Миа

ЛЮК

Позвони мне сейчас.

— Не слишком многого хочешь, Люк? — бормочу я себе под нос, улыбаясь входящему сообщению.

Я сую телефон в задний карман любимых выцветших джинсов. Люку придется подождать десять минут. Я только что пришла на работу, и мне нужно помочь моей лучшей подруге Джунипер подготовить к открытию наш книжный фургон на колесах «Соленые страницы». Солнце уже припекает лицо, и я понимаю, что стоило надеть шорты, а не брюки. Сразу ясно — это будет один из тех знойных летних дней в Коконат-Бич, на которые так любят жаловаться туристы.

Писк.

Я снова вытаскиваю телефон из кармана.

ЛЮК

Мне нужно с тобой поговорить. Это важно.

МИА

Дай мне десять минут. Только что пришла на работу.

Отправив ответ, я принимаюсь развешивать вывески нашего магазинчика.

— Сегодня так жарко, — жалуюсь я Джунипер, пока она пишет приветствие мелом на черной доске.

— Еще бы, — отзывается она, обмахиваясь рукой, и широко улыбается.

— Если днем будет мало посетителей, я пойду искупаюсь в океане, чтобы немного остыть, — смеюсь я.

— Ты просто хочешь поглазеть на красавчиков-спасателей в их будках, — фыркает Джунипер.

Я лишь улыбаюсь ей в ответ. Нет ничего лучше, чем прыгать на волнах и наблюдать, как парни с кубиками на прессе раздумывают, не нужно ли тебя спасать.

Писк.

ЛЮК

Миа Бишоп, у тебя пять минут.

Он и правда думает, что управляет моей жизнью.

— Какая у нас будет песня этого лета? — Джунипер, моя лучшая подруга, соседка по квартире и соучредительница бизнеса, опускает на нос фейковые «Ray-Ban» и смотрит на меня проницательными карими глазами. — И если ты назовешь еще одну сопливую кантри-песню, я закричу.

Она прислоняется к мятно-зеленому борту нашего книжного фургона и грозит мне пальцем, прежде чем запеть мою любимую слезливую балладу прошлого года.

Солнце заставляет ее кожу сиять, подсвечивая веснушки, словно золотую пыльцу. Я глубоко вдыхаю соленый морской бриз и позволяю знакомому чувству умиротворения окутать меня. Крики чаек вызывают улыбку, даже несмотря на то, что из-за влажности тонкие волосы неприятно липнут к шее.

Приходя сюда каждый день, я чувствую себя так, будто я в отпуске. И хотя я продаю книги, рисую аквагрим на детских мордашках и фотографирую счастливые семьи, которые изо всех сил стараются не поубивать друг друга на отдыхе, это все равно здорово.

— Пока не знаю. Почему бы нам не написать свою собственную песню и не спеть ее для всех туристов в городе? — Я улыбаюсь и начинаю покачиваться из стороны в сторону. — Ты будешь петь, а я у тебя на подтанцовке.

Я кружусь, длинные светлые волосы разметаются по плечам. Мой танец слегка напоминает неуклюжий тустеп.

— Это тот самый книжный магазин на колесах, о котором я столько слышала, или кастинг на шоу талантов? — раздается тихий голос у нас за спиной.

Мы обе замираем и медленно оборачиваемся. Я громко смеюсь, увидев Венди, которая стоит рядом со своей сестрой Джози. Обе смотрят на нас с явным удивлением.

— Как дела, Венди? — спрашиваю я.

Джози хихикает и сразу же заглядывает в наш отремонтированный «Фольксваген», чтобы посмотреть новинки.

— Все хорошо, — кивает Венди, проверяя телефон. — Просто ждем Саммер и Сильви, мы все вместе собираемся на йогу.

Я не фанатка йоги и вообще не получаю от нее никакого удовольствия, но решаю оставить это мнение при себе.

— Йога на пляже — отличный способ начать день, — говорю я, заправляя выбившиеся пряди за уши. Мои многочисленные разноцветные браслеты звенят, и я с удовольствием опускаю взгляд на запястья.

Писк.

ЛЮК

Две минуты. Жду.

Я улыбаюсь, читая сообщение. Мне даже нравится, что хоть раз в жизни он меня ждет.

