Миа

Я снова прочитала вслух текст на лицевой стороне кремового льняного приглашения и постаралась не закатить глаза. Меня все еще колотит от злости из-за приписки Рекса.

— Кто приглашает гостей на двухнедельное свадебное торжество всего за пару недель до его начала?! — кричу я в сторону кухни, где Джунипер готовит нам быстрый ужин из жареного риса с курицей перед вечерней вылазкой в бар. — Это же просто бред какой-то!

Швырнув приглашение на кровать, я иду на нашу крошечную кухню. Останавливаюсь у небольшого соснового стола, который бабушка Люсиль отдала нам при переезде вместе с четырьмя до жути неудобными стульями. Из-за этих стульев мы обычно едим на диване, но в тот единственный раз, когда я рискнула пожаловаться родителям, они заявили, что для этого Бог и придумал подушки. А когда я возразила, что подушки не спасают, мне велели быть благодарной и не расстраивать бабушку. На этом дискуссия была закрыта. К счастью, родители Джунипер позволили нам самим выбрать нормальный глубокий диван.

— Попробуй огурцы, Миа, — говорит Джунипер, не отрываясь от нарезки лука. — Рис будет готов минут через двадцать. — Она хмурится, взглянув на меня. — Ты голодная или все еще бесишься из-за Рекса?

— Я не голодна и не расстроена. Я просто в бешенстве от этого хамского послания на моем конверте! — Я машу невидимой карточкой в воздухе.

— Официальный текст звучит вполне вежливо, но согласна, приписка — чистое хамство. Зато у вас с Люком теперь есть крутой план.

— Это было бестактно и мерзко.

— Мерзко — да, но меня это вообще не удивляет. Рекс никогда не был мистером Славным Парнем. — Она театрально кривится, изображая рвотный позыв.

Я всегда знала, что ни Джунипер, ни Джози Рекса на дух не переносят. Но я-то верила, что его образ мудака — это просто фасад. Настоящий Рекс — это тот парень в костюме медведя, который нес меня домой, бережно уложил в кровать и шептал на ухо обещания защищать. Я была в стельку пьяна, и любой другой на его месте мог бы легко мной воспользоваться.

— Знаю, он тот еще козел, но он не настолько плох. — Я тяжело вздыхаю. На самом деле у меня нет никакого желания его защищать после этой выходки. — Я категорически не хочу участвовать в двухнедельном свадебном марафоне, даже с Люком в качестве прикрытия. Но выбора у меня нет. Моя бабушка Люсиль и его бабушка Битси — лучшие подруги. Они обе будут ждать, что мы с Рэйфом появимся на всех мероприятиях.

Мой старший брат тоже живет в городе, но, поскольку он управляет местной ветеринарной клиникой, я уверена, он найдет сотню железобетонных отмазок, чтобы не светиться на этих вечеринках.

— Как там Рэйф? — как бы невзначай интересуется Джунипер, измельчая чеснок. — Сто лет его не видела.

— Пашет в «Лапах и когтях», дрессирует Шери. Ах да, я встретила его сегодня утром у «Соленых сирен», он просил передать, что Лани пора на прививку от бешенства.

— Точно, надо записаться. — Она поднимает на меня глаза. — Откроешь красное сухое и достанешь три бокала?

— Лучше бы я достала Рекса и высказала ему все, что о нем думаю! — стону я и закрываю лицо руками, в красках представляя, как весь город пялится на меня, пока он милуется с невестой.

Хуже всего то, что половина Коконат-Бич в курсе моей идиотской подростковой влюбленности. Однажды на школьном шоу талантов я на полном серьезе разыграла моноспектакль про двух влюбленных островитян по имени Риа и Мекс. Меня до сих пор бросает в пот от кринжа при одном воспоминании. Это был не звездный час в моей карьере, но мне было пятнадцать, я витала в облаках и свято верила, что Рекс отвечает мне взаимностью.

Я давно ничего к нему не чувствую, но стыд жжет так же сильно, как если бы я все еще сохла по нему. Эта приписка ударила по больному. Неужели он реально считает, что я тут сижу, лью по нему слезы и не могу найти себе мужика? Поверит ли он вообще, что мы с Люком пара?

— Я просто надеюсь, что никто не раскусит наш с Люком спектакль и я не буду выглядеть жалкой брошенкой.

