– Доктор, как в эстетической медицине всё сложно! – сказала мне однажды пациентка. – У вас планы как у полководца, только успевай им следовать. Я же думала, что всего-то и надо – вколоть гиалуронку в проблемные места, и будет красиво!

Ну что тут скажешь? Вколоть – дело нехитрое. Но не всё так просто. Человеческое тело – одна из самых сложнейших систем на планете. И в какой-то мере эта система непредсказуема. Изучая её в течение очень долгого времени, мы до сих пор многого о ней не знаем. И «просто вколоть гиалуронку» – это, мягко говоря, неправильный подход к собственной внешности и здоровью. Однако стоит признать, подход довольно распространенный. Отчасти он связан с тем, что за последние годы гиалуроновая кислота стала настоящим трендом в области красоты. Крупные косметические компании предлагают различные сыворотки, кремы, филлеры с гиалуроновой кислотой.

Правда, не все в курсе, что на самом деле из себя представляет гиалуроновая кислота. Поэтому думаю, что имеет смысл сказать несколько слов об этом.

Гиалуроновая кислота – это естественный компонент клеток кожи, она входит в состав соединительной ткани, внутренней оболочки сосудов и тканей нервов. Вы, наверное, ещё со школы помните, что человек на 80% состоит из воды, – так вот, именно гиалуроновая кислота во многом и помогает удержать влагу внутри клеток. Она действует как губка – притягивает и удерживает воду. Помимо этого, «гиалуронка» ещё выступает в роли умного логиста – проще говоря, она доставляет воду туда, где клетки в ней особенно нуждаются.

В юности и в молодости синтез гиалуроновой кислоты происходит как бы сам собой, без особых проблем. Однако по мере возникновения возрастных проблем внутренний синтез этой кислоты замедляется, её становится всё меньше и меньше. Это, бесспорно, влияет на состояние и качество кожи: тургор снижается. Цвет кожи становится тусклым, появляются морщины и сухость.

Особенность гиалуроновой кислоты в том, что, имея разные формы, она, тем не менее, обладает одинаковыми свойствами и составом. Именно поэтому её так любят косметические фирмы. Существуют даже биодобавки, в составе которых есть гиалуронка. И, конечно же, выбор кремов и сывороток – огромен.

– Доктор, – сказала мне как-то одна из возрастных пациенток. – Мы тут недавно собрались с подружками, и зашёл разговор о гиалу-ронке. Ну, это своего рода наш последний шанс. Вы понимаете, да? Все говорят, что она творит настоящие чудеса. Однако вот вопрос: если можно купить крем, то стоит ли делать инъекции? Или же, наоборот, нужно делать инъекции и не тратить деньги на дорогую косметику?

Это очень правильный вопрос – что лучше? Я ни в коей мере не умаляю возможности современной косметологии, они сегодня помогают решить многие проблемы, связанные с качеством и состоянием кожи. Однако, к сожалению, не все формы гиалуроновой кислоты способны проникнуть в глубокие слои дермы. Задача хорошего косметического средства – увлажнить и даже слегка выровнять тургор кожи, но наполнить клетки влагой изнутри оно, увы, не может. Поэтому если у вас есть недостаток гиалуроновой кислоты (а с возрастом он есть у всех), то лучше всего сделать курс инъекций.

Может показаться, что я рекламирую филлеры, но это не так. Мне просто нравится с ними работать. В первую очередь потому, что это просто, быстро и практически безопасно. Филлеры восполняют объём тканей именно там, где это необходимо, они убирают глубокие морщины, корректируют овал лица, помогают разгладить рубцовые ткани. С их помощью также можно увеличить объём губ, изменить форму носа, скул, подбородка и щёк. Но, пожалуй, самое главное, за что я так люблю филлеры, – это за то, что они заставляют клетки кожи самостоятельно обновляться и работать. Плюс филлеров ещё и в том, что их действие довольно продолжительное – примерно на полгода, а иногда и более. Поскольку организм может синтезировать гиалуроновую кислоту, то он её может и расщеплять. Так что этот процесс пройдёт естественно и безопасно.

Сама процедура тоже подходит многим пациенткам. В среднем она длится 30–40 минут. Порции филлера вводятся постепенно с помощью тонкой иглы. Гель сам распределяется внутри клеток, там, где это необходимо.

В своей практике я больше всего использую гиалуроновую кислоту от компании «Аллерган». Это один из мировых лидеров на косметологическом рынке, и в качестве их филлеров (линейка «Ювидерм») я совершенно уверен. Чтобы не быть голословным, могу сказать, что делал такие инъекции не только своим близким, но и самому себе. Поэтому в этих препаратах я уверен и могу спокойно их рекомендовать. Я знаю, что они отработают замечательно, причём с минимумом негативного влияния на ткани.

