— Что ждёт нас сегодня ночью? Вы верите, что Тамарис нас ещё не нашла? — я держала кружку с горячим травяным отваром, глядя на чистых и румяных друзей, которые только что вернулись к жизни после горячей воды и сытной еды.

Марета подошла к окну, вглядываясь в тёмный, непроходимый лес. За стеклом колыхались тени, ветви скребли по стенам, словно пытаясь дотянуться до нас. Она развернулась — в её глазах застыла тревога.

— Мы совершаем грубую ошибку, — произнесла она с холодной отчётливостью. — Не пытаемся её запутать. Тамарис нельзя недооценивать. Она умна и прекрасно понимает, куда мы идём и какой путь выберем. Сейчас мы для неё лёгкая мишень.

Даен задумался, потирая подбородок, но в итоге согласно кивнул.

— Нам нужно пройти через купол третьей ведьмы, — сказал он. — Он скроет нас от Тамарис.

— Хорошо, — я озадаченно пыталась найти ответ на дне своей кружки. — Но что потом? Мы не можем сидеть там вечно.

— Потом переместимся.

Атмосфера располагала к отдыху — огни в глиняных домишках гасли один за другим, лес за окном затихал, погружаясь в сон. Мы расслабленно уснули на одной кровати — Марета ворчала на то, как Даен постоянно ложился на её волосы и ворочался, пытаясь уместиться поудобнее. В этом маленьком тёплом доме, я чувствовала себя в безопасности.

Тело налилось приятной тяжестью, веки смыкались — даже вой за окном не тревожил. Я проваливалась в сон, чувствуя, как усталость отпускает.

Но именно сейчас псы королевы вышли на наш след.

Они носились по лесу, обнюхивая соседние поселения, рыская и выискивая нас с одной единственной целью — разорвать на куски. Вой становился всё ближе, сопровождаемый хрустом веток и тяжёлым топотом множества лап.

Мы проснулись от звериного рыка, разбудившего всю округу. Даен уже стоял на ногах, когда мы с Маретой раскрыли глаза — напряжённый, готовый к бою. Диск луны всё ещё висел на небе, заливая снег призрачным светом.

Я отчётливо осознавала — здесь мы не найдём покоя. Пока мы остаёмся главной мишенью. Пока я — главная мишень. Мы быстро натянули обувь и поднялись.

Хозяин дома появился на пороге — грозный и мрачный, его глаза метали молнии.

— Похоже, по вашу душу, — прорычал он.

Нам снова нужно было уходить. Я не была готова к тому, что ещё хоть один человек окажется в опасности из-за нас.

Я выглянула в окно и застыла в ужасе. Волки — огромные, размером с быка, с горящими красными глазами и чёрной, как смоль, шерстью — шли по нашему следу, приближаясь к дому. Они двигались бесшумно, но от каждого их шага по земле пробегала дрожь. Я в отчаянии посмотрела на Марету — её прекрасное лицо вернулось к своему истинному облику, но выражало глубокую печаль. Снова прольётся кровь.

Скрип когтей по стенам — и женский крик разорвал ночную тишину. Они выгрызли дверь, превратив её в щепки.

Даен схватил меня за плечи, встряхнул.

— Сейчас нужно собраться и поверить в себя. Ты меня слышишь?

Я быстро закивала, прогоняя панику.

Мы бросились вниз, на крик. Хозяин дома пошёл защищать свою семью — из него вырвался зверь. Рык сотряс стены, задрожали стёкла в окнах. Когти выросли в длинные сабли, тело трансформировалось в нечто нечеловеческое — огромный монстр, чем-то напоминающий медведя, но более мощный. Здоровые лапы, вздутые вены, вытянувшееся лицо с зловещей пастью, полной острых клыков. Он бросился вперёд, встречая врага.

Голова снова закружилась, но я приказала себе не паниковать. Ты ещё не такое здесь увидишь. Все мои навыки из обычной жизни здесь были ни к чему — расчёты и проектировки не помогут в схватке с монстрами.

Один из волков уже стоял в проходе. Красные глазища, залитые кровью, пена на мордах. От них фонило мертвечиной.

Хозяйка дома забилась в угол на кухне, прижимая к груди ночную рубашку. Она косо поглядывала на нас, косясь на дверь спальни, где спала её малышка.

Её муж выпрыгнул вперёд, вонзая когти в туловище монстра, который тут же вцепился ему в руку. За первым последовали ещё трое — они заползали в дом, выбирая цели.

Марета выпустила из рук зелёный дым — он окутал волков, заставляя их терять концентрацию. Хозяин дома не упустил момент, выдернул из пасти руку — куски плоти остались в клыках, алая кровь залила пол.

Мы двинулись им навстречу. Начался бой.

Даен вскочил на одного из волков, захватывая его морду, перекрывая доступ воздуха. Я глубоко вздохнула и обрушила на соседнего огненный удар. Тело монстра вспыхнуло, но он продолжал рваться вперёд — бешеный, ненасытный. Марета уже стояла у прохода, удерживая разум одного из волков, чтобы Даен мог закончить своё дело. Ещё минус один.

