Глава 2. Ничто не предвещало беды

Домой я доползла, как после марафона, к которому даже не готовилась. Солнце будто выгрызло из меня последние силы, выжгло любую мотивацию, даже есть не хотелось, и единственным моим желанием было смыть с кожи соль и песок.

Душ менял напор воды чуть ли не ежесекундно, будто издеваясь: то обдавал кипятком, то резко переключался на самую низкую температуру, но я уже привыкла к его перепадам настроения. Можно было считать это контрастным душем, но я предпочитала и вовсе не обращать внимание на этот небольшой раздражающий факт. Вода стекала по плечам, и я почувствовала, как усталость хотя бы на немного отступает. Все равно завтра будет новая партия потенциальных «утопленников», но это проблемы завтрашнего дня и завтрашней меня.

Я промокнула волосы полотенцем, натянула свободную футболку и включила чайник. Кофе в турке варить не хотелось, поэтому растворимый был лучшим другом вечеров, когда глаза закрывались сами собой — он не действовал пробуждающее, скорее даже, наоборот, усыпительно, что сейчас меня полностью устраивало. Кружка быстро согрела ладони, и я, устроившись на стуле у окна, сделала первый глоток.

И тут меня обдало ощущением, что прогретый днем пляж, вся эта жара сегодняшнего дня и кукуруза остались в другой жизни. За окном уже вовсю бушевал шторм. Все происходящее за окном уже нельзя было назвать просто ветром, это оказался настоящий хищник, который рычал где-то на улице, и рык его слышался с каждой стороны света. На небе стягивались тучи, запирая даже намек на солнечный свет под серыми узлами, молнии мигали, словно чьи-то вспышки на огромной фотокамере. Я смотрела на это и чувствовала, как сердце от волнения бьется быстрее.

Море редко ошибалось: днем оно уже подало знак, а теперь предупреждение перешло в приговор.

В окно что-то грохнуло так, что я от неожиданности чуть не расплескала кофе. Ветка, сломанная ураганом, с силой прижалась к стеклу, как мокрая тряпка, и со скрежетом соскользнула вниз. Я выругалась — буря явно набирала обороты быстрее, чем я рассчитывала. И сколько бы я себе ни твердила, что сегодня я уже «отработала», внутри зудело другое: такие штормы случаются редко, и без происшествий они почти никогда не проходят.

Я кинулась к телефону, в рабочем чате уже кипело: короткие сообщения, обрывки координат, кто дежурит, кто добирается. Леха, судя по всему, оставался на пляже. А еще мелькнуло сообщение от кого-то из коллег: «Антон едет вне смены. Подхвачу его по дороге».

Антон был нашим негласным лидером, тоже спасателем с многолетним опытом. И если даже он решил сорваться вне смены, значит, дело действительно серьезное.

Мои пальцы сами набрали сообщение: «Я скоро вернусь на пляж. Уже выхожу». Отправила и тут же почти запрыгнула в джинсы и подхватила тонкую ветровку. С волос еще стекала вода после душа, но к фену я так и не успела притронуться. Да и какая разница? Все равно через пять минут ветер выжмет из меня все, как из тряпки, а ливень намочит заново — и так по кругу.

Я захлопнула дверь в квартиру, сунула ключи в карман и почти бегом кинулась к дороге. Ночь пахла солью моря и металлом грозы, и где-то внутри я уже знала: обратно я вернусь совсем другой.

К пляжу я добралась, будто меня сам ветер нес. Волосы прилипли к лицу, ветровку трепало, и каждый шаг по мокрому песку отдавался в коленях.

Вышка маячила впереди, и Леха все еще сидел там, обхватив руками перила, как будто лично держал оборону от урагана. Еще пара наших ребят мелькала вдоль линии берега, укрываясь от порывов ветра и переговариваясь через рацию.

— Как дела? — крикнула я вверх, перекрывая рев стихии.

Леха перегнулся через край, щурясь сквозь дождевые капли.— Пока тихо! — гаркнул он. — Но это только «пока». С такой погодкой гладко никогда не проходит. Ждем чего-нибудь в любую минуту.

