Штутгарт

Июнь 1981 года

Учись у волны.

Старая серферская мудрость.

Я расширял сеть моих андексских пивных. За Штутгартом последовал Людвигсхафен. Мангейм. Первый миллион выручки – йу-ху!

Я всегда ждал того момента, когда бизнес пойдет в гору, потом отдавал в аренду и выходил из дела. Я во всем перфекционист: всегда вижу, где не горит лампочка или криво висит картина. Ничто не покидало стен моей кухни без моего личного контроля. Качество – наш козырь. Вот мой девиз. И за этот девиз меня уважали мои сотрудники, принявшие «андексскую» философию. Я видел это по их лицам.

– Почему закупки так сильно выросли, герр Вебер? А выручка – нет? – спросил меня вдруг один любопытный налоговый инспектор. Поход в налоговую инспекцию – не то событие, которому радуешься заранее. В этом конкретном случае я, однако, разделял любопытство чиновника.

Действительно.

Почему это закупки выросли с 20 до 30 %?

Ни налоговый консультант, ни менеджер не смогли мне объяснить эту странность. Из которой вытекал следующий вопрос: зачем мне столько товара? Проверка накладных тоже не пролила свет на эту историю.

– Фриц, смотри! – обратился я к своему менеджеру. – Я тебе скажу, где собака зарыта. Единственное подходящее объяснение таково, что товар уходит через бар без чека…

Мы организовали чековый контроль на раздаче пива и еды.

Задача – проверять, действительно ли на каждую кружку пива пробит чек.

Известный трюк официантов: принести чек за одно пиво, а забрать 10. Или еще бывает так: официант, принеся чек, ставит на него влажный поднос, чтобы чек прилип ко дну и его можно было использовать снова.

Но дело оказалось не в трюках. К сожалению. Проверка подтвердила. В каждой смене на обслуживании заняты восемь человек. Две смены в день – 16 носов. Я смотрел с недоверием на каждого и размышлял про себя: это ты меня обманываешь? И если да, то каким способом?

И вдруг мы кое-что заметили.

Некоторые чеки были выписаны дважды. То есть один и тот же номер на разных квитанциях.

Вывод от противного: где-то должна стоять вторая касса, с такой же системой.

Я подключаю полицию. И они устанавливают камеру наблюдения.

Очень скоро на мой стол кладут первые снимки, на которых четко видно, как Марсель, главный официант, распределяет чеки между тремя подчиненными.

Всех четверых вызывают в участок. Один из них в конце концов сознается, что они скинулись на покупку такого же кассового аппарата, какой стоит у меня в пивной. На этой кассе они заранее выписывали кучу чеков на пиво, свиные рульки и цыплят. За вечер они таким образом выносили по 100 марок на брата.

Этот кассовый аппарат конфисковали, против ребят выдвинули обвинение и осудили.

А я?

Я пытался через своего адвоката вернуть деньги. У меня уже имелся определенный опыт.

К сожалению, результата это не дало. Кассовый аппарат, при помощи которого меня обворовывали, еще не был выкуплен. А требование продавца приоритетно.

Мне кажется, Жан Поль Гетти[69] сказал однажды: богатым может считать себя тот, для кого незаметна потеря нескольких миллионов долларов.

Мне в этом направлении предстояло пройти еще несколько километров.