И вот однажды вечером, сидя в одиночестве на веранде в прохладе угасающего летнего вечера, Яна кое-что вспомнила. И это единственное воспоминание немедленно потянуло за собой цепь других.

Она стоит в больничном коридоре, а перед ней Юра. Белый халат накинут ему на плечи.

— Там вообще классно, Ян, — говорит он. — Мы должны все вместе поехать. Я Максу говорил, но он как-то тормозит. Может, уболтаешь его? У тебя получится, я знаю. Будем там купаться, мясо вечером жарить.

— Ну может, он не хочет, — отвечает она. — Я не люблю настаивать.

— Да ладно, отдохнем же!

И в этот момент из кабинета за спиной Юры выходит медсестра. Она уже отошла на несколько шагов, но тяжелая дверь закрывается медленно, и Яна успевает увидеть, как Максим низко склонился над какой-то смеющейся девушкой, лежащей на синей кушетке. Его правая рука лежит на ее бедре почти у самого паха, а вторая, поддерживая ногу за голень, медленно вращает ее из стороны в сторону. И уже не слушая Юру, Яна улыбается, думая о том, как все пациентки с ума по Максиму сходят, а он — надо отдать ему должное — никогда над ними не смеется, лишь иногда рассказывает ей самые нелепые случаи в своей практике.

И последнее, что она слышит перед тем, как тяжелая дверь наконец захлопывается, как Максим говорит девушке:

— Да, это бывает весьма неловко.

— Ну так что, Ян? — Она снова видит перед собой лицо Юры, который тоже на мгновение обернулся назад, а теперь снова смотрит ей в глаза. — Поговоришь с Максом?

— Может быть.

И это воспоминание тут же сменяется другим: она уже дома и заходит в ванную, заставая там Максима, забирается руками ему под футболку, а он смеется и просит его не отвлекать, потому что он решил постирать вещи.

— А это, — шепчет она, — будет даже интереснее. — И слегка прикусывает мочку его уха. — Включишь стиральную машинку… — Она целует его за ухом. — Посадишь меня сверху.

— Хорошо, Яна, — смеется Максим. — Дай только вещи в нее положить.

— Да к черту вещи. — Ее рука проскальзывает ему в брюки. — Прям пустую запускай уже.

Он хохочет в голос, но поворачивается к ней и целует, кладя ей ладони на шею.

— Подожди минутку, ладно? — отстранясь, шепчет он. — Или даже меньше. Я быстро. Правда.

Он нагибается, вытаскивая из сумки белый рабочий халат, и она видит какое-то пятно на воротнике.

— Что там?

— Где?

— Да вон, на воротнике.

Максим берет в руки халат, и теперь она видит это пятно яснее — красное, какое оставляет разве что только губная помада.

— Ой, а я даже не заметил, — смеясь, говорит Максим. — Сегодня, представляешь, старушка вставала с кушетки и равновесие потеряла. Хорошо, я рядом оказался, успел ее подхватить.

— Старушка с красной помадой? — Яна запрокидывает голову назад и хохочет. — Как моя бабуля. Та тоже любила так краситься. Еще глаза синими тенями малевала. И все это раз в два дня, так и спала в косметике.

И тут же это воспоминание сменяется третьим. Уютный деревянный дом где-то на берегу лесного озера. Вечер. Максим недалеко жарит мясо, а она сидит на садовых качелях, наслаждаясь моментом. Из дома выходит Юра. Смотрит на Максима, а потом на Яну и идет к ней, присаживаясь рядом.

— Здорово ты сегодня плавала, — начинает он разговор. — Даже не знал, что на спине умеют так быстро плавать.

Она кивает, ничего не отвечая.

— Ну как тебе здесь?

— Хорошо… Жалко, Лена не приехала. Что случилось-то?

— Да… — Юра машет рукой. — Собрала вещи и к маме уехала.

— Почему? — удивленно спрашивает Яна, поворачиваясь к нему.

— Да, Ян… Достала она меня уже.

— Я думала, у вас все хорошо, — сочувственно замечает Яна.

— Это у вас с Максом все хорошо, — тут же отвечает Юра. — Вы прям идеальная пара. Завидую белой завистью… Хотя другая на твоем месте ревновать бы уже начала: муж-врач, да еще красивый. Пациентки так и влюбляются в него.

— Я не ревнивая, — смеется Яна. — Я ему доверяю. Если бы я каждую ревновала, с ума бы сошла.

— Ну не каждую…

— Юр, о чем ты? Я же знаю, что иногда он может очень недвусмысленный осмотр делать. Просто понимаю, что это по работе нужно.

— Как с той девушкой, да? — смеется Юра. — Ну, когда ты тогда заходила, а он сверху над ней стоял. Я же тогда даже из кабинета вышел, потому что, честно, обалдел от того, как он ее осматривал.

— Ну да, — Яна хмурится немного, потому что ей уже не очень приятен этот разговор, но тоже смеется и из вежливости продолжает: — А недавно халат свой принес постирать, а на воротнике след от губной помады. Говорит, старушку какую-то спасал.

И они оба громко смеются. Максим поворачивается и смотрит на нее с улыбкой. Она машет ему рукой.

— Я бы его ревновал, — замечает рядом сидящий Юра. — Золотой мужик. Но ты, Яна, молодец. Всему веришь.

