Машина начинает отъезжать, а я обдумываю следующий вопрос, который задам Молоту.

— А куда мы едем? — говорю так, будто он вопросом раньше должен был мне все подробненько изложить.

— К тебе, — неожиданный ответ, который заставил меня повернуться к обидчику.

— Ко мне? — уточняю. Может, он оговорился? Может, имел в виду что-то другое? Может, я просто недопоняла?

— К тебе, — все с тем же равнодушием в голосе отвечает Матвей. А еще с каким-то невероятным спокойствием. — Вещи соберешь и потом уже в отель. — Вроде бы все доходчиво объясняет, но меня бомбит не по-детски.

— Какие вещи? Какой отель? Я домой хочу, спать. Уже поздно. — Вредничаю, как ребенок, а все потому, что меня не устраивает происходящие.

Ему нужна моя мать? Ладно. Пусть сам ее ищет. Я-то тут при чем?

Я доказала ему, что понятия не имею, где она. Я с ней не общаюсь, в ее дела не лезу, а значит, с меня взятки гладки. Я вообще не при делах. Все, должны отпустить и забыть о моем существовании. Но нет…

— Поздно? Тебе что пятнадцать лет? — спросил, будто не знает, сколько мне лет.

А откуда он знает? Да сто пудов знает. Про маму справки навел точно, наверняка и про меня тоже.

Сидит, смотрит на меня суровым взглядом и не видит, что мне не пятнадцать?

Тоже смотрю на него, немного неестественно улыбаясь.

— Нет, мне не пятнадцать.

— Я в курсе, — подтверждает мои предположения. — А значит, можно гулять допоздна, мама не заругает.

— Маме на меня плевать, я тебе уже говорила.

— Тебе? — Слышит Молотов только те слова, которые хочет, а не те, которые нужно.

А мне непривычно обращаться к нему на «вы». Он не такой уж и старый, чтобы я ему любезно выкала. И не то чтоб не старый, он молод.

Тридцать три года — это же еще молодость? Он молодой. Поэтому на «вы» я обращаться не стану.

— Тебе, сладкий, — язвлю и лишь ярче улыбаюсь.

Мужчина тут же ненавязчиво дернул бровью и тоже слегка улыбнулся. Он первый затеял эту игру, а я лишь подстраиваюсь под обстоятельства. Под неприятные мне обстоятельства. Но что поделать…

— Миша, следующий подъезд, — говорит Матвей со знанием дела.

Какого черта он знает, где я живу? Это съемная квартира. И снимаю я ее без договора, никакого бумажного следа.

Может, он следил за мной? Да, точно, он следил. От этого мне не по себе еще сильнее.

Миша проезжает чуть дальше, и Матвей вылезает из машины. Я сижу. Сижу и не двигаюсь.

Я его к себе в гости не приглашала. И по собственной воле в квартиру не пойду. Это мой дом, моя крепость. Там дорогие мне вещи, личные вещи. Да там на сушилке трусы мои висят сохнут, я не ждала сегодня гостей.

Пока рассуждаю в своей голове, дверь машины распахивается и на меня смотрит суровый взгляд.

— Ты из тех, кому нужно дверь открывать? — интересуется Молотов.

— Я из тех, кому звонят и предупреждают, что придут в гости, — отвечаю и руки скрещиваю. Не пойду с ним к себе домой.

— Прости, не было твоего номера, сладкая. Идем? — настаивает Матвей, но не слишком. Сейчас он будто бы предлагает, но я-то знаю, что у меня нет выбора.

Интересно, как сильно он готов прогнуться до момента, когда меня просто скрутят и силком потащат в квартиру?

Хотя…

Не, такого он точно не сделает. Замечаю, что около подъезда сидят мои соседки, которым очень уж любопытно, что это за картеж черных авто подкатил к их подъезду.

Одна из них — теть Люда, с восьмого этажа. Милая, но чересчур любопытная. Так и норовит задать как можно больше вопросов. А вторая — теть Тома, она поспокойнее, но постоянно просит помочь. То кресло отодвинуть, то батарейки в часах поменять.

Кто вообще пользуется настенными часами с батарейками? Прошлый век, честное слово.

И вот, все еще сидя в авто, я замечаю, как они шушукаются и поглядывают на нас. А значит, выступлению быть. Пожалуй, мой выход…

Снова смотрю в глаза Матвея и расплываюсь в довольной улыбке. Ко мне домой захотел, сладкий, ну идем.

Подаю бандюге свою руку, чтобы помог выбраться из машины. И он сразу соображает, как надо. Берет меня за руку и на себя.

Я выпрыгиваю из джипа и беру его под руку. Неожиданно? Для него уж точно. Вижу по лицу, как удивился, но не отбивается.

Медленным шагом подходим к подъезду.

— Здрасти, теть Люд, теть Том, — мило приветствую старушек, и они отвечают улыбкой в ответ.

— Здравствуй, Лерочка. Как твои дела? С парнем познакомишь нас? — Теть Люда не подвела. Сразу стала расспрашивать.

— Конечно. Это Матвей Молотов. И он не мой парень, а мой жених, — говорю и прижимаюсь к крепкому плечу Молотова. А тот…

Обнаглел просто.

Руку свою убрал и хвать меня за талию. К себе прижимает и улыбается. Ну прям вылитый женишок. Вот актер недоделанный.

— Очень приятно, — подхватывает беседу теть Тома. — Лера — девочка хорошая, ты уж ее береги, Матвей.

— Обещаю, — отвечает бабулям Матвей и крепче прижимает меня к себе. — Пылинки с нее буду сдувать. Извините, но мы спешим.

Быстро заканчивает разговор мой «женишок», протягивает мне мою сумочку, и мы подходим к двери подъезда.

Открываю дверь, по коридору и к лифту. Миша за нами. Охраняет его?

Это меня охранять надо, от них от всех. Бандиты несчастные, похитители, мучители…

Снова мысленно разговариваю с собой, пока глаза отслеживают цифры. Хоть бы лифт бесконечно ехал. Но мысли перебивает вопрос Матвея:

— Откуда знаешь мою фамилию, сладкая?