— Значит, это текущий состав «Истины»? — спросил Дорн, наблюдая за действием моих учениц. Хотя, это даже не было вопросом, скорее утверждением.

Девушки действительно заметно выделялись на фоне остальных. Шир с Ривом действовали максимально аккуратно, не желая лишний раз рисковать. Вирена занималась мелочью, не приближаясь к опасным тварям. Киринэ и Ру носились между драконами тьмы, давя разломных тварей своей массой. И только ученицы создавали разницу, умудрившись зацепить поистине гигантскую территорию. Они стаскивали воздухом разломных тварей, перепалывая их в одну некрасивую кровавую массу, которая практически тут же исчезала, растворившись в чистую энергию хаоса.

Вместо ответа я телепортировался вперёд, вытянув Лунарис перед собой. Тёмное облако «бурминской ночи», оставшееся после очередного убитого порождения радужного разлома, впиталось в мой клинок, толком не сумев распространиться.

Дорн появился рядом со мной, с интересом посмотрев на Лунарис.

— Какие интересные у тебя игрушки, маг хаоса, — заявил он и потянулся к моему клинку, с полной уверенностью, что я позволю кому-то, тем более такому сильному существу, касаться своей шпаги.

Разжав пальцы, я позволил Лунарис свободно уйти в пространственное хранилище. Или не хранилище, а в пространственные ножны. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, где находится шпага. В хранилище, куда я складываю все свои вещи, её точно нет.

Лицо Дорна дёрнулось, и я едва устоял на ногах, с трудом справившись с возникшим между лопаток ощущением скорой смерти. Древний маг был недоволен моим поведением и какое-то время собирался меня прибить, чтобы забрать Лунарис. Однако мне повезло — разум возобладал. Во всяком случае, пока. В том, что у меня будут проблемы в будущем, сомнений уже не было. Древний явно не привык слышать «нет». Да и его «радушным» отношением не стоило обманываться. До тех пор, пока мы ему интересны, он оставит нас в живых. Как только Греймоды перейдут в разряд «обычных» людей, нас прикончат. И с этим тоже приходилось мириться.

— Мой Соло, осталась мелочёвка, которую мне есть неинтересно, — Киринэ очутилась рядом со мной, после чего посмотрела на Дорна. Взгляды Киринэ и древнего мага пересеклись, и я ощутил, как мою черепашку пробил животный страх. Внутри женщины всё сжалось, сердце замерло и даже биться перестало, но внешне это никак не отразилось. Киринэ осталась спокойной, не дёрнув ни одним мускулом.

Мало того, она даже заговорила, каким-то образом умудрившись подавить страх и ужас, наполнив голос нескрываемым презрением.

— Мой Соло, я не помню этого человека в нашем рейде, — заявила Киринэ. — Он достаточно подготовлен к походу в радужный разлом?

Дорн рассмеялся так, что даже мне стало жутко. Смех у древнего мага оказался… Необычным. Словно он не смеялся, а кашлял, одновременно пытаясь спародировать ворону.

— Да тут, смотрю, все до последнего существа безумны! — отсмеявшись, заявил Дорн и в его глазах мелькнула сама смерть. — Монстр, сомневающийся в моей силе — последнее, что мне нужно!

Я даже не понял, как в моих руках появился Лунарис. Удар Дорна был настолько мощным и быстрым, что Киринэ никогда бы не смогла его избежать. Никто не сумел бы. Но только не моя шпага. Судя по реакции Дорна, к этому артефакту он не имеет никакого отношения, значит Лунарис был создал либо раньше, либо позже его пленения.

— Не нужно этого делать, — заявил я, когда у меня едва рука не отсохла из-за поглощённой шпагой силы. — Киринэ является моим помощником, и только я решаю, когда и за что её наказывать. Прибереги силы для разломных тварей. Внутри первой стены находится отголосок Уга, вот им и займись. Эта тварь как раз твоего ранга.

Взгляд Дорна переместился на меня, и я вновь ощутил, что меня собираются убивать. Но, как и Киринэ, мои внутренние проблемы не должны выходить наружу. Поэтому я не отвёл взгляда, не склонился и не убежал. Лишь Лунарис убрал, показывая, что сражаться с древним магом сейчас не намерен.

— Что за отголосок Уга? — наконец, спросил Дорн. Судя по вопросу, с подобными тварями он ещё не сталкивался.

