– Действительно кладбище раритетных кораблей, прямо как в книге Александра Беляева «Остров погибших кораблей», только людей нет, хотя, как знать, может, и есть, только хорошо прячутся. Надо будет соблюдать предельную осторожность во время обследования заброшенных плавсредств, кстати, тут даже военные попадаются, по крайней мере, я парочку вижу, где стоят клёпанные артиллерийские башни.

– Оно, конечно, так, но если ствол в лицо выставят, многое ли мы сможем сделать? Поэтому не стоит уж слишком осторожничать, всё равно это нам особо ничем не поможет, если тут действительно какая-нибудь банда есть. Так что пусть Ваня на берегу все окрестности обследует, он уже имеет опыт по местным джунглям бродить. А мы с тобой, Вася, корабли обследуем, вдруг да и найдём что-нибудь полезное, – не согласился Константин с мнением Василия, на самом малом ходу подводя яхту к берегу, не забывая при этом изучать близлежащую береговую линию в поисках возможной угрозы, но таковой он не видел вообще. – Вы не забывайте, еды у нас на несколько дней, растянем на какое-то время, а что дальше? Мы с тобой, Вася, обследуем корабли, а к вечеру рыбалкой займёмся, может, что и поймаем на ужин. Нам ведь ещё необходимо найти источник питьевой воды, у меня в канистре всего лишь двадцать литров, а это очень мало. Ваня, возьми новенькое мачете и вперёд, вечером здесь, на этом самом месте, и встретимся.

Понимающе кивнув, Иван сходил в кают-компанию, взял свой рюкзак с мачете, вернулся на палубу, и когда яхта причалила к берегу, спустил трап и, выйдя на берег, помахал рукой друзьям, и оглядевшись по сторонам, решительно направился вглубь острова. Он сразу взял направление на самую высокую гору, расположенную километрах в трёх от места высадки. Первое время идти было легко, так как больших зарослей лиан и прочих тропических кустарников практически не попадалось, но чем ближе он подходил к горе, тем становилось труднее передвигаться, приходилось делать большие крюки, огибая практически непроходимые заросли.

Наконец выбравшись на вершину горы, Иван, взяв в руки бинокль, внимательно оглядел остров, особенно уделяя внимание виднеющейся береговой линии, но кроме кладбища старых кораблей следов жизнедеятельности людей и их присутствия не наблюдалось. В конечном итоге придя к выводу, что оказались они на необитаемом острове, взялся рассматривать виднеющиеся вдали пару десятков разновеликих островов, но и там какого-либо движения заметно не было. Отчётливо вырисовывалась перспектива стать вынужденными Робинзонами на необитаемом острове, только от одной этой мысли между лопаток пробегали холодные мурашки…

С немалым трудом выкинув из головы невесёлые мысли, Иван решил перейти на другую сторону острова и осмотреться там, да и ещё было жизненно необходимо найти источник пресной воды. Осторожно спускаясь с горы, Иван неожиданно заметил еле видимую из-под травы выложенную камнем тропинку, ведущую куда-то в густые заросли. Присев, он достал охотничий нож и, срезав траву, присмотрелся к выточенным из камня одинаковым по форме и размеру плитам, явно носившим следы обработки орудиями труда.

В задумчивости почесав затылок, Иван вложил нож в ножны на поясном ремне и, сняв с мачете чехол, осторожно пошёл по едва заметной в траве тропинке. Он шёл медленно, приходилось в буквальном смысле нащупывать тропу, но всё равно Иван несколько раз её терял и находил вновь, пока перед его взором не предстала сплошная стена из спутанных самым замысловатым образом лиан. Пришлось воспользоваться мачете. Минут за пятнадцать вырубив проход, Иван вышел на каменную площадку, и ему открылся самый настоящий карстовый провал, на дне которого было небольшое озеро.

– Да это же самый настоящий сенот! – воскликнул Иван от переполнявших его чувств.

