Следующий шаг на пути к вершине Льюис Хэмилтон сделал в 2001 году: наконец-то сев за руль гоночного автомобиля, в своем дебютном сезоне он занял пятое место в общем зачете Зимней серии Рено. Его карьеру запрограммировали Рон Деннис и McLaren. Теперь Льюису было шестнадцать, и – хотя тогда гонщик этого не подозревал – в «Формулу-1» он попадет уже через шесть лет.

Учился Хэмилтон очень быстро и в конце следующего сезона занял третье место в британской «Формуле-Рено»; за сезон он одержал 3 победы, 3 раза показывал лучший круг и завоевал 3 поул-позиции. Кроме того, Льюис стал пятым в Еврокубке «Формулы-Рено»: он принял участие в четырех этапах из девяти, одержал одну победу и еще трижды был на подиуме.

Период его обучения подходил к концу, и вскоре Хэмилтон промчался через сезон 2003 британского чемпионата «Формулы-Рено», завоевав 10 побед и 11 поулов. Преимущество над ближайшим преследователем Алексом Ллойдом (одержавшим лишь 2 победы) было подавляющим: 419 очков против 377. Чемпионом серии он стал еще до окончания сезона – когда ему вручали кубок, оставалось 2 этапа; такое положение вещей означало, что Льюис еще успевал дебютировать в двух последних гонках британского сезона «Формулы-3».

После того как в McLaren решили, что Хэмилтон готов перейти из картинга в автогонки, наставником Льюиса – в течение всего периода его выступлений в «Формуле-Рено» – был босс команды Manor Motorsport Джон Бут. Он уже помог нескольким перспективным гонщикам, когда те выступали за его весьма успешную команду, и с радостью руководил вторым этапом гоночной карьеры Хэмилтона. Именно за коллектив Бута вундеркинд будет выступать в «Формуле-Рено», а потом и в начале своей карьеры в «Формуле-3». В интервью Guardian Джон сказал: «McLaren попросили дать Льюису возможность попробовать нашу машину «Формулы-Рено». Хэмилтон никогда не сидел за рулем не только гоночного, но даже обычного автомобиля – ведь ему было всего шестнадцать, и после пары кругов он повредил машину». Но удивило Бута не это: его впечатлило, что Льюис, после того как болид привели в рабочее состояние, тут же снова сел за руль и прибавил скорость. Та неудача нисколько не смутила парня.

«За нашу команду он выступал в Зимней серии Рено 2001 и в чемпионате Великобритании 2002 и 2003. Льюис иногда допускал ошибки, но чего вы хотите от семнадцатилетнего парня?» Сложно возразить, но от Хэмилтона всегда ждали многого, порой – даже слишком многого. Дела у Льюиса шли хорошо не только в гонках, но и в учебе, несмотря на то что он был поглощен автоспортом. Сдав экзамены за курс средней школы, Хэмилтон перешел в Кембриджский колледж наук и искусств, который, несмотря на название, находится в Стивенидже: там он готовился к выпускным экзаменам. В колледже Льюис мог выбрать гибкий график обучения, что позволило бы ему продолжать карьеру пилота «Формулы-3».

Из отчета об успеваемости в колледже мы узнаем немного больше о звездном ученике: «Льюис поступил в наш колледж по совету друга: он искал учебное заведение, которое позволило бы совмещать учебу и спорт. Хэмилтон очень много внимания уделяет гонкам, проходящим в выходные, поэтому порой ему бывает трудно сосредоточиться на уроках, но пока учеба у него идет хорошо». Этот отчет написан в 2002 году и предвосхищает успехи Хэмилтона: «Сейчас Льюис участвует в чемпионате Великобритании по гонкам на одноместных автомобилях «Формулы-Рено» и, закончив учебу, собирается стать профессиональным гонщиком «Формулы-1».

Именно в Кембриджском колледже он познакомился со своей будущей девушкой, Джодией Ма. Афишировать отношения Льюис не любит, но известно, что после окончания учебы она некоторое время оставалась в Лондоне, а потом, в январе 2007 года, вернулась в Гонконг. Они встречались с Льюисом пять лет, и на двадцать первый день рождения Джодии он подарил ей бриллиантовый браслет стоимостью 10 000 фунтов. Девушка, в отличие от Льюиса, выросшего в относительной бедности, была из очень обеспеченной семьи. У ее родителей огромный особняк в закрытом элитном коттеджном поселке в Клир-Уотер-Бей – городке в Гонконге на берегу моря, где живут богатые люди.

