конструкты, напоминающие грубо вытесанные статуи.

Рука наставника ещё не начала движение вниз, но я пробежался пальцами по камням, отправляя первые приказы через жезл.

Оба щитовых отбросили дубины, подошли к грузовому и завели свободные руки под металлические дуги, укреплявшие его бёдра. Грузовой согнул ноги и по следующей команде щитовые одновременно выпрямились. Бронзовые оси глухо щёлкнули под чудовищной тяжестью, широкие ступни глубже вдавились в песок, а центральная конструкция поднялась на локоть над землёй. Щиты остались снаружи, сомкнувшись по сторонам от груза; между их верхними краями возвышались плечи грузового голема, чьи руки оставались свободными для защиты манекена.

По наблюдательной галерее прошёл недоверчивый шум. Кто-то сдавленно рассмеялся, видя такую конструкцию. Ученики на гелерее подались вперёд и задумались, пытаясь решить, не нарушил ли я условия ещё до сигнала.

— Грузовой должен пройти через ворота… но в условиях не сказано, что он обязан передвигаться самостоятельно, — пробормотал Ренн, даже не взглянув на меня. — Приём разрешён, господин Даллос! — объявил он уже на весь двор. — Но если несущие потеряют равновесие или грузовой коснётся земли корпусом, поражение получат все три конструкта. Падение будет засчитано всей связке независимо от состояния пластин.

Я кивнул и активировал Анализ на полную силу, впервые в реальности оценивая ситуацию, связанную с боем.

Люди не обросли подписями, над големами не появились удобные стрелки движения, но моё восприятие изменилось, стало почти таким, как при получении класса Тактика, когда все вокруг превращалось в потоки информации. Я заменил, что промежуток между щитами големов слишком широк — Делла без проблем проскочит. Оценил все деревянные настилы и синие желоба. Разрозненные сведения легли на привычки учеников, на те атаки и движения, которые они показывали мне в предыдущем бою. Я теперь знал, как может поступить (и поступит!) каждый ученик. Правда, это знание будет меняться при каждом боестолкновении, при каждой атаке, потому что люди не големы, увы, и не действуют по заложенным алгоритмам.

Фокус: 12 → 10

В эту секунду Ренн опустил сигнальный флажок.

Оба щитовых двинулись одновременно, шагая в ногу. Металлические суставы заскрипели, подошвы затопотали по настилу, и связка набрала ход. Големы шли медленнее бегущего человека, зато заметно опережали грузового, пусти я его шагать самостоятельно.

Альден разгадал замысел за два удара сердца. Пока зрители ещё обсуждали право грузового ехать на горбах других големов, Морланд успел вскарабкаться на ближайшую каменную стену, оценить сцепленные руки, свободные сочленения и щели между корпусами конструктов.

— Не останавливаем всю связку! Разделяем несущих и снимаем груз! Делла идёт сверху, Терн работает по правой опоре, Вайс связывает левую, остальные держат конструктов с шестами!

Пятёрка разошлась веером ещё до окончания последней фразы. Вайс рванул к левому щитовому, опуская плечо и закрывая лицо краем учебного щита; Терн скользнула вправо, её шест лёг вдоль предплечья; Делла направилась к низкой стене, от которой могла выйти на верхний настил. Альден и копейщик остались возле центра, готовые усилить первую удачную атаку.

По песку забарабанили ноги, и разница между людьми и конструктами снова стала видна без всяких характеристик. Группа лицеистов была сработана, ребята двигались легко и быстро, неосознанно перестраиваясь для защиты друг друга на полном ходу, тогда как моим великанам требовался отдельный приказ даже для своевременного поворота головы.