И всё же, почему «проще простого вколоть гиалуронку» – это неправильный подход? Хотя бы потому, что идеальной процедуры, которая была бы для всех без исключения безопасной и эффективной, не существует. Ну нет, и не может быть идеальной процедуры для всех! Таких процедур нет ни в аппаратной косметологии, ни в инъекционной, ни в пластической хирургии. В каждом конкретном случае нужно подбирать комплексы, нужно что-то корректировать. И если я предпочитаю линейку «Ювидерма», это не значит, что я от неё никогда не отхожу, и что использую в работе только эти препараты.

Линейки филлеров обширны, и каждая из них решает свою конкретную задачу. Поэтому если мне для работы потребуется препарат с другими свойствами, я подбираю его с тем, чтобы мой пациент получил максимально хороший и безопасный результат.

Почему мне ещё не нравится подход «просто вколоть гиалуронку»? Потому что в данном случае упрощённый подход может привести к очень большим проблемам. Думаю, никто не станет спорить, что филлеры должны быть безопасны для пациента.

Но что это значит? Какой филлер безопасен?

Как минимум, препарат должен быть сертифицирован в России.

Все инъекционные препараты должны пройти определённые этапы исследований. То есть перед тем, как вывести препарат на рынок, фирма, которая выпускает данный препарат, должна провести ряд исследований, чтобы доказать его эффективность и безопасность. Эти исследования нужны, чтобы понимать, какое влияние препарат осуществляет на ткани, на всю систему в целом, есть ли у него побочные явления, для какого возраста и показателей он наиболее подходит. Но любые серьёзные исследования – это время и серьёзные финансовые вложения. Однако не каждая компания может себе это сегодня позволить. А если нет исследований, если препарат не сертифицирован, то что это значит? В первую очередь, это означает высокие риски для пациента.

Я не устаю поражаться тому, с каким доверием женщины идут на подобные процедуры. Нередко они просто ведутся на красивую картинку в соцсетях. Думаю, не открою большой тайны, что именно в этой социальной сети чаще всего ищут специалистов по красоте. Но специалист специалисту рознь.

– Доктор, сделайте хоть что-то! – пациентка рыдает.

Я смотрю на её изуродованное лицо и снова не понимаю (в который уже раз!), как можно было так рисковать своей внешностью и здоровьем.

– Какой препарат вам вкололи?

– Я не знаю! – она снова плачет. – Нашла врача в Инсте, там всё так красиво, много хороших отзывов. Доктор, помогите! У меня вся жизнь теперь под откос!

– А где делали? Как называется клиника? Как фамилия врача?

– Так дома у неё делали.

– А медицинское образование у вашего врача есть?

– Откуда я знаю?! Какое это имеет значение? Доктор, вы можете это исправить?

Искать врача по красивой картинке и по благожелательным отзывам? Можно и так. В конце концов, у хороших специалистов действительно есть портфолио и прекрасные отзывы. Причём не выдуманные, а настоящие. Но всё же, поверьте, картинка и отзывы – не самое главное.

Главное – наличие высшего медицинского образования. Это первый и самый главный критерий того, что вы выбрали специалиста, а не шарлатана. И именно этот момент в первую очередь и нужно уточнять. Но если, когда речь идёт о сложных пластических операциях, женщины об этом ещё помнят, то, как только разговор касается инъекций, тут же забывают.

О том, что в индустрии красоты всегда было много мошенников и шарлатанов, говорят давно. Желание женщин сохранить молодость и красоту – очень мощный триггер. И у этого триггера есть сопутствующие пожелания: быстро, безболезненно, эффективно и… недорого. Этим и пользуются шарлатаны. А сейчас, с моей точки зрения, ситуация и вовсе удручающая. В социальных сетях сегодня представлены тысячи людей, которые оказывают косметические услуги. Однако в большинстве своём эти люди не имеют никакого отношения к медицинской профессии. В лучшем случае, это околомедицинское образование: курсы медицинских сестёр, курсы косметологических сестёр, но никак не высшее медицинское образование. И пациентка в своём желании стать как можно скорее молодой и красивой, да ещё по скидке, забывает спросить: а к кому я пришла? К врачу или не к врачу?