Джодиа вернулась из Гонконга в Лондон 28 июля 2007 года, чтобы отметить с Льюисом свой двадцать второй день рождения. Девушка признавалась друзьям: полгода назад она решила вернуться домой, потому что сомневалась, продолжат ли они встречаться, – Льюис очень много времени уделял гонкам, и она сама не знала, как сложится ее дальнейшая жизнь. Но Льюис не хотел ее терять. В марте того же года он приехал к Джодии в Гонконг, откуда они отправились отдыхать на Бали. Потом, в июле, она прилетела к нему в Англию – несмотря на разделяющие их девять с половиной тысяч километров, они все еще были вместе. «Я восхищаюсь Льюисом, – говорила девушка. – И очень им горжусь. Он чудесный, удивительный парень и невероятно талантливый. Льюис – национальный герой, и я могу понять, почему он так всем нравится».

Через несколько недель Джодиа приехала в Будапешт, на Гран-при Венгрии, чтобы впервые посмотреть на Льюиса в гонке. По словам близкого друга пары, они обсуждали возможность переезда Джодии в Лондон; она могла бы жить в Великобритании постоянно, работая в сфере организации различных мероприятий. Но надежды на длительные отношения рухнули летом 2007 года, когда Льюис и Джодиа окончательно расстались.

Джодиа стала только вторым серьезным увлечением Льюиса. Первой его девушкой была Рейчел Баттерфилд, с которой он встречался в средней школе, за год до знакомства с Джодией. Рейчел, родившаяся в Бигглсуод, графство Бедфордшир, рассказала об их отношениях прессе, продав историю бульварной газете News of the World.

После переезда в Тевин, когда у Льюиса оставалось время, свободное от учебы в колледже и гонок, он подрабатывал официантом в гастропабе «Белая лошадь» в Бернхэм-Грин и на автомойке. Примерно тогда же Льюис – с первой попытки – сдал экзамен на права: ему понадобилось лишь шесть часов занятий и периодические напоминания о том, что на поворотах нужно сбавлять скорость. Стивен Сивелл, его инструктор по вождению, отметил, что талант семнадцатилетнего Льюиса был заметен сразу же, но добавил: «Мне приходилось напоминать, что необходимо притормаживать на поворотах и не стоит так сильно давить на газ на моем Nissan Micra».

Согласно записям Стивена, Энтони впервые связался с ним 10 апреля 2002 года, чтобы узнать об уроках вождения для сына. Внешний вид Льюиса на первом занятии поначалу несколько напугал инструктора: «Я приехал забрать его на урок, и он вышел, одетый во все белое, в дизайнерских солнцезащитных очках Oakley. Выглядел Льюис стильно, но про себя я подумал: скажите, пожалуйста, какой у нас тут крутой гонщик».

А еще Стивена беспокоил стиль вождения, который его ученик приобрел за годы карьеры в картинге: «На экзамене никого не интересует, что ты выбрал самую выгодную траекторию для вхождения в поворот. Перед тем как повернуть налево, Льюис смещался вправо: для продвинутого экзамена такое вполне приемлемо, для обычного же – нет.

И на узкой дороге он поворачивал так резко, что меня бросало в дрожь. Льюис наверняка видел, что я чуть-чуть нервничаю, и, похоже, это озорство доставляло ему удовольствие. Я объяснил – если входить в поворот медленнее, то скорость на выходе может быть выше, чем на входе. Он схватывал все на лету».

На старом серебристом Nissan Micra Стивена так никогда не ездили: «В какой-то момент мне пришлось сказать: «Если ты еще прибавишь оборотов, мы просто взлетим!» Но, по словам инструктора, Льюис ни разу не терял концентрацию: «Он мгновенно реагировал на мои замечания».

После четырех полуторачасовых занятий, длившихся чуть больше недели и стоивших 18 фунтов каждое, Стивен сказал юноше, что к экзамену тот готов. И Льюис справился с ним без проблем. Сивелл вспоминает: «Я знаю, что Хэмилтон сдал экзамен с первой попытки, потому что он сам позвонил и сказал мне об этом. У него, наверное, была пара ошибочек, но они не помешали, потому что машину он ведет очень уверенно». А еще инструктор стал свидетелем восторга своего ученика, когда отец подарил Льюису его первый автомобиль – Mini coupé, на крыше которого красовался клетчатый флаг. «После одного из наших последних уроков я привез его домой, – рассказывает Стивен, – и мы увидели, что Энтони купил сыну машину. Льюис был вне себя от радости, и, думаю, он заслужил такой подарок».

Инструктор вспоминает, как Льюис рассказывал о расистских оскорблениях и снобизме, с которыми ему пришлось столкнуться на пути к вершине: «Наверное, было непросто, ведь в то время далеко не каждый вел себя с ним достойно. Некоторые родители тратили все свои деньги на карьеру ребенка, чтобы снарядить своих детей по последнему слову техники, но те не обладали талантом Льюиса, и, думаю, это вызывало зависть.

Но Льюис был одареннее остальных и продолжал побеждать. Поэтому время от времени в разговорах проскальзывали оскорбления на расовой почве. Мне бы очень хотелось снова увидеть Хэмилтона. Я бы крепко его обнял и сказал просто: «Молодец!»