Я надавил вниманием на зелёный камень и продавил упругое сопротивление управляющего контура, переключаясь на левого ходового. Меня накрыло валом чужих ощущений, под которыми я потерялся бы с непривычки, если бы не использовал Метку. Стоило мне активировать навык, как связь углубилась и наполнилась чужими ощущениями. Положение массивного тела пришло через натяжение тяг, давление широких стоп на камень и тяжесть шеста в деревянных пальцах. Собственные глаза продолжали видеть двор сверху, но к зрению добавилось ощущение чужого равновесия. Я не переселился в тело голема и не покинул площадку, скорее в ладонь будто легли невидимые поводья, или (что привычнее для меня-землянина) — навороченный джойстик.

Поведение голема едва заметно изменилось: конструкт точнее поставил наружную стопу, стал двигаться плавнее. Он не стал легче, сильнее или проворнее, но из движения исчезли лишние остановки и угловатость, неизбежная для стандартной схемы. Вайс рассчитывал проскочить между защитником и щитовым, но я закрыл этот путь за мгновение до его рывка. Древко голема опустилось поперёк пути, наконечник прошёл возле груди. Ученик шарахнулся назад, избегая удара.

Я отпустил прямое управление и ходовой вернулся к приказу держать противников у фланга. Метка в то же мгновение перескочила на белый камень.

Терн обманула правого защитника первым движением. Девушка показала атаку по колену, вынудила голема опустить шест, затем развернула оружие вдоль тела и рванулась к несущему.

В обычном состоянии голем успел бы заметить смену цели после двух ударов по сочленению, но прямая связь открылась на середине её выпада.

Я заставил конструкт сделать дополнительный шаг, укоротил хват и направил древко не в широкий удар, а в короткий толчок. Терн успела подставить предплечье и повернуть корпус, принимая движение вскользь, но её все равно отбросило к каменной перегородке. Девушка врезалась спиной в стену, оттолкнулась и вернулась в стойку без падения. По её шесту уже ползла светлая нить. Тонкая боевая вязь плелась из ее внутреннего резерва прямо среди ударов.

Слева Вайс достал несущего. Учебный клинок скользнул вдоль щита, ударил в зачётную пластину под плечом. Копейщик тут же ткнул левого ходового в бок, вынуждая его отвернуть оружие от Вайса. Терн снова пошла к правой опоре, а Делла тем временем уже достигла верхнего настила.

Всё происходило одновременно, но Анализ не требовал удерживать каждую деталь с одинаковой ясностью. Он гасил движения, которые не влияли на ближайшие мгновения. Вайс успевал провести ещё один удар, а до третьего его перекрывал ходовой. Терн выбили с удобной линии, светлая вязь на её оружии ещё не замкнулась. Копейщик не мог достать грузового из-за щита.

Главная опасность находилась сверху.

Делла взлетела на стену, коснулась края ладонью и без остановки перенесла тело на настил. Три шага прозвучали короткой дробью. Девушка оттолкнулась от последней доски, пролетела над шестом правого защитника и раскрылась в воздухе, протягивая руку к ремню манекена. На высоте она двигалась с пугающей уверенностью, будто каждый день прыгала на спины многосоткилограммовых машин, которые могли одним ударом переломать ей ноги.

Метка уже лежала на грузовом. Переключение потребовало усилия, но нужное движение уже было подготовлено Анализом: освободить левую руку, повернуть плечо, принять летящее тело на предплечье, сохранить ремни натянутыми и не нанести настоящую травму.

Прямой контроль открылся, когда пальцы Деллы коснулись кожи.

Грузовой голем ожил у неё под руками. Широкая ладонь закрыла пряжку, предплечье прошло под животом девушки, а плечо довернулось вслед за прыжком. Голем не ударил и не стиснул пальцы: он (я) подхватил Деллу, сохранил её движение и перебросил через левый щит. Девушка перевернулась в воздухе, коснулась земли носками, опустила пятки и ушла перекатом от удара шеста. Пыль взметнулась до пояса, тёмная коса хлестнула по спине, однако уже через миг Делла стояла на ногах.

