Глава 1.

* Вера *

Когда я пришла в себя, не стала сразу открывать глаза. Мне потребовалось время, чтобы просто вспомнить, что случилось, затем я почувствовала, что у меня связаны руки, причём очень неудобно — за спиной.

Я всё так же находилась в экипаже, и он двигался — это всё, что мне удалось понять в первые пару минут пробуждения. Значит, это всё-таки похищение. Но я жива, не ранена — и это уже неплохо. Правда, симптомы аллергии так и не прошли до конца, а добраться до аптеки я не успела — поэтому, ко всему прочему, мне невыносимо жгло веки, уши чесались, а нос был забит так, что я едва могла дышать.

Так что мне очень хотелось изменить положение тела, потереть зудящие места, а лучше умыться ещё раз, но я держалась, чтобы немного выждать — вдруг те, кто меня похитил, начнут говорить. А то, что в наглухо закрытой коляске я находилась не одна, было очевидно. Повозку наполнял весьма острый мужской запах — незнакомый, какой-то слишком душный и пряный, будто не из этих мест. Так пахнут специи или надушенная восточными духами кожа. В общем, амбре мне не нравилось.

— Ты не слишком сильно её усыпил? — наконец заговорил кто-то. И голос я узнала, только не сразу смогла вспомнить, где его слышала.

— Да нет! Дышит ведь!

В памяти чётко всплыл момент, когда я, выйдя из школы, где обсудила с директором кандидатуру на роль учителя для Рикарда, села в свой экипаж — совершенно спокойно, не почуяв никакого подвоха. Кучер и лакей сидели на козлах — я заметила их привычную одежду, поэтому ничего меня не насторожило. Повозка тронулась и даже поехала нужным мне маршрутом, а затем вдруг свернула явно не туда.

— Мне нужно к доктору Нэппу! — напомнила я кучеру, слегка высунувшись в окно.

Но тот не отреагировал, а ещё через минуту экипаж остановился в узком промежутке между домами — так, что я не смогла бы открыть дверцу с той стороны, где сидела. Зато через другую в коляску проворно прошмыгнул мужчина в одежде моего лакея и, прежде чем я успела что-то предпринять, навалился на меня, зажав мне лицо платком, смоченным чем-то удушливым.

Я пыталась вырваться, конечно, но моих сил не хватило, разум поплыл, а вскоре и вовсе отключился.

И вот теперь я лежала на боку на сиденье. Меня ощутимо подбрасывало, когда колёса коляски подскакивали на колдобинах, и мою голову постепенно заливал ужас: меня везут неизвестно куда! Неизвестно зачем! А если меня убьют, Рикард останется один! Рикард!

Мысль о сыне заставила меня вздрогнуть — я резко распахнула глаза, и это сразу заметили мужчины, которые сидели напротив. Одного я знала точно — тот самый Вигго Квирк, который встретился мне в госпитале. Второй — явно его дружок с такой же бандитской мордой. Он всё ещё оставался в сюртуке лакея, будто тот ему понравился.

— О! — обрадовался Вигго. — Леди Лакленд! Как хорошо, что вы очнулись. А то я уже начал было волноваться, что этот недоумок успел вам навредить.

Я выслушала его, а затем резко вскочила с места и бросилась к окну. Высунулась в него и крикнула:

— Помогите!

И лишь тогда увидела, что никто не сможет мне помочь: поблизости нет не только людей, но и вообще человеческого жилья — только сплошное поле с редкими островками леса.

А в следующую секунду меня поймали за плечи и дёрнули назад.

— Ну что же вы! Как так можно! — притворно посетовал Вигго. — Хотите вывалиться из коляски? Нехорошо будет: ушибётесь, поцарапаетесь, а то ещё чего похуже! Такая красивая женщина должна себя беречь! Тем более помочь вам всё равно некому.

Он усадил меня обратно и задвинул шторку на окне. Сразу стало душно. А ещё страшно захотелось пить.

— Что вам от меня нужно? — спросила я, подёргав верёвку, что стягивала мои запястья. Надёжно! — Зерион должен вам денег? Вряд ли он вернётся сюда, даже если узнает, что вы меня похитили.

— Думаете, вы настолько не важны для собственного мужа? — кажется, слегка удивился Вигго. — Но, знаете, дело не в деньгах, а в гораздо более ценном предмете. Ваш муж украл его у моего народа. А ведь мы потратили на поиски так много лет! Может быть, вы всё-таки дороже для вашего супруга, чем эта ничего не значащая для него побрякушка? Он вдруг перестанет скрываться и выйдет на свет — тогда мы всё решим. А может быть... вы расскажете нам, где лорд Лакленд прячет артефакт? Тогда я сразу же вас отпущу.