Такие сеноты он видел лишь на фотографиях в интернете, насколько он знал, они были только на полуострове Юкатан, что в Мексике, и близлежащих островах Карибского бассейна. В задумчивости он постоял какое-то время, рассматривая красивейший пейзаж, и в какой-то момент заметил узкую лестницу, вырубленную в известняке, ведущую к воде, и стал осторожно спускаться вниз.

Сойдя с последней ступеньки на довольно большую и ровную площадку, Иван подошёл к воде, опустил руку в воду и изумился, она была прохладной. Попробовав её на вкус, он удивился ещё больше, вода оказалась пресной, и в ней плавали какие-то рыбы. Поднявшись на ноги, он, пройдясь по площадке, заметил тёмный провал в стене и, включив фонарь, посветил в проём. Это оказался естественного происхождения тоннель. Недолго думая, он вошёл в него и пошёл вперёд. Если первые десять метров тоннель был ровный, то потом он стал подниматься вверх и метров так через семьдесят в конце тоннеля замаячил свет.

Выбравшись из расщелины и оглядевшись, Иван от изумления крякнул: он находился в помещении естественного происхождения, с окнами – корабельными иллюминаторами, выходящими на океан, причём помещение оказалось обставлено мебелью, видимо, доставленной сюда с кораблей, находящихся в бухте. В помещении стоял массивный стол с лавками, а также имелись два серванта с посудой, также была печь с некоторым запасом ссохшихся дров. Обойдя по кругу комнату, Иван с натугой открыл бронзовый иллюминатор и, выглянув из него, немало удивился. Из окна открывался вид не только на бухту с брошенными кораблями, но и на другую сторону острова.

Не став закрывать иллюминатор, Иван прошёл в соседнее помещение и от увиденной картины замер на месте от неожиданности. В помещении царил самый настоящий кавардак: стол, стулья и двухъярусные кровати были перевёрнуты. Но не это поразило его до глубины души, в помещении лежали истлевшие останки нескольких человек. Подойдя к первому скелету, Иван увидел ржавый нож, торчащий между рёбер в районе сердца, а правая кисть сжимала поржавевший револьвер неизвестной конструкции.

Взяв револьвер и осмотрев его, он засунул его в рюкзак и, пребывая в глубокой задумчивости, продолжил осмотр останков и в результате разобрался в смысле некогда разыгравшейся здесь трагедии. Видимо, произошла серьёзная ссора, в результате которой все друг друга перебили. Причина конфликта обнаружилась, когда Иван увидел деревянный сундук, обитый бронзовыми накладками, и открыл его. В сундуке лежали серебряные и золотые монеты, а также различные ювелирные украшения. Помимо этого, имелись три десятка пачек бумажных ассигнаций. Взяв одну из них, Иван вскрыл её, вынул одну купюру и стал внимательно рассматривать, но так и не понял принадлежность данной валюты.

Бросив обратно в ящик банкноты, Иван стряхнул пыль с рук и направился в следующую комнату, где обнаружил ещё два скелета с двумя поржавевшими винтовками. Взяв одну из них и рассмотрев, он хмыкнул: винтовки были однозарядными, очень похожими на берданки, хотя и несколько от них отличавшиеся. Собрав разбросанные по полу патроны и ссыпав их в карман, он осмотрел стоявшие шкафы, в них когда-то хранились съестные запасы, от которых, кроме соли, ничего не осталось.

Закрыв последний шкаф, Иван подошёл к крепкой деревянной двери. С трудом открыв засов, вышел через неё и оказался на смотровой площадке, с которой хорошо просматривалось не менее половины острова, но самое главное – между скал имелась расщелина трёхметровой ширины с каменной лестницей, ведущей куда-то вниз. Спустившись, Иван вышел из расщелины и увидел в полукилометре кладбище кораблей. Сделав отметку, где находится вход, решительно направился в бухту. Придя на место стоянки, он увидел друзей, сидевших возле углей и жарящих свежевыловленную рыбу. Присев возле них, внимательно рассмотрел их задумчивые лица и задал вопрос:

– И какие у вас успехи?

