Солнечное морозное утро наступило внезапно. Тиме показалось, что он только-только, наконец, задремал, как настойчивый стук в дверь и голос мамы неумолимо схватили его и вытащили из сладкого сна. Мальчик сел на кровати, широко зевнул и, ещё не успев раскрыть глаза, блаженно улыбнулся. Сон и вправду был так хорош! Он стоял с тяжёлым мечом наперевес, возвышаясь над поверженным чудовищем, и все вокруг скандировали его имя: «Тима! Тима! Тима!»

– Тима!

Мальчик вздрогнул. И как это мама умудрялась кричать так громко, что её голос долетал сюда с первого этажа их большого дома? Магия, не иначе. Тима медленно вылез из постели и поплёлся умываться.

История об украденном орехе не давала ему покоя весь вчерашний вечер. Он едва ли заметил, как управился с ужином, словно в тумане сделал домашнее задание и ещё долго ворочался в постели, представляя, как ловко он разоблачает преступника. То есть, конечно, не он, а они, все вместе… но это были лишь детали. В его голове мелькала одна картинка лучше другой. Вот они тайно забираются в логово похитителя. В них летят сотни смертельно опасных заклинаний, но он… то есть, разумеется, они, успешно уворачиваются от них. Его друзья разбегаются в стороны, и Тима остаётся с преступником один на один. Он бесстрашно кидается в бой и… Мальчик ещё не решил, какая концовка нравилась ему больше всего. Он быстро и ловко повергает врага, и весь город ликует от восторга. Или же в неравной борьбе противнику в последний миг удаётся поразить его отравленной стрелой, и Тима погибает, спасая город. Все плачут и вспоминают о его подвиге до конца дней. Быть может, даже ставят ему памятник.

Конечно, погибать Тиме совершенно не хотелось. Он смутно догадывался, что это было бы весьма неприятно, быть может, даже больно, да и новогодние праздники пришлось бы пропустить. Но сцена в его голове вырисовывалась уж очень трагически красивая. На дворе уже стояла глубокая ночь, когда Тима, наконец, устал от бесконечных мечтаний и глаза его закрылись. А потому сейчас он с трудом шевелил конечностями и держал глаза открытыми.

Наскоро умывшись, одевшись и закинув на плечо рюкзак, Тима выскочил из комнаты. И едва он успел сделать шаг, как за спиной раздался звонкий грохот, заставив мальчика вжать голову в плечи.

– ХОООО-ХООООО-ХООООО, – ледяным голосом пропели у него за спиной. Тима развернулся и недовольно посмотрел на парящего в воздухе серебристого призрака.

– Дедуля, когда ты уже снимешь с себя эти цепи?

– Никакие это не цепи! – вскричал дедушка, обиженно насупившись. – Это новогодние украшения. Гирлянды!

– Не слишком-то они похожи, – усмехнулся мальчик.

– Поспорь со мной ещё, наглый мальчишка! – погрозил пальцем призрак. – Мал ещё, чтобы умничать. Ты ничего не смыслишь в призрачной жизни.

Быть может, Тима ничего и не смыслил, но вот его достопочтенная бабушка, возраст которой никто не знал, явно знала толк в делах призраков. И каждый день жаловалась на бряцанье цепей. «Опять летал к своему дружку? – негодующе кричала она вслед улепётывающему… ах, нет, улетающему призрачному деду. – От этого Кентервильского привидения добра не жди! Только дурному научишься!»

Но как бы всё семейство ни возмущалось грохотом и звоном, призрак упорно продолжал разгуливать по дому в своих цепях. И Тима начинал подозревать, что дедушка нарочно гремит ими повсюду и в тайне хихикает над замученными родственниками.

– Лучше скажи, как тебе мое «хо-хо-хо»? – нетерпеливо спросил призрак и с надеждой посмотрел на внука. – Нравится? Я тренирую смех Санты. Говорят, в этом году в его доме пройдёт большой бал. Хочу соответствовать!

– А может, не надо?.. – неуверенно возразил Тима, но лицо призрака уже засветилось в предвкушении. И засветилось так, что мальчику пришлось зажмуриться.