— Я ничего не знаю! — сразу пришёл ответ.

И это было чистейшей правдой. Муж никогда не посвящал меня в свои дела, я знала лишь кое-что об управлении поместьем, а чем уж он занимался в другое время — только ему было известно.

— Разумеется! — покивал Вигго. — Конечно, жёны никогда ничего не знают, не видят и не слышат — правда, только когда им это удобно, верно? А если копнуть глубже, вскрывается такое…

Они с приятелем саркастично рассмеялись. Может, я и нетипичная жена, но действительно старалась не лезть в дела мужа, если он меня об этом не просил — мне и без того хватало хлопот.

— Вы хоть скажите, как выглядит ваш артефакт, — фыркнула я в ответ на их насмешки. — Как я могу знать, видела его или нет, если не знаю, что это?

Несколько секунд Вигго пристально смотрел на меня, будто пытался понять, издеваюсь я или нет, а затем внезапно снизошёл:

— Это золотое ожерелье сложного плетения с мелкими агатами и одним овальным по центру. Вы слышали о хамадидах? — он смолк, ожидая, что я вспомню.

Но я лишь пожала плечами. Мои знания об этом мире хоть значительно разрослись за десять лет, но были далеко не полными. О хамадидах я никогда не слышала и даже не встречала их упоминание в книгах.

— К сожалению, нет. Это какой-то народ? — уточнила я осторожно.

Неловко было бы показать явное невежество — странно даже. Чего, казалось бы, мне стесняться перед этими бандитами?

— Вы почти угадали, — вовсе не обиделся Вигго. — И я ни за что не поверю, что вы никогда не видели хамадидских украшений. Они бывают весьма популярны, особенно на востоке империи.

Я снова покачала головой. Скорее, матушка Зериона могла что-то знать об этом. Я же ювелирным искусством малых народов империи не интересовалась.

— К сожалению, нет… — вздохнула.

И внезапно главарь решил провести мне небольшой ликбез.

— Ожерелье Змеиной Крови — это вершина ювелирного искусства хамадидов. Оно было утеряно моим племенем много лет назад. И только какой-то насмешкой Пращура оказалось у Зериона Лакленда. Скажите ещё, что вы не знали, что он приторговывал разными ценными вещицами?

Пожалуй, так я скоро перестану удивляться новостям о жизни Зериона.

— Если бы я увидела подобное ожерелье, то наверняка запомнила бы его, — не стала отвечать прямо.

— Муж дарил вам драгоценности? — вдруг спросил Вигго.

— Дарил, но не так часто, как вам может показаться, и не настолько экзотические, — я снова поёрзала. Очень хотелось почесать глаза, они уже начали слезиться, а из носа потекло.

— Ну и дурак ваш муж, — хмыкнул главарь. — Такую женщину нужно заваливать драгоценностями, холить и преклоняться. Может, ваш новый хозяин оценит вас по достоинству и отнесётся к вам так, как подобает…

Это он о ком? Я нахмурилась. Ну, не называет же он моим “хозяином ” Илидана? Ещё чего не хватало! Хотя кто знает этих… хамадидов, что творится у них в головах и какое у них отношение к женщинам. Теперь мне стало чуть понятнее, отчего у Вигго такая своеобразная внешность. Он отличался от местных мужчин, будто прибыл издалека.

— У меня нет хозяев. Я вам не питомец, — напомнила я ему на всякий случай. Пусть не забывается.

— Это пока нет, — он состроил загадочное выражение лица и воздел глаза к потолку коляски. — Но если вы не поможете нам или ваш муж не объявится в самое ближайшее время, я найду, куда применить вашу красоту. За женщину с платиновыми волосами и белой кожей мне дают много золота. У меня есть несколько знакомых, которые любят таких, как вы.

— Что? — я вжалась в спинку кресла. — Да вы даже не успеете далеко уехать, как лорд Стоунхард вас найдёт. На что вы вообще надеетесь?

— Лорд Стоунхард? — переспросил Вигго. — Это Хранитель Каменного Раскола? Как интересно… С чего вы взяли, что он будет гоняться за вами? Разве у него мало забот? Я сталкивался с падшими — это крайне мерзкие и зловредные твари. Уверяю вас, они займут всё его время.

