Глава 27

Неделя после последнего разговора с Бертрамом пролетела как один бесконечный день.

Каждое утро начиналось с сигнала, за которым следовала тренировка на полигоне. Кай гонял нас так, что к обеду я едва держалась на ногах. Потом – лекции, затем – снова оттачивание навыков в условиях, приближённых к боевым, теперь уже в лаборатории у главного Алхимика. Старый архимаг оказался ещё более требовательным, чем Кай. Он заставлял меня работать с кристаллом на пределе, выжимая из нас обоих всё до капли.

– Твоя магия – это не просто лёд, – говорил он, водя пальцем по схемам. – Это проводник. Ты должна научиться пропускать через себя силу, не ломаясь. Кристалл – твой помощник, а не костыль.

Я слушала, кивала и пыталась не умереть от усталости.

К вечеру обычно еле доползала до казармы от усталости. После чего падала на свою койку и проваливалась в сон без сновидений. Тарин перестала меня будить разговорами. Просто тихонько ставила на тумбочку кружку с чаем и укрывала одеялом, когда я засыпала в форме.

К концу недели почувствовала себя выжатой, как лимон после Магдиной стряпни. Но внутри появилось странное спокойствие: я становилась сильнее и знала это.

– Рокс, – сказала Тарин в субботу утром, когда я выползла из-под одеяла. – Ты сегодня похожа на человека.

– На человека? – не поняла я.

– Ну, не на ходячий труп. Выспалась, что ли?

Я прислушалась к себе. Действительно, тело не ныло, голова не гудела, глаза открывались сами.

– Выспалась, – удивилась я.

– Слава богам, – Тарин всплеснула руками. – А то я уже начала думать, что ты вообще перестанешь спать. Пошли завтракать, сегодня выходной, можно посидеть нормально.

В столовой было непривычно пусто. Адепты разъехались кто куда – кто в город, кто к родным, кто просто дрых в казармах. Мы взяли еду и устроились за любимым столиком у окна.

– Слушай, – Тарин отломила кусок пирожка, – а что дальше? Ну, после всего?

– После чего? – не поняла я.

– После того, как ты закроешь Трещину. Если у вас всё получится.

Я задумалась. Странно, но об этом никогда не задумывалась. Все мысли были заняты тем, как выжить, как подготовиться, как не дать отряду погибнуть. А что потом?

– Не знаю, – ответила честно.

– А Кай?

– А что Кай?

– Ну, – Тарин многозначительно подняла бровь. – Вы же теперь... того. Вместе. Он что, не говорил?

– Не говорил, – я почувствовала, как щёки слегка жарко полыхнули, как бывало всегда, когда краснела от неловкости. – Мы вообще не говорили о будущем. Только о Трещине.

– Странные вы, – вздохнула Тарин. – Я бы на твоём месте уже всё выпытала. Женится – не женится, дети – не дети, дом – не дом.

– Тарин!

– Что – Тарин? Как подруге, мне можно. И вообще, ты не думай, я не лезу. Просто переживаю.

Я улыбнулась. Тарин умела быть занудной, но это было частью её сути.

– Спасибо, – сказала я. – Правда. Но пока не до этого. Сначала – закрыть Трещину. Потом – разбираться.

– Ну смотри, – она пожала плечами. – Твоя жизнь, тебе и решать.

После завтрака я пошла гулять по территории. Ноги сами вынесли к старому корпусу, где находилась лаборатория Бертрама. Испуганной птичкой замерла у входа, раздумывая, стоит ли заходить. Старик и так замучил меня за неделю, но почему-то тянуло именно сюда.

Дверь открылась раньше, чем я успела постучать.

– Заходи, – буркнул Бертрам. – Чего стоишь, как неродная?

Я вошла. В лаборатории было тепло, пахло травами и чем-то ещё. Его особой могучей магией, наверное. Старик сидел за столом и пил чай.

– Садись, – кивнул он на табурет. – Рассказывай.

– О чём?

– О том, о чём молчишь. Я же вижу, ты не просто так пришла.

Я села, помолчала, собираясь с мыслями.

– Магистр, – сказала наконец. – А что будет, если я не справлюсь?

Бертрам посмотрел на меня поверх очков.

– Умрёшь. И не только ты. Отряд, скорее всего, тоже. Потом – Академия. Потом – всё остальное.

– Жёстко.

– Правда, – он отхлебнул чай. – Но ты справишься.

– Откуда у вас такая уверенность?

– Я старый, – усмехнулся Бертрам. – За свою жизнь повидал множество магов. Сильных, слабых, умных, глупых. Но таких, как ты единицы.

– Таких?

– Которые не боятся признать, что им страшно. Просить помощи, доверять и любить.

Я молчала.

– Ты не одна, Роксана, – продолжил он. – Запомни это. Мы все будем рядом. Кай, отряд, я. Даже эта твоя рыжая подруга, которая вечно суёт нос не в свои дела. Ты не одна.

– Спасибо, – сказала я тихо.

– Не за что. Иди, отдыхай. Завтра тебя снова ждёт суровая тренировка.

Я вышла из лаборатории и нос к носу столкнулась с Каем.