– О-о-о, это будет очень весело! – пробормотал дедушка, потирая прозрачные руки. – Но голосу пока не хватает мелодичности. Вот послушай: ХО-О-О-О-О! – леденящий душу вопль заполнил дом, и Тима зажал руками уши.

– Извини, дедуля, мне пора! – закричал он, хотя и не был уверен, что его услышат. И стремглав бросился по лестнице вниз.

Дойти до первого этажа и благополучно вырваться на свободу в его доме было ой как непросто. Родственников здесь набралось так много и все они так любили преградить Тиме дорогу, что порой приходилось с боем пробивать себе путь до кухни.

Обычно дяди и кузены – вампиры усердно пытались отыскать на мальчике следы бледности и отрастающие коготки, не желая верить, что он и вправду уродился обычным человеком. Но в это утро они подозрительно затихли в своей комнате. Тима подозревал, что вампиры готовят облаву на призрачного деда. Всё же для их чуткого слуха лязганье цепей было просто невыносимо.

Этажом ниже тётя Зубная фея весело напевала себе под нос, украшая комнату белоснежными гирляндами. Вот только гирлянды эти состояли из зубов её родственников, так что Тима промчался мимо как можно быстрее. Такие украшения выглядели… жутковато.

До кухни оставался всего один этаж, и тут мальчик едва не попал впросак, из любопытства заглянув в комнату к ведьмам. Две его тёти-близняшки и несколько их дочек репетировали новогодние песни и скрипучим хором распевали куплеты про танцы, летающие сани и подарки у ёлки. Заметив Тиму, они с радостью решили продемонстрировать свои таланты новому зрителю, и мальчику показалось, что по его черепу прошлись длинной визжащей пилой. Он бросился бежать без оглядки.

По пути помахал дяде-скелету, но тот его даже не заметил. Пухлые мешки, которые он прятал в своём шкафу, яростно рвались на свободу, и дядя, пыхтя и отдуваясь – хотя скелетам это было и не положено, – пытался удержать их внутри.

Напоследок Тима заглянул в комнату к древней, высохшей, словно мумия, бабуле. Чмокнул её в сухую щёку, получил новую золотую монетку, которую можно было обменять на что-нибудь интересное у лепреконов, и наконец-то ворвался в кухню.

– Снова читал до самого утра? – строго спросила мама. Её острые эльфийские ушки слегка дрогнули, словно пытались уловить ложь, а цветные крылышки затрепетали.

– Ну… почти, – произнёс Тима и слегка покраснел, вспоминая о своих мечтаниях.

На кухне было уютно и тепло. Весело потрескивал огонь в камине, под потолком собирался душистый пар, через который с трудом пробирались золотистые лучи солнца, ароматно пахло свежей выпечкой. Тима с удовольствием устроился на мягком красном диванчике и придвинул к себе сладкое какао и тарелку ещё горячих, блестящих от сиропа блинчиков.

– Ох ты, как оголодал! – усмехнулась мама, наблюдая за тем, как быстро и жадно Тима поглощает один блинчик за другим. – Хотя что и удивляться, вечером почти ничего и не поел. У тебя ничего не случилось? – осторожно спросила она, вероятно вспоминая события осени.

Мальчик энергично покачал головой и в три глотка запил блинчики пряным какао.

– Наоборот, – воскликнул он, – всё просто замечательно! У меня очень много дел, мам, я побежал! – Тима вскочил, подхватил свой рюкзак и ринулся в прихожую.

– Ты прожевать-то хоть успел или как дрова в топку закидывал? – крикнула ему вдогонку мама.

– Жевал-жевал, – рассеянно отозвался Тима, быстро наматывая шарф, натягивая ботинки и тёплую куртку.

– Неужели так в школу торопишься? – на лестнице показался папа и удивлённо оглядел мальчика. Даже принюхался, словно подозревая неладное. Но, к счастью, оборотни ещё не научились вынюхивать аромат опасных авантюр. Не то бы их детям пришлось нелегко.

