Обычно уничтожение искусства воспринимается обществом отрицательно. Мы с вами уже много страниц скорбим из-за уничтожения великих произведений – руками одиночек-безумцев, в результате безалаберных раскопок или политических и идеологических игр государств. Но один вид современного искусства изначально закладывает в себя идею собственного уничтожения – в некотором смысле оно должно быть уничтоженным, чтобы состояться. Искусство стрит-арта, появившееся на улицах Нью-Йорка, само по себе является преступлением, но при этом неизменно вызывает искренний интерес критики и публики.
Историю стрит-арта принято отсчитывать с появления первых граффити – визуальных меток, что появлялись на улицах американских городов на протяжении XX века. Первый легендарный герой граффити – не художник, а персонаж. Во время Второй мировой войны в одном из американских городов на заводе по производству снарядов на ящиках стало появляться одно и то же изображение странного существа с подписью: “Kilroy was here”. Изображение так понравилось американским солдатам, что они начали использовать этот символ. А после открытия второго фронта в 1944 году ни один освобожденный город не обходился без появления Килроя. Но, как и многие символы военного времени, Килрой потерял популярность, как только замолкли орудия.
Бэнкси. Метатель цветов. 2003
Следующие два десятилетия граффити на американских улицах служили только способом обозначить территорию уличных банд. Некоторые банды использовали граффити как личный тэг, но дальше родного района такой вид не уходил, пока в 1970-х годах на улицах Нью-Йорка не начали появляться тэги Julio 204 – первые личные тэги вне рамок уличных банд, пока не появился один из культовых художников искусства граффити – TAKI 183.
Работавший пешим курьером TAKI 183 должен был постоянно перемещаться по городу. Однажды он решил сопровождать свой путь тэгами. И не было бы в этом ничего особенного, если бы в 1972 году одна из главных газет США The New York Times не опубликовала его тэг прямо на первой полосе. Тогда никто не мог предположить, что эта публикация станет одним из важнейших событий в истории уличного искусства и приведет к невообразимым последствиям.
Что же в этом особенного? Каждый подросток Америки понял, что тэги могут превратить его в знаменитость. Культ популярности уже тогда был широко распространен в американском обществе, и каждый второй школьник взялся за баллончик, вышел на улицу и начал покрывать самые людные места своим тэгом. Так начинается самая черная страница в криминальной истории Нью-Йорка.
Kilroy was here на Мемориале Второй мировой войны в Вашингтоне
В чем суть граффити как искусства? Отметить свое существование в публичной среде. Посмотрите, как выглядели улицы американских мегаполисов после 1950 года: все здания покрыты доспехами больших ярких рекламных вывесок – тех самых, что вдохновят Энди Уорхола на создание поп-арта. Десятки тысяч рекламщиков зовут купить/продать/зайти – что-либо сделать. Улицы городов, в которых раньше кипела жизнь, превратились в транспортировочные узлы, где не хочется находиться. Добавьте к этому полицейский произвол – и получится город, который не слышит собственных жителей. Именно против этого восстает граффити. Уличное искусство старается вернуть город его жителям, сделать их видимыми.
Особой популярностью среди граффитистов пользовались места большого скопления людей. Ведь чем больше людей, тем больше глаз увидят твое имя. Больше всего пострадал метрополитен и пригородные электрички – все вагоны Нью-Йорка были сплошь усеяны тэгами. Мало того что это просто неэстетично, появление граффити напрямую повлияло на общий уровень преступности, который начал расти в геометрической прогрессии.
Объяснение нашли американские социологи Джеймс Уилсон и Джордж Келлинг. В 1982 году они опубликовали свою «Теорию разбитых окон». Коротко ее суть в следующем: чем больше на определенной территории возникает небольших правонарушений (выброшенный мусор, грязь или граффити) – тем больше со временем здесь появится других преступлений, в том числе и тяжелых. Объяснили они это на следующем примере: если в заброшенном здании разбить хотя бы одно окно, вскоре все окна будут разбиты, затем в доме поселятся преступники, а вокруг дома будут грабежи, нападения и, вполне возможно, убийства. Одно разбитое окно может поднять общий криминогенный уровень территории в несколько раз. Именно такой эффект возымели граффити, заполнившие улицы и метрополитен Нью-Йорка. Значит, необходимо избавиться от граффити. Власти приступили к решительным действиями.