– Да как тебе сказать, хрень какая-то, честное слово. Мы обследовали только четыре корабля, кое-какие находки, конечно, есть, в том числе два десятка книг, правда, на неизвестном мне языке, даже карты нашли и стальной шкаф с висячим замком. Кое-как мы его сбили, а там оружие, десятка два винтовок и столько же револьверов, есть к ним и патроны. Вот только никаких ответов мы не наши, появились только новые вопросы. Я вроде как в географии хорошо разбираюсь, но ничего не понял, где мы вообще оказались, очертания на картах мне неизвестны, – помолчав некоторое время, ответил Константин и, взглянув на ржавую винтовку в руках Ивана, негромким голосом поинтересовался:

– Я так понимаю, и ты кое-что нашёл, или всё же нет?

– Да, нашёл самый настоящий сенот, а в нём туннель, ведущий в жилое помещение естественного происхождения, мебель стоит, посуда есть, но там несколько скелетов, видно, из-за сундука с золотом и серебром друг друга перебили. Кстати говоря, в сеноте озеро с пресной водой, и в ней даже какие-то рыбки плавают. Вот винтовку оттуда прихватил и револьвер, надо будет попробовать очистить, может, получится привести оружие в надлежащий порядок.

– Стоп, насколько я знаю, сеноты есть только в Карибском бассейне и Мексике, – чуть приподнявшись, отозвался Василий, лихорадочно соображая, как их могло перенести в другую часть света. – Мы что, в Мексике оказались, так сказать, в Латинской Америке?

– Бог его знает, где мы оказались, но за всё время, что мы лазали по кораблям, я не видел ни одного пролетающего в небе самолёта и ни одного проходящего в океане корабля, что вообще-то очень и очень странно, – с раздражением выпалил Константин и, открыв сумку, достал из неё довольно толстую папку, протянул её Ивану и обратился к нему:

– Вот тут карты, найденные нами в рубке одного из кораблей, посмотри, может, ты разберёшь, что это за территории на картах, я посмотрел и ни хрена не разобрался, да и обозначения на картах мне совершенно незнакомы, как и названия портовых городов.

Отложив в сторону ржавую винтовку, Иван взял в руки протянутую ему папку и, открыв её, взял первую карту, развернул, вдумчиво стал её рассматривать. Ему хватило трёх минут, чтобы понять, места и названия на карте он не знает. Взявшись за остальные карты, Иван пересмотрел их и также ничего не понял, но последняя карта преподнесла ему сюрприз, он узнал на карте расположение островов, виденных им с горы и, судя по карте, они имели какое-то своё собственное название…

– Не знаю, Костя, я такие очертания береговых линий вижу впервые в жизни, а названия прибрежных городов написаны на неизвестном мне языке, но вот на последней карте я, похоже, узнал острова, они называются Призрачные острова, по крайней мере, мне так думается. Может быть, я и не прав, но расположения островов на карте очень похожи на те, что я видел с вершины горы буквально четыре часа назад, – ответил Иван и указал пальцем на карте группу островов, находящихся на довольно большом удалении от материка.

– Ну, хоть что-то. Завтра проверим твоё предположение, а сейчас давай поешь и проведёшь в то место, где нашёл скелеты, осмотреться надо, быть может, мы там жить будем. На кораблях точно не стоит, не очень надёжно, да и штормы, как я погляжу, тут бывают достаточно сильными, не хватало ещё, чтобы нас унесло в открытый океан. Если место для жилья будет подходящим, всё найденное на кораблях туда сносить будем, а что сносить, там действительно имеется, и немало, – забирая папку с картами, высказался Константин. Вынув из сумки тарелку из нержавеющей стали, снял с решётки хорошо прожаренную рыбу и, уложив её на тарелку, протянул Ивану.