Таким образом, в 2002 году, перед началом своего второго сезона в команде Manor Motorsport, базировавшейся в Йоркшире, Льюис сдал «обычный» экзамен по вождению, и теперь ему предстояло сдать «гоночный»: главным фаворитом на победу в «Формуле-Рено» считался именно он. «В предсезонных тестах нам не было равных, – вспоминает Джон Бут. – Но проблемы начались в первом же заезде, когда он сошел из-за кругового. Три гонки без побед – такого мы, мягко говоря, не ожидали».

Но потом случился настоящий прорыв: первая победа Льюиса на гоночном автомобиле, одержанная в Сильверстоуне. Джон вспоминает: «Лил дождь, а Хэмилтон шел пятым, на сликах. Но справился и выиграл с вполне комфортным преимуществом. Вот так. Он просто почувствовал машину, ощутил уверенность и, если мне не изменяет память, больше до конца сезона не проигрывал».

Однако дебют Льюиса в «Формуле-3» на трассе Брэндс-Хэтч обернулся кошмаром. В первом же заезде дня ему пришлось сойти из-за прокола, во втором – он попал в аварию и был доставлен в больницу после столкновения с напарником, Тором Грейвсом.

В статье на Motorsport.com от 13 октября 2003 года Стелла-Мария Томас и Линн Уэйт не без иронии прокомментировали дебют Льюиса в «Формуле-3»: «Что касается событий в хвосте пелотона, жизнь преподнесла Льюису Хэмилтону (Manor Motorsport) несколько сюрпризов. В своей первой гонке в этой серии Льюис стартовал в самом конце, потому что ошибся в квалификации и не сумел показать хоть сколько-нибудь достойные секунды…

Когда он попытался обогнать своего напарника, Тора Грейвса, произошел контакт, в результате которого машина Грейвса почти развалилась на части, а гонщика госпитализировали с подозрением на перелом большого пальца. Хэмилтону повезло меньше. Он не мог самостоятельно выбраться из машины и жаловался на боль в спине. Естественно, маршалы не собирались рисковать, и прошло некоторое время, прежде чем его извлекли из автомобиля.

Когда наконец Хэмилтона достали из машины, ему зафиксировали шею и увезли на «скорой» в медицинский центр, а оттуда в больницу. Повреждений не обнаружили, но врачи решили оставить его на ночь для наблюдения. Дебют в «Формуле-3» Хэмилтону запомнится надолго».

В 2004 году Льюис дебютировал за Manor Motorsport в Евросерии «Формулы-3». За весь сезон он одержал лишь одну победу и занял пятое место в чемпионате. Зато ему удалось выиграть Суперприз Бахрейна. Джон Бут признавал, проблема заключалась в автомобиле, а не в пилоте: «У нас была не самая конкурентоспособная машина для «Формулы-3». Пару раз Льюис выиграл, но ему – такому голодному до побед – непросто находиться за рулем средненькой машины. Несмотря на все эти сложности, ни вспышек гнева, ни истерик он себе не позволял».

Бут восхищался искренностью Льюиса, которая уже тогда всех к нему располагала, – в этом он был не похож на Айртона Сенну: «Цели у них совпадали, но Айртон манипулировал окружающими. Когда мы гонялись вместе, Сенна был приятным человеком, но очень расчетливым. Он мог сказать: «Сделаю вот так, и механики будут на моей стороне». Льюис же везде появлялся с неизменной улыбкой. И всегда оставался таким».

К концу 2004 года все предвещало скорое окончание сотрудничества Льюиса с Manor Motorsport: 1 декабря того же года он завершил свой первый тест-драйв для McLaren в Сильверстоуне, о чем объявили через несколько недель. Предполагали даже, что Льюис, перепрыгнув через две ступеньки, может стать третьим пилотом McLaren в «Формуле-1». Один из отчетов гласил: «В команде McLaren-Mercedes подтвердили, что в январе Александр Вурц не будет тестировать MP4–20 – их новый автомобиль 2005 года, – так как гонщик слишком высок, чтобы в него поместиться. В McLaren отметили, что, возможно, автомобиль модифицируют под австрийца, однако для этого нужно время, поэтому третьим пилотом пока стал Педро де ла Роса.

По слухам, после недавнего тестирования MP4–19 в Сильверстоуне в качестве кандидатов будут рассматриваться еще Джейми Грин, Льюис Хэмилтон и Алекс Ллойд, а также Мики Хаккинен, несмотря на заявление, сделанное McLaren в понедельник о том, что последний в 2005 году сосредоточится исключительно на ДТМ [DTM; Deutsche Tourenwagen Masters]».