И следом тут же это воспоминание сменилось четвертым. Она сидит вместе с Юрой на лавочке в парке. Мимо ходят люди, она рассматривает их и молчит, думая о Максиме.

— Так зачем позвала, Ян? — спрашивает Юра. — Я вообще думал к вам вечером в гости зайти. Макс же утром со смены вернулся, да?

— Да, вернулся, — спокойно отвечает она. — Он спит сейчас, а мне так прогуляться захотелось… Погода чудесная.

На ее губах появляется улыбка. Она все равно думает о Максиме, потому что просто не может о нем не думать. Как она скоро вернется домой, заберется к нему в постель, и он наверняка проснется…

— Он в прошлую среду такое учудил, — говорит Юра. — Обнимался там с одной пациенткой, а всех других своих пациентов на меня спихнул.

— Да, я знаю, — отвечает Яна. — Он мне рассказывал. Говорил, что она инвалидом может остаться.

— Не знаю, Ян, — пожимает Юра плечами. — Я же не подслушиваю все его разговоры с пациентами, у меня своя работа есть. Но прикрываться ширмой, обнимаясь там с ними по полчаса, не очень профессионально, по-моему.

— А по-моему, очень, — замечает Яна. — Максим такой — чуткий и добрый. Это важное качество для врача.

— Ну, может, и так, — соглашается Юра.

— Она в него даже влюбилась, по-моему, — смеется Яна. — Бедняжка Оля. Положила ему в карман записку со своим номером телефона.

— Оля? — настораживается Юра. — Так это медсестра наша.

— Ну… совпадение, наверно. Мало что ли Оль на свете?

— Да нет. Они просто на обед все время вместе ходят. Хихикают по всем углам.

— Да? — Яна мельком смотрит на Юру.

— Ну да. Он тебе не рассказывал разве?

— Нет, — улыбается Яна. — Ну ходят и ходят, Юр. Чего ты в самом деле? Коллеги часто вместе и на обед ходят, и шутят.

— Ох, Яна, повезло Максу с тобой!

— Что там Лена? Вы не помирились? — переводит она тему.

— Неа, — лицо Юры кривится. — Да ушла и ладно. Мне вообще другая нравится.

— Так, а кто? — с нетерпением в голосе спрашивает Яна, поворачиваясь к нему. — Давай-ка рассказывай, а то у нас в последнее время с тобой разговоры только обо мне с Максимом.

— Да нет, Ян, — Юра смущенно отводит взгляд. — Это… Рано пока об этом.

— Почему это?

— Я ей пока не говорил ничего.

— А чего ты ждешь? Не хочешь ее на свидание пригласить?

— Хочу, — вздыхает Юра. — Но не время еще.

— Ну ладно. — Яна разочарованно поджимает губы. — Но ты говори, если что. Я всегда рада помочь.

— Ян… — Юра запинается.

— Что?

— Ты… правда всегда помочь мне рада. Я тут… Как-то нехорошо будет, если я молчать буду.

— О чем ты?

— Ну… — Он смотрит на нее настороженным взглядом, и улыбка медленно сползает с лица Яны. — А ты никогда не замечала, что от Максима женскими духами пахнет?

— Замечала, конечно, — Яна нахмуривается, а улыбка снова появляется на ее губах. — Пациентки же все-таки. А некоторых, — ее голос становится притворно-недовольным, — и утешать приходится по полчаса.

— Ну… если ты так считаешь…

И как будто этого было недостаточно, всплыло и пятое воспоминание. В том же самом парке, но день уже был другим. И Яна была другой.

— Ян, мне не нравится, что с тобой в последнее время происходит, — говорит Юра.

— Ничего, — она растерянно качает головой. — Юр… я на самом деле просто так предложила встретиться, чтобы отвлечься.

— Знаешь, я тут опять Макса с Олей видел, — как бы между прочим замечает Юра.

— Она снова в больнице? — Яна плотно сжимает губы.

— Да. Опять что-то с коленом. Он у нее после смены сидел. Я мимо кабинета проходил, видел, как он ее обнимает. Утешал, наверно, опять.

Яна чувствует, как начинают дрожать руки. Из глаза скатывается слеза, и она, отворачиваясь от Юры, незаметно вытирает ее.

— Не знаю, что и думать, — тихо говорит она наконец. — Я ведь раньше никогда… не ревновала его.

— Когда все эти мелочи начинают складываться в одно, немудрено, — отвечает Юра. — Но я вообще рад, что ты сама об этом заговорила.

— Почему?

— Да мне тоже давно кажется, что Максим что-то недоговаривает тебе. Ты… зашла бы как-нибудь, посмотрела, как они общаются.

— Ты думаешь, он мне изменяет? — почти шепотом спрашивает Яна. — Мне прямо не верится, но… Юр, ты ведь его друг, ты с ним работаешь вместе. Ты явно больше меня знаешь… Я понимаю, что ты и его предать не можешь, сказав мне что-то, но… мы же с тобой тоже вроде как друзья.

Рука Юры ложится на ее ладонь.

— Я думаю, ты все правильно поняла. Он точно что-то скрывает.

Она поднимает на Юру беспомощный жалобный взгляд, словно умоляя его ничего не скрывать от нее.

— И все эти подозрительные мелочи… Я согласен с тобой, что тут что-то не так.