Я не очень гордый,

но всё ж говорю

               – и в том

                        моя рука

                                порукой —

лучше пять раз в морду,

чем чёрствая скука…

На жирном навозе

хорошо растёт пшеница,

на ссорах, дрязгах, напастях —

стихи.

Цветите,

сытые мои страницы,

от вас —

я окончательно погиб…

Правду резать – не трусь,

а то – сидят под пихтою,

пьют чай дородные пыхтяне…

Отойдите все,

я сейчас взорвусь —

подступило к самому горлу мычание.

Едкой тоски – полная бочка

сильней, чем порох,

сдавливает артерию сорочка —

вот-вот лопнет ворот…

А под утро – в секунду сверкнуло! —

широко глядишь —

под вздохом и во всём —

величавая ясность,

как будто в небывалый мир

ветра порывом

высокие стены – настежь…

Выздоровел… стал крепче после косого удара.

А кругом, как всегда,

виновата она,

многокрылая исцелительница

Танахара.