– До вечера! – крикнул Тима и выбежал на залитую солнцем улицу. Ему не терпелось встретиться с друзьями и обсудить планы. Быть может, им даже удастся заглянуть в библиотеку перед уроками, чтобы узнать больше о волшебном орехе. Внутри у Тимы всё горело от предвкушения, и даже мысли о контрольной по математике благополучно вылетели у него из головы.

Но мечтаниям Тимы не суждено было сбыться. Он едва успел добежать до класса, когда прозвенел звонок. И строгий голос ведьмы-математички тут же разнёсся по всему классу:

– Достаём двойные листочки!

Стон разочарования разнёсся по классу.

* * *

Поговорить друзьям не удалось и после. В преддверии долгих праздников учителя, не сговариваясь – а быть может, наоборот, устраивая жестокий заговор, – решили измучить своих учеников зачётами и контрольными.

На уроке истории старый Джинн устроил соревнование – за правильный ответ исполнял по одному желанию. Вот только в его игре был маленький пренеприятный подвох. Если ученик отвечал неправильно, то исполнялось желание самого джинна – а он почему-то всегда желал наставить в журнал побольше двоек.

Физкультура тоже не принесла облегчения. Гонки на лыжах вокруг школы из обычного спортивного состязания превратились в игру на выживание. Их учитель Невидимка устраивал всевозможные засады, дабы «научить юных спортсменов силе и выносливости». То в учеников летел град холодных снежков, то лыжи вдруг переставали двигаться, и оказывалось, что невидимый учитель поставил на них свою ногу. А то и вовсе дети вдруг упирались в непроходимую стену и, побившись слегка о неё головой, понимали, что это учитель загораживает им дорогу. Никогда ещё физкультура не казалась такой долгой и мучительной. На следующий урок дети пришли взмокшие и обессиленные.

Но их несчастный потрёпанный вид не разжалобил двухголового учителя географии. Он устроил своё соревнование. Расстелив на полу класса гигантскую карту, разделил детей на группы и заставил их носиться от одной границы Края до другой. Вот только и сама карта постоянно двигалась, пытаясь запутать учеников.

– Так вы лучш-ш-ше запомните все важные ис-с-сторические места наш-ш-шего городка. На первый взгляд он может показаться вам маленьким, но это очень о-о-очень больш-ш-шое заблуждение, – прошипел он. – В городе ес-с-сть много таинс-с-ственных мест, о которых даже с-с-старики доподлинно ничего не знают. И к тому же это вес-с-село – учиться, играя! Мы с учителями решили немного побаловать вас-с-с.

– Или с-с-себя, – передразнивая говор учителя, шепнула Фи.

К последнему уроку половина учеников уже благополучно дремала на своих партах. И мелодичный голос учительницы литературы – старой сирены – только убаюкивал усталых детей.

– Эй, – кто-то шепнул Тиме на ухо и больно ткнул его в бок.

Мальчик вздрогнул и быстро-быстро заморгал. Где это он? Кажется, всё ещё в школе. А он-то решил, что ему просто приснился кошмар…

– Ты уже написал Пожеланник? – тихо спросил Патрик, и глаза его восторженно заблестели.

Тима схватился за голову и застонал.

– Пожелаа-а-аник! – протянул он. – Я совсем о нём забыл!

Патрик отпрянул от друга, словно от у того вдруг выросли гигантские уши или самый уродский нос.

– Как?! – ахнул он. – Ты… ты забыл про Пожеланник? – его голос задрожал.

– Ну, со всеми этими историями про… – мальчик на всякий случай поглядел на засыпающих одноклассников и понизил голос: – про похищение, я совсем о нём забыл. Но я уже всё придумал! – тут же добавил он, чтобы восстановить свою честь в глазах Патрика. Лицо друга заметно расслабилось.

– Поторопись, – деловито произнёс он. – Осталась всего неделя, и лавку Санты закроют до Нового года. И закипит рабо-о-та! – Патрик мечтательно прикрыл глаза, и мысли Тимы тоже поплыли к яркой маленькой лавчонке. На вид она была совсем не примечательной, но внутри творились настоящие чудеса. Каждый декабрь жители Жутвилла приносили в лавку длинные листы своих Пожеланников, и за день до Нового года двери лавки открывались вновь, чтобы явить десятки новеньких блестящих подарков. К сожалению, Санта не создавал каждый подарок из списка, но один из них можно было отыскать в лавке всегда. И он оказывался идеальным!

