Вино следует пить в середине еды, а лучше всего выпить после еды.

Впрочем, хорошо пригублять вино во время еды.

Константинополь, 9 сентября 957 года н. э. (среда)

КНЯГИНЯ

Церемония тянулась и тянулась, пышная, сложная, приторная, и, казалось, не закончится она никогда. Точнее, это была цепь действ, переходящих из одного в другое так же, как бесконечными анфиладами тянулись залы огромного и древнего дворца базилевсов. Ольге, умной и властной, привыкшей к действию, в какой-то момент начало казаться, что церемония – это изощренная насмешка над игемоном и архонтиссой русов, как ее здесь титуловали, способ показать весь блеск и могущество великой империи ромеев, превосходившей любое другое государство.

Империя, впрочем, была теперь не так велика, как в седой древности. В июне 860 года Константинополь впервые познакомился с силой дружины россов, когда неизвестное войско подступило к стенам огромного города, пока император Михаил III вместе с армией пытался остановить неуклонное продвижение арабов на византийские земли. Тогда только чудо и разразившаяся буря спасли столицу Византии от штурма. С тех пор хитроумные ромеи и сами стремились привлечь северных соседей в качестве торговых партнеров, а часто и военных союзников. Недаром император Константин VII Багрянородный согласился принять посольство Ольги и теперь выказывал ей уважение в такой сложной и утомительной форме.

Вместе с княгиней во дворец прибыла ее свита: приближенные девушки из княжеских родов и доверенные служанки шли за Ольгой, за ними следовали купцы, которым надлежало вести торговые дела с ромеями. У входа во дворец их остановил сановник, вежливо и церемонно расспрашивавший о здоровье самой архонтиссы Эльги, ее родных, благоденствии народа россов. Затем они ожидали приема возле тяжелых занавесей, за которыми открылся наконец вход в сад, где большие деревья росли прямо в дворцовом зале, прошли через другой зал с парадной короной императора. Портики, переходы, ипподром и снова какие-то богато украшенные залы, где ей предлагали присесть, отведать и попробовать сладостей и вина. Встреча с Еленой – женой Константина – и его невесткой, ничего не значащие разговоры, снова фрукты и напитки из меда и виноградного сока. Череда евнухов разного ранга, жен византийских вельмож, также следовавших группами, согласно их чину при дворе. Опять какой-то длинный путь через роскошные залы и коридоры и отдых перед встречей с самим императором. Много позже Ольга припомнила все эти церемонии греческим послам, приехавшим уже в ее столицу – Киев: «Подождете, как я у вас ждала!», оставив их без приема на несколько дней.

Наконец, в очередном зале – больше и богаче всех прочих – ее ждали Константин с Еленой, окруженные детьми и придворными. Вновь долгий разговор, нить которого все время как бы ускользала от необходимых Ольге вещей: торговых соглашений, действовавших между Русью и Византией еще со времен Вещего Олега, дел православной миссии на землях россов. Говорили о чем угодно: о здоровье и благоденствии народов, о штормах, затруднявших мореплавание на Понте Эвксинском, об урожаях и обрядах.

Позже церемонии продолжились долгим пиром в парадном Триклинии Юстиниана – длиннейшем пышном зале, примыкавшем к ипподрому. К обеду подавали сладкое вино из Македонии – родины деда императора Константина, черное вино из Негева, киликийское, пахнущее ароматным виноградом. Пили неразбавленным, но пригубляя понемногу, меняя чаши. Слушая звучные гимны, которые многими голосами выводили певчие собора Святой Софии, говорили и о мудрости византийской церкви, к обрядам которой Ольга проявила живой интерес. Приобщение Русского государства к византийской религии было одной из целей государственного визита русской княгини.

Скульптурное изображение княгини Ольги и князя Владимира Святославича. Автор Вячеслав Клыков

© Karasev Victor / Shutterstock.com

Радзивилловская летопись, конец XV века

После обеда и десерта, который сервировали отдельно, Константин вручил гостье в дар золотую чашу, украшенную драгоценными камнями и доверху наполненную серебряными монетами – милиарсиями. Подарки получили и все русские гости, включая служанок Ольги и купцов.

18 октября того же года миссия русского посольства в Константинополь завершилась еще одним пиром в парадном зале богато украшенной церкви Святого Павла, где вновь присутствовал базилевс, поднимались чаши с вином и вручались щедрые подарки. Путешествие, начинавшееся столь неоднозначно на взгляд русского посольства, завершилось успехом. Несмотря на столь очевидную несхожесть двух держав и их обычаев, торговые, военные и религиозные связи Византии и Руси укрепились.

Многие церемониальные подробности приезда Ольги, вплоть до дней недели, император Константин скрупулезно записал в трактате «О церемониях», пропустив один важный момент – крещение русской княгини, получившей православное имя Елена, о котором подробно говорится в русской «Повести временных лет».

Событие, больше чем на 30 лет предвосхитившее каноническое крещение князя Владимира Святославича – внука Ольги, – а в дальнейшем и всей Руси, один из ключевых моментов в русской истории. В этот момент торговля вином на пути из варяг в греки начинает обретать еще одно важное значение. Распространение вина на Руси, первое знакомство с ним началось не столько у пиршественных столов варяжских дружин, за которые мог попасть далеко не каждый, а сколько в таинствах церкви.

В тех же трактатах Константина Багрянородного, исключительно плодовитого автора своего времени, в более позднее время можно найти упоминания торгового оборота с Русью, где в числе товаров, отправляемых на Север, указано и вино.

Недаром восемь веков спустя автор статьи 1756 года «О разведении винограда» – первой системной работы по виноградарству и виноделию в России – писал, что история торговли вином в Русском государстве началась «от священныя княгини Ольги».