Пять лет темноты. Пять лет с тех пор, как они отплыли с Форума и основной экипаж отправился в свои ледяные постели. Пять лет ночи.

Пять лет... и еще двадцать, прежде чем они достигнут Несса. Когда-то одного двадцатипятилетнего ночного круиза было достаточно, чтобы офицер дожил до окончания срока службы. Были времена - ни одно из них не осталось в памяти - когда Родерик Халфорд мог рассчитывать уйти в отставку после приземления на Нессе и устроиться на кабинетную работу или в одну из государственных служб. Он мог бы остепениться, завести семью, обзавестись скромным поместьем в сельской местности какого-нибудь захолустного мира в Пространстве и спокойно доживать свои дни.

Это было до войны. До сьельсинов. До того, как его назначили переправлять Красный отряд лорда Адриана Марло из центра на фронт и обратно. Он полагал, что не должен жаловаться. У него была легкая работа: управлять кораблем в варпе между звездами, поддерживать свет и топливо на корабле по расписанию и по курсу. Имперские легионы выживали за счет таких офицеров, как он, паромщиков, чья работа заключалась в управлении кораблем, пока старшие офицеры и боевой состав спали в крионической фуге, ожидая пробуждения по прибытии к месту назначения. Это не было гламурной должностью, но это была честная работа... пусть одинокая и тихая.

Это было третье путешествие Халфорда в качестве “ночного капитана” на борту почтенного линкора. К его концу ему предстояло прослужить сорок семь лет. Почти в два раза больше, чем “ночной” офицер мог прослужить в мирное время. Он был благодарен своей палатинской генетике за то, что у него впереди еще целые столетия. Всегда оставался шанс, что война закончится до того, как он станет слишком стар, чтобы наслаждаться жизнью.

Может быть.

Было тихо. На "Тамерлане" всегда тихо в эти долгие ночи. Более девяноста тысяч душ называли старое судно класса "Ариэль" своим домом - Красный отряд Безумного Марло, но менее сотни из них еще дышали. Остальные дремали в ледяных гробах, ожидая трубного гласа.

Шаги Халфорда звенели в металлической тишине, смешиваясь с пульсацией музыки, доносившейся через проводящие устройства за ушами, когда он совершал утреннюю пробежку. На корабле было тише, чем обычно, не слышалось отдаленного гула варп-двигателей, и сквозь иллюминаторы он видел не фиолетовые фракталы искривленного пространства, а казавшиеся неподвижными звезды, далекие и холодные.

Три дня назад они зашли в порт на топливный склад в 0,1 светового года от системы Нагапур, чтобы пополнить запасы антивещества на корабле. Короткая остановка, но она позволила почувствовать новизну свежих лиц и дать возможность ночному экипажу изучить скудные предложения кольцевой станции.

Он мог видеть станцию через узкие иллюминаторы "экватора Тамерлана" - прогулочной площадки, огибающей стреловидный линкор под бронированным корпусом. Каждое утро Халфорд любил пробежаться трусцой две-три мили по кораблю, прежде чем приступить к своим обязанностям. "Тамерлан" был огромным, дюжина миль в длину, с десятками палуб и сотнями помещений, большая часть которых не использовалась и была запечатана, пока основной экипаж спал. Капитану полезно совершать обход, пусть и медленно, чтобы быть в курсе проблем и вещей, нуждающихся в ремонте во время долгого и безмолвного перелета между звездами.

"Как скоро мы снова будем готовы к вылету?" - спросил он, замедляя бег. Прислонившись к поручню, он посмотрел вниз с променада, где на своих стоянках дремали ряды лихтеров "Пустельга", сложив крылья для развертывания над своими пусковыми трубами. Кабина одного из лихтеров была открыта, а ремонтный набор лежал, брошенный каким-то рабочим, на краю маленького черного звездолета. Халфорд нахмурился; он не знал, что один из механиков работал с лихтерами.

"Через пять часов, капитан", - последовал ответ лейтенанта. "Администрация порта закончила дозаправку, но нам нужно пройти проверку безопасности".