Неторопливо съев две жареные рыбины, Иван помыл тарелку и отнёс ржавую винтовку в кают-компанию, после чего вернулся на берег и дождался, когда его старые друзья съедят свои порции и подготовятся к дороге. Когда всё было готово, он повёл их к расщелине, и они стали подниматься по ступенькам. Приведя их в найденное жилище, он провёл друзей по комнатам, и когда они всё осмотрели, глядя в задумчивые глаза ребят, задал интересующий его вопрос:

– Что вы обо всём этом думаете?

– Что тут думать, перебили друг друга, может, из-за золота, а может, крыша поехала, что немудрено, если они прожили на этом острове год, а то и больше. Место действительно хорошее, всё для жизни есть в наличии, приберёмся здесь, останки с надлежащими почестями захороним и будем здесь обустраиваться, – в задумчивости отозвался Константин и, присев возле сундука, открыл его и равнодушно осмотрел золотые и серебряные монеты, взял в руки пачку купюр и внимательно их изучил, глубоко вздохнув, бросил её обратно в сундук и поднялся, кашлянув в кулак, затем негромко заговорил:

– Непонятные купюры, принадлежность неясная, текст отпечатан на неизвестном мне алфавите, хотя номинал вполне понятен, такая же история и с монетами. Ладно, парни, давайте сначала захороним останки, а потом займёмся уборкой.

Понимающе кивнув, Иван поразмыслил какое-то время, решительно открыл один из шкафов, достал рулон чёрного шёлка и, отрезав кусок полотна, расстелил его на полу. Натянув прорезиненные перчатки, он вместе с Василием сложил останки, и когда всё было сделано, они вынесли мешок. Спустившись по расщелине, нашли в сторонке подходящее место и, выкопав складной лопаткой неглубокую яму, захоронили останки. Установив на могилу довольно внушительный валун, друзья передохнули немного и направились обратно.

– Ты, Ваня, говорил, тут есть сенот с пресной водой, давай сходим и посмотрим, – обратился Константин к Ивану, как только они с Василием зашли в помещение.

– Пойдём сходим, сейчас только фонарь возьму, туда ведёт тёмный тоннель.

Вынув из рюкзака фонарь, Иван махнул рукой, призывая друзей следовать за ним, и направился к тоннелю. Пройдя в комнату, где был проход к сеноту, он вошёл в тоннель и провёл напарников по несчастью к провалу, где имелось пресноводное озеро. Подойдя к нему, Константин, не сдержав своего восхищения от увиденной картины, воскликнул:

– Господи, какая красотища, прямо элитный тропический курорт, честное слово!

– Не спорю, действительно красиво, но я бы предпочёл сейчас не эти красоты лицезреть, а у себя дома на диванчике поваляться, чем здесь на необитаемом острове прохлаждаться, – не разделяя восторгов Константина, нехотя проворчал Василий и, помолчав несколько мгновений, решительно заявил:

– Там в доме я видел пустую железную бочку, надо её отмыть и воды натаскать, сделать влажную уборку, ну и проверить надо, вода пригодна для питья или нет. Не хотелось бы получить отравление, в таких условиях, без квалифицированной медицинской помощи, нам всем приснится белый и пушистый северный зверёк. Да и вообще, надо быть крайне осторожными, чтобы не получить разной степени тяжести физические травмы.

– Вот тут ты совершенно прав, Вася, но сейчас от нас ровным счётом ничего не зависит, придётся обживаться на острове, а потом что-то думать с кораблями. Быть может, удастся реанимировать один из них и попробовать добраться до материка, по крайней мере, сидеть без дела – прямой путь к сумасшествию. Пример того, что в этом случае может произойти, мы видели в помещении, – мотнув головой, отозвался Константин и, сняв рюкзак, достал из него складное полиэтиленовое ведро. Зачерпнув в него воды из озера, сделал распоряжение:

– Давайте первым делом столитровую железную бочку отмоем и сделаем влажную уборку, а уже завтра с самого утра, пока не жарко, перенесём наши вещи и находки в эту пещеру.