Над двором прокатился первый настоящий возглас. Я не разобрал ни слова: связь с грузовым оставила во рту металлический привкус, а под левым глазом коротко дёрнулась мышца. Для зрителей голем внезапно проявил неожиданную ловкость. Для меня поворот его плеча прошёл через сознание тяжёлой деревянной волной, и следом пришлось проверить четыре последних приказа, пока исполнители не успели разойтись в разные стороны.

Анализ тут же перестроил схему предстоящих действий. Альден заметил скорость переключения и уже откажется от одиночных атак. Взгляд Морланда остановился на левом щитовом, получившем зачётное попадание, затем скользнул к Делле. Теперь он скорее всего решит стянуть людей на один участок, чтобы вынудить меня войти в прямую связь и вместе с тем ударит с другой стороны.

Я заранее велел правому ходовому перейти за связку и закрыть Делле обратный путь. Левый получил приказ следовать рядом с «повреждённым» щитовым и защищать его. Оба щитовых продолжали тащить грузового к средней горловине «ущелья». Команды были грубыми, но каждому болвану я раздал действия, которое он мог выполнять без моего внимания.

— Вся пятёрка смещается влево, несущего снимаем вместе! — приказал Альден.

Четверка двинулась на повреждённого щитового. Делла тоже побежала следом, однако её взгляд то и дело останавливался на грузовом, а расстояние до остальных медленно росло. Она собиралась атаковать справа, когда я увязну в управлении левым флангом. Логика была верной и против обычного владельца жезла наверняка сработала бы.

Я не стал удерживать щитового голема на месте. Обоим несущим ушла новая последовательность: повернуть связку вправо вокруг поднятого грузового. Правый ускорился, левый сделал короткий шаг назад, и три сцепленных корпуса начали разворот. Альден готовился атаковать одну опору, но перед ним двинулась стена из двух щитов, металла и дерева общей массой под две тонны. Верхушка сооружения накренилась, крепления манекена натянулись, ступни несущих заскребли по песку.

Вайс понял опасность первым и крикнул, не оборачиваясь:

— Всем назад, связка пошла в разворот!

Предупреждение опоздало на один шаг. Я перехватил управление правым щитовым. Деревянное тело отозвалось вязко; наружная нога ушла шире, колено приняло нагрузку, щит довернулся под нужным углом. Скорость выросла едва заметно, зато люди уже начали атаку и не располагали временем для нового построения.

Щит встретил Вайса краем. Юноша подставил собственный щит, развернул плечо и выдержал первый толчок. Под подошвами взорвался песок, по рукам прошла дрожь, но он не упал. Затем в движение пришла масса грузового и второго несущего. Вайс отступил на шаг, на второй, столкнулся спиной с копейщиком и увёл его за перегородку, спасая от края деревянной стены.

Обычного человека вынесло бы из прохода вместе с оружием. Лицеист удержал щит и на отходе ещё успел полоснуть по пластине несущего. Два удара из трех: еще один, и голем выйдет из строя.

Терн прыгнула в сторону, прижала оружие к груди и перекатилась под шестом. Светлая вязь на древке замкнулась; её следующий удар будет ужасающей силы.

Альден выбрал иной путь. Вместо отхода Морланд пригнулся под нижним краем щита, скользнул внутрь разворачивающегося построения и оказался под грузовым големом. Там не хватало места для полного замаха, зато один рывок вверх позволит добраться до ремней.

Анализ не предсказал этот ход. Он учитывал разумные решения, а это было полнейшим безумием: если тяжеленная конструкция случайно наступит на тебя, то лечить будет нечего. Но Морланд всё равно сделал это, не гнушаясь риска. Арка однозначно предложит ему путь Командира.