Случиться этому было не суждено, но Льюиса, по крайней мере, уже принимали в расчет. Своим новым избранником Рон Деннис сделает его через два года, а пока молодому пилоту предстояло доказывать свою состоятельность, проходя тесты с более именитыми гонщиками. Когда для Льюиса начался второй сезон в Евросерии «Формулы-3», McLaren помогли ему еще раз, устроив переход в конкурирующую команду ASM. Но Хэмилтон никогда не забывал о роли, которую сыграл в его карьере Джон Бут. В 2007 году перед Гран-при Франции в Маньи-Кур Льюис разыскал Джона, чтобы узнать, как у того дела. Бут, в тот день готовивший к битве в «Формуле-3» свою команду Manor Motorsport, был тронут таким поведением Хэмилтона: «Льюис всегда остается Льюисом. У него впереди – важная гонка в статусе лидера чемпионата «Формулы-1», а он находит время, чтобы подойти и поболтать».

В конце сезона 2004 в гоночном мире поговаривали, что тест-драйв «Формулы-1» в Сильверстоуне, возможно, так вскружил мальчику голову, что и он, и Энтони воспротивились решению Рона Денниса оставить Льюиса в «Формуле-3» еще на один сезон. Вроде бы они хотели сразу же перейти в GP2. По утверждениям источников, произошла размолвка, в результате которой McLaren не поддерживали Льюиса на Гран-при Макао «Формулы-3», а Энтони с Льюисом начали искать нового спонсора для участия в сезоне GP2.

Утверждается, что сделать это им не удалось, и Хэмилтонам «ничего не оставалось, как покорно вернуться к Деннису». Однако все – и Льюис, и Энтони, и McLaren – отказываются подтверждать или опровергать подобные заявления; но если такая ситуация действительно произошла, для молодого гонщика это было полезным уроком. Деннис же оказался абсолютно прав – когда в 2005 году Льюис перешел в ASM, он легко и быстро добился успехов, что, в конечном счете, позволило ему почувствовать еще больше уверенности перед переходом в «Формулу-2».

У ASM также были мощные средства, и Льюис, начав свой второй сезон в «Формуле-3» с уверенной победы в Хоккенхайме, безоговорочно лидировал и во всем чемпионате. В его почетном списке – 15 побед, 10 лучших кругов, 13 поул-позиций и титул чемпиона, завоеванный, когда до окончания сезона оставалось еще 4 гонки. Также он выиграл Мастерс «Формулы-3» в Зандворте, записав себе в актив поул и рекорд круга, и одержал победу на Гран-при Монако и Гран-при Франции в городе По.

После того как в августе 2005 года Льюис завоевал чемпионский титул, когда до конца сезона оставалось еще четыре гонки, мир автоспорта отдал должное успехам Хэмилтона, провозгласив его лучшим гонщиком в истории «Формулы-3»: «Еще в начале сезона 2005 Льюис Хэмилтон (ASM F3, Dallara-Mercedes) считался одним из главных фаворитов – и такого безоговорочного доминирования, как то, которое удалось двадцатилетнему пилоту, в истории серии еще не случалось. В 16 гонках сезона, завершившихся на данный момент, молодой британец одержал 11 побед, завоевал 11 поул-позиций и 7 раз устанавливал самый быстрый круг, что и позволило ему получить титул за 4 этапа до окончания чемпионата.

Равных Льюису Хэмилтону в сезоне 2005 нет. Он почти не допускает ошибок и всегда очень быстр. Поэтому его триумф в чемпионате полностью закономерен.

Вне гонок Льюис – спокойный и вежливый парень, вторая страсть которого – игра на гитаре».

Такая высокая оценка от боссов «Формулы-3» не могла не льстить, и для McLaren не осталось незамеченным, что подвиги Льюиса в том сезоне сравнивали с ранними достижениями таких легенд автоспорта, как Джеки Стюарт и Ален Прост.

Фредерик Вассёр, босс ASM, тоже не скупился на похвалы в адрес своего пилота, признавая, что меньше всего ожидал получить предложение McLaren взять Льюиса под свое крыло: «Я познакомился с ним в 2003 году на Еврокубке «Формулы-Рено» в Ассене. Там ASM выиграла вторую гонку с Симоном Пажно, а Льюис финишировал следом. Было видно, что он отличный пилот, и в 2004 году Хэмилтон вместе с Manor Motorsport перешел в Евросерию «Формулы-3» и начал конкурировать с нами. Тот сезон для него складывался непросто, потому что и он, и команда никогда раньше в этой серии не выступали, а у контрольных шин Kumho специфические характеристики, на изучение которых нужно время. Кроме того, конкуренты были сильны – Джейми Грин, Нико Росберг и Александр Према. Я и сам очень хотел подписать Льюиса на 2005 год, но еще до того, как мы это обговорили, мне позвонил Мартин Уитмарш [исполнительный директор McLaren]: он хотел, чтобы Льюис гонялся за нас!»

