Объективно, это заняло секунды. С моей точки зрения, это был долгий, ужасный час. Мое тело поглощало энергию отовсюду, черпая дополнительную массу из пространств между реальностями. И когда все закончилось, я стал высотой девять футов, покрытый черной чешуей — тысяча фунтов мускулов, когтей и клыков.

От моей чешуи поднимался пар. Воздух с трудом входил и выходил из новых массивных легких, вырываясь клубами в прохладу подземного туннеля. Пласты мышц, мощных, как у гориллы, дрожали в предвкушении дела.

И я был не в духе.

Вурдалаки появились через минуту.

Они тоже слегка подшаманили над собой: руки удлинились, спины искривились, когти вытянулись. Лица трансформировались в морды, прорезались клыки. Голодные, пускающие слюни плотоядные твари.

Но когда я вышел из темноты — полтонны дымящейся черной чешуи, рвущих когтей, кромсающих клыков и красных светящихся демонических глаз, — монстры осознали разницу между любителями и профессионалами.

Дело приняло неприятный оборот.

И эта «неприятность» оказалась повсюду: на стенах и на потолке.

Одному из вурдалаков удалось сбежать, буквально вырвав себя от собственной руки, зажатой в моих челюстях. Он припустил прочь, пока я добивал парочку раненых. Вурдалаки — как тараканы. Их трудно убить, обычно приходится расчленять. Я убедился, что работа доведена до конца, и как раз в тот момент, когда беглец добрался до поверхности, раздался громкий «бум», а за ним еще два.

Я неспешно направился к выходу из туннеля, где стояла Вити, направив полуавтоматический дробовик на тяжело раненного вурдалака. Тот получил по заряду в грудь и в каждую ногу и теперь пытался уползти на оставшейся руке.

Я вышел из туннеля весь в крови, ведь схлестнуться с шестеркой гулей невозможно без потерь. Глаза Вити расширились, и она чуть не вскинула дробовик. Ее трудно винить.

Я схватил раненого вурдалака за ногу и потащил его обратно в туннель к остальным. Он слабо завыл, извиваясь.

Затем я довел дело до конца.

Поздним вечером я встретился с Шерил Петти на набережной в порту Чикаго. Судоходство на баржах в городе уже не то, что в былые времена, но оно все еще существует. Движение там неспешное. Что идеально подходило для моих целей. Если работаешь с теневой стороной Чикаго, то обязательно знаешь парней в порту, особенно тех, кто дежурит поздно ночью. Я позаботился о том, чтобы ее пропустили.

Миссис Петти подкатила на своем спортивном европейском авто (розовом, разумеется); шины хрустнули по гравию, когда она затормозила под гудящим галогеновым фонарем возле одного из бесчисленных складов. Она оделась по случаю: длинное пальто, солнцезащитные очки и косынка на голове — словно ее прислали из отдела кастинга на роль «Барби на тайной явке».

«Мистер Грей», — произнесла она. Она пыталась выглядеть непринужденно, вставляя сигарету в мундштук и прикуривая, но ее руки дрожали. «Вы собираетесь сделать меня счастливой женщиной?»

«Зависит от того, как на это посмотреть», — ответил я. Рука и живот тихо горели от ран, на заживление которых потребуется еще пара плотных обедов и несколько часов сна, и это, возможно, сделало меня раздражительным. Тем не менее, она наняла меня. Она заслуживала шанс отказаться. «Вы хотите, чтобы с вашим мужем случилось что-то плохое?»

Ее глаза сузились. «Именно так», — отрезала она. «Да, именно этого я и хочу».

«И вы в этом уверены?»

«Абсолютно».

Я выдохнул через нос. «Что ж, так и быть. Пойдемте, посмотрим».

Я провел ее внутрь склада, мимо конторки клерка в полумрак огромного основного хранилища, где грузовые контейнеры и огромные ящики были навалены штабелями в двадцать-тридцать футов высотой.

«Боже мой», — выдохнула миссис Петти. «То есть… Здесь никого нет».

«Не совсем так», — отозвался я. Мы дошли до дальнего конца склада, где огромные откатные ворота были плотно закрыты на ночь. Там, в рефрижераторном контейнере размером с фуру, находились Вити, Морис Петти и Кэмми Монтекрист.

Морис и Кэмми сидели на полу спина к спине. Их связали пластиковыми стяжками, а рты заклеили скотчем. Вити стояла над ними, небрежно опустив руку с пистолетом с глушителем.

Шерил Петти застыла, ее глаза округлились. «Что? Боже мой, что? Кэмми?» Она бросилась к сестре.

«Я подумал, вы захотите, чтобы любовница Мориса тоже пострадала».

Морис шумно вздохнул носом. Глаза Кэмми расширились, и она начала отчаянно мотать головой.

Шерил замерла в шоке. Затем ее глаза стали еще больше, остекленели, а лицо сделалось пунцовым. Птичьим выпадом она сократила дистанцию до Кэмми и начал сильно и неоднократно бить ее по лицу. Один из ударов сорвал скотч с уголка рта Кэмми, и та принялась сыпать проклятиями.