Я постаралась не показать вида, но действительно задумалась — а нужно ли Илидану меня искать? Станет ли он? Кажется, у него и правда слишком много проблем сейчас. Разумеется, он сделает вид, что ищет, но вряд ли я настолько нужна ему, чтобы перевернуть мир.

От этой мысли стало нехорошо. Тогда, десять лет назад, я была уверена в его чувствах ко мне. А теперь ему предстоит новый призыв — может, он даже рад будет лишиться проблемы в моём лице.

Однако я отбросила самоуничижительные мысли, выпрямила спину и заявила:

— Вам просто следует уяснить, что с ним лучше не связываться.

Хотя бы в этом я была уверена.

— Ну, раз вы настолько для него важны, может, он сумеет нам помочь? — совершенно не растерялся Вигго. — Я отправлю ему письмо. Вы не думайте, я не собираюсь вам вредить. Если только вы не собираетесь совершить какую-то глупость вроде побега или попытки меня убить, разумеется. И как только нам передадут ожерелье, я тотчас верну вас тому, кто это сделает. Мне без разницы, будет это ваш муж или лорд Стоунхард. Главное — результат, верно?

— Он тем более ничего не знает о ваших племенных артефактах! — заметила я.

— В его распоряжении куча всадников, — возразил главарь. — Они могут перевернуть каждый камень в поисках ожерелья. У него есть связи. Так что я даже благодарен вам за наводку — думаю, именно он окажется для нас наиболее полезным. Кстати, хотите пить? Смотрю, вам нехорошо…

Разумеется, мне было нехорошо! Симптомы аллергии хоть и ослабли с утра, но продолжали меня мучить — сейчас я буквально мечтала о каком-нибудь местном противоаллергическом средстве. Хотя бы о самом слабеньком. Но, выслушав Вигго, я отвернулась, ничего не ответив, хотя пить мне, конечно, тоже хотелось, и очень сильно. Но мало ли что они подсунут мне вместе с питьём. Не хотелось бы после проваляться в беспамятстве несколько дней.

Тем временем Вигго вынул из сумки флягу и сам отпил из неё.

— Не бойтесь, там ничего нет, кроме воды, — протянул её мне.

Я поморщилась, опустив взгляд на горлышко, которого только что касались его губы.

— О, понимаю! — усмехнулся он и протёр его платком. — Пейте-пейте! Ехать нам далеко.

За окном и правда уже темнело. Неужели Илидан, если узнал и начал меня искать, не догнал бы нас за столько часов? Мне он казался почти всемогущим. Он алаит, в конце концов!

Моё положение стало казаться мне чуть более безнадёжным, чем пару минут назад. Я всё-таки отпила из фляжки — силы мне понадобятся, потому что выбираться придётся самой. Нечего ждать помощи. Этот Вигго явно знает, что он делает, иначе не был бы так спокоен.

* * *

* Илидан *

— Как они выглядели? Те, кто подошёл к вам перед похищением Веры? — я осмотрелся на том месте, где днём стояла коляска, в которой её и увезли.

След магии Веры ещё был здесь, но слишком слабый и раздробленный — пока я не мог понять, куда он ведёт. Я зашёл и в школу тоже — но и там он сохранился не лучше. Прошло слишком много времени — несколько часов! Даже Грохот не давал мне подсказок.

Кучер и лакей, которых пришлось везти обратно в Эшвуд на драконах, что ввело их в лёгкий ступор, задумались, припоминая.

— Они не походили на местных, — наконец ответил Гамс. — Скорее они были из тех работников, которые порой приезжают в города с востока.

— Да! — подтвердил Роул. — Я видал таких раньше, ещё когда работал в другом доме. У них кожа темнее, глаза самых разных цветов и одежда отличается от местной. Говорят, они ещё приходят из пустыни возле Огненного Раскола, когда у них настают трудные времена.

— Хамадиды? — предположил я.

В пустынях Огненного Раскола живёт немало мелких племён, но это — самое многочисленное и развитое. Слышал, до того, как неподалёку от Раскола построили гарнизон, они полностью властвовали в тех землях и даже научились использовать его магию в своих целях.

— Они, точно! — обрадовался кучер.

Хамадиды действительно встречались в самых крупных городах, они были искусными кузнецами и ремесленниками. Их порой нанимали для личной охраны. Я даже встречал их при императорском дворе. Но вот знакомых среди них у меня не было. Характерно, что они не умели взаимодействовать с драконами, поэтому и всадников из них не получалось.

