Пересмотренное «Положение о функциях вооруженных сил США и комитета начальников штабов» определяет одну из важнейших задач военно-морских сил следующим образом:
«А. 1 (а). Обнаруживать и уничтожать военно-морские силы противника, а также вести борьбу с его торговым судоходством».
Второстепенная задача военно-морских сил состоит в том, чтобы:
«Б. 1. Действиями с моря препятствовать боевой деятельности сухопутных и воздушных сил противника, а также наносить удары по его коммуникациям».
Изучение действий военно-морских сил США в Корее неизбежно приводит к выводу, что морская блокада была эффективной и успешной. Флот блокировал 3 из 5 основных транспортных систем противника, а именно: 1) судоходство в открытом море вдоль восточного побережья; 2) прибрежное судоходство у мелководного западного побережья; 3) морские пути в азиатские порты Китая и Северной Кореи. Противник был лишен возможности использовать море для переброски войск, предметов военного снабжения, а также для рыболовства. В мирное время тысячи джонок и множество пароходов перевозили по морю сотни тысяч тонн всевозможных грузов. С организацией морской блокады эти перевозки почти прекратились. Лишь ничтожному количеству судов удавалось в ночное время, прижимаясь к берегу, проскользнуть через плотную сеть блокады, окутавшую полуостров.
Следует, однако, отметить, что, делая те или иные выводы из опыта морской блокады Кореи, нельзя забывать о тех специфических условиях, в которых она протекала, то есть о почти полном отсутствии противодействия со стороны авиации противника и его военно-морских сил. При наличии обоих или одного из этих факторов наши блокадные операции носили бы совершенно иной характер, и, например, блокада портов Воньсань, Сончжинь и Хыннам не была бы столь продолжительной. В этом случае блокада потребовала бы во много раз больше кораблей, чем имелось в распоряжении 95-го оперативного соединения. Однако даже в этих условиях могла бы быть установлена эффективная морская блокада, хотя она была бы, бесспорно, не такой жесткой. Кроме того, она обошлась бы гораздо дороже как американским, так и китайским вооруженным силам. И уж, конечно, характер и темп операций, применяемое оружие и границы боевых действий были бы совсем иными. Блокада Кореи имела значение для американского флота еще и потому, что она была первой блокадой, проводившейся США со времени Гражданской войны 1861–1865 гг. Правда, во время Первой мировой войны США помогали Англии в проведении блокады в Европе, но их усилия были относительно невелики и носили пассивный характер. Морская блокада Корейского полуострова дала американскому флоту богатый боевой опыт на случай, если в будущем возникнет необходимость установления блокады в других районах мира.
Эффективность морской блокады и неспособность противника оказать ей активное противодействие позволили надводным кораблям вести артиллерийский обстрел берегов Кореи и воздействовать на коммуникации противника в таких масштабах, которые не имели себе равных за всю историю военно-морских сил Америки. Корабельная артиллерия, предназначенная главным образом для ведения огня по морским целям и для поддержки десантов, стала использоваться для выполнения трех совершенно новых задач: 1) для поддержки войск, занимающих стабильные позиции на фронте (в отличие от огня по подвижным целям при высадке десантов); 2) для обеспечения с моря обоих флангов фронта; 3) для срыва движения по шоссейным и железным дорогам вдоль северо-восточного побережья Кореи.
Первая из этих задач была выполнена с честью. На всех этапах войны точность и плотность огня корабельной артиллерии (даже на предельных дальностях стрельбы) при поддержке войск на передовых позициях были по достоинству оценены как армейскими частями, так и морской пехотой. Почти всегда огонь корабельной артиллерии имел большее значение, чем огонь полевой артиллерии. Мощь и эффективность огня корабельной артиллерии подтверждается тем, что вблизи берега линия фронта Объединенных Наций обычно выступала вперед по сравнению с его остальными участками.
Вообще говоря, при стрельбе по позициям противника на линии фронта отмечалось, что ее эффективность росла с увеличением калибра снарядов. Артиллеристы линейных кораблей «Айова», «Миссури», «Висконсин» и «Нью-Джерси» наглядно доказали, что 406-мм орудия были самыми эффективными из всех орудий, применявшихся во время войны в Корее. Если в начале войны практически не существовало четких, проверенных методов взаимодействия армии и флота в управлении огнем корабельной артиллерии, то они были вскоре выработаны и с успехом применялись до конца войны. По этому поводу контр-адмирал Смит, первый командир «блокирующих и эскортных сил», сказал следующее: «В начале войны не было никакой системы связи для обеспечения взаимодействия между кораблями и наземными войсками, так как считалось, что высадка морских десантов и артиллерийский обстрел побережья кораблями являются устаревшими способами ведения боевых действий».
