Найдя в кармане резинку для волос, завязываю высокий хвост. Ветер поднялся, клонит деревья из стороны в сторону, кружит листья в осеннем вальсе.

Он пробирается под одежду холодными пальцами, вызывая дрожь. Я ежусь, поплотнее запахиваю куртку, но ветер всё равно находит щели, забирается под воротник, шевелит выбившиеся пряди у виска.

В воздухе витает запах мха, сырой коры и еле уловимый запах разложения — то ли где-то неподалёку лежит падаль, то ли где-то бродят мертвецы. Принюхиваюсь, пытаясь отделить одно от другого, но запах слишком размыт, чтобы точно определить источник.

Оглядываюсь на Кайла. Он стоит чуть впереди, вслушивается в звуки леса, сканирует взглядом окрестности. Он тоже чувствует этот запах — я вижу, как он слегка морщит нос, а взгляд становится еще более сосредоточенным.

— Чувствуешь? — тихо спрашиваю я, подходя ближе.

Кайл кивает, не отрывая взгляда от линии деревьев.

— Да. Возможно, просто животное сдохло.

Я втягиваю воздух еще раз.

— Будем начеку, — шепчу я.

Кайл чуть кивает — мол, хорошо, держимся плана.

Ветер снова усиливается, швыряет в лицо горсть сухих листьев. Покрепче затягиваю хвост, убираю выбившуюся прядь за ухо и проверяю пистолет — патрон в патроннике, предохранитель снят.

— Идем, — говорит Кайл, делая первый шаг.

Подошвы скользят по грязи. Берем чуть левее, шагаем по мху, присыпанному листьями и мелкими ветками.

Ступать приходится осторожно: под слоем опавшей листвы и рыхлого мха могут скрываться ямы, корни или острые камни. Кайл идет первым — он прощупывает путь носком ботинка, прежде чем полностью перенести вес. Я следую за ним в полуметре, стараясь повторять его траекторию.

— Шаг в шаг, — негромко бросает он через плечо. — Тут болото близко. Один неверный шаг и увязнем.

Киваю, хотя он и не видит. Оглядываюсь по сторонам. Ветви старых елей почти смыкаются над головой, создавая сумрачный туннель. Свет едва пробивается сквозь эту плотную завесу, ложится на землю рваными пятнами.

Хруст ветки — я замираю. Кайл тоже останавливается, поднимает руку. Мы прислушиваемся. Тишина. Только ветер шевелит верхушки деревьев да где-то вдалеке каркает ворона.

Кайл оборачивается, ловит мой взгляд и чуть заметно кивает — можно идти дальше. Он делает ещё шаг, осторожно ставит ногу на упругий мох.

— Я уже устала, — высвобождаю ногу, которая застряла между корнями, — чёрт… Может, сделаем передышку?

Кайл наклоняется, ломает зажавший ногу корень — тот хрустит и поддаётся. Он протягивает мне руку, помогает выпрямиться.

— На том свете отдохнём.

— Сомнительно, — разминаю лодыжку, ощупываю место, где корень впивался в кожу. — Будем бродить по земле в поисках человечины, пока кто-нибудь не пустит пулю в лоб…

Кайл хмуро усмехается, отряхивает ладони.

— Ну, ты в своем репертуаре, — он оглядывается по сторонам.

Я вздыхаю, провожу рукой по лбу, смахивая капли пота.

Двигаемся дальше. Смотрю в широкую спину, идущую передо мной. Ветви цепляются за куртку, под ногами хрустит валежник.

— Если хочешь, можешь подождать меня тут, — Кайл пожимает плечом, не оборачиваясь.

Прям чувствую, как он нагло издевается надо мной, прекрасно понимая, что я тут не останусь — да и он не дурак, чтобы бросить меня посреди леса.

— Если я тут останусь, то всему, что я тебе пообещала, не суждено будет сбыться, — бормочу, перешагивая через толстую ветку.

— С чего это? — не оборачиваясь, уточняет он.

— Не, ну если ты некрофил, то, конечно…

— Тихо! — Кайл замирает, выставив передо мной руку. Его поза мгновенно меняется: плечи напряжены, спина выпрямилась, голова чуть наклонена в сторону — он весь превратился в слух.

