Как видим, сила Орды опиралась отнюдь не только на голую степь. Монголы, которые пришли с Батыем завоёвывать Русь, уже не были дикими кочевниками. За их плечами стояло близкое, хотя зачастую и весьма кровавое знакомство с наиболее развитыми городскими цивилизациями той эпохи. Покорённые в начале XIII века Чингисханом и его сыновьями города Китая и Средней Азии превосходили по численности крупнейшие мегаполисы Европы в разы.

При этом монголы не только хорошо понимали важность ремесла для военного дела, но и изначально обладали важным отличием от феодальной аристократии иных стран. Эту особенность хорошо сформулировали разведчики и дипломаты китайской империи Южная Сун, воевавшие с монголами долгие десятилетия. В книге «Краткие сведения о чёрных татарах», созданной в 1237 году, как раз когда монгольские тумены впервые вторглись на Русь, китайцы пишут о преемниках Чингисхана: «Если говорить об их торговле, то они все, начиная от владетеля татар до царевичей, князей, принцесс и прочих, отдают купцам в оборот серебро. Те же покупают всяческие товары и перевозят для торговли в дальних странах…»

Монгольские вожди совершенно не испытывали характерного для иной военной аристократии пренебрежения к торговле и торговцам, а их завоевания катились с востока на запад фактически по знаменитому Шёлковому пути. Занятые в международной торговле купцы вольно или невольно становились коммерческими партнёрами победителей. В монгольском языке для таких купцов был отдельный термин – «уртак», или «ортак». Чуть позже коммерсанты Венеции, на практике познавшие толк в торговле с монголами, будут переводить его как «компаньон» или «товарищ».

Собственные «уртакчи» – торговые товарищества – упоминаются в связи со всеми заметными вождями Монгольской империи, начиная от самого Чингисхана. Покорение монголами Средней Азии началось в 1218 году, когда власти Хорезма разграбили огромный караван – тысячи верблюдов и четыре сотни купцов, пришедших с Дальнего Востока. Среди ограбленных и убитых оказались уртакчи Чингиса и его ближайших родичей, торговавшие на деньги, добытые победами монголов на берегах Янцзы. Поэтому ровно 800 лет назад, в 1219 году, Чингисхан, не закончив покорение Китая, начал войну с хорезмшахом – владыкой Средней Азии и Ирана. Именно перипетии той войны приведут один из монгольских корпусов в причерноморские степи, где на реке Калке произойдёт первое столкновение русичей и всадников Чингисхана.

Пройдёт больше столетия, и золотоордынские власти будут столь же последовательно защищать своих компаньонов-уртакчи. В архивах Венеции сохранилась подробная дипломатическая переписка с ханшей Тайдулой (женой, матерью и бабкой нескольких ханов) по поводу ордынских купцов, ограбленных в 1353 году где-то между Константинополем и Критом в ходе морской войны венецианцев и генуэзцев. Любопытен состав этих ордынских коммерсантов, работавших в доле с высшей монгольской аристократией: араб Сабадин, персы Идумелик и Юсуф, греки Феодор и Калос, русские Иван и Степан.

В ходе атаки венецианцев на генуэзцев тогда пострадали и капиталы ещё не знаменитого в отечественной истории ханского родича Мамая. Его убытки оценивались в 2,5 килограмма золота – внушительная сумма для той эпохи, когда драгметаллы стоили на порядок дороже, чем сегодня. Венецианцам в итоге пришлось освободить захваченных купцов и выплатить в Орду компенсации. По требованию ханши Тайдулы оплатили даже работу переводчиков и бумагу, на которую в ходе переписки с итальянской республикой потратилась «достопочтенная императрица татар», как её именуют в документах Венеции.