Если бы сухопутные войска Объединенных Наций вели маневренную наступательную войну, а не зашли бы в тупик позиционной войны, то способы осуществления морской блокады, конечно, были бы другими и вклад блокирующих сил в общее дело имел бы большее значение. По мнению командира блокирующих сил на западном побережье Кореи английского контрадмирала Скотт Монкрифа, более решительные и целеустремленные действия блокирующих сил, проводимые периодически в течение 7–10 дней, позволили бы нанести противнику больший ущерб, чем равномерное постоянное давление на обоих побережьях Кореи. Адмирал Скотт-Монкриф считал также, что неудачные попытки вооруженных сил Объединенных Наций провести дополнительные высадки десантов дали противнику возможность создать прочную береговую оборону на всем побережье и высвободить для фронта определенное количество войск, ранее охранявших эти районы. Однако следует учесть, что более активную наступательную тактику блокирующих сил нельзя было применять, не сочетая действия флота с наступательными действиями сухопутных войск и авиации.
Мог ли огонь корабельной артиллерии быть таким же эффективным и массированным в условиях противодействия со стороны авиации и флота противника – это вопрос спорный. Но несомненно одно – более активное сопротивление противника ускорило бы развитие и применение управляемых снарядов класса «корабль – земля» дальнего действия. Та артиллерийская поддержка, которую линейные корабли оказывали сухопутным войскам, не могла при искусственно созданных в Корее условиях служить достаточным основанием для сохранения на флоте США крупнокалиберных нарезных орудий.
Выполнив вторую задачу, возложенную на корабельную артиллерию, – обеспечение войск на флангах фронта, – корабли блокирующих сил внесли весьма существенный вклад в общее дело. «История не знает случаев, – говорит контр-адмирал Смит, – чтобы какая-либо армия имела такое же надежное обеспечение своих флангов. В марте 1951 г. адмирал Страбл и я посетили генерала Риджуэя в Тэгу. Подчиненные ему генералы все время утверждали, что противник, используя мелководье, а иногда и прибрежные участки местности, мог обойти с фланга группировку наших войск на западном участке фронта. Мы заверили генерала Риджуэя, что флот этого не допустит, и он сказал, что больше не будет об этом беспокоиться.
Наличие корабельной артиллерии и морской авиации на обоих флангах дало возможность командованию нашей армии сосредоточивать свои усилия на тех участках фронта, где нужно было оказать наибольшее давление на противника. С плеч армейского командования была снята забота об обеспечении своих флангов».
Третью, второстепенную задачу, возложенную на военно-морские силы (изоляция фронта противника), они выполнили только частично.
Нашим кораблям не удалось парализовать систему шоссейных и железных дорог восточного побережья Кореи, несмотря на продолжительные усилия и на изобретательность, проявленную моряками. В главе восьмой уже указывалось, что и военно-воздушные силы Объединенных Наций также не смогли этого сделать. В течение всей войны авиация и надводные корабли Объединенных Наций ни разу не сумели остановить поток военных грузов из Маньчжурии к фронту в сколько-нибудь значительной степени. Правда, комбинированные удары авиации и кораблей 77-го и 95-го оперативных соединений, конечно, причинили большой ущерб противнику и даже несколько затормозили его военные перевозки, но они не оказали непосредственного и решающего влияния на ход боевых действий на суше. Все это подчеркивает необходимость создания в США пропорционально развитых (сбалансированных) вооруженных сил. Коль скоро эта война должна была ограничиться пределами Корейского полуострова, нам оставался только один путь для достижения успеха: остановить непрерывное движение поездов и автомашин в пределах Северной Кореи, захватить и удержать не только все транспортные линии противника, но и всю территорию Северной Кореи. Что же касается другого пути, то, учитывая условия местности, незначительное количество подходящих целей и характер противника, следует признать, что возможность изоляции фронта в Корее с помощью тактического атомного оружия остается и по сей день весьма сомнительной.