Полиция Нью-Йорка запретила продажу баллончиков с краской несовершеннолетним, в несколько раз усилила патрули на улицах, а излюбленное место тэгов – вагоны метро – запрещалось выпускать из депо, если на них есть хотя бы одно изображение. Полиция действовала хитро: когда граффитисты облюбовывали очередной поезд, им давали возможность расписать его, а потом все стирали, полностью уничтожая труд уличных художников. Жесткая политика по отношению к граффити быстро принесла результат. Постепенно городские улицы очистились от нескончаемого потока тэгов, и город мог вздохнуть спокойно.
Вы спросите, как это связано со стрит-артом? Искусство граффити вдохновило будущих стрит-арт-художников на творчество вне рамок галерейных и музейных пространств, показав: самовыражение может быть свободно от критиков, кураторов и искусствоведов. Уйдя далеко вперед по форме и содержанию, стрит-арт сохранил в себе непреклонность и жажду свободного творчества.
Стрит-арт появился как «искусство преступления», но уже первое поколение художников «остепенилось» и стало частью общепринятого арт-рынка. Хорошо это или плохо? Не нам судить. Но со своей стороны хочется заметить, что включение стрит-арта в художественный мир несколько противоречит его изначальной концепции. Стрит-арт – особая форма существования искусства в публичном пространстве, рассчитанная на прямой диалог со зрителем, ответ на высокую степень отчуждения публичного пространства, заполненного только императивными рекламными лозунгами и окруженного политическими запретами на самовыражение.
Хотя стрит-арт существует уже более сорока лет, он продолжает быть одним из наиболее актуальных современных видов искусства. С его помощью художники, чаще всего анонимные, могут честно предъявить претензии обществу или государству, указать на социальные проблемы и политические противоречия. Кроме того, стрит-арт – наиболее демократичный вид искусства. Каждый может взять баллончик с краской и создать произведение. Главное – иметь что сказать.
Еще один аспект стрит-арта – его движение к абсолютной демузеификации искусства. Чтобы посмотреть на произведение уличного художника, не нужно платить за вход. Это он приходит к нам. Совершают ли уличные художники правонарушение? Да. Чаще всего стрит-арт идет по статье «Порча чужого имущества». Искусство ли это? Да.
Важно помнить: не всякая надпись или картинка на стене может считаться настоящим стрит-артом. Стрит-арт – это социальное высказывание, которое появляется там, где официально не может существовать. Это намеренное правонарушение, целью которого является поднятие болезненных вопросов. Да, это своего рода арт-терроризм, возникающий там, где ему не место, и поднимающий темы, о которых нельзя говорить. Все это, как вы понимаете, сильно ограничено, когда ты становишься частью системы, пусть даже и такой свободной, как арт-мир. Ведь любая система больше любой ее части, а значит – диктует свою волю стрит-арту.
Самый знаменитый художник стрит-арта – Бэнкси, предположительно родом из Бристоля. Достоверной информации о нем практически нет. Он, скорее всего, англичанин – именно в этой стране появляется больше всего его произведений. Он отреагировал на колониальную политику Великобритании, проведение Олимпийских игр в Лондоне и даже сотрудничал с несколькими музеями. Именно искусство Бэнкси максимально раскрывает стрит-арт. Один из самых сильных его проектов – «Палестина» в разрушенных городах Палестины. Изображения детских комнат и окон с пасторальным пейзажем появились на стене, разделяющей Палестину и Израиль, а изображения кошек нашли на разрушенных бомбежками домах. Другой провокационный образ – манекен в одежде узника Гуантанамо в Диснейленде – наделал много шума и обратил внимание общественности на американский тюремный беспредел. Все это противозаконно, но в этом и смысл его искусства.
Главным источником информации о новых произведения Бэнкси является его личный сайт, где появляются фотодокументации произведений. Многие работы арт-революционера исчезли, но настоящий стрит-арт всегда на волосок от гибели.
Сегодня Бэнкси – один из самых узнаваемых художников стрит-арта. Его работы, часто вызывающие неожиданные реакции и резонанс в обществе, стали визитной карточкой современного искусства. Они не только поражают своим стилем и эффектностью, но и скрывают глубокое социальное и политическое послание. Бэнкси использует свой стиль, чтобы выразить недовольство политическим и социальным неравенством, а также высмеять принципы потребительского общества. Его работы о протестах, индивидуальности и выражении свободы – и при всем этом они нарушают закон. Что, впрочем, нисколько не умаляет число его почитателей.