Замолкаю на полуслове, задерживаю дыхание. Стараюсь уловить звук, но мешает постоянный скрип деревьев и шелест листвы. Прислушиваюсь изо всех сил — и наконец слышу: где-то вдалеке, за полосой елей, раздается низкий рык. Стадо арктических мурашек проносятся по спине.

Кайл медленно поворачивается ко мне, прикладывает палец к губам — «молчи». Его глаза сузились, взгляд стал острым, как лезвие. Он беззвучно достает молоток, висящий на ремне.

Я тоже снимаю оружие с предохранителя. Рык повторяется, теперь чуть ближе. И к нему добавляется другой звук: шуршание, кто‑то тяжёлый переступает с ноги на ногу, ворошит опавшую листву.

Кайл делает шаг в сторону, указывая мне жестом укрыться за толстым стволом старой сосны. Послушно отступаю, прижимаюсь к шершавой коре. Он присаживается рядом, шепчет почти беззвучно, едва шевеля губами:

— Мертвецы. Двое. Идут вдоль опушки. Может не заметят. Сиди тихо.

Киваю, сжимая пистолет и зубы. Сердце колотится в пятках. Рык звучит снова, теперь он ближе, отчетливее.

Кайл осторожно выглядывает из-за дерева, он оценивает расстояние, возможные пути отхода, затем снова поворачивается ко мне.

— Будем идти вперед, — шепчет он. — Шаг за шагом, без резких движений. Как только я махну рукой — двигайся за мной к тому оврагу. Поняла?

Снова киваю, как болванчик. Страх сдавливает грудь, но я заставляю себя собраться. Сейчас главное слушать Кайла, выполнять команды. Он знает, что делать.

Он медленно поднимается, делает первый бесшумный шаг. Следую за ним, стараясь не хрустнуть веткой, не задеть листву. Мы отходим, метр за метром, не отрывая взгляда от опушки, где вот-вот могут появиться твари.

Рык удаляется, уходит в сторону от нашего маршрута. Кайл делает глубокий выдох, чуть расслабляет плечи.

— Пронесло, — шепчет он, оборачиваясь ко мне.

Несмотря на холод, мы потеем, как загнанные лошади. Воздух густой, каждый вдох дается с усилием, одежда прилипает к спине. У Кайла по виску медленно стекает капля пота. Протягиваю руку и вытираю её указательным пальцем, смахиваю ещё одну, что ползет по его щеке.

— Нам осталось совсем чуть-чуть, и мы на месте, — хрипло шепчет он, облизывая пересохшие губы.

— Надеюсь, наш подвиг будет не напрасным.

— Твою мать, — испуганно проговаривает Кайл, смотря мне за спину.

— Что там ещё? — резко оборачиваюсь и автоматически делаю шаг назад, рука сама тянется к пистолету.

Стая волков бежит от опушки леса, поджав хвосты, — не на нас, а прочь, в панике, что-то гонит их оттуда. Их глаза блестят в полутьме, бока вздымаются от тяжёлого дыхания. Два фазана, издав резкий клич, взмывают вверх, хлопая крыльями.

А затем я слышу до ужаса знакомое рычание. Оно волной доносится до нас и пробирается до костей. Волки пролетают мимо нас, даже не обратив внимания, — их глаза расширены от ужаса, хвосты поджаты к брюхам.

Густые кусты с хрустом расходятся, являя нашему взору трёх тварей. Они крутят уродливыми, окровавленными головами, выискивая цель для охоты. Кожа покрыта ранами и струпьями, рёбра проступают сквозь разорванную плоть.

Следом за ними подталкивают ещё около десяти штук, а за ними ещё. Они выходят из леса, переступают через упавших зомбаков. Глаза мутно-красные, без зрачков, сканируют пространство, пока не останавливаются на нас.

Кайл мгновенно оказывается рядом, хватает меня за локоть, оттягивает к себе.

— Бежим, Ада! Бежим!

Ноги, будто вросшие в землю, вмиг приходят в тонус. Адреналин наполняет вены и артерии, приглушая страх, давая сил и ясности ума бежать, а не стоять, раскрыв рот, и ждать смерти.