Вити и я переглянулись и отошли ко входу в грузовой контейнер.

«Сука!» — завизжала Шерил Петти. Затем она начала осыпать ударами и Мориса. «Ублюдок!»

Морис заметил, как моя рука легла на дверь контейнера. Он закричал сквозь скотч, отчаянно кивая в сторону выхода. Шерил резко обернулась.

«Весы уравновешены», — тихо сказал я. «Шерил, ты обчищала своего мужа и наняла настоящего монстра, — я скромно приложил руку к груди, — чтобы превратить его жизнь в ад или зверски убить. Морис, ты помогаешь плохим людям проворачивать их грязные дела и при этом спишь с сестрой собственной жены. А ты, Кэмми, сговорилась с вурдалаками, чтобы обокрасть их обоих и бросить на произвол судьбы. Вы все… просто ужасные люди».

Все трое уставились на меня. Шерил сделала шаг к выходу из контейнера, но Вити подняла пистолет и бросила на нее бесстрастный, лишенный эмоций взгляд.

Шерил замерла.

«Ваше пальто. Шарф. Солнцезащитные очки. Пожалуйста», — произнесла Вити нейтральным тоном.

Шерил вытаращила глаза, но подчинилась. Вити забрала вещи с ледяным спокойствием.

Я кивнул. «А теперь слушайте. Если бы Шерил не наняла исполнителя, Кэмми сбежала бы со всеми деньгами. Те, с кем она связалась, убили бы ее, забрали деньги и начали шантажировать Мориса, чтобы добраться до Марконе, и я думаю, ты знаешь, чем бы это для тебя закончилось, Морис».

«А что насчет меня?» — потребовала ответа Шерил. «Что бы они со мной сделали?»

«Без понятия», — отозвался я. «Может, убили бы и съели? Если бы тебя вообще заметили».

«О», — сказала она гораздо тише.

Я улыбнулся им всем своей тревожной улыбкой. «Конечно, Шерил наняла меня. Так что вас не убьют и не съедят вурдалаки. Вместо этого я приговариваю вас к аду по Сартру («Ад по Сартру» — это отсылка к пьесе «За закрытыми дверями» и знаменитой фразе «Ад — это другие». Грей запер троих предателей в тесном пространстве, вынуждая их бесконечно мучить друг друга правдой - п.п.).

«Что?» — возмутилась Шерил. «Что ты имеешь в виду?»

«Увидишь», — сказал я.

И я закрыл дверь контейнера и запер ее.

«Какой там слой изоляции?» — полюбопытствовал я вслух.

«Восемнадцать дюймов», — незамедлительно ответила Вити. «Разве ты не слышишь, как они кричат и стучат?»

«Нет».

«Вот именно».

«Ты положила туда припасы?»

«Там достаточно воды и калорий, чтобы они дотянули до Сент-Луиса, где контейнер вскроют. При условии, что они будут делиться по совести».

«По пути им будет о чем поболтать», — заметил я.

Вити спрятала пистолет и надела пальто, шарф и солнцезащитные очки Шерил. Она выудила ее ключи из кармана пальто. Пока мы шли, я «надел» лицо Мориса. Камеры наблюдения заснимут нас на выходе, но увидят они лишь чету Петти. «То, что мы только что сделали, незаконно, не так ли?»

«Весьма».

«Но правильно?»

Я неопределенно махнул руками. «Для некоторых представлений о правильности, полагаю. Они ужасные люди. И стоят друг друга. Я просто позаботился о том, чтобы каждый получил то, что заслужил».

«Когда их освободят, они, возможно, захотят отомстить», — заметила Вити.

«С этим у них возникнут трудности», — отозвался я. «Я почти уверен, что люди Марконе уже обчистили их банковские счета, используя информацию из отчета, который ты составила».

«А. Шерил может убить остальных двоих, пока они связаны», — заметила Вити.

«Может», — согласился я. «Это будет ее выбор. В конце концов, она наняла меня, чтобы отомстить. Разумеется, если она это сделает, то заслужит поездку в компании воняющих трупов и все то, что ее ждет в Сент-Луисе, когда ее там найдут вместе с ними».

Вити нахмурилась. «Значит мы свершили правосудие?»

«Мы обеспечили соразмерное возмездие и исполнили букву моего соглашения», — ответил я.

«И это хорошо?»

«Это завершение», — отрезал я. «Честно говоря, ты скоро обнаружишь, что грань между добром и злом очень быстро стирается, если выйти за рамки простейших уравнений. К тому же я не из тех монстров, которых нанимают ради подобной мелочевки».

Вити нахмурилась еще сильнее, когда мы сели в машину Шерил. Разумеется, она была за рулем.

«Разве их участь не слишком сурова для такого проступка?»

«Полагаю, я и сам не прочь побыть немного мелочным» (Игра слов: «petty» переводится как «мелочный», что означает склонность к мелким, незначительным действиям или поведению - п.п.).

«В этом и заключается равновесие?» — спросила она.

Я пожал плечами. «Такова жизнь. Ты голодна?»

«Умираю с голоду».

«Мы заработали денег», — сказал я. «Пойдем поедим».