Эпилог Буров

Вечер следующего дня выдался удивительно теплым и тихим. Я стоял у забора и смотрел, как гуси важно расхаживают по моему участку, плещутся в пруду, и не узнавал себя.

Еще месяц назад я приехал сюда за тишиной. Хотел покоя, порядка и чтобы никто не нарушал мою границу. А теперь моя граница была полностью сдана, оккупирована, и я сам открыл все ворота настежь. И, черт возьми, был счастлив.

Рая пригласила всех к себе на летнюю кухню. «Пироги, настойка, нормальное знакомство», – сказала она. Я согласился. Хотя внутри до сих пор немного трясло. Я так и не успел сказать Димке про кольцо. Все как-то не находилось момента.

Когда мы пришли, стол уже был накрыт. Пироги с капустой и яблоками, соленья, настойка в графине. Рая в легком светлом платье выглядела так красиво, что у меня перехватило дыхание. Ее дочь Вероника, светловолосая, с дерзким взглядом, сидела напротив Димки и демонстративно что-то смотрела в телефоне.

– Ну что, знакомьтесь официально, – улыбнулась Рая. – Дима, это моя дочь Вероника. Вероника, это сын Ивана – Дмитрий.

Димка кивнул:

– Мы уже... немного знакомы.

Вероника подняла глаза от телефона и прищурилась:

– «Немного» – это мягко сказано. Этот товарищ три часа в поезде читал мне лекцию о дисциплине и моральном облике современной молодежи.

– Я просто заметил, что вы заняли мое место, – спокойно ответил Димка.

– А я заметила, что некоторые люди не умеют улыбаться. Это тоже важно для морального облика.

Я посмотрел на Раю, она едва сдерживала улыбку.

Мы сели, пироги были, как всегда, божественные. Настойка – крепкая и сладкая. Разговор сначала шел осторожно, но потом Димка не выдержал:

– Пап, у тебя какое-то странное лицо весь день. Что происходит?

Я откашлялся, посмотрел на Раю, она едва заметно кивнула.

– Ой, мам, ну хватит уже, давай рассказывай о своем секрете, – Вероника улыбнулась.

– Есть новость, – сказал я. – Вчера я сделал Раисе предложение. И она... согласилась.

Повисла тишина. Димка медленно отставил кружку. Посмотрел на меня, потом на Раю, потом на кольцо у нее на пальце.

– Серьезно? – на его лице медленно расцвела улыбка. – Батя... ты серьезно?

– Серьезно, – кивнул.

Он вдруг встал, обошел стол и крепко обнял меня. Потом подошел к Рае и тоже обнял, но уже аккуратно, по-мужски.

– Добро пожаловать в семью, – сказал он тепло. – Хотя, судя по всему, я уже опоздал с поздравлениями.

Рая засмеялась и вытерла уголок глаза.

– Спасибо, Дима.

А вот между молодыми все было совсем не так благостно.

– Значит, теперь мы почти родственники, – с иронией протянула Вероника, глядя на Димку. – Как мило. Будешь меня по утрам строить в шеренгу, братишка?

– Если понадобится – построю, – спокойно ответил он. – Хотя тебе, судя по всему, дисциплина не помешает.

– Ой, только не надо снова начинать. «Девушке следует...», – передразнила она его интонацию. – Слушай, капитан, ты всегда такой занудный или только когда в форме?

– А ты всегда такая колючая или только когда хочешь понравиться?

– Я не хочу тебе понравиться!

– Значит, у тебя отлично получается.

Они смотрели друг на друга с таким напряжением, что воздух между ними, казалось, искрился. Рая тихо засмеялась рядом со мной. Я наклонился к ней и шепнул на ухо:

– Они друг к другу точно неравнодушны.

– Я уже поняла, – ответила она так же тихо. – Только посмотри на них. Сплошной пожар.

В этот момент у калитки раздался знакомый голос:

– Раечка! Иван Миронович! Я вижу, у вас гости! А я как раз каравай испекла – на пробу!

Баба Клава вошла на участок с огромным караваем в руках и лицом человека, который уже все знает.

– Ох, батюшки! – она всплеснула руками, увидев кольцо на пальце Раи. – Так это правда?! Свадьба?! Ну наконец-то! Я уже всем в деревне рассказала, а вы все скрывали!

– Клавдия Петровна, – улыбнулся я, – присоединяйтесь, сейчас как раз тосты будем говорить.

Баба Клава села за стол с видом королевы, которой наконец-то отдали трон.

– За молодых! – подняла она рюмку. – Чтобы жили долго, чтобы гуси не мешали, и чтобы дети тоже наконец-то нашли свою пару!

Она многозначительно посмотрела на Веронику и Дмитрия. Те одновременно отвернулись в разные стороны, но я заметил, как Вероника украдкой бросила взгляд на моего сына.

Взял Раю за руку под столом, переплел наши пальцы, кольцо на ее пальце было теплым.

Еще месяц назад я стоял у этого забора с молотком и думал, что моя жизнь наконец-то стала спокойной, что впереди пенсия, спокойная одинокая старость, буду на рыбалку ходить, внуков ждать. А теперь я сижу за одним столом с женщиной, которую люблю, с сыном, с ее дочерью – и понимаю: спокойной она уже никогда не будет.

И слава богу. Потому что такая жизнь мне теперь нравится гораздо больше, и столько всего впереди, что представить до неприличия страшно.

Где-то у пруда Антон громко гоготнул, будто полностью одобрял происходящее. Я посмотрел на Раю. Она улыбалась мне той самой улыбкой, из-за которой я когда-то потерял всю свою хваленую дисциплину.

– Люблю тебя, – тихо сказал я.

– И я тебя, мой генерал, – ответила она. – Сильно люблю.

Увлеченные друг другом, мы пропустили начало нового спора между Димой и Вероникой.

– Ой, капитан, вот давай без нравоучений, я взрослая и сама все знаю, – Вероника не могла промолчать.

– Конечно, взрослая, только говоришь как ребенок.

– Кто ребенок? Я ребенок? Да я чуть замуж не вышла месяц назад.

– Что? – Рая посмотрела на дочь, за столом повисла тяжелая пауза. – В смысле чуть не вышла? Это что за новости?

– Ой, ма, не нагнетай, не вышла же.

– Он не вынес твоего скверного характера, – Дима подколол снова. – Я бы тоже на такой не женился.

– Да я сама за тебя не пойду, даже если попросишь.

Спор между Вероникой и Дмитрием обещал быть долгим, но я только улыбался, глядя на них. Пусть начинается новая история.

Все книги серии "А я люблю военных...":

Клубничка для Полковника

Вишенка для Грозного

Большая Ягодка для Генерала

Сдавайся Капитан, это любовь! (история детей героев "Большая Ягодка для Генерала" и "Боря, я Ваша навеки!")