Ни Иван, ни Василий спорить не стали, согласившись с правотой Константина, и по тоннелю вернулись в дом и приступили к работе. Отмыв бочку, они наполнили её водой, после чего самым тщательным образом отмыли от пыли стены, мебель и полы. Выполнив поставленную задачу, уставшие друзья, когда уже смеркалось, вернулись к яхте и, собрав в окрестностях побольше сухих дров, разожгли костёр и разместились на надувных матрасах. Заварив кофе без сахара, они какое-то время сидели и задумчиво молчали. Первым не выдержал затянувшегося молчания Василий:

– Искать ответ, как мы сюда попали, считаю бессмысленным, всё равно на этот вопрос мы не получим никакого ответа, только лишь нервы себе вымотаем, а вот каков наш общий план, высказанный тобой, Костя, я, пожалуй, одобряю. Без дела нам вообще смерть, надо чем-то заниматься. Обустроимся, наладим быт, а потом и за корабли возьмёмся. Действительно, если какой-нибудь пароходик отремонтировать удастся, можно будет отправиться к материку, а даже если и нет, то он нам тут на острове пригодится, на яхте топливо-то беречь надо.

– Не такое это простое дело – корабль починить, мы же не корабельных дел мастера, хотя, конечно, это ты у нас судовой моторист, Вася, к тому же паровые установки – это тебе не двигатели внутреннего сгорания, принципы иные, – не разделяя оптимизма Василия, в задумчивости проворчал Константин и, сделав пару глотков кофе, вгляделся в глаза друга. Спросил:

– Вася, ты действительно сможешь разобраться в антикварных паровых судовых установках?

– Как-нибудь разберусь, по крайней мере, общий принцип мне, хоть и в общих чертах, но знаком, не такая уж сложная задача на самом деле. Правда, в таких условиях, где нет ничего, задача может оказаться непосильной, но посмотрим, глаза боятся – руки делают, – с усмешкой ответил Василий и, переведя взгляд на Ивана, задал ему вопрос:

– Ванёк, а ты что по этому поводу думаешь?

– А что мне думать, я корабли водить не умею, в двигателях, тем более паровых, разбираюсь плохо, разве что могу слесарить, там открутить, тут прикрутить или отремонтировать кое-что. Так что помощник для вас из меня так себе, зато смогу с пушками разобраться и при необходимости привести их в полное боевое состояние, – буркнул Иван и краем глаза уловил в океане какой-то силуэт. Поставив кружку, он резко встал на ноги, чем вызвал немалое удивление друзей и, выхватив бинокль, внимательно всмотрелся. Он увидел силуэт небольшого корабля, медленно идущего в сторону бухты.

– Парни, к острову направляется корабль, но такое ощущение, как будто с ним что-то не так, но что конкретно меня смущает, никак не пойму. Костя, посмотри, может, ты скажешь что-нибудь, – глухо проговорил Иван и протянул Константину свой бинокль. Взяв его, он, хмыкнув, приложил окуляры к глазам и рассматривал судно несколько минут, а потом в задумчивости заговорил:

– Странно, не горят судовые огни, и отсутствует флаг, да и вообще двигательная установка не работает – пар из трубы не идёт…

– Давай на яхте к нему подойдём и посмотрим, – сделал предложение Василий, ощущая прилив адреналина.

Константин с Иваном согласились и, быстро собрав вещи, взобрались на яхту, спустя пять минут они направились в сторону приближающегося судна. Застопорив ход в пяти десятках метров от корабля, они какое-то время рассматривали его. На борту не видно были ни единой живой души.