Сотрудничество Льюиса и Вассёра продолжилось и после «Формулы-3». В 2006 году, когда в McLaren решили, что Хэмилтону пришла пора перейти в «Формулу-2», он начал выступать за ART Grand Prix – сестринской команде ASM. Но сначала, после такого успешного сезона 2005 в «Формуле-3», Льюис уехал в заслуженный отпуск: «Я провел время со своей семьей, друзьями и девушкой – наверстывая упущенное – и немного попутешествовал. Сначала мы с Джодией поехали в Нью-Йорк, посмотрели город – поднялись на самый верх Эмпайр-стейт-билдинг, доплыли на пароме до статуи Свободы и, конечно же, не забыли про шопинг. Потом мы с друзьями провели неделю на Бермудах – где и зимой погода теплая и очень приятная. Там невероятно красиво и спокойно – перед началом сезона мне как раз нужно было расслабиться».

Льюис без особых сложностей сменил чемпионство в «Формуле-3» на чемпионство в GP2. В списке его достижений во время штурма титула значились 5 побед, 6 лучших кругов, первая двойная победа на трассе Нюрбургринг, поул-позиция и победа на Гран-при Монако, вторая двойная победа на домашней трассе в Сильверстоуне, 7 вторых и 2 третьих места.

Доминирование Льюиса в «Формуле-2» Фредерик Вассёр вспоминает с теплотой, особо отмечая самоотдачу и профессионализм пилота: «Его фантастический талант бросался в глаза, но Хэмилтон к тому же был невероятно предан делу. Все гонщики утверждают, что их цель – стать чемпионом мира, но мало кто действительно делает для этого все возможное. А Льюис именно таков. Он может поднять командный дух, потому что ладит со всеми. И абсолютно честен с самим собой. Показав плохой результат в квалификации, Льюис говорил: «Это моя вина. Машина в порядке. Ничего не меняйте, дело во мне». Такой подход невероятно важен, потому что благодаря ему мы могли максимально эффективно использовать труд инженеров и механиков: иногда ведь случается, что уйма времени потрачена на изменение настроек болида, а виноват на самом деле пилот».

Из огромного количества поразительных гонок Вассёр выделяет несколько: «Мне особенно запомнилось три заезда Льюиса в GP2. В Сильверстоуне [когда Хэмилтон одним маневром обогнал сразу двух соперников] происходило что-то невероятное. И в Турции, когда его развернуло, возвращение из хвоста пелотона было фантастическим. И все же он никогда не шел на слишком большой риск. Ведь обычно, когда пилоту приходится выбираться из подобной ситуации, он обгоняет всех, а потом разбивает машину. Льюис тщательно анализировал положение дел в чемпионате, убирая других гонщиков одного за другим. На трассе Нюрбургринг, когда начался дождь, но все были на сликах, Льюис на каждом круге показывал результат на две-три секунды лучше остальных. По радиосвязи я ему сказал: «Успокойся». Он ответил: «Хорошо, все в порядке». Просто Хэмилтону так легко это давалось. Во время гонки я на пит-уолл никогда за него не переживал».

Нельзя не вспомнить, какая рубка была в Барселоне между Льюисом и его напарником Александром Према. «На последнем круге Према врезался в Хэмилтона, из-за чего машину британца развернуло, и, тем не менее, Льюис подошел поздравить Алекса с подиумом. «Виноват не Алекс, – сказал он. – Виноват мой старт». Хэмилтон имел в виду, что проблемы не возникло бы, если бы он начал гонку лучше. Вот такой Льюис невероятный парень».

Николя Тодт, который управляет ART Grand Prix вместе с Вассёром, тоже был доволен, что во втором подряд чемпионате GP2 Льюис выступает за их команду: «Я просто счастлив. Прошлогодняя победа в чемпионате [с Нико Росбергом] была отличным достижением, потому что GP2 – новая серия. Успех в этом сезоне доказывает, что тот титул не был простым везением. Значит, мы действительно его заслужили. Льюис провел сезон на фантастическом уровне. Был очень быстр и очень решительно настроен. С таким парнем приятно работать. В эти два сезона за нас выступали Льюис и Алекс Према – вряд ли мы могли мечтать о лучшем».

Хэмилтон благодарен Тодту, Вассёру и всей команде за то, что с их помощью попал в «Формулу-1» быстрее, чем многие ожидали: «Да, те два года сотрудничества были замечательными. Думаю, за это время я многому научился у инженеров, потому что они работают с двумя прекрасными командами в «Формуле-3» и GP2. Благодаря им я начал намного лучше разбираться в некоторых технических моментах, ведь в «Формуле-1» пилот обязан отлично знать автомобиль, чтобы со своей командой понимать друг друга с полуслова. Этому они меня и научили».

Триумф Льюиса в июне 2006 года на GP2 в Сильверстоуне, по мнению многих, окончательно убедил Рона Денниса, что больше своего воспитанника он сдерживать не может; якобы именно тогда Рон дал отмашку Льюису, и тот стал частью McLaren в «Формуле-1». И официальные заявления команды в тот день, очевидно, подтверждают эти предположения: «Ослепительные победы Льюиса Хэмилтона в двух гонках GP2 [в Сильверстоуне] в рамках Гран-при Великобритании 2006 затмили достижения многих пилотов «Формулы-1».