— Тяжело описать, — ответил я, ощутив, что сердце вновь забилось. Переключаемость мага тьмы была запредельной. Вот он собирался меня убить, вот он уже заинтересовался новой «игрушкой», позабыв о том, что было раньше. — Бесформенная масса чистого мяса. Она выползла из радужного разлома, являясь соединительным элементом между теми, кто строит башни и теми, кто находится в разломе. Когда мы впервые с ней встретились, выжили чудом. Аура, порождаемая этим существом, продавливала нашу защиту. Собственно, поэтому ты стоишь сейчас перед нами. Чтобы справиться с радужным разломом, мне пришлось вытащить тебя.

— Меня? — бровь Дорна взлетела. — Не много ли ты на себя берёшь, маг хаоса? Согласно моим прогнозам, за моё освобождение должны отвечать последовали моего культа. И магов хаоса среди этих последователей водиться не должно.

— Ты слишком хорошего мнения о своих последователях, — заявил я. — Они только и умели, что простолюдинов в жертву приносить, да исподтишка империями управлять. Изнанка им покорилась чуть больше года назад, раньше они даже войти туда не могли. С такими вводными ты бы ещё тысячу лет сидел в своём камне. Поэтому мне пришлось приводить твой же план в действие. Тысячу лет назад безумцы активировали твою защиту, которая, на самом деле, не совсем защита. Но твоим планам помешали, причём твоё же творение. Ру сумел нейтрализовать угрозу и тысячу лет держал купол, не позволяя тому схлопнуться и прибить народ. И только когда стало понятно, что прибытие Пожирателя миров нельзя избежать, нам пришлось приводить купол в действие.

Щека Дорна дёрнулась, и он посмотрел на Ру, который активно давил разломных тварей. Причём даже мелких, как можно дальше оттягивая момент встречи со своим создателем.

— Поэтому да, Дорн, — закончил я. — Именно я являюсь причиной того, что ты обрёл свободу. Хотя Ру меня отговаривал. Говорил, что проще отдать мир Пожирателю, чем тебе. Вот только я понимаю, что без тебя мы этот мир защитить не сможем. Нет у нас достаточной силы.

— Как будто мне не плевать на этот мир, — усмехнулся Дорн. — Меня ничто здесь не держит, маг хаоса!

— Было бы плевать, ты бы сбежал ещё раньше, — не согласился я. — Ещё две тысячи лет тому назад. Но ты этого не сделал. Нашёл предсказателя, придумал план возвращения, всё подстроил так, чтобы вернуться. Тот, кому плевать на мир, не устраивает подобные фортеля. Слушай, почему мне вообще приходится тебе что-то доказывать? Не нужен мир? Ты знаешь, где находится вход в изнанку. Полагаю, оттуда ты найдёшь другой мир, где существуют только тёмные. Тебя будут почитать, как бога. Только в этом случае не мешай нам развлекаться. С радужным разломом мне никогда сталкиваться не приходилось. Даже интересно, что там внутри. Судя по тому, что рассказал артефакт «Истины», пятеро из его старого состава до сих пор живы и сидят где-то в разломе. Вот уже шестьдесят пять лет.

— «Истина» говорит? — нахмурился Дорн. Кажется, мне в очередной раз удалось его удивить.

— Ещё один сюрприз? — усмехнулся я. — Слушай, ты бы успокоительное принял, что ли. Хочешь мятного чая? Да, артефакт заговорил. Не словами — образами. Изначально он делал всё, чтобы вытащить тебя из небытия, но потом мы вместе увидели радужный разлом и его прошибло осознание грядущего. Тогда-то он и заговорил.

— «Истина» обрела сознание, — пробормотал Дорн и задумался, словно решал сложную математическую задачу. — Ру нашёл в себе силы противиться моей воле и задержал моё прибытие на тысячу лет. Вы пользуетесь магией, как какие-то древние. А ещё твоя шпага. Знаешь, маг хаоса, пожалуй, я не стану тебя убивать.

— Ты это говоришь уже второй раз подряд, — напомнил я. — Ты это себе повторяешь? Или меня успокаиваешь? И да — у меня есть имя. Соло Греймод, можно просто Соло.

— Что же, маг хаоса, пусть будет Соло Греймод, — усмехнулся Дорн, после чего ощущение опасности окончательно ушло. — Тогда объясни, Соло, почему мы топчемся на месте, если всё самое интересное находится впереди?

— Я не хочу оставлять за спиной разломных тварей, — пояснил я. — Как видишь, вся эта армия выползла из разломов. Когда мы дойдём до первой стены, выжившие ударят в спину.

— И? — не понял Дорн. — Тебя подобная мелочь напрягает?