Нужно расспросить о них тех, кто постоянно живёт в Эшвуде, — они могут что-то знать. Например, лекарь Нэпп, который должен был прибыть в гарнизон вместе с Верой, но задержался. Лекари вообще знают зачастую гораздо больше других — через них проходит множество самых разных людей, им приносят сплетни. Отлично!

Но для начала я всё-таки решил облететь окрестности Эшвуда — может, мне удастся что-то почувствовать или заметить знакомую коляску на ведущих из города дорогах.

— Возвращайтесь в замок, — обратился я к всадникам, которые сопровождали меня в город. — Но прежде загляните к лекарю Нэппу. Роул, ты же знаешь, где он живёт? И где находится госпиталь, в котором он работает?

— Конечно! — выпятил грудь кучер. — Мы не раз туда ездили с леди Лакленд!

— Если он ещё здесь, отвезите его в гарнизон. Я поговорю с ним, если ничего не найду.

Мне оставалось надеяться, что с Верой не случилось ничего хуже похищения. И что те, кто это сделал, хоть как-то дадут понять, что им нужно. Интуиция подсказывала, что это связано с её мужем — как мне уже удалось узнать из документов, которые хранились в его кабинете, человеком он был непростым и зарабатывал порой на не самых чистых делах. Перепродажа ценностей, махинации с рентой — и это самое малое, что я смог понять из кратких заметок на случайных листах. Основные записи хранились не в замке. И как бы мне не пришлось выяснять, где именно.

К сожалению, облёт всех окрестностей Эшвуда и даже больше того ничего не дал. Слабые обрывки магии Веры окончательно растворились в общем фоне, смешались с другими, и я даже не смог точно определить, в какую сторону её увезли.

Также я покружил над городом в надежде на то, что её всё-таки оставили здесь и след как-то проявится. Но уже начало темнеть, а ни одной зацепки не нашлось.

Пришлось возвращаться в замок. Оказалось, лекарь Бертран Нэпп приехал в гарнизон сам — чуть позже того, как я улетел в Эшвуд. Ему уже выделили комнату, которую Вера определила заранее, и он даже успел немного обустроиться.

— Лорд Стоунхард… — весьма почтительно кивнул он мне, войдя в кабинет. — Рад с вами познакомиться и рад служить для защиты гарнизона!

— Благодарю, вард Нэпп, — ответил я вежливостью. — Но, к сожалению, спокойно приступить к службе не получится. У нас случилась огромная неприятность.

— Да, я слышал. Мы с леди Лакленд договорились, что она поможет мне с переездом в гарнизон. Но она не появилась, а когда я сам добрался сюда, мне рассказали, что она пропала.

Лицо лекаря приняло суровое и слегка скорбное выражение — похоже, он тоже переживал за Веру, но не знал пока, как может помочь. Бессилие — одно из самых скверных чувств. Сейчас оно накатывало и на меня тоже. Ни одного следа! Ничего. А ведь я дракон, мои инстинкты намного острее людских, и даже мне не удалось ничего найти!

— Скажите, что вы знаете о хамадидах? — уточнил я без долгих вводных слов.

Бертран сел в кресло напротив меня и немного помолчал.

— Да почти ничего. Они редко оказывались среди моих пациентов. В Эшвуде их очень мало, чаще всего они скапливаются в более крупных городах. Они очень крепкие и здоровые — это могу сказать точно.

— У вас нет случайно знакомых среди них? — продолжил я расспросы.

— Надеюсь, вы не считаете, что я мог быть замешан… — свёл брови Бертран.

— Нет! Что вы! — поспешил я успокоить лекаря. — Просто я подумал, что в виду вашей деятельности вы имеете множество самых разных знакомств. А мне нужен хоть малейший намёк на то, куда могли спрятать Веру. Кучер и лакей, которые были с ней, утверждают, что это были хамадиды.

Доктор Нэпп вздохнул, размышляя.

— Знаете, а у меня действительно есть один знакомый хамадид, — наконец ответил он. — Только живёт он не в Эшвуде, а в другом городке на юго-востоке отсюда. В Термоне.

— Да, я знаю, где это! — на душе стало чуть светлее. Вот он, хоть какой-то след!

— Одно время он даже работал в госпитале, который курировала леди Лакленд. Но потом переехал, — лекарь пожевал губами, глядя на стол перед собой, будто пытался вспомнить гораздо больше. — Я встречал его не так давно, кстати. Случайно столкнулись на улице. Он сказал, что приехал в аптеку за какими-то редкими ингредиентами. Вот, собственно, и всё.