Его слова утонули в гуле моря. Волны били о берег так, что казалось, сама земля дрожала.

Я поднялась на вышку, взяла бинокль и вцепилась в него пальцами, прижимая к лицу. Стекло было покрыто каплями, полностью закрывающими обзор. Я вытерла воду рукавом ветровки и снова всмотрелась в темнеющее море.

Там, где еще днем плескались дети в надувных кругах, теперь бушевала стена воды. Сначала казалось, что в этой темноте нет ничего живого. Но через секунду я почти готова была поклясться, что заметила какое-то движение…

Я снова прижала бинокль к глазам, и сердце рухнуло вниз. У воды действительно был человек.

Я отчетливо видела темную толстовку, капюшон наполовину сполз с головы. Он шел прямо к воде, пошатываясь, но не падал, продолжая упорно двигаться к воде, словно следуя зову шторма.

— Ты издеваешься? — буркнула я себе под нос. — Пьяный, что ли?..

Я оторвала бинокль и оглянулась: Леха стоял рядом, наблюдая за другой частью пляжа, остальные ребята растянулись вдоль линии берега, но все они были слишком далеко от этой странной фигуры и никто ее не видел. Только я.

— Отлично, конечно, — выдохнула я. — Спасибо, вселенная.

Особо не думая, я сорвалась с места. Песок под ногами уже давно стал мокрый и вязкий, будто тянул вниз. Я вылетела к воде и не поверила глазам. Таинственная фигура уже зашла в море. Волны обрушивались незнакомцу на грудь, он едва держался, но продолжал шагать вперед.

— Эй! Стой! — заорала я, но мой голос утонул в реве стихии.

Я рванула молнию на ветровке, скинула ее на песок, дернула джинсы вниз и с руганью запуталась в мокрой ткани. Чертова вернувшаяся мода на скинни. Освободилась, осталась в купальнике, вдохнула глубже и побежала в воду.

— Да повернись же ты, идиот! — закричала я, бросаясь в бушующие волны.

Едва я сделала несколько шагов вперед, волны уже били по ногам так, что приходилось держаться изо всех сил. Вода мгновенно стала выше колен, потом выше пояса. Дальше оставалось передвигаться только вплавь.

Соленая вода хлестнула в лицо, поток воды словно попытался оставить меня без скальпа, с силой оттянув волосы, а море гулко сомкнулось вокруг, словно я нырнула в пасть огромного зверя.

Я бросилась в холодную темноту. Руки резали воду, дыхание сбивалось, брызги соленой пены забивали рот и нос. На миг фигура исчезла из поля зрения, и сердце ухнуло куда-то в пятки.

«‎Только не утони, идиот. Только не сейчас».

И вдруг я снова увидела его голову, едва виднеющуюся над гребнями волн. На секунду облегчение прострелило тело.

«‎Еще жив, а, значит, я могу его достать,» — подумала я в то мгновение.

Но в тот же миг что-то навалилось на меня сверху. Волна, огромная, как стена, ударила прямо по мне, увлекая вниз. Мир перевернулся, белая пена сомкнулась над головой, и я уже не знала, где небо, а где дно.

Меня закрутило меня в вихре, словно в гигантской стиральной машине. Вода рванула в легкие, обжигая изнутри, будто я глотала раскаленное железо. Я выталкивала ее обратно, но каждый новый вдох был похож на пытку.

«‎Спокойно. Дышать не можешь — значит, плыви. Вдоль берега, не против течения,» — попыталась успокоить себя я.Правила, которые я сама повторяла десяткам новичков, сейчас держали меня в живых.

Я рванулась в сторону: раз, другой. Вода только сильнее тянула вниз, скручивая руки и ноги невидимой веревкой. Легкие горели, тело тяжелело с каждым мгновением. В конце концов мир сжался до красных пятен под веками и гулкого стука крови в висках.

Сознание ускользало, и я поняла: еще секунда — и я уже не всплыву.