И одно дело, когда женщина совсем не понимает, кто перед ней – врач с высшим медицинским образованием, опытом и профессиональным стажем, или же медицинская сестра, которая решила подзаработать денег на инъекционных процедурах. И совсем другое дело, когда вы осознаёте: вы записались не к врачу, но… вы хотите сделать у него ту или иную косметическую процедуру. Вы понимаете, что перед вами человек, не имеющий медицинского образования, но вы всё равно садитесь к нему в кресло, чтобы он изменил вашу внешность. Но отдаёте ли вы себе отчёт о возможных последствиях? Задаёте ли вы себе вопрос: а знает ли этот «специалист», что именно он будет делать с вашим лицом?

Думаю, что нет. Вам кажется, что это «проще простого – вколоть гиалуронку». Что тут сложного? Вы же (как и этот «специалист») тоже подготовились: посмотрели видеоролики на ютубе: а там всё просто и красиво: раз укол, два укол – и никаких тебе последствий и проблем.

Ко мне часто приходят жертвы этого подхода. Они плачут, умоляют исправить тот кошмарный результат, который получился. Однако я не всегда могу помочь. Большинство печальных случаев, связанных с инъекционными курсами, как раз от того, что люди не осознают последствий. Им кажется, что это просто – вкололи, и ты снова молода и красива. А кто и что именно вколол, и куда вколол – остаётся за рамками композиции. Это как раз пример легкомысленности: понадеяться на хороший результат, но не позаботиться о безопасности самого процесса.

Для меня как врача самое главное в работе с филлерами – это постоянный аналитический процесс. Процедура действительно непродолжительная, но уже с первых секунд я постоянно анализирую и взвешиваю каждое своё действие: что будет, если я сделаю вот это, куда я могу позволить себе ввести этот препарат, в какой слой, не задену ли в процессе какое-либо анатомическое образование. В голове идёт постоянная обработка моих собственных действий. Аналитическая, комплексная, многоуровневая. Мой мозг в этот момент походит на ультра-сложный компьютер, который перерабатывает гигабайты информации. Это сложно представить, но вы попробуйте.

Вот, казалось бы, простая процедура: ввести пациенту филлеры. Пациент лежит, врач держит шприц, и всё, что требуется от врача, – сделать серию точечных уколов. И врач вроде бы не напряжён (процедура, как многие думают, пустяковая), а в это время в голове врача идёт сложнейший аналитический расчёт, причём этот процесс не останавливается ни на секунду. И каждое последующее действие вызывает внутреннюю опаску, потому что врач понимает, чем именно может обернуться даже малейшая ошибка.

А вот когда ты не знаешь нюансов и не владеешь полной информацией, когда нет образования, то всё легко и просто. Коли, куда хочется, и все! Есть тут точка (о ней ты знаешь из того же ролика на ютубе) – уколол, да и нормально. Ничего не случилось? Да и прекрасно! Случилось? Ну, что ж, вам, женщина, не повезло. Так тоже бывает. Ничем помочь не могу, идите к врачу. Такие истории всегда заканчиваются одним и тем же: «Непредсказуемый результат? Идите к врачу!»

Расскажу такой случай. У меня есть одна давняя пациентка, которая живёт за рубежом. В Россию она приезжает довольно редко, но каждый свой визит пытается спланировать так, чтобы записаться ко мне на инъекционные процедуры. И вот в один из таких визитов произошло следующее:

– Доктор, – сказала моя пациентка во время осмотра. – Видите, у меня здесь филлер вколот. Правда, хорошо получилось?

– Ну… – замялся я. – Признаться, не очень.

А кто вам делал процедуру?

– Я сама! – ответила она с гордостью.

Я так и сел.

– Понимаете, Павел Георгиевич, тут такое дело. Долгое время не получалось приехать в Россию. Под глазами появились синяки, вид так себе, и мне захотелось исправить.

– И что вы сделали? – спросил я, с трудом придя в себя от изумления.

– А что? Я пошла в аптеку и купила филлер.

– Вам продали его вот просто так? – во второй раз изумился я. – Я знаю, что в некоторых европейских странах филлеры продаются в аптеках, но нужен рецепт. У вас был рецепт?

– Давайте не будем вдаваться в детали, – уклонилась она. – Дело же не в этом. В общем, я пришла домой, посмотрела ролик на ютубе и сама себе сделала укол. Вот сюда. Павел Георгиевич, почему вы на меня так странно смотрите?

Наверное, взгляд у меня действительно был странный. В тот момент я просто не знал, что сказать. Да и что тут скажешь? Как сказать человеку, который просто не осознаёт, что его легкомысленные действия могли привести к необратимым последствиям, в том числе к потере зрения. Я с ужасом представил, что моя пациентка могла попасть иглой в сосуд, и всё закончилось бы слепотой. Да, обошлось. Да, повезло. А если бы не обошлось и не повезло?