— Спасибо! — я взбудораженно вскочил с места. — Мне нужно только имя — остальное я выясню сам.

— Ну, почему же, я могу назвать вам и адрес тоже, — кивнул Бертран. — Лишь бы это помогло. Его зовут Алмурид Джаван.

Я протянул Бертрану руку, чтобы пожать её. Возможно, это была подсказка интуиции, а может, просто радость хоть от какой-то информации, которая могла оказаться полезной. Или стать пустышкой, на которую я лишь потрачу время зря. В любом случае я не мог сидеть на месте, мне нужно было что-то делать.

Что сейчас с Верой? Для чего её забрали? Неизвестность просто выжигала мне мозг.

— Спасибо, вы очень мне помогли, — улыбнулся я лекарю. — Не буду вас больше задерживать. Вы устали с дороги, а с утра вам предстоит заняться лазаретом.

— Я очень надеюсь, что вы найдёте леди Лакленд как можно скорее, — нахмурился вард Нэпп. — Она просто невероятная женщина, без неё нам всем придётся тяжело. Я просто не понимаю, кому она могла перейти дорогу.

Я, конечно, представлял, но старался пока не разбрасываться предположениями, которые могли ещё оказаться неверными. Изнутри меня жгло желание сразу отправиться в Термон, но я не могу бросить всё так. Надо оставить старших вместо себя — неизвестно, насколько я задержусь. Как бы тут не начался хаос.

А если нападение падших?

Как же всё сложно!

Когда лекарь ушёл, я снова сел за стол, чтобы немного обдумать план дальнейших действий. И в какой-то миг неосознанным движением вдруг опустил ладонь на запястье, где день за днём мог наблюдать бледный след от метки, которая раньше указывала на то, что мы с Верой — истинная пара. Только след. Но сейчас он как будто нагрелся, и я даже поднял рукав, чтобы посмотреть. Выглядит всё так же. Наверное, показалось.

Стук в дверь отвлёк меня от размышлений. Я разрешил войти, и внутрь сразу сунулась Калиста. В руках у неё был небольшой круглый поднос со стаканом на нём. Что это?

— Простите за вторжение… — она прошла чуть дальше. — Сегодня столько всего случилось. Я приготовила вам состав на полезных травах. Подумала, он поможет вам успокоиться и привести мысли в порядок. Помните, вы принимали его, когда жили в храме?

Я ещё раз посмотрел на стакан — жидкость в нём действительно выглядела так же. Вообще меня много чем пичкали, будто я был их экспериментом. Но, уверен, сёстры и правда хотели мне помочь. Только вряд ли своим восстановлением я обязан их травкам.

— Оставьте здесь, — я махнул рукой на столик у камина. — Спасибо за заботу. Но сейчас вам лучше сосредоточиться на работе в лазарете. Прибыл доктор Нэпп — вам предстоит работать с ним дальше.

— О, это просто прекрасно! — обрадовалась Калиста. — Я тотчас отправлюсь к нему!

— Вот и хорошо. Идите.

Показалось, девушку мои слова задели, она бросила на меня последний протяжный взгляд, вздохнула и всё-таки ушла. Мне, разумеется, сейчас не хватало только её переживаний — осталось только разорваться. Оставлять крепость на младшего адъютанта, который мог в моё отсутствие устроить здесь очередную заварушку, мне, разумеется, вовсе не хотелось, но и другого выхода у меня всё равно не было.

Я встал, подошёл к столику, на котором Калиста оставила снадобье, взял стакан и задумчиво к нему принюхался. Действительно, пах он знакомо — не противно, не приятно, а как-то нейтрально.

Я подумал и немного отпил — да, и вкус тоже был мне хорошо известен, сколько я выпил этих настоек и отваров в своё время — любой другой уже лопнул бы. Но допивать всё я не стал — поставил стакан обратно. Возможно, позже. Сейчас мне точно не нужно успокоительное. Наоборот — я должен быть бодр. Мне ещё предстоит проделать немалый путь до Термона, и его я не мог отложить до утра.

Время уходило.

Решив, что рассуждать и прикидывать уже хватит, я отправился на поиски Эдмунда Дрейка. Сегодня днём он был в дозоре на террасе, сейчас уже наверняка отправился спать или точил лясы с другими всадниками на башне. Когда на крепость не нападают падшие, всем живётся почти спокойно.

Но уже по дороге до временной казармы я вспомнил о Рикарде.