Мне стоило отвлечься — и огромное животное бросилось на меня, придавив горло тяжёлой лапой. Слюна капала на лицо, я была обездвижена, судорожно хватала ртом воздух. Мысленно прощалась с жизнью.

Мир расплывался — везде шла борьба за жизнь. Хозяин дома разрывал одного врага за другим, Даен перемещался в воздухе, нанося удары. Марета заковала одного из монстров в тиски, но затем её взгляд упал на моё угасающее тело. Глаза расширились. Она переместилась в пространстве и вонзила кухонный нож в хребет волка.

Хватка ослабла, воздух ворвался в лёгкие. Я судорожно вдохнула.

К нам поступали новые и новые существа. В ужасе я смотрела на улицу — в пасти одного из волков виднелись чьи-то вырванные крылья, от которых по снегу тянулся кровавый след. Помоги нам и умри.

— Нам нужно уходить! — я всё ещё пыталась восстановить дыхание.

На нас надвигались трое в длинных чёрных плащах, их головы скрывали широкополые шляпы. Они шли целенаправленно, игнорируя хаос вокруг. Я взглянула одному из них в глаза — и мне откликнулся янтарный свет. Лицо, которое я не должна была видеть. Его лицо.

Я застыла, парализованная. Звуки исчезли. Остался только он.

В этот момент ко мне подбежал Даен, схватил за руку — и мы переместились, недалеко от поселения. Секунду спустя рядом появилась Марета. Она прокусила губу и сплюнула кровь в снег.

— Сейчас будем перемещаться короткими отрезками, — сказала она, глядя на меня. — Поняла?

Я кивнула.

— Нужно увести этих тварей подальше, вглубь леса.

Снова кивнула.

— Потом такими же отрезками переместимся к куполу. На осторожность уже плевать.

Даен сжал мою руку, и пространство вокруг нас сжалось, сворачиваясь в тугую спираль. Мы переносились — раз за разом, рывками, через холод и пустоту. Я чувствовала, как его силы тают с каждым прыжком, как он выдыхается, но продолжает тянуть меня за собой. Я была обузой. Грузом, который он тащил через ледяные ветры, через мгновения между мирами. От этого осознания внутри разрасталась тошнота — липкая, горькая, как пепел на языке. Он сжимал мою руку всё крепче, будто боялся, что я исчезну, если разожмёт пальцы.

Мы дошли до точки встречи. Даен опустился на поваленное дерево — его плечи поникли, дыхание вырывалось рваными, хриплыми толчками. Он был бледным, осунувшимся, словно за эти часы из него выкачали всё, что делало его живым. Я села напротив, чувствуя, как снег холодит кожу сквозь тонкую ткань. Где-то рядом завывал ветер, но он казался далёким, почти нереальным.

— Я могу как-то помочь? — положила руки на его колени, вглядываясь в глаза.

Он отрицательно покачал головой, но я видела, как его глаза затуманиваются от усталости. Я подержала руки ещё несколько секунд, пытаясь передать ему свою энергию — ничего не вышло. Она уходила в пустоту, не находя отклика. Его сила таела на глазах, он медленно угасал, и внутри меня разрасталось отчаяние.

Вспомнила слова Мареты в замке: передать силы мужчине можно только одним способом. Наиболее эффективным.

Я наклонилась к нему и поцеловала. Отдаваясь этому поцелую полностью, вкладывая в него всю свою надежду, всю свою боль, всё, что могла дать. Если это сработает, если я смогу вернуть ему хотя бы часть того, что он потерял ради нас... Он удивился — я чувствовала, как его тело на мгновение застыло, — но ответил. Нежно, почти робко, касаясь рукой моей спины. В его прикосновении не было требовательности, только благодарность и что-то, что я не могла назвать. Мы замерли в этом мгновении, тепло перетекало от меня к нему, его дыхание становилось ровнее, силы возвращались. Я не знала, надолго ли это, но сейчас это было всё, что я могла дать.

Когда поцелуй прервался, я всё ещё чувствовала его дыхание на своих губах. Тёплое, живое, оно возвращало надежду. Внутри разрасталось странное спокойствие — будто я только что сделала что-то правильное. Но в следующее мгновение я заметила её.

Марета стояла за нами. Её глаза блестели в темноте — два изумрудных огня, в которых плескались тени. Я не могла прочитать её взгляд: ни гнева, ни боли, ни ревности. Только тишина, тяжёлая и глубокая, как вода в замёрзшем озере.

Она ничего не сказала. Не спросила, не упрекнула, не отвернулась. Она просто стояла и смотрела, а затем медленно кивнула — коротко, сдержанно, как будто давая понять, что время разговоров ещё не пришло. Что пора двигаться дальше, оставляя вопросы позади.