Штурм Иньчхона начался в 17.30 15 сентября. С самого начала следует отметить три своеобразных момента, делавших этот штурм непохожим на другие. Во-первых, американской морской пехоте никогда раньше не приходилось после высадки вести бой в центре большого города, где противник мог оказать сильное сопротивление, используя различные постройки и другие укрытия. Опыта в преодолении береговых стенок у нее также не имелось. Увидев, как северокорейцы реагировали на бомбардировку острова Волмидо, командующий морской пехотой Тихоокеанского флота генерал Шеперд заявил: «Мне стало ясно, что рассчитывать на высадку без сопротивления или при слабом сопротивлении со стороны противника не приходится… Состав оперативного соединения не оставлял у северокорейцев ни малейшего сомнения в том, что высадка на Волмидо является только прелюдией к большой десантной операции. Наши летчики обнаружили явные признаки поспешной подготовки противника к переброске подкреплений в район Иньчхона и в соответствии с этим нанесли ряд ударов по коммуникациям противника. Таким образом, внезапность первого удара, составляющая важный момент большинства десантных штурмов, оказалась в значительной степени утраченной, и противник был настороже».
Вторым неблагоприятным обстоятельством явилось то, что высадку основных сил десанта пришлось осуществить перед самым наступлением темноты, что лишало морскую пехоту светлого времени для подготовки к предстоящим ночным действиям на берегу.
Третий характерный для штурма Иньчхона момент состоял в том, что танкодесантные корабли LST должны были следовать непосредственно за штурмовыми отрядами. По условиям прилива, а также ввиду того, что высадка начиналась в конце дня, предстояло до наступления ночи доставить на берег до 3000 т различного снаряжения, чтобы гарантировать бесперебойное материальное обеспечение морской пехоты в течение всей ночи, пока очередной прилив не позволит произвести пополнение.
Иньчхонскую гавань опоясывала высокая, серая, прочная каменная стенка. Для высадки были выбраны четыре участка этой стенки, условно названные «красным», «синим», «желтым» и «зеленым». «Красный» участок, расположенный на севере, имел длину 300 м; высота стенки здесь составляла 4,6 м. Он проходил под укрепленным холмом, на вершине которого лежало корейское кладбище. Именно на этом участке в дальнейшем возникли наибольшие трудности. Другой главный участок высадки, «синий», находился южнее Иньчхона, сравнительно далеко от города, и занимал такое выгодное положение, что морская пехота, захватив его, могла с тыла перерезать коммуникации противника, ведущие к городу. «Зеленый» и «желтый» участки, высадка на которые была произведена только на второй день операции, были выбраны соответственно на острове Волмидо и во внутреннем приливном бассейне порта. Последние два участка использовались вообще только в целях тылового обеспечения, «красный» же и «синий» являлись участками высадки основных сил десанта.
Высадка на «красный» и «синий» участки началась одновременно, приблизительно за час до захода солнца и наступления полной воды. В высадке на «красный» участок принимали участие 23 волны десантных гусеничных автомашин LVT и 8 танкодесантных кораблей LST. На каждой LVT имелась пара штурмовых лестниц – деревянных или металлических, – снабженных на конце крючьями для забрасывания на стенку. Когда первая волна приблизилась к стенке, она была все еще на 1,2 м выше носовой части LVT. В некоторых случаях лестничные крючья оказывались слишком короткими и солдатам морской пехоты приходилось взбираться на стенку, становясь друг на друга. Первая волна высадилась при сравнительно слабом сопротивлении, но с приближением второй и третьей волн огонь противника стал более чувствительным.
Схема 6. Участки высадки в Иньчхоне
Танкодесантные корабли, ведомые LST-859, в 18.30, то есть через час после отхода судов первой волны, двинулись друг за другом с пятиминутным интервалом. Эти суда отвлекли на себя огонь противника, дав возможность морской пехоте, находящейся на берегу, продвинуться вперед. Несмотря на дым, пыль, туман и сгущавшиеся сумерки, восемь LST успешно достигли берега, хотя и не в том порядке, в каком предполагалось.