Срываюсь с места так резко, что чуть не теряю равновесие, но тут же выправляю шаг. Кайл немного впереди, прокладывает путь. Я несусь за ним, не разбирая дороги: корни норовят подставить подножку, ветки хлещут по лицу.

В ушах стучит кровь, дыхание вырывается рваными толчками. Оборачиваюсь через плечо — бешеные несутся следом, через бурелом, огибают деревья с пугающей ловкостью. Их рык теперь ближе, громче.

— Не оглядывайся! — кричит Кайл. — Только вперёд!

Он резко сворачивает вправо, к насыпи из битого кирпича и ржавых балок. Я за ним. Под ногами хрустит стекло, скольжу на чём-то влажном, но адреналин держит на ногах — мышцы работают чётко, зрение обострилось, каждый камень, каждая яма видны будто при ярком свете.

Кайл перепрыгивает через груду обломков, я следом.

— Туда! — указывает рукой вперед.

Там проходит река, примерно метра три шириной. Над ней натянут самодельный деревянный мост — доски покосились, перила из каната. Прямо под ним, уткнувшись носом в дно, застыла белая машина. Её крыша упирается в деревянные перекладины моста, будто пытается прорваться наверх. Из открытого люка клацает зубами живой мертвец: распухшие от воды руки хлопают по поверхности, пытаются выбраться, но его удерживает внутри пристегнутый ремень безопасности. Он дергается снова и снова, издает хриплый стон — и снова бьёт ладонью по доскам.

Останавливаюсь на мгновение, легкие горят огнем.

— Держись, — хрипло дышит Кайл, — сейчас мост, потом перебегаем через дорогу — пару сотен метров, и мы на месте. Там будет где укрыться.

— А если мост не выдержит? — шепчу я, глядя на прогнившие доски.

— Выдержит, — отрезает Кайл. — Бежим!

Он срывается с места первым. Я за ним. Под ногами трещат старые доски, между ними зияют щели — сквозь них видна мутная вода внизу. Один неверный шаг и можно провалиться.

Кайл бежит впереди, его ботинки стучат по дереву, он перепрыгивает особенно опасные участки. Я стараюсь повторять его путь. Доска под его ногой прогибается с громким треском — он не успевает среагировать, нога проваливается прямиком в люк к твари.

Мир вокруг замедляется, звуки отключаются. Вижу, как сине-зелёные пальцы хватают его за голень, рот твари широко раскрывается, жёлтые зубы вонзаются в плоть. Ловлю взгляд Кайла — в нём шок и мгновенная вспышка боли.

Падаю на колени, бью тварь прикладом по голове. Мразь расцепляет пальцы. Кайл рывком вытаскивает ногу, подтягивается и встает.

Мир вновь включает обычный режим — звуки оглушительно бьют в барабанные перепонки. Влажное рычание мертвецов всё ближе, топот множества ног разносится над рекой. Но мне плевать. Я стою перед побледневшим Кайлом, смотрю ему в глаза и понимаю, что это последние мгновения, когда я вижу его живым. Моё сердце попадает в мясорубку, душа разлетается на тысячу осколков, пронзает грудь. Глаза обжигают соленые слезы, рыдание рвётся из горла.

— Меня укусили, — с болью, хрипло произносит мой любимый человек.

— Вот и все, — провожу ладонью по его щеке, чувствуя, как дрожат пальцы. — Наша борьба окончена. Мы проиграли.

Мне хочется орать, рвать на себе волосы, вылезти вон из кожи — только бы вернуть время хотя бы на пару минут и исправить эту трагедию. Представить, что я успела схватить его раньше, что доска не треснула, что мы обошли этот проклятый мост стороной… Но, к сожалению, такое бывает только в книгах со счастливым концом. А мы… мы в реальном жестоком мире, с его законами выживания, где выживает сильнейший.

Видимо, мы не прошли проверку на прочность. Умрёт Кайл — умру и я. Мне не выжить без него. Да и жизнь без него мне не нужна.

Конец первой книги. Продолжение следует…

тгк автора: https://t.me/galamrok

Вк сообщество https://vk.com/galamrok