— Ты не жалкая. Половина девчонок придет туда без пары. — Она пожимает плечами, будто это ничего не значит. Будто мы не провели всю юность, составляя детальные списки качеств идеального парня и мечтая, что к этому возрасту у нас уже будет сказочная любовь. — Хотя меня-то на эти двухнедельные гуляния никто не звал. — Она смеется. — Видимо, это эксклюзивный бонус за то, что твоя бабуля — одна из «Хлопотливых пчелок».

Я невольно улыбаюсь, вспоминая бабушку Люсиль и ее лучшую подругу Битси Хэвербрук. Они дружат со школы, а теперь возглавляют неофициальный синдикат местных пенсионерок, которые обожают вязать, обсуждать книги и перемывать всем кости. Мы с Джуни прозвали их «Хлопотливыми пчелками», потому что они вечно суют свой нос во все городские дела.

— Вот что бывает, когда твоя бабушка — кореш Битси Хэвербрук. Высшее общество, чтоб его.

— Зато Венди, Джози, Саммер и Сильви точно будут на этих тусовках, учитывая, что их родственницы тоже в «Пчелках».

Мы часто собираемся такой компанией. Джози — моя школьная подруга, Венди — ее старшая сестра. Саммер тоже училась с нами, потом уезжала, но вернулась, а Сильви — ее подруга, которая совсем недавно перебралась на остров.

— Ага, и мы все одиноки, так что ты будешь не одна. — Джунипер замирает с ножом в руке, ее взгляд становится задумчивым. — Хотя я очень надеюсь, что Сильви морально готова к свадьбе, учитывая, что она только-только сбежала с собственной.

— Точно. Я даже не подумала.

Меня окатывает волной вины за то, что я зациклилась на себе, напрочь забыв о нашей новой подруге, которая прибыла в Коконат-Бич в статусе сбежавшей невесты. Надеюсь, она не жалеет о своем решении.

— Ее бывший был тем еще абьюзером, так что вряд ли она жалеет. Мы все будем просто роскошными, свободными и счастливыми красотками на этой свадьбе. — Джунипер снова принимается за нож. — Поверь, всем плевать на наш статус. К тому же разве она не собиралась пофлиртовать с Кэлом?

Кэл — менеджер в нашем любимом баре «Коктейли и хаос». Высокий, смуглый, фактурный — половина девчонок в городе пускает по нему слюни. Кроме меня, разумеется. Он милый, но совершенно не в моем вкусе.

— Ну да, было дело.

— Как думаешь, Рекс просто пытался неудачно пошутить?

— Может быть. Но если это шутка, то она вообще не смешная.

Я уже открываю рот, чтобы снова начать ворчать, но по лицу Джуни видит, что тема себя исчерпала.

— Ладно, проехали. Лучше скажи, что я безумно жду сегодняшнего вечера. Надеюсь, Кэл нальет нам чего-нибудь по акции. Я хочу оторваться по полной и не думать о том, что завтра придется занимать у кредитки. — Я хихикаю, хватаю пару долек огурца и хрущу ими. — Это не еда.

— Займи себя чем-нибудь полезным. До готовности еще прилично.

Я выхожу в гостиную и оглядываюсь. Внутри разливается уютное тепло. Я обожаю нашу квартирку. Она не роскошная и не огромная, но мы вложили в нее всю душу и те крохи, что оставались на карточках. Главное место в гостиной открытой планировки занимает тот самый огромный белый угловой диван. На светлом деревянном полу лежит яркий марокканский ковер. Стены увешаны нашими фотографиями разных лет, семейными снимками и атмосферными карточками острова. На кофейном столике горит свеча, наполняя комнату ароматом лимона.

Телефон вибрирует как раз в тот момент, когда я собираюсь плюхнуться на диван.

— Это Люк. Я сейчас! — кричу я и убегаю в спальню. — Лукас Хэвербрук, мы что, спятили?

— Однозначно. — В трубке повисает короткая пауза. — Я наберу по видео.

Звонок сбрасывается, и тут же на экране высвечивается запрос FaceTime. Я принимаю вызов, падая на кровать. Люк смотрит на меня своими синими глазами — уставшими, но явно веселыми. В руке он держит приглашение. Точно такое же, как у меня.