Я разорвал связь со щитовым и бросил Метку на грузового. Тело Корбина не привыкло ни к такой плотности работы, ни к нескольким переключениям подряд. Сердце билось ровно, поскольку я стоял на площадке и не сделал ни шага, однако пальцы на бронзовой рукояти уже побелели, а по шее стекала холодная капля. За глазами возникло острое давление, будто в виски медленно вкручивали два раскаленных винта.

Запас Фокуса снизился уже до семи. Зато прямое управление позволило схватить Альдена за одежду до того, как он сориентируется, что емму делать и выкинуть из построения, как нашкодившего кота.

Именно в этот момент атаковала Делла. Девушка приблизилась к ходовому голему с шестом, вынудила нанести удар и прыгнула вперед, используя оружие противника как ступень. Стандартная схема не понимала, что человек может наступить на средство защиты, и на секунду голем завис, продолжая удерживать шест в удобном для девушки положении.

Времени на аккуратное переключение не осталось. Метка сорвалась с грузового, ударила в белый камень, и прямая связь открылась резким рывком.

В висках отозвалась тупая боль. Я заставил голема дернуть шест на себя и одновременно развернул верхнюю часть корпуса. Опора ушла из-под ноги Деллы в середине толчка. Девушка прыгнула раньше, потеряла высоту и не дотянулась до плеча грузового. Пальцы поймали верхнюю доску ограждения бокового настила; тело качнулось над землёй, сапоги ударили по стойке. Пока она подтягивалась, связка прошла ещё три огромных шага, оставив разведчицу за спиной.

Я выиграл несколько мгновений, но лишился левого фланга. Терн воспользовалась тем, что прямое управление ушло к соседнему голему, и дважды ударила зелёного ходового по пластине. Первый выпад пришёл снизу, второй она провела обратным концом шеста после вращения, а копейщик закрыл её от дубины щитового. Когда связь с белым камнем оборвалась, Терн уже наносила третий зачётный удар. Светлая вязь вспыхнула на дереве, синяя пластина погасла, и ходовой замер поперёк прохода с поднятым оружием.

Вайс в то же время бежал к щитовому: следующий точный удар по пластине должен отключить и эту конструкцию.

Один голем был потерян, второму оставался последний удар по зачетному знаку.

Делла снова забиралась на высоту. Зато грузовой находился уже за серединой двора, а люди рассыпались по обе стороны связки и перестали поддерживать друг друга.

Я отпустил прямой контроль и развернул Анализ на всю схему. От боли мир дрожал по краям, но люди снова перестали быть пятью отдельными противниками, каждый занял место в схеме.

Я велел несущим опустить грузового. Щитовые синхронно согнули колени, деревянные пальцы отпустили металлические дуги. Ступни грузового с тяжёлым ударом коснулись настила, и он выпрямился, сохранив манекен за спиной.

Правому щитовому я тут же велел сопровождать носильщика и закрывать его слева, повреждённому — удерживать центральный проход. Скорость грузового теперь снижалась, зато ослабленная опора уже не могла погубить одним неверным шагом сразу три конструкта.

Вайс ожидал, что ослабленный голем станет отходить рядом с грузовым. Вместо этого щитовой пошёл ему навстречу. Юноша принял столкновение, провернул клинок и нанёс четвёртый удар. Пластина погасла, приводы остановились, а массивный корпус замер под наклоном, упираясь щитом в край перегородки, рядом с выведенным из строя ходовым. Их стоящие рядом тела запечатали центральный проход.

Вайс ударил плечом в щит голема, Терн попыталась протиснуться между корпусами, но выключенные големы не уступали ни ладони пространства. Чтобы вернуться в бой, обоим требовалось либо перелезать через големов, либо уходить обратно и возвращаться через боковые коридоры. Но если перелезать, их может поджидать ходовой с щитом наперевес, а стоя на покатых плечах голема, много не навоюешь.