– Ты чего здесь? – так и не смогла скрыть своего удивления.

– Тебя искал, – ответил он. – Тарин сказала, что ты пошла гулять. А гуляешь ты обычно только здесь.

– Наблюдательный, – усмехнулась я.

– Приходится, – он улыбнулся. – Пойдём, провожу.

Мы пошли по дорожке, украшенной аккуратно подстриженными розовыми кустами. Молчали, но безмолвие было тёплым, а не тягостным.

– Роксана, – сказал Кай, когда мы подошли к казарме. – Хочу, чтобы ты знала. Что бы ни случилось – я всегда буду с тобой.

– Знаю, – ответила едва слышно.

– Нет, – он остановился и взял меня за руку. – Не знаешь. Ты привыкла думать, что справишься сама, но это не так. Мы справимся вместе или не справится никто.

– Кай...

– Я люблю тебя, – сказал он просто. – И не собираюсь терять.

Я смотрела в его золотые глаза и чувствовала, как внутри тает последний лёд.

– Я тоже, – ответила, как есть. – Люблю тебя.

Он улыбнулся – тепло, открыто. Я никогда не видела у него таких счастливых глаз.

– Тогда договорились. Вместе до конца.

– Да.

Он поцеловал меня. Легко, невесомо, но так многообещающе.

Потом я ушла в казарму, а капитан остался стоять на дорожке, и с нежностью смотрел мне вслед.

Тарин ещё не спала. Сидела на койке, поджав ноги, и смотрела на меня с нетерпением.

Ну? – спросила она.

– Что – ну?

– Рассказывай! Я же вижу, что-то случилось.

Я рухнула на койку и уставилась в потолок.

– Он сказал, что любит меня, – ответила я тихо.

Тарин радостно взвизгнула и захлопала в ладоши.

– Я так и знала! Так и знала! А ты?

– Я тоже призналась.

– Ну, наконец-то! – она подскочила и принялась танцевать вокруг кровати. – А то я уже думала, вы будете вечность ходить вокруг да около!

– Тарин, успокойся, – засмеялась я.

– Не успокоюсь! У моей подруги настоящая любовь! С драконом! Это же прекрасно!

Я смотрела на неё и смеялась. Впервые за долгое время от всей души.

А потом подумала: как же хорошо, что у меня есть Тарин, Кай, Элира и весь этот сумасшедший отряд драконов и старый мудрый человеческий архимаг. Лучший в наших краях артефактор магистр Бертрам.

Мы обязательно справимся, потому что вместе.

Я закрыла глаза и уже почти провалилась в сон, когда в дверь тихо постучали. Тарин замерла, прислушиваясь. Стук повторился уже настойчивее.

– Кого там носит в такое время? – прошептала она, но я уже встала и накинула форму.

На пороге стоял Лен. Бледный, взъерошенный, с трясущимися руками.

– Трещина, – выдохнул он. – Она... она пульсирует. Кай сказал поднять всех. Срочный сбор.

У меня внутри всё оборвалось. Неделя тренировок, разговоров, надежд – и вот оно. Началось.

– Сколько у нас времени? – спросила я, натягивая сапоги.

– Час. Может, меньше.

Ночь перестала быть тихой.

Я выскочила в коридор и нос к носу столкнулась с Каем. Он уже был в полной боевой готовности. В моих руках в навершии посоха ослепительным светом сиял прирученный в результате долгих тренировок морозный кристалл.

– Отряд построен у западных ворот, – отрывисто бросил он. – Бертрам уже там. Трещина выплёскивает энергию, как никогда раньше интенсивно. Если это не начало конца, я ничего не понимаю в магии.

– Я готова, – ответила, хотя внутри всё дрожало.

Он посмотрел на меня – долго, пристально. Потом вдруг шагнул ближе и быстро поцеловал в лоб.

– Мы обязательно справимся. У нас просто нет иного выхода, – сказал тихо. – Обязательно.

Я кивнула и побежала к выходу.

Западные ворота Академии были распахнуты настежь. В темноте, разрезаемой вспышками магии, стояли Таринн, Ирма, Лен, Элира. Все молчаливые, собранные, готовые бороться до конца не только за свои жизни. Бертрам склонился над каким-то артефактом, бормоча проклятия.

– Адептка Валь, – кивнул он, не оборачиваясь. – Вы вовремя. Вот держите.

Он сунул мне в руки небольшой кристалл, пульсирующий тёплым светом.

– Если всё пойдёт не так – раздавите. Он вытянет вас оттуда. Сработает один раз. Используйте только в самом крайнем случае.

Я сжала кристалл в ладони и поблагодарила архимага.

– Выдвигаемся, – скомандовал Кай, появляясь из темноты. – Слушать только меня. Не геройствовать. Не отрываться. Вопросы?

Вопросов ни у кого из нас не было.

Мы шагнули в ночь, навстречу пульсирующей Трещине.

Я не знала, вернёмся ли мы. Но понимала другое: за моей спиной были те, кому я доверяю. А впереди то, ради чего мы все здесь.

Трещина дышала. Я чувствовала это каждой клеткой. Она ждала именно меня.