— Да, Саммер говорит, что йога на песке, а потом купание в океане — это способ слиться с природой. — Венди перекидывает пляжную сумку на бедро.

— Я точно так же отношусь к сексу на пляже, — лукаво вставляет Джунипер, и мы все прыскаем от смеха, хотя я и считаю нужным ее осадить.

— Ты никогда не занималась сексом на пляже, Джуни, — дразню я подругу, подмигивая ей, когда нас обдувает прохладный ветерок. — Или ты что-то от меня скрываешь?

— Разве я на такое способна? — Она поправляет стойку с открытками «Привет из Коконат-Бич» слева от фургона и начинает распаковывать коробку с закладками, которую доставили накануне вечером. — Ой, я забыла отдать тебе почту.

Джунипер протягивает мне стопку писем. Я просматриваю их без особого интереса, ожидая увидеть лишь счета.

— О, а это что? — удивляюсь я, заметив элегантный конверт из плотной бумаги с моим именем, выведенным каллиграфическим почерком. В левом верхнем углу значится имя: Рекс Хэвербрук.

Я уже собираюсь его вскрыть, когда звонит телефон. Играет мелодия «Baby Got Back», которую Люк поставил на свой контакт много лет назад. В животе почему-то екает. Люк никогда не бывает таким настойчивым.

— Что стряслось? — спрашиваю я, ответив на звонок. — Все в порядке?

— Все нормально. Мне просто нужно было с тобой поговорить, — отвечает он своим привычным суховатым тоном.

Люк Хэвербрук — мой лучший друг с тех пор, как нам было по четыре года и мы познакомились в подготовительном классе. И хотя он уехал из Коконат-Бич сразу после школы и поступил в колледж, мы остались очень близки. До сих пор не верится, что мы не виделись вживую уже пять лет. Если не считать ночных видеозвонков раз в пару недель, когда мы вместе смотрим фильмы по сети. Я скучаю по другу, но он счастлив в большом городе, где зарабатывает огромные деньги.

— Ты знаешь, что твой брат прислал мне письмо? — Я с нетерпением вскрываю конверт, втайне гадая, не признание ли это в любви. Было бы странно, но чертовски волнительно.

— Насчет этого… — Люк прочищает горло. В его голосе сквозит неловкость. Это странно, потому что он вообще никогда не бывает неловким. — Вот почему я пытался до тебя дозвониться.

— В чем дело? — Я чувствую, как внутри вспыхивает нечто вроде надежды, но ее тут же сменяет тревога, и я даже не понимаю почему.

— Я сейчас на работе и не могу долго разговаривать, но… — Он резко понижает голос. Это совершенно не в стиле Люка. Он самый несклонный к драматизму человек из всех, кого я знаю. И терпеть не может сплетни, что меня порой жутко раздражает.

— Ну что? — спрашиваю я с нетерпением. Венди и Джунипер вопросительно смотрят на меня. — Люк, хватит темнить! Говори уже!

— Я нервничаю, Ми-Ми.

Он фыркает, услышав мое недовольное рычание в ответ на это дурацкое прозвище. Люк обожает меня бесить.

— Почему ты боишься мне это сказать? — щурясь, спрашиваю я и лихорадочно перебираю в уме варианты.

— Ты открыла конверт?

— Только что. Дай-ка я достану письмо. Постой, что? Это приглашение? — Я смотрю на плотную карточку в полном замешательстве.

— Рекс женится.

Он произносит эти слова так, будто они ничего не значат, но мое сердце на пару секунд останавливается.

— Ты там? — спрашивает Люк.

— Да, я тут. Думала, мне послышалось, что Рекс женится, — шепчу я в трубку, быстро пробегая глазами по тексту. — Пожалуйста, скажи мне, что у меня галлюцинации. Это правда?

Прежнее воодушевление испаряется, уступая место шоку.

— Рекс женится, — повторяет он. Его голос звучит весело, но в то же время с долей беспокойства. — Ты там в обморок не упала?

— Нет. — Я закатываю глаза. — Вовсе нет.

— Ты в порядке?

— Я в порядке, — отвечаю я, хотя чувствую, как слегка перехватило дыхание. — Это правда?

У меня внутри все обрывается.

— Это правда.

В трубке повисает тишина, пока я пытаюсь осознать услышанное.