LST-973 при подходе к берегу был поврежден прямым попаданием мины, которое могло оказаться роковым. Разрыв произошел среди расположенных на верхней палубе бочек с горючим. Разлившийся бензин хлынул на палубу, в вентилятор и помещение для команды. Огонь грозил перекинуться на сложенные поблизости боеприпасы, но катастрофа была предотвращена энергичными действиями аварийной команды. На LST-914 в результате прямого попадания снаряда вспыхнул пожар, который вскоре удалось ликвидировать. LST-857 и 859 также получили повреждения. Немало хлопот причинила и береговая стенка. Некоторые LST отскакивали, ударяясь об нее, для других она оказалась слишком высокой, чтобы можно было опустить хобот. Но морская пехота упорно продолжала десантирование и приблизительно через полтора часа заняла высоту на «красном» участке.
15 волн десантных гусеничных автомашин LVT(A) и LVT, a также 6 волн десантных барж LCVP доставили морскую пехоту к «синему» участку. Здесь вновь пришлось столкнуться с проблемой преодоления стенки. Для проделывания проходов применялся динамит, и один взрыв едва не стоил жизни адмиралу Страблу и генералу Олмонду.
Дым от продолжительной бомбардировки, пыль и туман снижали видимость менее чем до 100 м. Огромную помощь в высадке морской пехоты оказал 60-мм прожектор, направленный на берег. Тем не менее часть судов 16-й волны потеряла ориентировку и села на мель севернее «синего» участка. К счастью, сопротивление в этом районе оказалось слабым, и морская пехота быстро продвинулась в глубь побережья, несмотря на наступающую темноту.
Американские транспорты и линкор «Миссури» в гавани Иньчхона. 15 сентября 1950 г.
16 сентября сухопутные войска, преодолевая незначительное сопротивление противника, вышли на рубеж, расположенный в 8 км от «красного» участка. Южнокорейская морская пехота занялась очисткой города от противника. Успешные действия авиации по изоляции районов боевых действий севернее и южнее Иньчхона не позволили противнику подбросить сюда значительных подкреплений. На дороге Сеул – Иньчхон авиация обстреляла большое количество вражеских танков, машин и минометов. Выгрузка, происходившая вначале медленно, на второй день была ускорена и в дальнейшем производилась по графику. Общая выгрузка началась в 10.30, когда подошли транспорты и стали на якорь неподалеку от входа в порт. Во внутренней гавани началась установка оборудования для разгрузки. Было закончено сооружение пирса в западной части Волмидо, но из-за приливного течения только один танкодесантный корабль смог бросить якорь у самой стенки. Ответственность за проведение разгрузочных работ на берегу была возложена на командира 3-й десантной группы контр-адмирала Тэкрея, прибывшего на корабле «Эльдорадо». Вслед за этим в Иньчхон пришло госпитальное судно «Консолейшн», взявшее на борт всех раненых. В 18.00 командир 1-й дивизии морской пехоты принял на себя командование десантными частями, находящимися на берегу. Группа артиллерийской поддержки успешно продолжала оказывать дальнюю и непосредственную поддержку войскам.
1-я дивизия морской пехоты продолжала продвигаться при незначительном сопротивлении противника, которое на флангах со временем усилилось. Утром отряд северокорейских войск численностью до 200 человек атаковал при поддержке 5 танков 5-й полк морской пехоты США в 10 км юго-восточнее Иньчхона. В ходе боя все танки были уничтожены, а вражеский отряд полностью истреблен. К 20.05 был захвачен аэродром Кымпхо.
Примерно в это же время были получены данные об интенсивном движении транспорта противника с востока и с севера в направлении Сеула. В 22 км южнее Муньсаня отмечалось движение войск противника численностью от 500 до 1000 человек также в направлении на Сеул. С появлением американских самолетов эти войска быстро повернули обратно.
В 14.00 началась высадка 7-й американской пехотной дивизии, прошедшая почти беспрепятственно.