Текущий запас Фокуса снизился до 5/14. Боль из висков растеклась по затылку и стала тяжёлой, вязкой. Галерея сузилась до серой полосы над двором, голоса слились с ветром, рукоять жезла давила в ладонь. Я чувствовал каждое переключение ещё до касания камня: зелёного уже не было, красный тоже погас, чёрный двигался медленно, жёлтый держался слева от него, а белый прикрывал справа. У меня осталось три точки и три действующих приказа, а западная черта находилась в двадцати шагах.

Я почти сделал это!

Альден уже занял место в воротах у западной черты. Копейщик встал справа от него, опустив оружие к ногам грузового. Делла бежала по верхнему настилу; её тень скользила по серым плитам впереди. Терн и Вайс были отрезаны (все-таки решили обходить), но боковые коридоры задержат таких людей ненадолго. Численное преимущество оставалось у пятёрки, (все-таки здесь не настоящий бой и калечить свою будущую команду я не желал, и почти не атаковал людей). Любой из них пересёк бы оставшиеся двадцать шагов за время, пока грузовой сделает двенадцать. У меня сохранились три неуклюжих исполнителя и пять единиц Фокуса.

И всё же поле пока принадлежало мне.

Альден не мог оставить ворота, иначе грузовой войдёт в них без сопротивления. Делла должна была атаковать сверху: на земле щит закрывал левый фланг оставшейся тройки, шест — правый. Копейщику требовалось отвлечь или связать боем ходового, открывая путь Морланду. Вайс и Терн появятся из южного коридора, поскольку северный длиннее. Если пятёрка выберет иные действия, она просто подарит мне победу.

Копейщик сорвался с места. Он шёл низко, прикрывая лицо локтем, наконечник его оружия метил в правое колено грузового. Ходовой начал стандартный замах, и Альден двинулся одновременно с ним: Морланд ждал именно этого ответа. Он вошёл с другой стороны, собираясь проскочить за спиной защитника в миг, когда длинный шест уйдёт к копейщику.

Я продавил белый камень и изменил движение прямым управлением. Ходовой не завершил удар. Деревянные пальцы отпустили древко одной рукой, вторая перехватила его ближе к середине, а корпус развернулся вслед за Альденом. Короткое движение не входило ни в одну основную команду. Окованный войлоком конец шеста врезался в зачетную накладку на груди Морланда; защитный контур мужчины вспыхнул оранжевым, засчитывая условное ранение.

Сильный, но легкий Альден от удара отлетел в сторону. Пока он поднимался, щитовой прошёл мимо, закрыл грузового от копейщика и вытеснил его к внешнему столбу ворот.

Люди двигались невероятно быстро, я успевал опередить их лишь потому, что Анализ уже подготовил мне путь до начала атаки. Однако за каждое переключение на голема под Меткой приходилось расплачиваться болью.

Делла разогналась по доскам настила, наступила на верхнюю перекладину и взлетела над щитом. Я уже знал, куда она целится. За спиной развевалась тёмная коса, учебный клинок лежал вдоль предплечья, свободная рука была вытянута к ремню манекена. Внизу Альден и копейщик связали двух защитников; из бокового прохода доносились дробные шаги Вайса. Делле не требовалось победить грузового. Достаточно было зацепиться за его спину, перерезать или расстегнуть ремень и позволить манекену упасть на землю.

Метка перешла на чёрный камень. Управляющий контур сопротивлялся, будто между сознанием и големом вставили туго натянутую кожу, но я уже не мог отступить или сэкономить: сейчас решалась моя репутация, мое место в будущей группе и доступ к Земле в составе группы исследователей от Вейров и Даллосов.

Я собрал остатки внимания и надавил сильнее. Зрение сузилось, края двора потемнели, в ушах появился низкий гул, но к голему я прорвался.

Грузовой сократил шаг и резко опустил центр тяжести. Правая ступня ушла в сторону, плечи довернулись к летящей девушке, одна рука закрыла ремни. Делла рассчитывала поставить обе ноги на металлическую дугу у основания шеи, но точка опоры ушла в сторону под её ногами. Носок сапога коснулся края, скользнул по полированной накладке, и девушка повисла на одном ремне. Клинок уже шёл к пряжке.