Согласно правилам GP2, в воскресной утренней спринтерской гонке Хэмилтон должен был стартовать последним, как победитель первой гонки, прошедшей в субботу. Машины Льюиса, Кливио Пиччоне и Нельсона Пике-младшего, проходя Мэгготтс, на какое-то мгновение выстроились в ряд, а затем Хэмилтон потрясающим маневром обошел их, входя в Бекеттс раньше. Таким образом он вышел на вторую позицию в гонке, после чего приложил все силы, чтобы обойти Феликса Портейро и дважды одержать победу меньше чем за сутки. Многие предсказывали, что эта гонка принесет ему путевку в «Формулу-1» в следующем сезоне».

В субботу, 9 сентября 2006 года, результаты Льюиса еще громче заговорили о его претензиях на право гоняться за McLaren: он завоевал титул GP2 в Монце. Автор известного блога о «Формуле-1» Оливер Уайт так описывает ту гонку: «Хэмилтон финишировал только третьим, но у победителя, Джорджо Пантано, отобрали самый быстрый круг, так как он был установлен под желтыми флагами. Благодаря этому Льюис получил дополнительное очко, а значит, обошел своего соперника, Нельсона Пике-младшего. Глава McLaren Рон Деннис отказался отвечать на вопросы о составе своей команды на следующий сезон «Формулы-1», но похвалил двадцатиоднолетнего воспитанника: «В этом году у него было несколько феноменальных выступлений, например в Сильверстоуне и в Турции, и его чемпионство абсолютно заслуженно. У Льюиса исключительный талант, который он в этом году продемонстрировал; таким сезоном можно гордиться и записать его себе в актив. Планы команды и Льюиса на 2007 год будут объявлены в свое время».

Хэмилтон, видимо, доволен, что длившаяся весь сезон борьба с Нельсоном Пике-младшим наконец закончена; Льюис очень рад своему успеху. Как ожидается, в следующем сезоне Кими Райкконен будет выступать за Ferrari, и Рон Деннис стоит перед трудным выбором пилотов на 2007 год. Сейчас у McLaren в распоряжении есть Фернандо Алонсо, Педро де ла Роса, Льюис Хэмилтон и Гэри Паффетт, на которых можно рассчитывать и в следующем сезоне; в принципе, Кими тоже может остаться в команде, но это маловероятно.

Рона можно было бы понять, если бы вторым пилотом он оставил Педро. Испанец, занявший место ушедшего Хуана Пабло Монтойи, произвел хорошее впечатление и доказал, что на него можно рассчитывать. Но, должно быть, сложно бороться с искушением попробовать в деле невероятно мотивированного юнца».

В конце концов этому искушению Деннис поддался. Прошло девять лет, и Рон решил: Льюису пора поиграть с большими мальчиками. Перед Гран-при Китая, в субботу, 30 сентября 2006 года, Деннис пригласил Хэмилтона к себе домой. Дальше рассказывает сам Льюис: «Мы немного посидели, и вдруг Рон говорит: «В следующем сезоне ты будешь нашим пилотом». Я едва сумел сохранить спокойствие и лишь слегка улыбнулся, а внутри просто прыгал от счастья». Делая ставку на Льюиса, Большой Рон нарушал и собственные принципы: обычно он требовал, чтобы у новобранцев его команды уже был опыт выступлений в «Формуле-1».

Годы обучения Льюиса в младших сериях наконец подошли к концу: Хэмилтон приближался к своей главной цели. Через полгода, на Гран-при в Мельбурне, он станет гонщиком «Формулы-1». Но подготовка к новой роли только начиналась, и Хэмилтону предстояли трудные дни тестов, тренировок, заездов. Он будет часами работать в Технологическом центре McLaren в Уокинге – на базе, которую Льюис уже отлично знал. Именно там проходила его гоночная подготовка и обучение с тех пор, как он подписал свой первый контракт с Деннисом.

Давайте повнимательнее изучим тренировочную программу, благодаря которой за девять лет обучения в McLaren из перспективного картингиста Льюис превратился в чемпиона «Формулы-1». Вот что говорил о ней Льюис в 2007 году, когда отсчет времени до его дебюта в «Формуле-1» уже был запущен: «В Технологическом центре McLaren мне нужно находиться ежедневно. Для этого я переехал в Уокинг. Каждый день занимаюсь в тренажерном зале, работаю на тренировках и сессиях развития с членами команды и в целом знакомлюсь со всеми парнями ближе и внимательно слежу за прогрессом в разработке новой машины. Я так тесно работаю с инженерами, что скоро мы будем знать друг о друге все!»

Джозеф Данн из Sunday Times так описывает тренировку Льюиса: «Она поразительно интенсивна. Высокотехнологичные телеметрические датчики позволяют пилоту и инженерам уменьшить время прохождения круга на несколько долей секунды, тогда как использование гоночных симуляторов и трехмерных автомобилей виртуальной реальности означает, что гонщик может выучить трассу наизусть, даже если сам по ней ни разу не проехал. Согласно некоторым отчетам, на таком симуляторе на базе McLaren в Уокинге Хэмилтон провел тысячи часов, хотя он и не склонен преувеличивать его влияние».