Пять часов... этого времени было достаточно, чтобы принять душ и быстро перекусить, прежде чем наступит время отбытия. Лейтенанты сказали, что недалеко от трапа есть ресторан, где подают карри по-нагапурски. Было бы неплохо отведать что-нибудь не синтезированное или выращенное на борту. Нагапур должен был стать их последней остановкой в этом путешествии, и для Халфорда это была последняя возможность перекусить перед отбытием. "Очень хорошо, Кессан. Я почти закончил".

"Я буду держать вас в курсе, если что-то изменится, сэр", - сказал лейтенант Кессан. "Но все тихо и гладко".

Хэлфорд зашипел и сотворил знак солнечного диска. Не стоит так искушать судьбу.

"Передайте администрации порта, что мы оформим все документы через пять часов. Я хочу, чтобы мы отправились по расписанию". Пара часов не имела бы большого значения в двадцатилетнем путешествии, но Родерик Халфорд не собирался стать человеком, из-за которого лорд Адриан Марло опоздал. Дьявол из Мейдуа был новым рыцарем Викторианского ордена Его Сиятельства императора, и все говорили, что эта миссия в Пространстве имела решающее значение для военных действий. Обдумав свои мысли о последней экспедиции за пределы корабля, он сказал: "Отправьте Юрия на станцию; пусть соберет еду для команды мостика. За мой счет".

Голос Кессана оживился: "Есть, сэр".

Это была мелочь, но боевой дух укреплялся на мелочах.

Халфорд возобновил свой бег. Для такой еды было еще рано, но через пять часов достаточно. В любом случае, у Кессана, Юрия и других вахтенных как раз заканчивалась смена, и на их долю выпала неблагодарная задача всю ночь следить за повышением уровня топлива. При его приближении одна из переборок отсека опустилась, позволяя ему пройти под наклонной аркой в следующий отсек. Музыка продолжала играть, ритмичные звуки подгоняли его вперед.

Ничто так не разгоняет кровь ранним утром, как пробежка.

Переборка с шипением захлопнулась за ним, а впереди почти на полмили протянулся променад до следующей. Сквозь высокие узкие окна он мог видеть, как белые очертания станции Нагапур поворачиваются в бесконечном свете космического дня, словно флотилия кораблей со светлыми мачтами, покачивающихся на якоре в такт его музыке. Халфорд был человеком расписаний, баз данных и временных диаграмм. Он мог оценить упорядоченную красоту механики станции и механизмов, которые включали свет и открывали двери по мере его продвижения. Именно это и привлекало его в роли ночного капитана: поддержание порядка. Тихие, внимательные часы. Четкие цели.

Следующая переборка открылась, издала звуковой сигнал и закрылась за ним.

Ноги стучали по металлическому полу, грохоча там, где променад проходил над очередной группой истребителей "Пустельга", ожидавших в своих отсеках. Справа от него мелькали двери в коридоры, ведущие внутрь, мимо офисов и оружейных складов к трамвайной линии, проходящей вдоль корпуса "Тамерлана" от носа до кормовых кластеров. Над его головой поблескивали трубы и щелкали приборы с точностью часового механизма, управляя ставнями, закрывающими узкие окна. Даже его шаги были частью этой симфонии механизмов. Частью корабля, как и он сам.

Следующая переборка не открылась. Халфорд привстал, махнул рукой на датчик над головой. Нахмурился. Такого не должно случиться. Он проверил индикаторы на дверной панели. Все системы были синими. Сбой? Все еще хмурясь, он нажал на кнопку управления дверью, чтобы дверь открылась.

Дверь не сдвинулась с места.

Единственная причина, по которой переборка не реагировала на кнопку, - это если бы окружающая среда за ней была нарушена, но будь там повреждение корпуса или утечка радиации, сработала бы сигнализация.

"Кессан, проверьте переборку Е-12 на экваторе. Я думаю, там неисправность", - сказал Халфорд и увидел, как на его лице, отраженном в черном сплаве двери, растет беспокойство.

Кессан не ответил.

"Лейтенант?" - позвал он. По-прежнему ничего. "Лейтенант Кессан, это коммандер Халфорд. Я сказал проверить переборку Е-12 на экваторе. Вы слышите?"