— Да. Я все еще в бешенстве, — бурчу я. Раздражение не отпускает, хотя я и сама не до конца понимаю природу этой злости. Это ревность? Уязвленное самолюбие? Страх остаться старой девой?

— Поверь, не в таком бешенстве, как я, — сухо отзывается Люк и переворачивает карточку.

Он сидит в гостиной своей нью-йоркской квартиры — я видела ее только через экран — в идеально выглаженной рубашке. Что для него крайняя редкость в это время суток. Обычно после биржи он идет в качалку, поэтому во время наших созвонов на нем надета потертая футболка и треники.

— Погоди, а что было в твоей записке? Ты так и не сказал.

— О, наслаждайся. — Он прочищает горло и читает с интонацией заправского мудака: — «Эй, бро. Ты приглашен на свадьбу века. Да, детка, твой старший брат женится. Жду не дождусь увидеть твою кислую мину на торжестве. Жаль, что ты тупая рабочая лошадка и тебе некого с собой привести, но, эй, надеюсь, ты все равно за меня порадуешься. Лучший сын семьи Хэвербрук». — Люк замолкает и картинно закатывает глаза.

— Жесть. Бэтмен отдыхает, — рычу я. — Твой брат — конченый кретин. В голове не укладывается, зачем вообще такое писать.

— Да, он мудак. Мне-то на его высеры плевать, но твоя записка была откровенно жестокой... учитывая вашу историю.

Люк хмурится, и его красивое лицо становится жестким от гнева. Одно из лучших качеств Люка — он терпеть не может, когда меня обижают. Он всегда заступался за меня и мои чувства. Иногда это жутко бесило своей излишней опекой, но в глубине души я всегда ценила его преданность.

— Хочешь, я ему позвоню и выскажу?

— Ни в коем случае! — в панике выпаливаю я. — Только попробуй! Я не хочу, чтобы он думал, будто меня это задело. Потому что мне абсолютно, кристально пофиг.

Нет ничего хуже, чем получить пинок от парня, который тебя даже не замечал. Я уверена, что Рекс считал это забавной шуткой, что делает ситуацию еще более унизительной.

— Ладно-ладно. — Люк отбрасывает приглашение, его желваки напряжены.

На мгновение сердце теплеет — кажется, он реально переживает за меня. Эта записка, пусть и дурацкая, больно ударила по моим старым подростковым комплексам. Обидно понимать, что Рекс может быть таким безжалостным, но, если честно, это меня не удивляет.

— Со мной все будет окей. Не делай такое страдальческое лицо. Да, меня это выбесило, но я не бьюсь в истерике. Мы даже ни разу не целовались, и вообще... — Я замолкаю, увидев, как Люк что-то свайпает на айпаде, нахмурив брови. — Хьюстон, прием! Что происходит? Ты меня вообще слушаешь?

— Прости, Миа. — Он звучит раздраженно, и меня тут же накрывает волна сомнений. Может, он уже передумал играть в фиктивные отношения? — Смотрю свой рабочий календарь. Просто в голове не укладывается, что он реально ждет, будто я брошу все на две недели и прилечу в Коконат-Бич тусоваться с ним и бабой, о существовании которой я до сегодняшнего дня даже не подозревал.

— Так вот почему ты злишься?

Меня озаряет, и следом накатывает легкое разочарование. На долю секунды мне показалось, что он так взбесился из-за меня, но пора бы уже запомнить: работа для Люка всегда на первом месте. Абсолютно всегда.

— А ты не можешь просто взять отпуск? Ты не был дома — да и вообще нигде — целую вечность. Слушай, если бы я рубила столько бабла, сколько ты, я бы летала в отпуск каждые два месяца.

— Я рублю бабло именно потому, что безвылазно сижу здесь, закрывая сделки, а не рассекаю по курортам, — вздыхает он, пятерней зачесывая назад отросшие темные волосы. — И, если мне не изменяет память, тебе очень даже нравился тот факт, что у меня есть деньги.

— Правда?

— Разве не поэтому ты собралась за меня замуж в сорок лет? — Он ухмыляется и придвигается ближе к камере. Синие глаза смеются. — Или все дело в моей сногсшибательной харизме?

— Ты не Бен Аффлек. — Я презрительно фыркаю, и он громко смеется.

— Я думал, ты фанатеешь по Мэтту Дэймону?