Эту тему в газете Daily Telegraph развил Рори Росс: «При росте в 178 сантиметров, весе в 68 килограммов, обхвате шеи в 42 сантиметра у Льюиса широкие плечи и великолепно развитый торс. Его предплечья расчерчены пульсирующими венами, похожими на бурые молнии…

За полгода до начала сезона Хэмилтона стали готовить к дебюту в «Формуле-1». Каждый день, в том числе в субботу и воскресенье, он проводил две трехчасовые тренировки: проплывал 2 километра, проезжал на велосипеде 80 километров и занимался 2 часа в тренажерном зале. «Самое главное – выносливость, – объясняет он. – Хуже всего почувствовать усталость в середине гонки, ведь тогда вашему мозгу придется выполнять двойную работу, чтобы снабдить энергией остальной организм, а в таком случае легко потерять концентрацию и попасть в аварию. Крайне важно, чтобы мозг был уверен – физической подготовки вам хватит».

Ричард Уильямс из Guardian поясняет, что при описании обучения Льюиса в McLaren использовалось слово «роботизированный», и рассказывает о «тысячах часов тренировок в уникальном симуляторе McLaren, который команда держит в строжайшем секрете» и о «некоторых особенных методах обучения, используемых космонавтами и пилотами истребителей».

По его словам, «[Рон] Деннис предоставил в распоряжение Льюиса такое уникальное оборудование для тренировок, о котором ни один другой гонщик не мог и мечтать. Речь идет о разработанном за последние восемь лет симуляторе McLaren, стоимость которого оценивается более чем в 20 миллионов фунтов: он стал учебной комнатой Хэмилтона, в которой пилот сидел в полноразмерном болиде «Формулы-1», разве что без колес и работающего двигателя. Свет погашен, перед гонщиком – большой изогнутый плазменный экран. Шасси подвешено к мультиточечной гидравлической установке, реагирующий на движения руля и педалей, совершаемые гонщиком, который видит на экране трассу и слышит соответствующие звуковые эффекты.

В этой взрослой видеоигре с помощью программного обеспечения симулятора воспроизводится каждая деталь: мельчайшие особенности трассы, поведение двигателя в различных условиях, скорость износа и тип шин, даже шум двигателя».

Нет сомнений, что такой девятилетней подготовкой, которую прошел Льюис, не мог похвастаться ни один гонщик «Формулы-1». В этом смысле Хэмилтон был прототипом пилота нового поколения; его готовили к чемпионству с юных лет, хотя, как отмечает тот же Уильямс, мастерство и талант также необходимы.

Довольный тем, как складывается его карьера, перед Гран-при Великобритании 2007 года Льюис признал, что, вероятно, не смог бы оказаться в «Формуле-1» так быстро, если бы не эта программа обучения стоимостью 5 миллионов фунтов: «Вряд ли можно взобраться на вершину без усердной работы, что бы там ни говорили. Передо мной открылись новые возможности. Помню, как-то Рон сказал: «Это твой шанс, но я хочу, чтобы ты был готов к гонкам лучше остальных», поэтому мне нужно было убедиться, что и в плане психологии я готов лучше других – абсолютно уверен в себе и в своих силах. Кто знает, так ли это или нет?

Мне дали возможность пройти тренировочную программу, узнать как можно больше о машине, поэтому в своей первой гонке я не столкнулся ни с какими неожиданностями. Оглядываясь назад, мы никогда не говорили: «Надо было сделать это иначе» или «Надо было поработать еще немного». Мы жили сегодняшним днем и делали все, чтобы извлечь из него максимум. Именно к этому я шел столько лет, поэтому просто не мог позволить себе упустить появившийся шанс: если ты получаешь возможность – ее надо реализовать».

Кроме того, перед Гран-при Великобритании Льюис признался, что программа обучения McLaren заставила его осознать: для того чтобы взобраться на абсолютную вершину, необходимо постоянно учиться, продираясь сквозь кучу статистики, книг и видео: «Последние девять месяцев я не выпускал книгу из рук. Если не читал, то смотрел DVD или обсуждал с командой машину. Ведь сейчас болиды напичканы электроникой, дело не только в механике. Нельзя просто сесть в автомобиль и поехать по трассе; необходимо знать аэродинамику. Я занимался с сентября по март, чтобы вся информация прочно засела у меня в голове. Потом нужно было изучить каждую трассу в отдельности. Пилотам я бы посоветовал никогда не сдаваться, даже если вы вылетели с трассы. Такое как-то раз случилось со мной, но я вернулся в гонку, сконцентрировался и в итоге к финишу пришел вторым.

Нельзя позволить себе терять концентрацию. Очень хорошо это понимаешь, когда думаешь: если на скорости 320 км/ч потерять концентрацию, то можно погибнуть».

