Сильверстоун

Июль 1999 года

Это случилось в 14:03 на Гран-при Великобритании.

Дзанарди и Вильнёв не смогли стартовать. Гонку остановили, но Михаэль, как ни странно, не последовал нашим указаниям по радиосвязи. Вместо этого в повороте «Стоув» он атаковал своего напарника по команде Эдди Ирвайна.

И затем мы увидели на экранах, как он просто поехал прямо, понесся со скоростью минимум 200 км/ч по гравийной полосе. Дальше у меня сердце ушло в пятки, когда он, практически не тормозя, влетел в черно-белый барьер из шин.

О Боже! О Боже! Пожалуйста, только бы ничего страшного! Пожалуйста! Пожалуйста! Боже!» – эта единственная монотонная бесконечная мысль стучала в моей голове.

Механики в боксах с каменными лицами готовили запасной автомобиль. Рутинный процесс.

В прошлом месяце в Монреале Михаэль уже врезался в бетонную стену и чудом остался невредим. Можно ли войти в одну реку дважды?

А потом я увидел: Михаэль двигается!

Он жив!

У меня с души свалился камень весом с полтонны.

Камеры показали, как Михаэль отстегнулся и попытался выбраться. Но это еще ничего не значило. Бывали случаи, когда пилоты, находясь в состоянии шока, прыгали по трассе с четырьмя разорванными связками. Эвакуация долго не начиналась. Мое шестое чувство подсказывало мне, что эту гонку Михаэль до конца не доведет. Я увидел Сида Уоткинса, которого все называли Профессор Сид, главврача FIA. Машину медицинской помощи. Ассистентов.

В промежутках я просматривал запись аварии в замедленном темпе. Передние колеса не двигались, вращались задние. Странный драндулет. Как будто Михаэль пробовал тормозить одной ногой и давить на газ другой.

В этот момент его извлекли из кабины вместе с сидением и теперь всем в боксах стало понятно: Михаэль выбыл из гонки.

Мы увиделись в больнице уже в Германии. Михаэля только что прооперировали, правая голень была в гипсе. При столкновении он получил сложный перелом большой и малой берцовых костей, видимо, какой-то элемент конструкции прошил ему ногу. Кроме того, сильно была ушиблена правая лодыжка. На пятке пришлось зашивать четырехсантиметровую рваную рану.

– Вилли, тормоза были вялые, – объяснил мне Михаэль. – Ход педали становился все длиннее. Я, конечно, сразу понял, что случилось. Я еще попытался рулить, но передние колеса заблокировало.

Финансово я, как обычно, был отлично обезопасен на случай аварии Михаэля. Таким образом, страховая компания ежедневно перечисляла на его счет симпатичную маленькую сумму с пятью нулями. Я могу говорить об этом открыто: про это писали все газеты. Никто не хочет попасть в аварию, но у этого есть и свои плюсы.

Глядя на очень довольного, полного энергии Михаэля, с трудом верилось, что он после аварии. Михаэль не мог дождаться того дня, когда он снова сможет выйти на трассу. Но не стоило себя обманывать: стервятники уже кружили над своей добычей.