Командир танкодесантного корабля LST-799 старший лейтенант Хаустон был одним из офицеров, принимавших участие в минно-тральных операциях в Корее на протяжении всего 1951 г. Заметки, сделанные им за этот период, помогут лучше уяснить фактический ход событий.

«В начале 1951 г. в Сасэбо мы взяли на борт командира 3-й эскадры минно-тральных сил вместе с его штабом, – рассказывает Хаустон. – В то время „семья“ тральщиков представляла собой хотя и разнородную, но тесно спаянную группу. В ее состав входили: мой танкодесантный корабль, имевший на борту несколько вертолетов, предназначенных для поиска мин; один тральщик со стальным корпусом; несколько „цыплят“ (AMS) и небольших южнокорейских тральщиков, а также буксир, использовавшийся для сбора гео- и гидрографических данных.

Днем мой корабль обычно находился вместе с тральщиками, оставаясь, правда, на „безопасном“ удалении от линии траления. С этой позиции мы намечали планы траления, управляли движением тральщиков, помогали вылавливать утерянное оборудование (поплавки, буи и т. д.) и расстреливать вытраленные мины. Каждый вечер, до наступления темноты, все корабли поднимали тралы на борт и становились на якорь обычно рядом с нашим LST. Вначале мы тралили только в светлое время суток. Затем, когда началась очистка всей Хыннамской бухты и обоих берегов, нам пришлось тралить ночью и держаться все дальше и дальше от берега из-за огня артиллерии противника.

Почти каждый день мы подсекали якорные мины. Матросы LST-799 уничтожали их, когда только представлялась возможность. От нашего огня взрывалась примерно каждая седьмая мина. Остальные же тонули, после того как их корпуса оказывались пробитыми. Все установленные противником минные заграждения имели свои особенности; некоторые были расположены подобно спицам колеса, другие – беспорядочно, но, как правило, ни один из способов постановки мин не был похож на принятые в Соединенных Штатах.

В помощь тральщикам корабль нес на танковой палубе четыре небольших катерных тральщика, и надо оказать, что это очень снижало ходовые качества корабля: нос сильно рыскал, что затрудняло подъем катеров на борт. После первой же пробы мы вернулись обратно и передали все катера на борт десантного корабля-дока „Комсток“.

Вертолеты, находившиеся на борту LST-799, первоначально использовались только для разведки мин. Спасательные работы считались их второстепенной задачей и велись только по вызову. Разведка мин с вертолетов производилась довольно просто: вертолеты шли впереди головного тральщика и доносили по радио обо всех минах, замеченных впереди по курсу тральщика. Изредка вертолеты уничтожали плавучие мины своим бортовым оружием, но от этого пришлось отказаться, когда от взрыва одной мины детонировали еще четыре и вертолет едва не погиб».

Вертолеты успешно применялись и для заблаговременной разведки районов траления. Они помогали командирам минно-тральных отрядов правильно определять наличие и типы мин, направление линий заграждения, наличие береговых батарей и навигационных ориентиров. «Благодаря вертолетам, – говорит старший лейтенант Коу, командир тральщика „Редстарт“, – появилась возможность заблаговременно и с меньшим риском планировать минно-тральные операции».

«В ряде случаев, – рассказывает командир другого тральщика капитан-лейтенант Лерд, – вертолеты буквально „за руку“ выводили запутавшиеся среди мин тральщики из минных заграждений. Летчики свободно обнаруживали мины там, где мы не могли их видеть».