Мальчишка сейчас наверняка очень расстроен. Даже если бы никто не рассказал ему о том, что Вера пропала, он всё равно догадался бы сам — но он не дёргал меня, не бегал по замку в истерике, и от этого мне стало слегка тревожно. С ним вообще кто-то поговорил или его оставили переваривать свои переживания о матери в одиночестве?

Так нельзя, он ещё слишком мал для того, чтобы остаться без поддержки.

Передумав искать Дрейка — подождёт — я свернул на другую лестницу и поднялся в комнату Рикарда. Он ещё не спал — из-под двери струился спокойный свет. То ли мальчик чем-то занят, то ли боится спать в темноте — кто знает. Я постучал, и в ответ раздалось тихое “войдите ”.

— Как ты? — спросил я, едва ступив в комнату.

Рикард сидел на постели, подперев спину подушками, на его коленях лежала книга, в которой он явно ничего не видел. И его мысли сейчас были мне прекрасно известны.

— Когда мама вернётся? — спросил он так просто, что у меня в груди что-то сжалось.

Если бы я знал, то обязательно рассказал бы ему.

— Очень скоро. Прямо сейчас я полечу искать её.

— Возьмите меня с собой! — мальчик приподнялся и захлопнул книгу.

— Я не могу, — покачал я головой. — Твоя мама потом обязательно отругает меня за то, что я не уложил тебя спать вовремя и подверг опасности. Так что тебе лучше остаться здесь, а я позабочусь обо всём остальном.

Я окинул быстрым взглядом комнату мальчика, отметил коллекцию драконов на почётной полке над столом, за которым он, наверное, занимался. Того дракона, которого я купил сегодня утром, среди них не было. Похоже, Вера не стала дарить его сыну. Догадалась и сделала это намеренно?

Сейчас неважно.

— И где вы будете её искать? — спросил мальчик.

Всё-таки удивительно, какой он стойкий! Другой на его месте уже давно рыдал бы, а он держался и вёл себя очень по-взрослому.

— У меня есть один вариант, — не стал скрывать я. — Вы с мамой ездили в Эшвуд недавно. Не видели там никого подозрительного?

Если похитители хорошо знали повозку Веры и сопровождающих её слуг, значит, они изучали её окружение, возможно, успели выяснить у кого-то маршруты её передвижения и наблюдали. Для этого им приходилось быть поблизости. Рикард внимательный мальчик, мог и заметить что-то необычное.

— Не знаю, я… — замялся он, а затем его вдруг как будто осенило. — Да! В тот день мама сильно беспокоилась. Когда мы возвращались из Эшвуда, она постоянно выглядывала в окно коляски, смотрела, кто за нами едет, и торопила кучера. А до этого мы были в госпитале, она разговаривала там с тем доктором, который приехал сегодня, и с его старшей… ну…

— Главным врачом? — подсказал я.

Его описание походило именно на это.

— Да, наверное. Я ждал её, и ко мне подсел какой-то мужчина. Большой такой, с тёмной кожей. У него ещё висел оранжевый камень на груди. Он спрашивал меня о маме, о папе. Где он, куда делся и когда вернётся. Мама испугалась его, и мы ушли.

— Он называл своё имя? — наконец след стал ещё чётче!

Пока я искал его вокруг города, подсказки были совсем близко!

— Называл. Но я… не запомнил его, — расстроился мальчик.

Плохо, конечно, но даже этого уже достаточно, чтобы выяснить подробности у других людей.

— Ничего страшного! — я улыбнулся, опустил ладонь на макушку Рикарда и потрепал его по светлым, как у Веры, волосам. — Ты молодец! Благодаря тебе я найду твою маму ещё быстрее. А теперь отдыхай! Нам ещё понадобится много сил завтра.

Странное тепло разлилось по всей моей руке, когда прикосновение к его голове слегка затянулось. Я вновь подумал о старой метке — почему она так реагирует? Даже на сына Веры — что было бы, прикоснись я сейчас к ней?

Лицо мальчика немного расслабилось, хоть глаза от подступающих слёз блестеть не перестали. Я забрал у него книгу и положил её на тумбу, после чего помог Рикарду лечь удобнее — наверное, Вера делала именно это, когда заходила к нему перед сном. Поправляла подушки и одеяло — я чётко представил себе эту картину и попытался её повторить.

Теперь нужно торопиться. За окном ночь, но придётся побеспокоить некоторых людей, чтобы узнать больше о том, где сейчас может быть тот подозрительный мужчина и как его зовут. Теперь я был почти уверен, что именно он и похитил Веру.