— Меня напрягает не мелочь, а то, что на неё придётся отвлекаться, — ответил я. — Пока мы будем возиться с тварями, ты убежишь в разлом, забирая себе самое интересное. Меня такой расклад никак не устраивает. Тоже туда хочу.

— А ты хорош! — вновь рассмеялся Дорн. И вновь это был даже не смех, а кашель обезумевшей вороны. — Ладно, не станем терять время. Тебе не нужны разломные твари? Их больше нет!

С этими словами Дорн вытянул в сторону руки, едва ли не впервые проявив какую-то вербальную составляющую своей магии. С кончиков пальцев вырвались чёрные нити, чем-то похожие на «нити света». Вот только в исполнении древнего мага тьмы подобная магия была на порядок смертоносней, чем «нити света» в исполнении Хелен.

Твари, выбравшиеся из разлома и спешащие к нам со всех сторон, резко закончились. Тёмные нити прошили их насквозь, не интересуясь рангом или защитой. Хотя нет, не прошили — разделили на несколько частей. От четырёх до шести, в зависимости от размеров самих тварей. Прошло несколько мгновений и нити впитались в Дорна обратно. А вокруг нас, на расстоянии нескольких тысяч шагов, не осталось ни одной живой разломной твари.

— Ученицы, нужно расчистить здесь всё, — произнёс я, даже не думая поддаваться панике. Противостоять подобной силе мы не можем. Никак. Ни одно предчувствие опасности не спасёт, когда опасность исходит повсеместно.

Девочки кивнули и исчезли, зависнув высоко в небе. Пятеро из них начали подтягивать тела в одну точку, а Жасмин превращала остатки разломных тварей в энергию хаоса. Выглядело всё это легко и непринуждённо, но я видел, как много сил приходится тратить моим ученицам. Одно хорошо — вся энергия, которую они высвобождали, уходила в них же, теряясь во второй энергетической структуре. Той, которую не видно невооружённым взглядом. Запасы «прохлады» для источников никому не повредят.

— И зачем? — недовольно скривился Дорн. — Трата сил и времени.

— Убитые твари не исчезнут сами по себе, — пояснил я. — Здесь жарко. Через пару дней их тела начнут разлагаться и уничтожат землю своей тьмой.

— Здесь и так всё уничтожено, — Дорн даже осмотрелся, пытаясь увидеть хоть что-то, кроме камней. — Твари сожрали всё!

— Они не сожрали главное — землю, — не согласился я. — Если местность освободить от тварей, здесь сразу же появятся растения. Проверено на местности, которую мы сумели освободить. Убить разломных тварей — это только половина дела. Хотя нет, даже половины в ней нет. Важно потом очистить землю и вернуть её в рабочие руки.

— Говоришь, как какой-то правитель, — фыркнул Дорн.

— Ты практически угадал, — ответил я. — Перед тобой будущий император.

Дорн вновь рассмеялся, словно я произнёс какую-то удачную шутку, но, не увидев реакции с моей стороны, умолк.

— Что, серьёзно? — удивился он. — Прямо император? Что за империя?

— У неё нет наименования, — ответил я. — Просто империя. И, как только я стану императором, потеряю имя. Хотя, как по мне, я всё же останусь Соло. Стану Соло Первым.

— Империя без имени? — Дорн посмотрел на меня, как на умалишённого. — То есть вы даже до такой мелочи не додумались, как дать империи имя? Ещё и император имя теряет?

— Как я уже сказал — добро пожаловать в наш непростой мир, — ответил я. — У нас и не такое бывает. Ученицы?

— Мы закончили, учитель, — произнесла Розалин. Вся шестёрка приземлилась неподалёку от нас, держась друг за друга.

Вскоре подошли и остальные. Шир и Рив как работали без фанатизма, так и завершили свою работу без какого-либо напряга. Вирена больше развлекалась, чем уничтожала тварей. Киринэ давно была рядом со мной и только Ру до последнего убивал разломных тварей, словно не желая к нам присоединяться. Но ему всё же пришлось.

— Значит, это ты не позволил мне возродиться тысячу лет назад? — задал вопрос Дорн, но в его голосе уже не было былой злобы.

То, что происходило с Повелителем монстров другого материка, лично меня пугало. Он втянул голову в плечи, как какая-то побитая собака и не смел даже посмотреть на Дорна. Учитывая силу Ру и его пренебрежительное отношение ко всем существам, с кем он до этого общался, разница была поразительной.