Тишина.

Настоящая тишина.

Халфорд обернулся. Ни один из рычагов управления ставнями на потолке не двигался.

Что-то было очень не так. Переключая каналы на своем наручном терминале, он проверил за ушами, не отклеились ли проводящие патчи. Они все еще были там. Транслируя по всем корабельным каналам, он произнес: "Коммандер Халфорд вызывает "Тамерлан", как слышите? У меня проблемы с подъемом переборки. Кто-нибудь может подтвердить?" Даже администрация порта должна была его слышать. "Что, во имя Земли, происходит?"

Была ли системная ошибка? Ему не хотелось думать, из-за какой ошибки могла прерваться связь на борту корабля и заклинить двери. Он повернул назад и вернулся по променаду к последней переборке, через которую прошел. Паниковать пока не имело смысла. Наверняка существовала дюжина объяснений поломке двери, а с системой связи могло произойти что угодно.

Вторая дверь не открывалась, как и круглый портал первой боковой двери.

"Халфорд вызывает мостик, как слышите?"

Тишина.

"Проклятье." Он опустил терминал, ругаясь про себя. На одной из внутренних дверей неподалеку было ручное управление. Он нащупал желтый рычаг и потянул, открывая люк технического обслуживания ровно настолько, чтобы можно было протиснуться. Старыми механизмами явно не пользовались десятилетиями. Он решил сделать пометку, чтобы их смазали. Проход шел параллельно одному из общих коридоров, отделанный бронзой, с приглушенным красным освещением. Халфорд поспешил по нему к центру корабля. Хотя он был совершенно уверен, что никогда раньше не ходил по этому туннелю, он знал, что тот должен заканчиваться возле гидропоники и трамвайной линии, проходящей вдоль центра судна.

Халфорд продолжал двигаться вперед, дважды останавливаясь, чтобы снова безуспешно попытаться связаться по своему терминалу. Казалось, он был один на этом могучем судне - один во всем мире. Он задавался вопросом, заметили ли портовые власти неисправность с их стороны. Конечно, они отправят команду к воздушным шлюзам, как только заметят неполадки со связью. Станция Нагапур была небольшой по меркам топливных складов Легиона, так что незнанию не было оправдания.

"С такими темпами они разберутся с этим прежде, чем ты доберешься до двери, Халфорд", - пробормотал он под нос. Он не мог представить, что пошло не так. Системному сбою такого масштаба не может быть оправдания. Его люди постоянно осматривали корабль.

Может ли это быть злым умыслом? Маловероятно. Пиратство на заправочных станциях не было чем-то неслыханным, но на складе Легиона? Это просто казалось невозможным.

Следующая дверь открылась с помощью другого ручного рычага, но этот люк не скрипел, как первый, а открывался плавно. В коридоре за ним было темно, затем включилось аварийное освещение, такое же красное, как и в коридоре технического обслуживания.

Ночной капитан выругался.

Если в этой секции отключилось электричество, значит, они столкнулись с чем-то гораздо худшим, чем простая техническая неисправность. Он потянулся к поясу, но слишком поздно вспомнил, что на нем спортивный костюм. Пояса на нем не было. Ни светосферы, ни фонарика, ни плазмомета. Он был безоружен и не экипирован, не готов к тому, что происходило.

"Халфорд вызывает мостик", - он снова попытался связаться по терминалу, но линия была мертва, как древние короли. "Вы слышите? Черт побери."

Гидропоника была чуть впереди. Аквакультура давала достаточно продукции, чтобы дополнить рацион экипажа, состоящий из бромоса - модифицированного овса - даже когда "Тамерлан" был полностью укомплектован персоналом. Секция состояла из нескольких длинных полуцилиндрических камер, расположенных параллельно центральной трамвайной линии. Если трамвай остановился - а Халфорд был уверен, что так оно и есть, - теплицы будут для него единственным способом пройти вдоль длинной оси “Тамерлана” и добраться до мостика.

Именно тогда он услышал это.