В инъекционных процедурах очень много самых разных нюансов, которые пациенты либо не понимают, либо просто не хотят понимать.

– Почему вы сразу не пришли к нам, в нашу клинику? – спрашиваю очередную пациентку, которая просит исправить «весь этот кошмар».

– Ну, у вас дорого. А там было в несколько раз дешевле.

– А теперь вы потратите ещё большие деньги, чтобы исправить то, что было сделано «подешевле».

– Об этом я не думала. Я надеялась, что сразу всё хорошо получится.

Это весьма распространённый подход: желая получить великолепный результат, люди, тем не менее, пытаются сэкономить. Они хотят великолепно и… дёшево.

Но помните, как обычно бывает, когда пытаешься сэкономить? В лучшем случае – «дёшево и сердито».

Я не понимаю, как можно экономить, когда речь идёт о здоровье и собственной внешности. Как можно рисковать? Вот давайте на минуту задумаемся, как может быть инъекционная процедура быть дешёвой, если стоимость самого препарата в закупке, условно, – 10000 рублей, а вам предлагают эту самую процедуру (включая и стоимость препарата) всего за 5000 рублей?!

– Ну, доктор, ведь везде же бывают скидки! – сказала мне ещё одна пациентка, когда я пытался воззвать к обычной математике и логике. – На продукты скидки, на косметику, на одежду. Ну и на красоту тоже должны быть скидки, разве нет? У этого врача была акция, вот я и решилась.

Я посмотрел на результаты этой «акции» и только вздохнул. Вот удивительное дело: мы столько всего сегодня знаем о различных омолаживающих процедурах, мы можем выбрать любого врача и любую клинику, но совершенно при этом не задумываемся о важных моментах. Лицензии. Цене препарата.

Качественный филлер не может быть дешёвым. Его не покупают на базаре и не вкалывают в подпольном кабинете или на кухне у подружки. И самостоятельно его вкалывать я тоже не рекомендую. Если вам предлагают сделать процедуру по низкой цене, это повод задуматься. А ещё это повод изучить рынок и посмотреть примерный порядок цен. Если везде эта процедура стоит намного дороже, чем вам предлагает «специалист» в рекламе, есть повод задуматься. И в первую очередь задуматься о возможных последствиях. О том, что вы можете потерять своё лицо. Практически в буквальном смысле этой фразы. Подумайте, что именно вам будут вводить?

Каждый препарат, который вам вводят в клинике, имеет определённую маркировку: у такого препарата есть серийный номер. И после процедуры вы можете запросить у клиники все медицинские документы, включая серию и номер препарата, который был вам введён. Более того, если вы обратитесь к региональным дистрибьюторам или в центральный офис, вы сможете получить всю информацию о препарате: серию, когда и кем эта серия была завезена. Иными словами, всё, что происходит в клинике, прозрачно: лицензия и квалификация врача, качество препаратов, последующие консультации.

Сможете ли вы всё это получить, если инъекции вам делают на кухне у подруги или в подпольном кабинете? Вопрос риторический.

Я не случайно так много говорю о возможных последствиях и рисках. Эстетическая медицина – не русская рулетка, чтобы в неё играть. Повезёт один раз, повезёт другой, но как долго вы готовы испытывать степень своего везения? И как долго вы готовы рисковать своим лицом? Как часто вы готовы на нём экономить? В данном случае вы – как тот самый скупой из популярной пословицы, только в данном случае платить придётся не дважды, а в десятки, сотни раз больше. Ведь порой исправить то, что было сделано, практически невозможно. Речь не только о том, что были введены некачественные препараты, в минус играет и время.

Я заметил, что те пациенты, которые склонны экономить на косметических процедурах, тяжело признают тот факт, что риск не удался. Лицо не сияет, налицо (простите за каламбур) большие проблемы, и эти проблемы надо решать. Нужно исправлять то, что сделал дешёвый «специалист». Но признать свою ошибку – невероятно сложно. Время идёт, женщина питает иллюзии: может, всё рассосётся, может, нужно просто время, чтобы увидеть результат? И время идёт. С каждым днём шансы исправить лицо становятся всё меньше. И вот когда пациентка находит в себе силы, мужество (и деньги!), она обращается в хорошую клинику к хорошему доктору. И здесь возникает новая проблема, к которой пациентка совершенно не готова.

Врач может отказать. Клиника может отказать.