— Тысячу лет назад не было ничего интересного, — вместо дракона ответил я.

— Я тебя не спрашивал, Соло, — бросил Дорн, не поворачиваясь в мою строну. — Не стоит испытывать уровень моего терпения, человек. Или ты желаешь познать на своей шкуре мой гнев?

— Да мне, если честно, как-то плевать, кого ты там о чём спрашивал, — я прогибаться не собирался. — Ру сейчас является моим подчинённым. Если у тебя есть какие-то к нему претензии — предъявляй их мне. Только будь любезен делать это после того, как мы закончим с радужным разломом. Ученицы — летающую платформу. Летим к первой стене.

Девочки что-то прорычали, но подчинились. Да, источники уже были перегреты и им требовался отдых, но отдыхать сейчас никак нельзя. Причём не из-за Дорна — из-за разломных тварей. Они обучаются и меняются. Пройдёт совсем немного времени, и они обязательно придумают что-то, что нас остановит. Пусть это «что-то» будет в радужном разломе, а не в дали от него.

— Все на платформу! — приказал я, первым вступая на созданную ученицами полупрозрачную конструкцию. — Ру, тебе два раза повторять нужно?

— Мой Соло, мне повторять не нужно, — тут же влезла Киринэ. При этом черепашка не отходила от Вирены ни на шаг, словно взяла на себя обязательно оберегать мою жену от любых неприятностей.

Ру, так и не подняв голову, забрался на платформу. Был бы у дракона в человеческом обличии хвост, уверен — он бы был прижат к животу. Страх, который дракон испытывал по отношению к своему создателю, был по истине животным. При этом я до сих пор не понимал его причины. Да, Дорн является невообразимо сильным магом. Возможно, что даже сильнейшим за всё время существования человечества. Ещё возможно, что он является не самым хорошим человеком. Судя по постоянной вспыльчивости, Дорн привык, что ему все кланяются и уступают. Хаос с ним. Но даже это не даёт право существу уровня Ру вести себя подобным образом. Да, тебе страшно. Но ты, хаос тебя раздери, гордый дракон! Суждено тебе умереть от рук Дорна — прими этот факт с честью и до последнего стой с поднятой головой. А не вот это вот всё.

— Ты с нами или пропустишь всё самое интересное? — спросил я у Дорна, когда все, кроме него, находились на платформе.

Дорн отвечать не спешил. Он стоял и смотрел на нас, как на каких-то безумцев, решившись головой пробить гранитную плиту.

— Понял-принял, — кивнул я. — Развлекаемся сами. Ученицы — курс на первую стену. Летим!

Платформа двинулась вперёд, набирая скорость, но буквально через несколько мгновений на ней стало на одно существо больше. Дорн использовал даже не телепортацию — что-то иное. Волосы на руках, во всяком случае, не шевелились.

— Научишь подобному способу перемещения? — спросил я. — В наше время никто не способен на подобное.

— Научить? — Дорн перевёл на меня тяжёлый взгляд. — Ты хочешь стать моим учеником?

— Почему нет? — пожал я плечами. — Как я уже сказал, за две тысячи лет магия деградировала так сильно, что толковых магов вообще не осталось. То, что в твоё время считалось начальным уровнем, сейчас воспринимается как проявление высшей магии. Лично меня подобное не устраивает. Мир не должен деградировать. Он должен постоянно развиваться. Иначе зачем тогда всё это?

— Ру, расскажи, что я делаю с учениками? — Дорн посмотрел на дракона.

— Тот, кто не оправдывает надежд моего господина, умирает в страшных муках, — послышался ответ.

— Будем считать, что я проникся и начал бояться, — ответил я. — Вот только это никак не влияет на моё предложение. Ты обучишь меня этой магии перемещения?

— Только тебя? — Дорн оценивающе прошёлся по мне сверху-вниз.

— Ученицами я сам займусь, — ответил я. — Полагаю, они твоей нагрузки не выдержат.

— А ты, значит, выдержишь? — в голосе Дорна появилась заинтересованность.

— А у меня выбора нет, — пояснил я. — В магии хаоса я достиг предела своей силы. Стать таким же сильным, как Жасмин, у меня не получится, даже если я проживу ещё одну жизнь. Однако в общей магии я могу потягаться. Чем и планирую заниматься.

— Ещё одну жизнь? — Дорн зацепился за мою фразу.

— Разве я не говорил? — удивился я. — А, точно, некогда было. На самом деле мне не двадцать пять. Шестьдесят пять лет назад мне было восемьдесят шесть лет, когда неудачный ритуал, применённый прошлым составом группы «Истина», перебросил меня в это время в это тело.