– Да это же самый настоящий корабль-призрак, причём военный, две артиллерийские башни с пушками и бронированным корпусом! Двигательная установка не работает, видимо, его несёт течением прямо к острову погибших кораблей! – неожиданно громко воскликнул Константин, неотрывно изучая корпус судна. – Я так понимаю, брошенные корабли подхватывает океанское течение и гонит прямо на этот остров, и так происходит уже, видимо, очень давно.

– Костя, давай подведи яхту к корпусу, там верёвочная лестница свисает практически до самой воды. Подойди к ней, я по ней на борт поднимусь и посмотрю, что там да как, – решительно заявил Иван, тронув Константина за правое плечо.

– Сейчас сделаю, но ради бога, будь осторожен, мало ли что там может быть. Возьми радиостанцию, через неё будем держать связь, – отозвался Константин и осторожно подвёл яхту к борту корабля. Иван, выйдя на палубу, схватился за верёвочную лестницу и дёрнул её несколько раз. Убедившись в её крепости, Иван неспешно поднялся по ней и, спрыгнув на деревянный настил палубы, огляделся. На палубе царил хаос, валялись какие-то тряпки, брошенные в спешке кожаные чемоданы и плетёные корзины. Видимо, всё это было брошено во время экстренной эвакуации личного состава корабля, а это был именно военный корабль. Помимо двух орудийных башен, по бортам стояли несколько многоствольных стрелковых орудий, по своей конструкции очень походивших на картечницы Гатлинга.

Пройдясь по палубе, Иван нашёл открытую стальную дверь с иллюминатором, включив фонарь, он прошёл в рубку и осмотрелся. В рубке так же, как и на палубе, царил хаос. Взявшись за штурвал, он его подкрутил, и судно слегка изменило курс, но из-за неработающего двигателя океанское течение вернуло его обратно. Взяв рацию и включив её, Иван заговорил:

– Костя, как слышишь меня? Приём.

– Слышу тебя хорошо. Что у тебя там?

– Да похоже, корабль был не так давно брошен в спешке, хотя вроде как никаких повреждений не вижу. Предлагаю попробовать при подходе судна к кладбищу кораблей сбросить якорь и застопорить ход, а то если оно воткнётся между другими кораблями, вытащить его оттуда будет весьма проблематично.

– Попробуй, но если не получится, бросай всё и уходи, я тебя приму на яхту.

– Принял. Конец связи.

Подвесив радиостанцию на поясной ремень, Иван в задумчивости походил по рубке, рассматривая приборы и устройства управления. Спустя несколько минут найдя на бронзовой табличке вполне понятный знак с обозначением аварийного сброса якоря. Иван успокоился и, дождавшись, когда корабль, ведомый силою океанского течения, стал подходить к кладбищу кораблей, резко отвернул штурвал в сторону и, несколько изменив направление, дёрнул рубильник. Буквально сразу послышался грохот спускающейся стальной якорной цепи. Прошло ещё минуты две, и корпус корабля слегка дёрнулся, его немного развернуло, и в какой-то момент его движение прекратилось. Вытерев со лба выступивший пот, Иван откашлялся и, взявшись за рацию, вызвал на связь Константина:

– Всё, Костян, якорь сбросил, через минуты три подводи яхту к верёвочной лестнице, я буду спускаться. За сегодняшний день я так вымотался, что просто караул. Причаливаем к берегу и будем отдыхать, пока совсем не стемнело.

– Принял.

Отпустив клавишу радиостанции, Иван засунул её в карман и, оглядев рубку, тяжёлой походкой направился на выход. Подойдя к фальшборту, он тяжело перебрался через него и, медленно спустившись по лестнице, спрыгнул на палубу яхты. Постояв какое-то время, он, тяжело вздохнув, направился в кают-компанию и, стащив ботинки с высоким голенищем, устало завалился на диван. Что-либо ещё сегодня делать он не собирался, и так сегодняшний день выдался очень тяжёлым…