"Рюде сказал, что это недалеко, верно?"

"Должно быть прямо впереди".

"Ты что-то слышишь?"

"Нет. А ты?"

"Я думал..."

"Пошевеливайся, Джакис! Капитан сказал, что у нас мало времени!"

Капитан? Халфорд остановился в начале прохода. Они говорили не о нем. Безбилетники? На "Тамерлане"? Этого не могло быть. Но он не знал ни одного человека по имени Рюде, и уж точно среди людей ночной команды не было человека по имени Джакис. Халфорд тихо выругался. У него должно было быть при себе оружие, по крайней мере, станнер. Он огляделся по сторонам, пытаясь разглядеть обладателей этих двух голосов. Даже в темноте он должен был разглядеть мужчин. Голоса звучали так близко.

"Я же говорил!" - произнес первый голос, мужчина по имени Джакис.

Чья-то рука схватила Халфорда за воротник и развернула к себе. Ночной капитан ударился о переборку с такой силой, что у него перехватило дыхание. Задыхаясь, Халфорд поднял руки, чтобы защититься.

"Тогда что это?" - спросил обладатель второго голоса, невысокий, мощного телосложения мужчина с лицом, похожим на обветренный камень. "Один из экипажа?"

Что-то было не так в этих двух мужчинах. Они были слишком низкорослыми, слишком широкими в плечах. Были ли они мутантами? Гомункулы, выращенные в резервуарах и созданные для тяжелого труда? Их руки были толще шеи, и оба одеты в серые защитные костюмы с сильно поврежденными керамическими доспехами, выкрашенными в ярко-красный цвет. Одно было ясно: они не были членами его команды.

"Кто вы, черт возьми, такие?"- спросил Халфорд, и с удовлетворением отметил, что его голос звучал ровно.

"Кто мы?" - спросил человек по имени Джакис. "Разве это не очевидно, черт возьми?"

Другой мужчина повысил голос и закричал. "Доран! Ганн! У нас тут живой человек!"

Еще два странных гомункула появились из открытого бокового прохода и сутулясь, подошли ближе. "Этот, похоже, высокородный", - сказал один.

Якис кивнул: "Так и есть". Коренастый мужчина наклонился вперед. От него разило до небес. "Как тебя зовут, приятель?"

"Коммандер Родерик Халфорд. Это мой корабль". Он понял свою ошибку в тот момент, когда замолчал.

"Твой корабль, да?" - спросил мужчина. "Это просто наш счастливый день. Поймали капитана, ребята!" Мужчины захлопали друг друга по плечам. "Это, наверное, рекорд".

Четверо из них...

Дверь в шахту технического обслуживания все еще была открыта, и он знал, что путь, по которому он пришел, был свободен. Если он доберется до люка, то сможет закрыть его, выиграть немного времени, найти другой путь вперед и объявить тревогу.

Захватчики. Пираты... на его корабле? Как? Как пираты могли попасть на борт имперского линкора? Как они осмелились?

"Я вижу, куда вы смотрите, капитан", - хмыкнул Джакис. "Не пытайтесь ничего предпринимать, иначе мои парни изобьют вас до крови".

Халфорд стиснул зубы. Он никогда не дрался по-настоящему и не собирался начинать сейчас. Благоразумие - лучшая сторона доблести, не так ли? Лучше бежать и сражаться в другой раз. Без оружия и в одиночку он ничего не мог сделать.

Он увидел шанс и нырнул.

Чей-то огромный кулак поднялся и ударил его в живот, едва не сбив с ног. У него клацнули зубы, и он, задыхаясь, отшатнулся назад. Как ему удалось удержаться на ногах, можно только догадываться. Бандит бил как кувалдой, и Халфорду потребовалась вся его концентрация, чтобы не забыть о необходимости дышать.

"Кажется, я просил тебя ничего не предпринимать, малыш!"- напомнил Джакис, массируя костяшки пальцев. "Рюде ты нужен живым". Он подал знак, и еще один удар пришелся Халфорду в висок. Тот сложился как карточный домик, ударившись лицом о панели пола. У ночного капитана было смутное впечатление, что ноги толпятся вокруг него, словно лес разъяренных красных деревьев.