Ещё одно движение — и она забрала бы манекен.

Я поднял руку грузового и провел ладонью вдоль спины. Девушка успела полоснуть клинком по верхнему ремню, кожа разошлась до половины, пряжка звякнула, манекен качнулся. А потом предплечье грузового задело её бедро и сорвало опору. Делла отпустила повреждённый ремень, перевернулась боком и ушла в сторону, чтобы не упасть между ногами голема, где ее могли растоптать в кашу: в отличие от Альдена, девушка не была склонна к безумному риску.

Прямая связь оборвалась, возвращая мне собственное тело.

Мир встретил меня белой вспышкой боли. На миг я перестал чувствовать пальцы, но жезл удержала прошедшая по руке судорога.

Перед глазами плавали тёмные круги, почти затмевая происходящее на площадке, но все еще работающий Анализ мгновенно собрал из двигающихся пятен людей и големов. Грузовой находился в трёх шагах от черты, щитовой уже был в воротах, ходовой отступал перед Альденом и копейщиком.

С южного прохода выбежали Терн и Вайс.

Щитовой первым пересёк западную линию. Его пластина продолжала гореть синим, широкая спина закрыла половину ворот. Грузовой сделал следующий шаг. Повреждённый ремень натянулся, манекен сполз ниже, однако удержался. Альден бросился к нему, копейщик зашёл справа. Белый ходовой исполнял старый приказ — защищать груз — и отгонял их шестом, отступая следом.

Терн поняла, что не успевает добежать, но девушка мало того, что не сбавила шаг, она наоборот подняла оружие и стянула к ладоням уже подготовленную вязь. Светлые нити обвили древко, налились силой. Вокруг края шеста нити свернулись тугой прозрачной петлёй.

Терн закончила заклинание на бегу, а затем метнула шест через весь проход.

Оружие пошло не по прямой. Воздушная петля довернула его, направляя за щит, к синей пластине грузового. Если удар попадёт, первое кольцо само по себе не остановит носильщика, но толчок собьёт шаг, Альден достанет ремень, а Вайс через миг окажется возле ворот.

Но последний ходовой шагнул поперёк пути и принял удар на корпус. Усиленный шест врезался в зачётную пластину, светлые нити лопнули, по двору прокатился сухой треск. На груди конструкта вспыхнуло первое кольцо. Голема качнуло, левая стопа сдвинулась до самой черты, но он удержался.

Грузовой пересёк западную линию. Условия требовали вывести ещё одну действующую конструкцию. Щитовой уже находился за воротами, грузовой прошёл следом, а голем с шестом оставался на поле. До линии ему было три-четыре шага, но на него наступали Альден и копейщик, слева приближался Вайс, а Терн уже тянулась к поясу, на котором висел клинок. Делла поднялась возле столба и, тяжело дыша, снова искала путь к манекену. Пять людей не прекращали бой даже после сорванной главной атаки; каждый без приказа выбрал действие, способное отнять у меня победу.

Я перехватил контроль над ходовым и скомандовал ему отступать. Альден ударил по древку здоровой рукой, копейщик подсёк правую стопу. Конструкт качнулся, опёрся концом шеста в землю и сохранил равновесие.

Вайс влетел в проход, его клинок сверкнул возле пластины… но щитовой, уже пересёкший линию, вернулся на шаг, вытянул свободную руку и на миг закрыл товарища! Удар пришёлся в деревянные пальцы, и голем успел переставить ногу назад, пересекая черту.

Ренн резко поднял сигнальный флажок над головой.

Я успел провести грузового голема и двух его защитников, сохранив пару единиц Фокуса. И, несмотря на то, что я почти ничего не видел, несмотря на ужасную боль в висках, я победил.