ПРОЛОГ

СЕЛЕНА

Пока я вминала пальцами ног мягкий, теплый песок бухты Полумесяц, у меня в голове крутилась всего одна мысль.

Это просто ёбаная тупая идея.

По другую сторону волейбольной сетки находилось лицо, которое я ненавидела больше всех на свете: Чейз Перес. Со своими тупыми выжженными добела волосами, откровенно несексуальными татуировками на шее и руках и нелепыми короткими шортами для серфинга, которые свисали ровно настолько, чтобы обнажать ямочки над бедрами и тянущиеся вниз вены…

Соберись!

Чейз, хоть он и был, пожалуй, самым раздражающе горячим парнем на планете, к тому же являлся профессиональным спортсменом. Почему меня вечно тянуло бросать ему вызов в этих испытаниях на силу, знала только богиня. Может быть, дело было в том, что я никогда не умела отступать перед вызовом — с класса плавания для дошколят во мне бушевал дикий дух соперничества. Или, может быть, потому, что это был МОЙ пляж, а Чейз, по кличке «Эль Тибурон», Перес и его цирк из профессиональных серферов и спонсоров энергетических напитков вторглись сюда в самую магически сильную неделю года, руша всё, что я строила последние десять лет.

Но я знала, что правда была одновременно проще и сложнее. Дело было в том, что эта волейбольная площадка оставалась единственным местом, где у меня действительно была хоть какая-то власть, какое-то мастерство. Единственным местом, где я блистала, где была кем-то большим, чем просто девчонка Торрес со слабым даром и растраченным потенциалом. Здесь, на песке, с мячом в руках, я была неудержима.

Я откинула с лица выгоревшие на солнце кудри. Сейчас нельзя было об этом думать. Я не могла позволить сослагательным наклонениям и мыслям о том, «что было бы, если», сбить меня с толку. Прямо сейчас значение имела только игра — этот вызов. Победить Чейза Переса в том единственном деле, в котором я была уверена.

— Готова, Селена? Или мне сделать еще один подход на растяжку?

Его ухмылка была… ну, пожалуй, хищной — и неудивительно.

Подчеркивая свои слова, он присел на корточки, уперев руки в колени, и так изогнул торс, что это определенно подчеркивало его мускулистую, но при этом безумно мягкую на вид грудь. Заметив, что я смотрю, он переключился на легкие прыжки, отчего его грудь непристойно запрыгала.

Соберись же, блядь, Торрес!

— Я просто давала тебе фору. Знаю, ноги для тебя внове. Вот только жаль, что та морская ведьма, с которой ты заключил сделку, не выполнила обещание до конца и не забрала твой голос.

— Неа, мы с ней пришли к другому соглашению. К такому, с которым, думаю, ты отлично знакома.

Он подмигнул, и мои щеки вовсе не вспыхнули. Это от солнца.

Я глубоко вздохнула, пляжный ветер закружил вокруг меня, песчинки щекотали икры. Волейбольный мяч в моих руках подался под пальцами, всё мое внимание сузилось до гладкой желто-синей поверхности. Я справлюсь. Я смогу его победить.

— Тогда покажи, на что ты способна, Ариэль.

Я ударила мячом о песок раз, другой, и под босыми стопами зашевелился грунт. Жаркое полуденное солнце палило по рукам, а океан ровно и неторопливо дышал в двадцати ярдах от нас.

Затем я подбросила мяч над головой, сделала три быстрых шага, уперлась левой стопой в песок и взмыла вверх.

На секунду — наперекор всей гравитации — я оказалась в воздухе. Моя правая рука взметнулась назад, а затем вперед со всей силой, на которую была способна моя пятифутово-восьмидюймовая фигура, и ладонь встретилась с мячом в наивысшей точке его траектории. Звук удара, с которым мяч пулей полетел через сетку, мгновенно стер с его лица эту дурацкую, обаятельную ухмылку.

Мяч врезался в песок на той стороне с такой силой, что оставил после себя небольшую воронку, один раз подскочил и покатился, остановившись прямо у ноги Чейза.

Это был мой пляж, и я собиралась показать ему почему.