— Ты видел Бена в последнее время? — Я прикусываю губу, вспоминая роскошного актера. — Он просто бог.

— Я и не знал, что вы с ним замутили в реале, — хмыкает Люк, откидываясь на диван и делая глоток из бокала с чем-то янтарным. — Ты что-то от меня скрываешь, Бишоп?

— Ага, он инкогнито прилетал в Коконат-Бич, и у нас был бурный двухдневный роман, просто я забыла тебе рассказать. — Сарказм так и капает с моего языка. — Серьезно, Люк? Голливудская звезда в нашем захолустье? — Я нервно смеюсь. Я люблю наш крошечный, сплетливый городок, но давайте смотреть правде в глаза. — Если бы сюда заявился кто-то знаменитый и посмотрел в мою сторону, «Хлопотливые пчелки» разорвали бы меня на сувениры.

— Как там наши бабули поживают? — с любопытством спрашивает Люк. — И остальные «Пчелки»?

— Бабушка в порядке. В восторге от их нового книжного клуба. Рассказывала, что твоя Битси хотела организовать турнир по покеру, но передумала, потому что Гейл начала спускать слишком много денег. У «Сисайд» сейчас не лучшие времена, и бабушка боится, что Гейл просадит последние заначки, а Венди и Джози не потянут аренду. Но тут встряла Джануари со своими картами Таро и нагадала, что Венди скоро влюбится в богатого блондина, который всех спасет. Правда, Гейл запретила рассказывать об этом самой Венди, потому что та терпеть не может эзотерику. — Я делаю паузу, чтобы перевести дух. — Ты там еще не уснул?

— Как можно уснуть под такие интриги? — Он подмигивает. — Хочешь сегодня фильм посмотреть? Мне надо поработать, но часам к восьми я освобожусь. Заодно обсудим детали нашего коварного плана.

— Не выйдет. — Я расплываюсь в улыбке. — Мы идем танцевать в «Коктейли и хаос». Надеюсь, Кэл устроит нам скидку на шоты. А еще надеюсь, что там будет парочка горячих туристов. Убить двух зайцев сразу, сечешь? Отвлечься от экзистенциального кризиса и повеселиться.

— Все еще надеешься найти реальную пару, чтобы не тащить меня? — Он встает с дивана и куда-то идет. — Просто помни: тебе нужен нормальный мужик. А не тот, кто снова сопрет твой кошелек.

— Заткнись, Люк.

Я свирепо щурюсь в экран. Надо же было ему вспомнить того придурка-туриста из прошлого лета! Мы сходили на два отличных свидания, а на третьем, во время романтичной ночной прогулки по пляжу, он тупо сбежал с моей сумкой. Кэлу и Бенни (бармену) пришлось гнаться за ним по песку, чтобы вернуть мои кредитки. Позорище было на весь остров.

— Теперь у меня более строгий отбор!

— Искренне надеюсь. Потому что безответная любовь к моему брату-мудаку и свидание с карманником — так себе послужной список.

— А ты у нас с кем встречаешься? С Мисс Вселенная? Что ж ты ее не привезешь на свадьбу?

— Вообще-то, я регулярно хожу на свидания, — ухмыляется он. — Причем с очень достойными женщинами.

— Ага, конечно. И почему же ни одна из них не удостоилась чести поехать с тобой?

— Нет уж, уволь, — энергично мотает он головой. — Мне только не хватало, чтобы какая-нибудь девица решила, будто у нас все серьезно, раз я зову ее на семейную свадьбу.

— Да, неловко бы вышло, — смеюсь я. — Тебе нужна та, кто с самого начала понимает правила игры. То есть я. — Я потягиваюсь на кровати. — Значит, мы точно это делаем?

— Думаю, это идеальный выход для нас обоих.

Выражение лица Люка меняется: сначала он выглядит подозрительно сосредоточенным, потом задумчивым, а затем расплывается в широкой, хитрой ухмылке.

— Жаль, что мы не можем скрепить договор поцелуем.

— Размечтался! — Я снова показываю ему язык, и он громко хохочет. — Нам обоим этого даром не надо.

Но сердце внезапно пропускает удар, а взгляд предательски соскальзывает на его губы. На какую-то долю секунды я задумываюсь: а каково это — поцеловать Люка? И тут же с ужасом вышвыриваю эту мысль из головы.