Ася замерла на пороге гостиной, наблюдая за Ильей. Он стоял у огромного окна, спиной к комнате, и его неподвижная фигура напоминала утес, подвергающийся ударам невидимого шторма. Воздух вокруг него был густым и ледяным. Сделать шаг навстречу казалось равносильным самоубийству.

Ася подошла бесшумно, не приближаясь слишком близко, чтобы не нарушить границу его горя.

— Илья Викторович. — В тягостной тишине ее голос прозвучал тихо, но четко. — Простите, что лезу. Но молчание — это не броня. Оно — яма. И чем дольше в ней находишься, тем глубже проваливаешься. Давайте просто… поговорим. Не как враги. Как обычные люди. Мирно, без обвинений.

Он не обернулся, но Ася заметила, как напряглись мышцы его шеи. Она решилась на отчаянный шаг — обратиться к его отцовскому сердцу, минуя все барьеры.

— Артем… — Она намеренно сделала паузу, давая имени прозвучать в тишине. — На прошлом уроке мы разбирали сложные предложения. Нужно было составить фразу о самом главном человеке. Он написал: «Мой папа работает очень много, чтобы у нас все было, и я его жду». Артем вами гордился. Показал мне вашу визитку в учебнике. Он хранил ее как талисман.

Каменная спина Ильи дрогнула. Он медленно повернулся. Его лицо, обычно идеально контролируемое, было серым и обвисшим, словно все мышцы отказали ему разом. В глазах, когда-то так похожих на глаза сына, а теперь мертвых, устремленных внутрь себя, плескалась такая бездонная боль, что Ася едва не отступила.

— Гордился? — Его голос был чуть громче шепота, хриплый и разбитый. — Гордиться теперь некому. Его нет.

Ася молчала, глядя на него. Прежняя ярость в глазах Громова угасла, сменившись пустотой. Он медленно провел рукой по лицу, словно пытаясь стереть следы недавней схватки.

— Вы простите меня, Анастасия Павловна… Ася…Я не знаю, куда еще идти. — Его голос звучал глухо, без прежней агрессии. — Полиция топчется на месте. Следствие зашло в тупик. К поиску подключились волонтеры. Почти двести человек. Я предложил вознаграждение за любую информацию о сыне.

Он сделал паузу, глядя в окно на темнеющий город.

— Милана в больнице. Она была беременна. После известия об Артеме у нее случился выкидыш. — Он сжал кулаки, но уже не от злости, а от бессилия. — Я потерял сразу двух детей.

Ася продолжала молчать, давая ему выговориться.

— Не знаю, зачем я вам это говорю. А впрочем… Я наводил справки о вашем агентстве. — Илья повернулся к ней, и в его взгляде читалась отчаянная решимость. — Помогите найти моего сына. Вы же видите — официальные органы не справляются. Я готов платить любые деньги.

В его словах не было просьбы — только констатация факта. Но за этой внешней холодностью скрывалась настоящая паника отца, исчерпавшего все варианты.

Ася помолчала, обдумывая его слова, а потом спросила:

— Чаю?

Илья кивнул:

— Давайте.