Звучит невероятно? Однако это факт. Многие врачи сегодня отказываются браться за исправление чужого брака. И мне, в том числе, приходится порой отказывать таким пациентам, как бы я ни хотел помочь. И на это есть свои причины. Одна из пациенток как-то в сердцах меня спросила:

– Вы меня так наказываете, да? Хотите преподать урок? Но я же и так всё поняла!

Ни в коем случае! Дело не в наказании и не в уроках. Тут совсем иная причина – незащищённость врача и клиники.

Такой пациент для нас своего рода «кот в мешке». Для нас это пациент со многими неизвестными. И чем всё в итоге закончится, никто не знает. Когда ко мне приходит пациент с последствиями чужого брака, и я после длительных сомнений и колебаний всё же берусь за этот сложный случай, то до конца не знаю, чем он закончится.

Всегда есть несколько вариантов развития ситуации. Первый вариант: всё пройдет идеально, как я планирую, и как нам с пациентом хотелось бы. Второй вариант чуть хуже: что-то может пойти не так, возможно, возникнут осложнения или проблемы. Ну, и третий вариант – всё пойдёт по непредсказуемому пути. То есть всё пойдет не так, но как именно, я даже и предположить пока не могу, так как не знаю, с чем именно я столкнусь. И такие ситуации часто касаются именно филлеров, нитей и прочих инъекционных процедур, которые проводятся не пойми кем, не пойми как и не пойми чем.

Исправлять чужой брак – дело не только хлопотное, но и в какой-то степени неблагодарное. В данном случае я как врач абсолютно не защищён с точки зрения закона. Ведь если всё пойдёт не так, как хотелось, любой из этих пациентов может подать на меня и на клинику в суд. Причём заметьте, подаст он не на того, кто всё изначально испортил, а на того, кто попытался всё исправить. Формулировки могут быть разными: за то, что не оказал нужную помощь, или не смог оказать нужную помощь, хотя и старался. Доктор что-то сделал, и всё окончательно пошло не так. В ситуации, когда речь идёт об исправлении чужого брака, крайним окажусь я и клиника. Этот щекотливый момент останавливает многих моих коллег: да, мы не любим исправлять чужие ошибки. Да, нам не хочется оказаться в центре судебной тяжбы, несмотря на желание помочь пациенту.

Поэтому мой совет всем, кто хочет сделать процедуру подешевле, серьёзно подумать о последствиях. Можно сэкономить на креме, на косметике, но экономить на своём лице и здоровье значит рисковать ими. И поверьте, такой риск не оправдывает себя.

И в завершение этой темы расскажу ещё один пример: приходит пациентка на консультацию, подробно обсуждаем проблемы лица, возможные варианты работы, много вопросов, на которые даю развёрнутые ответы и по итогу консультации выдаю пациентке расписанные рекомендации, что и в какой последовательности выполнять. Пациентка уходит. Через пару недель работаю, и вдруг прибегают ко мне в кабинет девочки-менеджеры и говорят: там ваша пациентка пришла, ругается на ресепшене, требует, чтобы вы её посмотрели. Хорошо, говорю, сейчас отпущу пациентку и пообщаюсь, – а сам в недоумении, что там происходит, поскорее отпустил пациентку и приглашаю возмутительницу спокойствия. Заходит пациентка и с порога мне тычет моими рекомендациями: вот, доктор, полюбуйтесь… Смотрю листок, вспоминаю разговор, рекомендации, смотрю на пациентку. У пациентки синяк в области уха и идёт на нижнюю челюсть с одной стороны. Я спрашиваю: что случилось, при чём тут мои рекомендации и гематомы на вашем лице? Мы с вами ни одной из намеченных процедур не сделали!

– Да, доктор, не сделали, но мне предложили эти процедуры по вашему плану сделать в другом месте, и значительно дешевле!

– Хорошо, – говорю, – только я тут при чём? Вы сделали в другом месте, идите к тому доктору, который сделал, и узнавайте всю информацию.

– Я делала не в клинике, и тот, кто делал, не врач, и мне сказали обратиться снова к вам, так как вы давали рекомендации и вы грамотный специалист.

– Спасибо, конечно, – говорю, а сам чувствую, что от такой наглости начинаю раздражаться, но держусь. – Так что от меня требуется, ведь всё сделано, как я вижу?

– Посмотрите, – говорит она, – всё ли правильно мне сделали. Это же ваши рекомендации…

Если даже, всего лишь только дав рекомендации, ты можешь нарваться на подобную ситуацию, то когда начинаешь что-то исправлять за другими, насколько же сильнее ты рискуешь обратить весь гнев пациента на себя – не только с точки зрения эмоций, но и юридической в том числе. А ты ведь просто хотел помочь. Поэтому подумайте как следует, что и где делать.