Новый удар пришелся ему под ребра, и он сжался, пытаясь защитить голову. Следующий удар пришелся ему в спину, и он стиснул челюсти, чтобы нечаянно не прикусить язык. Халфорд сказал себе, что не закричит. Он не будет доставлять пиратам такого удовольствия.

"Ух, парни!" - сказал один из них. Возможно, Ганн. "Не надо его ломать. Капитану нужен выкуп, помните. Мертвым он не годится!"

"Как..." прохрипел Халфорд, не поднимая лица. "Как вы попали на борт?"

"Ты уверен что хочешь знать?"- спросил Джакис, и хотя Халфорд не поднимал глаз, он мог достаточно ясно представить себе оскал людоеда.

"Я бы, конечно, хотел!" - раздался другой голос. Странный голос. Глубокий и мрачный. Не грубый, как голоса пиратов-недочеловеков, а отточенный, такой, каким мог бы гордиться злодей из голографической оперы.

Свет погас.

Все огни погасли. Только бледные индикаторы на костюмах пиратов по-прежнему светились красным и белым.

"Какого черта?"

"Что это?"- спросил Джакис. "Что происходит?"

"Вопрос, на который я бы очень хотел получить ответ", - снова раздался тот же мрачный голос. "Назовите себя!"

"Зажигайте свет, парни!"- крикнул Джакис. Мгновение спустя зажглись четыре костюмных фонаря, белые конусы осветили коридор с обеих сторон.

"Там!" - крикнул один из пиратов.

Вспыхнул станнер, и Халфорду показалось, что он увидел угол черного плаща на границе света фонаря.

"Промахнулся", - с усмешкой произнес голос.

Халфорд приподнялся и отполз от пиратов, как расстроенный краб. Голос был ему знаком, но он не мог вспомнить, кому тот принадлежал. Это был кто-то из офицеров, но этого не могло быть. Они все были во льду. В фуге. Или должны были быть.

"Кто это?"- спросил Джакис. "Покажись!"

"Как пожелаешь".

Голубой свет расцвел во тьме совсем рядом. Голос доносился гораздо ближе, и Халфорд увидел, как поднимается и опускается сверкающий кристалл. Это было лезвие меча из высшей материи, его острие было достаточно острым, чтобы рассечь молекулы, а вещество - ярким и холодным, как далекие звезды. В его бледном сиянии коммандер увидел высокого худощавого человека, одетого в черную с гербом форму, полы офицерской шинели трепетали за его спиной. Клинок без труда пронзил одного из пиратов, разрубив его пополам от плеча до противоположной тазобедренной кости. Ночной капитан увидел кровь и услышал влажный шлепок, когда две части человека ударились о палубу. Лезвие разрезало его легко, без сопротивления... и исчезло.

Один из пиратов яростно закричал и выстрелил из станнера в сторону новоприбывшего, но вспышка осветила только пустой коридор. Человек в черном исчез, развернувшись быстрее, чем гомункулы с фонарями на их костюмах смогли его отследить. Халфорд сидел, прижавшись к стене коридора, как парализованный. Он никогда раньше не был в боевой обстановке, никогда не видел, чтобы человек, даже враг, умирал, тем более умирал так ужасно. В полутьме он продолжал видеть раздвоенную фигуру мертвого пирата.

"Куда он делся?"- спросил Джакис. "Доран?"

"Он убил Дорана!" - воскликнул один из них.

"Капитану это не понравится..."

"Тихо!"- прошипел Джакис. "Ты это слышал?"

В темноте Халфорд увидел блеск и блики ножей. Трое мужчин держали клинки наготове, все еще сжимая свои станнеры, и осматривали коридор, водя туда-сюда своими бледными фонарями. Это была обычная практика для бойцов на борту звездолетов. Неизвестно, какую систему или уплотнение среды может повредить ошибочный выстрел или дуга плазмы.

"Капитан все еще здесь, хотя...", - сказал один из них, направив луч в лицо Халфорду. "Не убежал, когда у него был шанс".

