События 1237–1240 годов, когда войска Батыя захватили большую часть Руси и разорили две трети русских городов, в столице Монгольской империи Каракоруме именовали просто – Западным походом. Действительно, захваченные Батыем русские земли были тогда вполне скромными трофеями в сравнении с крупнейшими и богатейшими городами Китая, Средней Азии и Персии.

Если накануне штурма монголами в 1240 году Киев, остававшийся самым большим городом Руси, насчитывал около 50 тысяч жителей, то захваченная монголами в 1233 году столица расположенной на севере Китая империи Цзинь вмещала 400 тысяч обитателей. Не менее 300 тысяч человек проживало в Самарканде, крупнейшем городе Средней Азии, захваченном Чингисханом в 1220 году. Его внуку Батыю через 17 лет досталась более скромная добыча: по оценкам археологов, население Владимира и Рязани составляло от 15 до 25 тысяч человек. Для утешения отметим, что захваченный в 1241 году Батыем главный город Польши – Краков – насчитывал менее 10 тысяч жителей. Население не захваченного, но в итоге подчинившегося монголам Новгорода тогда составляло порядка 30 тысяч.

Население Владимиро-Суздальского княжества оценивается историками максимум в 800 тысяч человек. В целом в период Батыева нашествия древнерусские земли от Новгорода до Киева, от Владимира-Волынского на западе будущей Украины до Владимира-Залесского в центре будущей Московии насчитывали порядка 5–7 миллионов обитателей.

Для сравнения приведём численность населения других стран, захваченных Чингисханом, его детьми и внуками. Так, население государства Хорезмшахов, включавшего Среднюю Азию и современный Иран, составляло около 20 миллионов, а население всего Китая, разделённого тогда на несколько государств и империй (Си-Ся, Цзинь, Сун), последовательно захваченных монголами, уже превышало 100 миллионов.

Но русским людям от такой скромности и сравнительной бедности было не легче. В первые годы завоевания монголы, помимо захвата военной добычи в ходе боевых действий, взимали с покорённых земель военную контрибуцию. О десятине «во всём: во князех, и в людех, и в конех» как требовании монголов в самом начале завоевания рассказывает Московский летописный свод.

Однако монголы эпохи Чингисхана отличались от всех других завоевателей системным подходом во всём – начиная с организации армии и заканчивая продуманной схемой ограбления покорённых. Почти сразу по завершении походов 1237–1240 годов они, не ограничиваясь разовыми ограблениями, начали вводить на Руси свою систему налогообложения.

Начало выплаты регулярной дани принято датировать 1245 годом, когда в Новгородской летописи появляется запись о первых действиях монголов после завоевания: «И сочтоша в число, и начаша на них дань имати». В следующем, 1246 году итальянский монах Плано Карпини, отправленный папой римским к монгольскому императору, проезжал через Киев и записал в своём дневнике, что в это время в «Руссию» был прислан «один сарацин, как говорили, из партии Бату», который «пересчитал всё население, согласно своему обычаю», «чтобы каждый, как малый, так и большой, даже однодневный младенец, или бедный, или богатый, платил такую дань, именно чтобы он давал одну шкуру медведя, одного чёрного бобра, одного чёрного соболя и одну лисью шкуру».

Понятно, что в первые годы после завоевания эта система находилась в зачаточном состоянии и охватывала лишь часть русских земель – там, где рядом расположились на зимовья гарнизоны Батыя, оставшиеся в Восточной Европе по завершении Западного похода. Большая часть русских земель, пережив налёты степной кавалерии, от выплаты регулярной дани уклонилась.

В 1247 году, через десять лет после начала завоевания, князь Андрей Ярославич, младший брат Александра Невского, съездил на поклон к новым властям в Монголию. Там он из рук великого хана Гуюка получил ярлык на княжение во Владимире, став по воле далёкого восточного сюзерена великим князем Владимирским. Помимо ярлыка на княжение Андрей получил от Гуюка предписание провести в своих землях подробную перепись населения, чтобы обложить его систематической данью в пользу империи Чингизидов.

Однако «стольный град» Владимир от монгольской ставки в Каракоруме отделяло почти пять тысяч километров и полгода пути. Вернувшись на княжение с ярлыком, Андрей Ярославич приказ о проведении переписи проигнорировал, тем более что великий хан Гуюк через год умер. Систематическая дань из Северо-Восточной Руси в Монголию так и не пошла.