Ютта рухнула на кровать в своей каюте и уставилась в потолок.

Вот как можно было так облажаться⁈ Готовилась к этой поездке, собирала вещи, изучала климат, а про самое главное даже не подумала.

Она перекатилась по кровати и вынула из ящика планшет. Оставлять вещи лежать просто на мебели было как-то боязно. Планшет на удивление хорошо ловил внешнюю сеть — похоже, капитан не зря рассчитывал на удалённую помощь врача в случае чего. Однако помимо внешней сети тут был ещё и внутренний развлекательный портал: фильмы, музыка, книги, игры… Ютта упёрлась взглядом в раздел «Узнайте больше о Муданге».

Там нашлись краеведческие документалки, какие-то интервью, зарисовки из жизни столярной мастерской и рыбацкой деревни и пара игровых фильмов с очень примитивной актёрской игрой, куча национальной музыки и несколько книг и статей лингвистического характера. И вот эту последнюю коллекцию венчал… та-дам! Самоучитель муданжского языка.

Ютта сунулась внутрь, ожидая худшего — каких-нибудь слепых таблиц и списков слов. Но реальность приятно удивила. Самоучитель предлагал на выбор аудиокурс и комплексный УМК. Ютта нетерпеливо ткнула в аудио, поскольку оно обещало меньше часов.

Язык звучал грубо, брутально, как будто был создан специально для гроула. Гортанные звуки, хриплые раскатистые «ххр», как будто носители всё время хотели сплюнуть. Но при этом слова воспринимались легко, по крайней мере, Ютте не казалось, что у говорящих каша во рту, как бывало с некоторыми языками.

Ютта попыталась повторить за диктором.

— Кхыр… кхырым… кхырымкхэн?

Спустя пять минут попыток в горле запершило, как будто она наглоталась песка. Ютта проверила на иллюминаторе влажность воздуха в каюте — сорок процентов, терпимо. Тогда она зарылась в свой исполинский чемодан, купленный специально для этой поездки, и вытащила аптечку, занимавшую его половину, а из неё — ингалятор и спрей для горла. Решать проблемы она предпочитала обстоятельно.

— Кхырым… кхэн… Кхырым багхрым…

Спустя полчаса уже и ингалятор не помогал, так что Ютта решила попробовать комплексный УМК. Там хотя бы можно просто почитать, не вслух.

Первый параграф «Знакомство» она пропустила, потому что там её ожидал всё тот же кхырым, и пролистала сразу до раздела «Семья и родственники».

Через минуту чтения у неё начали подниматься брови.

В муданжском не было отдельных слов для обозначения дядей, тётей, двоюродных братьев и сестёр, племянников и прочих. Вообще. Только родители, дети, братья и сёстры. Все остальные родственники обозначались либо составными конструкциями («сын брата матери»), либо просто «родственник», без уточнения степени близости, причём к этому слову стояла сноска с пояснением, что оно пренебрежительное.

Не то чтобы Ютта сильно любила своих родичей или кичилась размерами семьи, но муданжцы же — примитивная нация. У них должен быть общинный строй, разве нет? Ещё и непотизм на всех уровнях. У них вон императорская власть наследственная, это ж такой пережиток… Но в таком обществе просто обязаны быть всякие свояки, деверья и прочие кумы, разве нет?

Задумавшись, Ютта выронила планшет, а когда поймала, несколько страниц прокрутились, и она снова оказалась в разделе «Знакомство», но не на первой странице, а на каком-то примечании. Она решила его всё-таки прочитать.

«Если женщина сопровождает мужчину (отца, брата, мужа, жениха, законного представителя, хозяина дома, где она гостит, или иным образом связанного с ней мужчину), то любые разговоры она ведёт только через этого мужчину. Посторонним невежливо с ней здороваться, и с её стороны приветствие тоже не ожидается. Говорить с ней напрямую другие мужчины не будут, это считается нарушением этикета».

Ютта перечитала абзац три раза.

Потом отложила планшет и уставилась в стену.

То есть… она приезжает в гости к Киру. И ходить по улицам, скорее всего, будет в его компании. И никто — вообще никто — не будет с ней разговаривать? То есть если он как-то не так себя поведёт или окажется не так цивилизован, как изображал в универе, ей и пожаловаться будет некому?

Она почувствовала слабость в желудке. То ли от неприятных мыслей, то ли потому что с продуктами всё было что-то не так. Господи, во что она ввязалась⁈

Нет, ну ладно. Это в компании Кира такое ограничение. Но она же к нему за ногу не привязана, так? Она просто в гости приехала.

Конечно, Ютта понимала, что изрядной долей причин для этого визита было познакомиться с его родителями. Потому что они с Киром вроде как встречались. Вроде как — потому что оба в первую очередь рвали жилы на учёбе, а в редкие часы свободного времени тусовались вместе с Мэй, которая всё ещё опасалась куда-то ходить одна.

Нет, Ютта больше не сомневалась, что Кир в ней заинтересован. И за себя могла сказать то же самое, хотя старалась отмалчиваться. Но её немного пугало, что они такие разные — с разных планет, из разных социальных слоёв, Киру и язык-то неродной, и кто его вообще знает, что у него в голове творится. Ютта и в своей-то голове ориентировалась не очень хорошо. Впрочем, у Кира опасения были примерно того же характера, поэтому они по молчаливому обоюдному согласию не торопили развитие событий, а пытались получше познакомиться. И встреча с родителями должна была стать ступенью на этом пути.

Но сейчас… Ютта попыталась представить мать Кира, земную женщину, которую устраивает всю жизнь выглядывать из-за спины мужа, пока он за неё решает, как её жить… Если Кир ожидал такой покорности от своей девушки, он выбрал не ту.