"К черту капитана", - выругался Джакис. "Где второй? Он не мог уйти далеко".

Бой переместил троих мужчин по коридору в одну сторону, и Халфорд оглянулся. Со своей точки обзора он мог видеть коридор и его дальнюю сторону, где все еще был открыт люк в технический туннель. Прямо внутри он разглядел черный силуэт, едва освещенный отраженным светом трех пиратских фонарей.

Тот поднес длинный белый палец к губам.

Халфорд сглотнул.

Через мгновение все фонари переместились, повернулись не в ту сторону.

Поскольку Халфорд прислушивался, он уловил тонкий стук каблука по металлическому полу. Мгновение спустя голубой свет расцвел снова, когда экзотические ядра меча из высшей материи изменили энергетическое состояние и сгустились в воздухе. В его сиянии не было ни капли тепла. Подобно лунному свету, оно отбрасывало бледные блики на коридор, пиратов и человека, который держал оружие, направляя его на свою жертву.

Он был высок и худощав, широкоплеч и одет с головы до ног в черное: черная туника поверх черных брюк с двойной темно-красной полосой, скрывающей внешние швы. Полированные черные сапоги с отворотами ниже колена. Пальто было еще чернее, с высоким воротником и длинными рукавами. Пуговицы на нем были серебряные, пряжки на сапогах, поясе и рукавах тоже серебряные. А его лицо! Бледное, заостренное и неулыбчивое, оно скрывалось под растрепанной гривой волос, более черных, чем его одежда.

И Халфорд узнал его.

Пираты развернулись и открыли огонь, но все их парализующие разряды отскакивали от щитовой завесы новоприбывшего, бледными фракталами мерцающей во мраке.

"Взять его!"- крикнул Джакис и бросился вперед.

Брошенный своими людьми, большой гомункул бросился в атаку в одиночку. Он попытался поймать руку человека в черном, когда тот занес меч, и удержать ее достаточно надолго, чтобы нанести удар своему врагу, но, хотя он и поймал запястье, у него ничего не вышло. Человек в черном повернулся и перерубил руку Джакиса. Пират даже не вскрикнул, но отшатнулся, уставившись на обрубок в оцепенении, не веря своим глазам. Должно быть, ему никогда раньше не приходилось сталкиваться с высшей материей. У обычного керамического меча не хватило бы силы, чтобы даже поцарапать его броню...

Высшей материи сила не требовалась.

Человек в черном взмахнул мечом, пронзая Джакиса под легкими. Он шагнул вперед, проведя лезвием вверх и наружу через плечо здоровяка, оставив ровную, ужасную прореху через все ребра. Халфорд закрыл глаза, и поэтому не рассмотрел, как третий пират встретил свой конец. Он открыл их от грохота и увидел, что четвертый мужчина упал, отползая назад, в ужасе бросив нож и станнер.

"Я сдаюсь!" - кричал он. "Я сдаюсь!" Это был тот, кого звали Ганн, с широко раскрытыми глазами в свете собственного фонаря.

Человек в черном стоял над ним, держа в руке чистый и сверкающий меч. "Кто ты такой? И что ты делаешь на моем корабле?"

"На твоем корабле?"- тупо повторил Ганн. Его глаза нашли Халфорда, сидящего на полу. "Я думал, он капитан?" Другой угрожающе поднял меч. Голос Ганна подскочил на октаву, когда он ответил: "На что это похоже? Вас грабят".

Кончик лезвия из высшей материи взметнулся вверх и завис всего в нескольких сантиметрах от подбородка Ганна. "По-моему, это не то, на что это похоже", - сказал человек в черном.

"Капитан, должно быть, уже уходит", - произнес Ганн. "Мы просто осматривались".

"Что вам нужно? Оружие?" Это имело смысл. В нападении на такой корабль Легиона, как "Тамерлан", на топливном складе в середине варпа - когда он был наиболее уязвим и наименее укомплектован - была элегантность, которую Халфорд мог уважать.

Пират отстранился от лезвия и прижался спиной к краю коридора. "Выкупы. На кораблях Легиона есть офицеры. Нобильские дома заплатят за возвращение своих мальчиков и девочек. Или Империя заплатит".