– А мы с мамой уже сходили в лавку, – похвастался Патрик. – Там была такая стопища Пожеланников! Кажется, кто-то решил класть сразу по несколько листов! – клоун возмущённо засопел и обвёл класс подозрительным взглядом, словно пытался отыскать нарушителей.

– А что ты… – Тима не успел спросить. Что-то больно ударило его по затылку. Мальчик ойкнул и развернулся. В его лицо тут же впился недовольный взгляд Фи.

– Долго я буду вас звать?! – прошипела она. – Прямо как дети! Причем тут Пожеланники, когда катастрофа на носу?!

– Как дети, – обиженно передразнил девочку Тима. – Можно подумать, ты уже древняя старушка тут у нас!

– Может, и не древняя, но поумнее вас! – тут же вскинулась она и даже подскочила на месте. Но сидящий рядом Рахи мягко ухватил её за локти и потянул вниз.

– Мы хотели передать вам сообщение, – важно произнёс он, словно доставлял послание от короля. – После уроков собираемся в библиотеке. Нужно выяснить как можно больше об этом Кагудуке.

– Кракатуке, – хором поправили его Тима и Фи.

– Но почему в библиотеку? – пискнул Патрик и весь как-то сжался, словно сдутый воздушный шарик. И Тима мог его понять. Старая гаргулья, сторожащая библиотеку, терпеть не могла должников. А они с Патриком задержали книги уже на два дня…

– Не в школьную библиотеку, – нетерпеливо махнула Фи, – а в городскую. В школьную мне пока тоже лучше не заходить… – она поморщилась, вероятно представляя злобное лицо гаргульи.

– Городскую? – удивлённо повторил Патрик. – А она существует?

Фи демонстративно закатила глаза, да так сильно, что мальчику показалось, что они, не приведи монстры, уползут ей на затылок.

– Вы хоть что-нибудь слушаете на уроках или только о подарках болтаете? – фыркнула она.

Патрик и Тима оскорблённо нахмурились. Конечно же, они слушают. Вот только…

– А где она находится? – спросил мальчик.

Фи устрашающе вытаращила глаза и неодобрительно покачала головой, ничего не ответив. Тима и Патрик обменялись удивлёнными взглядами и пожали плечами. Что ж, когда подруга в таком настроении, из неё и слова не вытянешь.

Усыпляющий голос сирены плыл над классом, и даже она сама начала прикрывать глаза и широко зевать. Дети мирно подрёмывали на своих местах, и только Тима, на которого не действовала магия городка из-за его человеческой сущности, не поддавался сонным чарам. Он с любопытством вслушивался в историю о подвигах одинокого рыцаря и вновь и вновь представлял себя с золотым орехом в руках. Вот он стоит перед всем классом, и Кракатук ослепительно сияет в его ладонях. А он… он…

Звонкий перелив колокольчика выдернул Тиму из мечтаний и разбудил класс. Кто-то свалился на пол, кто-то испуганно вскрикнул, подскакивая на месте, и даже сирена вздрогнула, словно и впрямь успела уснуть.

Вокруг зашуршала и загалдела толпа, спешащая покинуть школу и спрятаться от зорких глаз учителей на уже темнеющих улицах.

И только друзья неторопливо собирали свои вещи и поджидали мерзкую четвёрку. Заметив их настойчивые взгляды, Лео важно подошёл к ним.

– Ну? Что-то придумали? – с ленцой протянул он.

– В отличие от тебя – да! – тут же вскинулась Фи. – Надо поискать информацию об орехе. Поэтому все мы сейчас идём в городскую библиотеку!

Лица Шэри, Карла и Рика побледнели и вытянулись, будто одно только упоминание библиотеки вселяло в них леденящий ужас. И друзьям стоило большого труда уговорить их отправиться в это монстрами забытое место.