— Что за ритуал? — глаза Дорна загорелись огнём исследователя. — Какие вводные? Условия активации? Последствия? Направление энергетических контуров?

Я ничего не ответил, лишь молча продолжил смотреть на Дорна. В какой-то момент мне показалось, что он сейчас начнёт трясти меня за плечи, приказывая говорить, но древний маг сдержался. Он умолк, какое-то время смотрел на меня, после чего усмехнулся:

— Значит, Валинда всё же доработала своё заклинание, — произнёс он. — Что же, это действительно может быть интересно, Соло. Точнее, ученик. У меня есть условие и отказываться от него я не буду. Если ты бездарь — умрёшь. Я не собираюсь тратить своё время на недостойных, а недостойные не имеют право находиться рядом со мной в этом мире.

— Принимается, — ответил я, с трудом произнеся это простое слово. Потому что ощущение полной катастрофы, которое окутало меня после слов Дорна, было таким огромным, что я даже пошевелиться толком не мог. Страх сковывал и проникал в самые глубины моего сознания.

Но поддаваться ему, конечно же, я не собирался.

— Тогда начнём с чего-то простого, чтобы понять уровень твоих возможностей, — в руках Дорна появился лист бумаги, на который он спроецировал магическую структуру. Трёхмерную. На плоский лист. Причём эта структура могла крутиться по всем проекциям, демонстрируя как энергетические контуры активации, так и направляющие, по которым должна идти энергия. Хаос великий! Нам бы подобную технологию в обучение, каждый второй умел бы телепортироваться и обладал пространственными хранилищами!

Платформа замедлилась, а потом и вовсе остановилась, но я не обращал внимания на окружающее. Меня полностью поглотил выданный Дорном лист. Судя по магическим контурам и управляющим элементам, магия формировала нечто, подобное платформе, на которой мы летели. Только энергии эта платформа потребляла на порядок меньше и достаточно было одного мага, причём не самого сильного, чтобы её сформировать. Совершенно иной принцип управления энергией, чем тот, к которому мы привыкли. Единственное отличие — магу придётся голову сломать, пока он разберётся во всём этом хитросплетении энергетических каналов.

— Время вышло, — послышался голос Дорна. — Мне нужен результат, ученик!

Я не сразу понял, что обращаются ко мне. Только когда Вирена подошла и коснулась плеча, возвращая меня обратно в реальный мир, я оторвал голову от листа с заклинанием. До первой стены мы так и не долетели. Видимо, древний маг потребовал остановиться, чтобы дальше лететь с комфортом.

— Дорогой, покажи, на что способны современные маги, — произнесла она таким тоном, словно ни на мгновение не сомневалась в моём успехе.

— На что способны? — удивился я. — Заклинание, которое Дорн мне дал, не годится для подобной демонстрации. Это же простой транспортник, обладающий чуть лучшей энергоэффективностью.

— И только? — послышался вопрос Дорна, словно он меня проверял

— Ещё у него больше скорость, защита и комфорт, — дополнил я, после чего прикрыл глаза и пустил энергию. Формировать заклинание подобной сложности было тяжело, обычно на это уходит пять-шесть попыток, сопряжённых срывами, но такого права у меня сейчас не было. Мало того, я ещё и по времени был ограничен. Всё должно выглядеть так, словно я формирую подобные заклинания каждый день по сотне раз. Поэтому никаких сомнений и переживаний. Это всего лишь потоки энергии, пусть и закручены они так, что голова кругом идёт.

— Летим дальше, — произнёс я, когда передо мной появилась необычная конструкция. Если платформа учениц действительно выглядела как платформа, то предоставленное Дорном заклинание походило на гигантскую лодку, в которой были расположены выполненные из энергии мягкие кресла. И сверху вся эта конструкция закрывалась энергетическим куполом, способным противостоять встречным потокам воздуха и оберегала от осадков, вздумай мы лететь в ненастную погоду.

— Хм… — произнёс Дорн, заинтересованно на меня посмотрев. — Знаешь, ученик, а ведь в тебе что-то есть. Так и быть, пока мы разбираемся с радужным разломом, буду тебя обучать. Потом посмотрим, что из этого получится. Так, где там ваша первая стена? Почему мы ещё не убиваем разломных тварей? Ученик, покажи, на что способна твоя магия! Мне срочно нужно открутить кому-то голову. Не заставляй меня смотреть в твою сторону с подобными мыслями!