— Миа, ты тут?

— Я думала, ты звонишь, чтобы сказать, что какая-то девушка от тебя залетела или вроде того, — отшучиваюсь я, просто не зная, что еще сказать. Мне нужно время, чтобы все переварить.

— Серьезно, Миа?

— Ну да. Правда, чтобы такое случилось, тебе пришлось бы для начала заняться сексом.

Я не могу удержаться от шпильки, хотя сама в этом плане больше похожа на монахиню.

— Кто бы говорил, королева романтики и холодных постелей, — парирует Люк, и я невольно смеюсь. — Ты в норме? — спрашивает он снова, на этот раз гораздо мягче.

Я отвечаю не сразу. Люк знает меня лучше, чем я сама. Он знает, что если я отшучиваюсь, значит, пытаюсь осмыслить ситуацию. А здесь есть над чем подумать.

Вместо ответа я смотрю поверх книжных стеллажей на белый песок, колышущиеся зеленые пальмы и бирюзовую воду залива. Делаю три глубоких вдоха. Океан всегда меня успокаивает, когда я чувствую тревогу или растерянность.

— Что происходит? — тихо спрашивает Венди, с беспокойством заглядывая мне в лицо. — Рекс — твой бывший?

— Нет, — качаю я головой. — Он старший брат Люка. Моя первая любовь. Тот самый парень, за которого, как я всем твердила, я когда-нибудь выйду замуж.

Я морщу нос и громко смеюсь, хотя в глазах нет ни капли веселья.

— Полагаю, это доказывает, что экстрасенс из меня никудышный.

Я перевожу взгляд на Джунипер, которая ободряюще потирает мое плечо. Все, о чем я сейчас могу думать: на этой свадьбе будет весь город.

— И это еще не все, — звучит в ухе голос Люка. — Он никогда не стоил твоих слез, ты же знаешь.

— Знаю, но все равно не могу в это поверить.

Правда в том, что я всегда считала, будто Рекс Хэвербрук — мой единственный. Хотя мы ни разу не целовались, не ходили на свидания и вообще ничего такого. У нас был ровно один момент в подростковом возрасте: на какой-то вечеринке я напилась, а он отнес меня домой, уложил в постель и прошептал на ухо, что никогда не позволит, чтобы со мной случилось что-то плохое. И на этом все.

Остаток юности я провела, отчаянно пытаясь привлечь его внимание, но он меня в упор не замечал. А теперь весь город будет пялиться на меня и гадать, не разбито ли у меня сердце.

— Мы с тобой в одной лодке, — вздыхает Люк. — Ты уже прочитала само приглашение? Это просто смешно.

— Нет, сейчас посмотрю.

Я вглядываюсь в строчки и читаю вслух:

Мисс Миа Бишоп,

Вы приглашены на свадьбу Рекса Хэвербрука и Энди Маггиано, которая состоится 11 июля в соборе Коконат-Бич.

Празднества начнутся 27 июня, и мы приглашаем вас принять участие в двухнедельном торжестве, кульминацией которого станет объединение наших сердец.

Мероприятия будут проходить в курортном отеле «Гранд Палм» в Коконат-Бич, и мы рады предложить всем гостям бесплатное проживание и транспорт по всему острову.

Пожалуйста, подтвердите свое присутствие в течение следующей недели, так как торжества начнутся уже совсем скоро. Мы понимаем, что сроки сжатые, но надеемся, что вы сможете разделить с нами этот праздник.

Рекс и Энди

— Ничего себе, как скоро, — замечает Джунипер.

Я лишь пожимаю плечами.

— Погоди, кажется, на обороте что-то написано.

Я переворачиваю карточку и вижу приписку, небрежно нацарапанную ярко-красными чернилами:

Вы приглашены на свадьбу этого лета. Надеемся, что вы сможете к нам присоединиться. Миа, очень жаль, что у тебя нет пары.

— О, черт, ну нет! — громко вырывается у меня.

В трубке раздается тяжелый вздох Люка.

Меня вдруг бросает в холод, словно я внезапно оказалась на Северном полюсе в одном белье. Люди будут глазеть на меня, шептаться, почему я пришла одна, и жалеть. Коконат-Бич обожает свежие сплетни, и я стану главной новостью сезона.