Подход McLaren к тренировочному процессу поддерживает и Дэвид Култхард, признавая, что и для его собственной карьеры обучение в этой команде было невероятно полезно. В июле 2007 года на пресс-конференции перед Гран-при Великобритании он особо отметил, что набор чемпионских качеств Льюиса дополнили его врожденные способности: «Я сам был частью McLaren, поэтому знаю технологии, которые использовались до моего ухода, и даже представить себе не могу, у какой другой команды в «Формуле-1» могут быть симуляторы, хотя бы отдаленно напоминающие те, которыми располагают в McLaren. Безусловно, они используют ультрасовременное оборудование, наверное более современное, чем у всех остальных.

Но Льюису и самому нужно было проявить себя, чтобы получить место в команде. В McLaren не занимаются благотворительностью. Они инвестировали средства в Хэмилтона, потому что разглядели в нем талант, которому помогали развиваться. Но его жизнь меняется, Льюис постоянно в разъездах, поэтому проводить столько времени в Технологическом центре он больше просто не сможет. Уже в следующие 10–15 лет ему понадобятся энергия и время на восстановление, чтобы поддерживать тот уровень, которого он достиг на сегодняшний момент».

Некоторые эксперты предположили, что Хэмилтон был просто Франкенштейном, которого Деннис сотворил для «Формулы-1». По их мнению, эта теория подтверждалась тем, что Большой Рон пригласил к сотрудничеству нейробиолога из Новой Зеландии Кэрри Спэкмана, очевидно, для того, чтобы сделать из мальчика непобедимую машину. В результате своих исследований Спэкман пришел к выводу: несмотря на различия в характеристиках болидов «Формулы-1», скорость главным образом зависит от пилота.

Журналист Роберт Мэтьюс в новостном интернет-журнале thefirstpost.co.uk описывал этот научный подход: «Идея Спэкмана в целом заключается в активном использовании компьютерных симуляторов, благодаря которым Льюис будет отрабатывать каждый поворот, каждый изгиб трассы и всевозможные гоночные ситуации, пока не начнет делать это полностью инстинктивно». Подобный подход использовали более 40 лет назад в НАСА при подготовке космонавтов. Но Спэкман пошел значительно дальше: он применил данные нейробиологии и психологии, чтобы составить полную картину гоночного стиля и психологических особенностей Хэмилтона и поработать над его слабостями. «Пилот, которого обучали таким образом, в результате обладает не только стандартными качествами вроде умения концентрироваться и способности идти на разумный риск, но и неумолимой стойкостью».

Обозреватель Guardian Ричард Уильямс отмечает, что работа Спэкмана скорее дополняет уже имеющиеся у вундеркинда способности: «Благодаря виртуальной реальности, которую использовал Спэкман, Хэмилтон смог лучше раскрыть свое природное дарование, так как подобные тренировки еще больше укрепили его психику. В определенном смысле это примерно как если бы мы увеличили объем двигателя его Mercedes на литр».

Самому Рону Деннису не нравились разговоры, что Льюиса просто сконструировали в его Технологическом центре. «Во-первых, – говорит Рон, – те же тренировки проходили и несколько других молодых картингистов. Мы создали команду по картингу для обоих – и для Хэмилтона, и для Нико Росберга. Безусловно, они оба отлично работали: Нико сделал этот шаг вперед, перейдя в «Формулу-1», немного раньше, мне кажется, в силу возраста и особенностей системы получения лицензий для участия в чемпионате.

Я всегда очень хотел, чтобы Льюис доминировал в каждой категории, потому что это формирует психологию победителя, а для нас, как вы понимаете, было важно, чтобы в «Формулу-1» он шел по правильному пути. Однако нельзя забывать: кто бы ни предоставлял возможности для развития молодым гонщикам, в конечно счете результат определяют именно их собственный талант, самоотдача, самоотверженность и готовность идти на жертвы. Никогда в жизни я не скажу, что Льюис преуспел только благодаря моей помощи.

Секрет в его собственной работе и преданности делу. Да, мы предоставили ему возможности: Льюису действительно не нужно было беспокоиться о деньгах, но ведь даже учитывая это, самое сложное – показать реальный результат, и здесь все зависит от него и, конечно же, от поддержки его семьи». Вот таким прекрасным образом Деннис отдавал должное мальчику, к которому почти десять лет относился как к сыну. Между ними, несомненно, существовала глубокая связь.

Но прежде чем перейти к рассказу о начале карьеры Льюиса в «Формуле-1», самое время поподробнее познакомиться с человеком, которого Хэмилтон считал своим кумиром, – с Айртоном Сенной, и узнать побольше о McLaren – команде, частью которой он всегда мечтал быть. Давайте выясним, как с помощью великого и ныне покойного Сенны McLaren удалось стать легендарным гоночным гигантом, ведь именно в такую великую команду и пришел Льюис Хэмилтон.