Халфорд нахмурился. "Выкупы?" - проговорил он почти шепотом. Пираты хотели получить выкуп, а это означало, что они будут совершать набеги на кубикулу, спальные камеры, расположенные многими этажами выше, под корпусом "Тамерлана".

Человек в черном рассмеялся. "Вы выбрали для этого не тот корабль", - сказал он, и даже стоя к Халфорду спиной, тот услышал усмешку в его голосе. "Ты знаешь, что это за корабль?"

"Тамерлан", - ответил Ганн.

"Очень хорошо, ты умеешь читать", - человек в черном оглянулся на Халфорда, и тот впервые заметил, что на его глаза надеты очки с красными стеклами. Неужели они позволяли ему видеть в темноте? "Ты знаешь, кто я?"

Казалось, в медлительном, нечеловеческом сознании Ганна все сложилось воедино. "Вы не... лорд Марло?"

"Угадал с первого раза".

Глаза Ганна расширились, и без предупреждения он качнулся в сторону, в перекате пытаясь подтянуть колени под себя, чтобы подняться на ноги. Сверкнуло голубое лезвие и подрубило Ганну ногу. Он рухнул на землю с криком и визгом боли, когда его культя ударилась о плиты палубы. "Ты должен был быть в фуге!"

"Жаль тебя разочаровывать", - сказал Адриан Марло, упираясь ногой прямо в грудь приземистого гомункула. "У тебя из ноги вытекает кровь, и быстро. Так что ответь на мои вопросы, если хочешь жить: где сейчас твой капитан?"

"Поднялся наверх!"- ответил Ганн, даже не колеблясь. "Сам пошел забирать ваших спящих".

"И сколько с ним людей?"

"Пятьдесят!" Ганн почти кричал, голос его срывался.

Клинок Марло скользнул вниз, рассекая бронированное плечо противника. "Нет", - произнес он. "Сколько?"

"Около двадцати", - поморщившись, ответил Ганн. "Остальные разделились. Команды по четыре человека, как мы".

"Почему?"

"Диверсия", - простонал он, когда Марло вдавил пятку ему в грудь. "Мы собирались поджечь гидропонику. Сжечь ваши посевы".

"Негодяи!"- только и смог вымолвить Халфорд. Он наконец-то встал на ноги, а вместе с ними обрел и голос.

"Хорошо, что вы присоединились к нам, коммандер", - произнес лорд Марло.

Ночному капитану хватило такта опустить взгляд на свои ноги. Он знал, что не должен был так пугаться. Офицеру Легионов Его Сиятельства не подобало действовать под давлением. Он опозорил себя, свой корабль и свою команду.

Но сейчас было не время размышлять об этом.

"Где ваш корабль?" Лорд Марло повернулся к истекающему кровью Ганну.

Гомункул покачал своей уродливой головой.

"Как вы попали на борт?" Халфорд шагнул вперед, стараясь не наступить в кровь, которая лужами растекалась по палубе. Он не завидовал тому, кому придется убирать тела, когда все закончится. Откашлявшись, ночной капитан спросил: "Администрация порта помогла вам?"

Вместо ответа Ганн поднял руку. Марло увидел что-то в ней за мгновение до того, как это сделал Халфорд, и отпрыгнул в сторону. Сверкнул клинок, отрубив последнему пирату руку у запястья. Тонкая струйка ярко-оранжевой жидкости ударила из шланга, вделанного в ткань костюма пирата, наполнив воздух сладковатым запахом химического катализатора.

Ганн пытался поджечь Марло.

Лорд Адриан не колебался. Одним стремительным шагом он сократил расстояние между собой и Ганном. Голубой меч сверкнул, его острие прочертило красную линию по открытой шее Ганна, оставляя след на стене позади него. Аккуратно отступив назад, Марло выключил меч. Лезвие из сверкающих киллионов растворилось в легкой дымке.

"Мы должны действовать быстро, коммандер", - заявил Марло, стряхивая кровь со своей гидрофобной одежды. "Вооружитесь".