— Полагаю, тебе тоже пришла карточка с хамской припиской? — спрашивает Люк, пока мои щеки заливает краска стыда.

— Твой придурок-брат написал, что ему жаль, что у меня нет пары! — Я в шоке приоткрываю рот, перечитывая красные строчки.

Теперь я по-настоящему зла. Я не позволю себе раскисать. Рекс Хэвербрук никогда мне не принадлежал. Мы даже не были друзьями, но эта приписка — это уже какой-то новый уровень грубости. Теперь понятно, почему Люк так рвался мне дозвониться. Должно быть, он знал про записку.

Я делаю глубокий вдох и позволяю прохладному соленому воздуху остудить мой пыл. Может, я и одинока, может, у меня и нет ухажеров на примете, но я чертовски уверена в одном: я не пойду на этот свадебный марафон одна. Даже если ради этого мне придется сегодня же вечером пойти в «Коктейли и хаос» и подцепить какого-нибудь парня на эту роль.

Дело не в том, что мне нужен Рекс. Просто я больше не хочу быть той девушкой, которую никогда не выбирают.

— Ты в порядке, Ми-Ми?

— В порядке.

— По голосу не скажешь.

— Да все нормально.

— У тебя голос упал на октаву — так всегда бывает, когда ты бесишься, но пытаешься это скрыть. — Его тон смягчается. — Только не делай глупостей, Миа.

Его знакомый голос обволакивает и успокаивает. И мне совершенно не нравится, что он пробуждает во мне тепло, которое никак не вяжется с моей новой безумной идеей.

— Я ему устрою.

— Что это значит?

Голос Люка становится подозрительно серьезным. На несколько секунд в трубке повисает тишина.

— Ты же не собираешься притащить какого-нибудь идиота из бара, правда?

В его тоне есть нечто такое, от чего у меня сводит живот. Я с трудом выдавливаю смешок.

— Миа, тебе нечего ему доказывать.

— Я знаю.

— Миа.

— Что?

— Ты заслуживаешь большего, чем просто притащить кого-то из мести.

Он делает паузу, и я гадаю, что он скажет дальше. Сердце замирает в предвкушении. Если закрыть глаза, я почти вижу, как его пронзительно-голубые глаза смотрят прямо на меня.

— Миа.

— Ладно, я не буду искать левого мужика в баре.

— Ты заслуживаешь того, кто сам захочет быть с тобой. Того, кто выберет тебя первой. Того, кто понимает, насколько ты особенная.

— Было бы славно, если бы такой человек вообще существовал в природе.

Меня накрывает волна грусти, и я быстро моргаю, чтобы отогнать слезы. Я не буду плакать.

Тяжесть одиночества обрушивается на меня, как бетонная плита. Дело даже не в Рексе. Дело в том, что если даже парень, который, как я была уверена, останется холостяком до конца дней, женится, то, возможно, проблема во мне. Может, я вообще не создана для любви. Внутренний голос подсказывает, что я сгущаю краски, но эта дурацкая записка ударила по больному.

— Вообще-то, есть еще один вариант.

— Какой?

В трубке снова тишина. Я смотрю, как пеликан бродит по белому песку, выискивая крошки. Волны с грохотом разбиваются о скалы у маяка, вторя бешеному стуку моего сердца.

— Возьми меня в качестве своей пары.

В животе все переворачивается, и Рекс с его помолвкой тут совершенно ни при чем. Щеки вспыхивают, внутри разливается жар. Я убираю волосы с лица, чувствуя, как пересохло в горле.

Люк Хэвербрук — мой лучший друг с четырех лет. Когда нам было тринадцать, мы чуть не поцеловались, после чего торжественно поклялись друг другу никогда не переступать эту черту.

А теперь, внезапно, кажется, что это обещание и наша дружба могут оказаться под угрозой.

Если я соглашусь и все пойдет наперекосяк, я не просто опозорюсь перед всем городом — я рискую потерять лучшего друга. Эта мысль отрезвляет. Страх потерять Люка мгновенно затмевает любые переживания из-за Рекса. Но сама идея того, что он будет притворяться моим парнем у всех на виду, вызывает острую вспышку адреналина. Все просто рухнут от шока. И я совсем не против оказаться в центре такого внимания.